Прямо сейчас ты мой

      — И чё? — Вокс закинул руки за голову, используя их вместо подушки, и прищурился, внимательно наблюдая за Люцифером. — Какого хрена ты тут забыл? Что такого важного стряслось, что сам Король Ада решил завалиться ко мне в спальню без приглашения?       Медленная, кокетливая улыбка расплылась по лицу Дьявола, а его болтающиеся ноги разок качнулись туда-сюда. Не спеша с ответом, он опустил взгляд на свои рукава, которые закрывали ладони, и принялся теребить пальцами край голубого манжета.       Это молчание ни капли не успокоило подозрительность Вокса. Наоборот, он прищурился ещё сильнее и легонько пихнул Люцифера ногой. Тот качнулся от контакта, поднял на него взгляд и, после короткой немой дуэли глазами, соскользнул со стола и подошёл к креслу Вокса.       — Хотел поблагодарить тебя за это, — буркнул он, разведя руки в стороны, чтобы продемонстрировать свитер.       — Да неужели? — Вокс опешил и пару раз моргнул. — Ты уже говорил «спасибо», и для этого не обязательно было вламываться в мою башню. Так чего ты хочешь на самом деле?       Коротышка-король хихикнул.       — Ты когда-нибудь пробовал не быть таким параноиком, Искорка? — Люцифер вскинул руку, пресекая предсказуемую гневную тираду. — Я не вру. Просто пришёл поблагодарить.       Вокс, который уже был на грани обиженного ворчания — нормальный сон и так был роскошью, и он очень не любил, когда его вырывали из дрёмы, пусть даже нечаянно — внезапно оживился. Он заметил, что Люцифер краснеет.       В голове уже созрела пара едких подколов: может, спросить, не собирается ли Люцифер отблагодарить его, обхватив своим болтливым ртом его член? Уж не поэтому ли его щёки стали золотистыми? Но прежде чем он успел открыть рот, Люцифер негромко рассмеялся — как-то слишком смущённо для хозяина Преисподней. Одна из его маленьких рук протянулась к Воксу.       — Держи. Это… ответочка.       Судя по сжатым пальцам, внутри кулака что-то было. Вокс настороженно пригляделся.       — Что это?       Автоматически рука Вокса — которая была больше руки Люцифера до комичного — поднялась навстречу. Ладонью вверх, пальцы вытянуты, готовые принять то, что притащил Морнингстар.       Люцифер молча разжал кулак, и что-то маленькое, но увесистое упало Винсенту на ладонь. Точнее — несколько «что-то». Они были тёплыми от его рук; Вокс почувствовал странные, неровные формы под гладкой текстурой. Бровь оверлорда взлетела так высоко, что вообще исчезла с экрана. Он посмотрел вниз.       И обнаружил, что пялится на пару парных запонок из белого золота. Каждая была выполнена в форме акулы — хищной, стремительной и чертовски красивой. Их мощные хвосты были изогнуты так, будто они находились в движении. Плавные контуры, безупречный металл, ювелирная работа высшего пилотажа. Крошечные шедевры — стильные и достаточно сдержанные, чтобы он мог носить их с любой рубашкой и не выглядеть как напыщенный индюк.       Ну… по крайней мере, не больше, чем обычно.       Блок бледно-голубого цвета на мгновение перекрыл экран, скрывая его выражение лица. Когда падший магнат пришёл в себя через пару секунд, его цифровое лицо было подчёркнуто нейтральным, а голова вскинута на Люцифера. Только бешеный гул кулеров выдавал эмоции, бурлящие в груди.       — Ты сам их сделал?       Боже, какой тупой вопрос. Какой же, мать его, тупой вопрос! Конечно, Люцифер — один из первых ангелов Творения — сделал их сам. Вокс густо покраснел от осознания того, каким дебилом он сейчас прозвучал. Идиот.       — Ага, — последовал вполне предсказуемый ответ. Люцифер выглядел невероятно гордым собой. — Ручная работа! Ну, в смысле, металл-то я сам создал, но остальное — всё я. И, скажу тебе, добиться правильной формы было той ещё сукой, все эти мелкие детальки… Реально запарился.       