Врата Прототипа

Тав осторожно взял рог, повертел его в руках, пока Гейл осматривал находку с видом знатока. — Хм-м, в этом роге есть что-то магическое, — пробормотал Гейл, сосредоточенно нахмурившись. — Кажется, на него наложены какие-то связывающие чары. Тем временем Ламп побрёл обратно к полуразрушенному дому, где его и нашёл Алекс, по-видимому, погружённый в собственные мысли. — Теперь, когда с этим покончено, — сказал Тав, нарушив тишину, — нам стоит обыскать окрестности. Может, найдём что-нибудь полезное. Карлах, Лаэзель и Астарион вошли в один из домов, а Алекс, Тав, Гейл и Шэдоухарт выбрали другой. Внутри пахло сушёными травами и старым деревом. — Похоже на аптеку, — заметил Тав, указывая на связки трав под потолком и различные склянки с таинственными жидкостями. Отряд тщательно обыскал комнату, забирая всё, что казалось хоть сколько-нибудь полезным: травы, масла, безделушки и даже немного вяленого мяса. Разбирая завалы, Тав наткнулся взглядом на пыльную книгу, засунутую в угол. Пролистав её хрупкие страницы, он обнаружил упоминание о тайном подвале. Заинтригованные, они продолжили поиски, и вскоре Алекс обнаружил люк, спрятанный под потёртым ковром. — Я пойду первым, просто чтобы убедиться, что там безопасно, — вызвался он, поднимая крышку и спускаясь по лестнице. Внизу Алекс оказался в на удивление большой, тускло освещённой комнате. Стены были заставлены полками со старыми книгами, флаконами и различными инструментами для зельеварения. Он внимательно осмотрел помещение и за грудой ящиков заметил рычаг. Не раздумывая, он потянул за него. По комнате пронёсся низкий гул, и большой книжный шкаф отъехал в сторону, открывая тёмный узкий туннель. Алекс тут же позвал остальных. Один за другим они спустились по лестнице, и их глаза расширились при виде тайного прохода. — Все готовы? — спросил Тав, и голос его звучал ровно, несмотря на витавшее в воздухе напряжение. Получив в ответ утвердительные кивки, они осторожно шагнули в туннель. Стены были влажными, воздух — тяжёлым от запаха земли и тлена. Шэдоухарт и Алекс шли впереди, внимательно осматриваясь, а Гейл и Тав держались в нескольких шагах позади, готовые в любой момент сотворить заклинание. Туннель постепенно расширился, переходя в просторную пещеру, где по полу были беспорядочно разбросаны деревянные гробы. Когда они приблизились к ближайшему из них, тишину пронзил треск дерева. Костлявая рука пробила крышку гроба, а за ней показался и весь скелет. Отряд напрягся, обнажив оружие. — Нежить! — крикнул Тав, и его голос эхом отразился от стен пещеры, пока остальные гробы с треском распахивались. Алекс ринулся в бой первым, его движения были размытым пятном смертоносной точности. Он насчитал восемь скелетов — трое с арбалетами. Подскочив к ближайшему, он нанёс сокрушительный удар, размозжив его череп в пыль. Шэдоухарт последовала его примеру. Её булава затрещала божественной энергией, и она метнула в другого скелета золотую сферу, испепелив его на месте. Но стоило ей отвернуться, как Алекс заметил, что в неё целится арбалетчик. Прежде чем он успел среагировать, Гейл выпустил огненную стрелу, которая поразила скелета, отчего тот пошатнулся. Тав воспользовался моментом и ударил молнией, и скелет рухнул грудой обугленных костей. Трое повержены, осталось пятеро. Алекс заметил летящий ему в голову болт. Он с лёгкостью поймал его на лету, а затем сделал безупречное сальто вперёд через скелета с мечом, чтобы добраться до стрелка. Одним плавным движением он схватил череп скелета и ударил его о своё колено, раздробив