Всё ещё пытаясь подобрать слова, Вокс снова посмотрел на запонки, которые мерцали почти как платина в голубом свете его экрана. Поднеся их поближе к глазам, он увидел ряды бритвенно-острых зубов в крошечных пастях; Люцифер даже прорезал отдельные жабры.       Внимание к деталям было настолько пугающим, что Вокс с первого взгляда понял: это пара чёрнопёрых рифовых акул, самец и самка, причём даже без характерных чёрных меток на плавниках. Охренеть.       Очередной взгляд вверх — и он увидел, что Люцифер выжидающе наблюдает за ним, подавшись вперёд, словно ждёт похвалы. До Вокса с опозданием дошло: он её реально ждёт. А Оверлорд сидел тут в оглушительном молчании и пялился на запонки как последний придурок. Слова застревали в горле.       С самых первых дней Вокс.тек у него всегда были деньги, которые можно было жечь пачками. Если он чего-то хотел — он просто это покупал. Контрактом на душу, пустыми обещаниями или звонкой монетой. И какой бы способ оплаты он ни выбрал, в итоге он всегда выигрывал. Если второй стороне везло, они оказывались разорёнными на пороге его башни, умоляя о работе. И это были счастливчики.       Но за всю его загробную жизнь, полную власти, контроля и излишеств, ничто не создавалось для него с таким старанием. Он мог купить самые вычурные аксессуары, усыпанные драгоценными камнями, куда более детализированные, чем эти — чёрт, да это просто запонки, ничего особенного по сравнению с теми чудесами, которые он мог заказать! — но в них никогда не было бы столько личного отношения.       Они не были бы сделаны для него.       Единственные в своём роде, выкованные вручную Королём Ада — ни одна вещь в его обожаемой башне не обладала такой эксклюзивностью. Созданные специально под его вкус — вкус, о котором он даже не помнил, чтобы когда-то говорил Морнингстару. И ведь он даже не просил.       И Люцифер тратит свою вечность на грёбаных уток?!       — …О, — он кашлянул, пытаясь сохранить невозмутимый вид. Люцифер с тем же нетерпением наклонился ещё ближе.       — Ну? Тебе нравится?       Экран Вокса мгновенно залило таким ярким цианом, что возник риск выжечь пиксели нахрен.       — Да.       Он всё ещё не двигался, не мог нормально говорить. Твою мать. Это просто запонки! Просто… просто золотые акулы, созданные из чистого ничего и обработанные самим Королём Ада, и…       Глаза Вокса расширились, и он немедленно ухватился за безопасную тему, ещё раз смущённо кашлянув.       — Ты… ты сам создал этот металл, так?       Озадаченный Люцифер наклонил голову сначала в одну сторону, потом в другую.       — Ага? По-моему, я это уже говорил.       — Бля, да можешь ты перестать дёргаться как грёбаная игрушка на панели авто? У меня сейчас морская болезнь начнётся, — голос окреп, теперь, когда он ушёл от опасной зоны уязвимости в привычное русло подколок и размышлений. Вокс снова поднял запонки, изучая их. — Скажи-ка мне… если ты, ангел, создал это — что это, платина? Белое золото? Родий? Неважно. Это делает его ангельским металлом? Ну, типа того, из которого экзорцисты клепают свои пушки?       — Искорка. — Тень какой-то сильной эмоции промелькнула на лице Люцифера. — Ты же знаешь, что моё мнение о грешниках и так ниже плинтуса. Не подтверждай его, пытаясь превратить подарок в оружие, ладно?       Пристыженный и покрасневший ещё сильнее, Вокс притушил красный свет в глазах почти до нуля, заливая стол и Люцифера тёмно-бирюзовым сиянием. Линия его рта на экране превратилась в прямую черту, выдавая глубокое смущение и уязвимость, которую он отчаянно, но тщетно пытался скрыть.       — Я… — ещё один короткий кашель, и слова наконец прорвались наружу. — Они мне правда нравятся. Они… да. Они… я ду… чёрт, Лу. Они идеальны.       Вся та капризная мина, что только что начала проступать в глазах Люцифера, и его надутые губы исчезли в то же мгновение. Выпрямившись во весь свой рост — не то чтобы он стал очень уж высоким, но от похвалы явно почувствовал себя на пару голов выше — падший ангел гордо выпятил грудь колесом.       — С этими зубами реально пришлось повозиться, та ещё ювелирная работа, — широкая улыбка озарила его бледное лицо. — Я к тому же не привык работать с металлом. У меня на это у целая вечность ушла.       — Они прекрасны, — тихо произнёс Вокс, а затем сквозь смущение пробилась кривая ухмылка. — Но, Лу, хорош уже напрашиваться на комплименты. Я же сказал, что впечатлён, а я таким дерьмом не разбрасываюсь.       Люцифер так и засиял, несмотря на мягкий упрёк. Он принялся покачиваться на пятках, будто каждое слово признания заставляло его буквально ёрзать от удовольствия. Ему даже было плевать, что Вокс до сих пор не сказал «спасибо».       — У тебя коробка есть? — Оверлорд вертел запонки в руках, поражаясь каждому вылепленному плавнику. Они выглядели живыми, словно их выловили из океана прямо во время охоты и навечно закатали в золото. — Жалко будет хранить их просто так.       Улыбка Люцифера тут же слегка померкла.       — Ты что, не собираешься их носить?       — Ха! Лу, — Вокс посмотрел на своего короля почти с жалостью, а его лицо исказилось от неловкости ещё сильнее. — Я бы их надел, если бы не риск того, что на меня в любой момент выпрыгнет этот грёбаный олень. Думаешь, я хочу идти на махач в этих штуках? Даже если это не святой металл, я не… — он сглотнул. — Я бы не хотел их потерять, пока буду выбивать дурь из этого замшелого, отсталого копытного ублюдка.       Люцифер поджал губы, явно собираясь поспорить.       — Но ты же можешь надеть их хотя бы сейчас?       — Сейчас? — обе цифровые брови взлетели вверх. Вокс выразительно глянул через плечо на панорамное окно, где багровое небо уже начало темнеть. — Серьёзно? И чё я буду делать, спать в них? Уже вечер, если я сейчас что и надену, так это какие-нибудь удобные домашние шмотки, чтобы просто порелаксировать. — А затем, в качестве уступки, чтобы Люцифер не подумал, будто подарок ему не зашёл: — Я надену их специально для тебя, когда ты в следующий раз припрёшься ко мне в спальню без спроса, идёт?       — Ладно.       Боже, этот маленький король выглядел почти очаровательно, когда дулся: нижняя губа вперёд, а на лбу такие складки, что по ним можно пускать вечерний экспресс. Но в мгновение ока выражение лица сменилось на паническое.       — Погоди… вечер?!       Вокс впал в ступор, и его подозрительность сменилась чистым недоумением.       — …Ну да? Это то время суток, которое наступает после дня и перед ночью. Ты… ты же в курсе, как это работает, да?       — Искорка, ты кусок идиота! — Люцифер побледнел, его жёлтые глаза расширились. — Ты же сам сказал, что шоу сегодня вечером! Моё шоу! Ты не говорил, во сколько оно… я что, всё пропустил?!       К концу фразы голос разволновавшегося короля сорвался на писк. Линия рта Вокса пошла волнами, как на осциллографе — он из последних сил пытался не заржать.       — Твою мать… да расслабься ты! У тебя ещё десять минут в запасе.       Люцифер схватился за голову обеими руками, выдохнув слова со звуком сломанного аккордеона:       — Десять минут!       — Вполне достаточно времени, чтобы свалить обратно в своё странное утиное логово и устроиться поудобнее, не так ли? — По экрану Вокса пробежала полоса десатурации, но он тут же вернул себе нормальные цвета. — Или, ну, можешь посмотреть его здесь, если хочешь… остаться.       Люцифер вскинул голову и сработал как атакующая змея: в секунду его руки переместились с его собственной головы на корпус Вокса.       — На чём?! У тебя же здесь нет телека!       Вокс отпихнул его руки, уходя от такого напора.       — Господи, Лу! Да успокойся ты, блядь! Оглянись, у меня тут теликов — завались.       Ленивым жестом он указал на мириады парящих экранов, которые всё ещё транслировали картинку с камер безопасности. Люцифер проследил за жестом, и его лицо скривилось в отвращении.       — Фу-у? Я же говорил, что мне не нравятся эти летающие уродцы, идиот, от них глазам больно. Я вообще не понимаю, как ты на них смотришь! Я не буду на этом ничего смотреть.       Надувшись, Люцифер отвернулся, но тут же крутанулся обратно, с энтузиазмом указывая на кровать Вокса — а точнее, на огромную мёртвую панель над ней.       — А на том?       Вокс едва удостоил экран взглядом.       — Не работает. С тех пор как ты разнёс мою башню на митинге. Не было ни времени, ни желания чинить. — Он выдал довольно гаденькую улыбку. — Жаль, что у действий бывают последствия, не так ли?       — Ха! — Люцифер ответил не менее едким оскалом. — Кто бы говорил о последствиях!       Видимо, решив, что сейчас не время для долгого срача, Морнингстар вскинул руку, затыкая Вокса прежде, чем тот успеет возразить.       — Но Искорка, это же бред. Как можно быть телевизором и не иметь телевизора?       — Я использую экр…       Прежде чем Вокс успел объяснить, что его голограммы в сто раз круче любого ящика, Люцифер снова вцепился в гладкий пластик его головы, заглядывая в глаза с новой силой.       — Искорка! — Даже при том, что Вокс сидел, а Люцифер стоял, Дьяволу почти не пришлось нагибаться, чтобы приблизить своё лицо к стеклу экрана так близко, что они чуть не соприкоснулись носами. — Ты же и есть телевизор!       — Только заметил? — Вокс издал короткий недоверчивый смешок, хотя внутри, где-то в районе помятых рёбер, возникло нехорошее предчувствие. Он уже знал, о чём тот попросит.       И вопрос последовал — именно такой, какого он и ждал:       — Я посмотрю шоу на твоём лице?       Вокс замолчал.       — Ну давай! — Видя, как Оверлорд поморщился, Люцифер немного отстранился. — Я знаю, ты можешь показывать всякое, я видел. Хотя, думаю, это будет поприятнее того, что ты мне показывал в прошлый раз… — голос его затих, когда он вспомнил, что именно Вокс непроизвольно вывалил на экран пару недель назад.       Экран, который сейчас залило ярко-бирюзовым цветом от смеси унижения и обиды.       — Не смей, блядь, надо мной издеваться!       Люцифер наконец отпустил корпус Вокса и отступил; по крайней мере, он выглядел виноватым.       — Да когда я над тобой издевался? Не надо на меня кидаться. — А затем тише, почти умоляюще: — Ты ведь поставил его в сетку ради меня, так? Я хочу посмотреть его вместе с тобой.       По экрану Вокса промелькнула тестовая таблица с цветными полосами, сменившаяся кадрами «синего экрана смерти» и зернистым шумом. Когда его лицо вернулось, от гнева не осталось и следа. И хотя он всё ещё был на взводе, теперь Оверлорд выглядел… польщённым.       — …Ладно. — Поднявшись на ноги и разглаживая помятую рубашку, Вокс даже не пытался скрыть самодовольную ухмылку. — Твою мать… ладно. Ты же всё равно не дашь мне сказать «нет», так что я просто… но я сяду где-нибудь поудобнее.       Он тараторил так быстро, будто боялся, что Люцифер передумает, и надеялся, что за этой болтовнёй тот не заметит, как сильно на него подействовало простое признание: «Я хочу посмотреть это скучное дерьмо вместе с тобой».       Это значило, что Люцифер не успеет заметить главного: Вокс так и не опроверг, что составил расписание только ради него.       Уже дойдя до середины комнаты и заметив, что Дьявол не идёт следом, Вокс обернулся и кивнул на кровать.       — Идёшь?

***

      Через пару минут Вокс уже с комфортом развалился на своей огромной кровати, привалившись спиной к изголовью и обложившись подушками. Люцифер, чувствуя себя чуть менее уютно, примостился сбоку у его бёдра, вывернув торс под неудобным углом, чтобы видеть экран.       — Ну вот, — взмахом руки Вокс вызвал один из своих голографических экранов; этот был покрупнее тех, что висели у стола, и пока что оставался пустым. — Так-то лучше. Устраивайся поудобнее.       — Я же сказал, что терпеть их не могу, — Люцифер с подозрением покосился на вызванный дисплей. Вокс закатил глаза.       — Это не для тебя. Это для меня.       Морнингстар развернулся, поудобнее устраиваясь на огромной кровати, чтобы больше не сидеть под таким идиотским углом.       — О? Ты тоже собираешься это смотреть?       — Не будь грёбаным дебилом.       Прежде чем Люцифер успел задать следующий вопрос, экран Вокса мигнул и изменился. Там, где мгновение назад было знакомое лицо, теперь задвигались чёткие и ясные изображения — пошла реклама Ви.тек.       Дьявол пододвинулся ближе, его взгляд приковало к роликам, а от дискомфорта не осталось и следа. Одна из его рук поднялась и принялась блуждать по боковой панели головы Вокса в поисках кнопок управления. Можно было подумать, что он пытается настроить ту древнюю груду хлама, что до сих пор стоит у него в спальне, а не чудо инженерной мысли, которое служило Воксу головой.       — Искорка, звука нет.       — Да подожди ты, блядь. — Хотя голос доносился из динамиков Вокса, парящий в воздухе экран подёрнулся рябью, а затем выдал полупрозрачную пару красных глаз и широкую зубастую ухмылку. — Думаешь, это так просто? Погоди…       Отвлёкшись от основного дисплея Вокса, Люцифер в изумлении уставился на его парящее лицо.       — Ого. Ого-о!       Он протянул руку, и в следующий миг его пальцы прошли сквозь лицо Вокса; по чертам пошли круги, как по воде, создавая сюрреалистичную картину. Вокс поморщился от лёгкого дискомфорта, когда рука Люцифера исчезла в его рту.       Глаза Люцифера расширились.       — Твою мать, Искорка!       Любой ответ, если он и планировался, потонул в оглушительном рекламном джингле, грянувшем из экрана. Вздрогнув, Люцифер перевёл взгляд на грешника, который теперь выглядел как обычный телевизор на тощем теле, и в немом восторге покачал головой.       — Боже мой, — прошептал он, и оба лица Вокса — и парящее, и настоящее — засияли от гордости. — Это так странно.       Ухмыльнувшись так широко, что рот занял почти весь висящий в воздухе дисплей, Вокс глазами указал на своё тело.       — Скоро начнётся. Я потерплю, но вышвырну тебя в ту же секунду, как мне станет неудобно.       — Угу. — Явно не слушая, Люцифер придвинулся ещё ближе, упёршись одной рукой по другую сторону бёдер Вокса, чтобы найти опору. Тело Вокса под ним напряглось, он прижал руки к бокам, чтобы случайно не задеть Морнингстара и не спугнуть его.       И вот, под знакомую мелодию и в этих странных позах, шоу началось.       Вокс уже просмотрел его раньше, чтобы убедиться, что это вообще стоит пускать в эфир — спойлер: не стоило, это был низкопробный мусор — так что сам он не смотрел. Всё его внимание было приковано к Люциферу, который, в свою очередь, игнорировал оверлорда, полностью уйдя в программу.       Он видел, как загораются глаза Люцифера. Видел, как румянец возвращается на его щёки, как каждая эмоция, переигранная паршивым птичьим актёрским составом, отражается на выразительном лице Дьявола. Как Люцифер придвигался всё ближе и ближе, пока изгиб его змеиного лица без носа почти не коснулся стекла. Как он прижался совсем плотно, всем своим маленьким телом к его груди.       И от каждого дюйма этой близости его руки так и подмывало ожить, обхватить собственническими когтями эту крошечную талию и притянуть его ещё сильнее.       Несмотря на то, что он проецировал лицо на другой экран, Вокс всё ещё чувствовал своё тело в полной мере. Он чувствовал вес Люцифера — не такой уж большой, каким должен быть, но, возможно, куда более тёплый. Тепло просачивалось сквозь рубашку Оверлорда, поднималось к шее и опускалось к животу; он чувствовал, как жар начинает валить из его вент-отверстий.       Люцифер снова завозился, и теперь его тёмные ладони лениво скользили вверх-вниз по бокам Вокса в долгой, медленной, плавной ласке. Похоже, Морнингстар даже не осознавал, что делает; может, он бессознательно искал источник тепла, а может, всё ещё шарил в поисках кнопок управления, как до этого на корпусе монитора?       Но при каждом движении его кончики пальцев задевали ткань рубашки прямо над прорезями вентиляции, и каждый раз касание становилось чуть твёрже.       Нематериальные пиксели заимствованного лица Вокса засияли ещё ярче. Это сводило его, сука, с ума.       Каким-то чудом он дотянул до конца шоу без инцидентов. Ну да, возможно, он слегка ускорил трансляцию — совсем по чуть-чуть, чтобы эта муть закончилась быстрее, пусть даже актёры стали звучать так, будто надышались гелием, — но оно того стоило. Чёрт возьми, это стоило того, чтобы увидеть неприкрытую благодарность в жёлтых глазах, которые теперь смотрели прямо на него.       Люцифер открыл рот, вдохнул, собираясь что-то сказать, но осёкся и неловко улыбнулся.       — Тебе совсем не понравилось, да, Искорка?       Блядь, ему потребовалась секунда, чтобы понять, что Люцифер говорит о шоу, а не о невесомых пальцах, поглаживающих его бока. Пиксельные щёки вспыхнули ярким румянцем.       Если бы он был в своём теле как обычно, а не пытался занять голову мыслями о холодном душе и самых несексуальных вещах на свете, Вокс бы просто пожал плечами. Но Люциферу, кажется, и не нужен был внятный ответ.       — А мне понравилось. Очень понравилось. Не так круто, как первая часть, но — но они вернули тех же сценаристов, и куча актёров из старого состава, и… — он прервался с виноватой улыбкой. — Тебе же плевать, да? Я вижу. Ты вздыхаешь так, будто теряешь терпение, так что не буду тебя утомлять. Но… спасибо. За то, что пустил это в эфир.       — Ага, — буркнул Вокс, его голос звучал натянуто из-за удовольствия от похвалы. Чёрт, это ни разу не помогало его попыткам контролировать своё предательское тело. Люцифер всё ещё был прижат к нему, оседлав его талию своими стройными бёдрами; что ещё хуже, он, кажется, и не собирался двигаться. Вокс хотел вцепиться когтями в эту талию, прижать Люцифера к себе ещё крепче, несмотря на ноющие рёбра, насладиться близостью и контактом, по которому он так скучал… но не будет ли это выглядеть как поведение конченого крипа?       Помимо его воли, вентиляторы ускорились, выталкивая горячий воздух из «жабр» и гудя на такой громкости, которую уже нельзя было списать на фоновый шум.       И Люцифер — будь он проклят, проклят, проклят — Люцифер наконец это заметил.       — Искорка, — мягко сказал он, переключив внимание на тело Вокса. — Ты, э-э… перегреваешься? Тебе нужно снять лишнее?       — Всё нормально, — натянуто ответил Вокс, но ловкие пальцы Люцифера уже расстёгивали его рубашку, обнажая грудь, обнажая этот грёбаный шрам. Вырвался вздох, который он тут же подавил; Оверлорд воспользовался заминкой, чтобы «втянуться» из голограммы обратно в свой собственный дисплей.       — С возвращением. — Люцифер ухмылялся, глядя на него снизу вверх. Хотя он не стал полностью стягивать ткань с широких тёмно-синих плеч, он распахнул полы рубашки Вокса в благородной попытке унять палящий жар. Прохладный воздух, коснувшийся перегретых отверстий, вызвал у Вокса такую дрожь, что она прошла по всему позвоночнику. Электрические искры, скопившиеся в антеннах, заплясали по стеклу, которое теперь сияло цветом тропического океана.       Вокс открыл было рот, чтобы ответить, но полусформированное слово быстро превратилось в сдавленный стон, когда рука Люцифера задела разгорячённую кожу рядом с вентиляцией.       — У тебя там сбой какой-то? Ой, блин… ты что, сейчас расплавишься? — Морнингстар вглядывался в него, и была ли эта святая простота искренней или напускной, Воксу хотелось схватить его за плечи, перевернуть и вдолбить в него хоть каплю здравого смысла. — Искорка?       — Ты… слишком близко… — проскрежетал Вокс, шум и помехи исказили слова так, что они стали почти неразличимы. Но когда Люцифер издал какой-то невнятный звук и попытался отстраниться, тёмно-синяя рука остановила его.       Наклонив голову, Люцифер изучал лицо Вокса, и в его взгляде смешались веселье и раздражение.       — Я не могу не быть «слишком близко», если ты сам меня держишь, идиот.       — Погоди, — прерывистый вздох был почти таким же горячим, как воздух, вырывающийся из его непослушного тела. Стиснув зубы и сражаясь с самим собой, Вокс наконец нашёл в себе ту смелость, которая так нагло ускользала от него вчера.       — Лу. Слушай. Ты бы не мог… ты бы не… б-б-бля-я-яд-ь. — Судорожная дрожь прошла через всё его трясущееся тело прямо в экран, который мигнул калейдоскопом тестовых таблиц, прежде чем снова замереть на его собственном, искажённом помехами лице. — Ты бы не мог… по-по… пои… поигр… ты не по-о-ои-и-играешь с моими ве-е-ент… вентиляцией снова, как ты это… как ты… ка-а-ак ты де-е-елал р-раньше..?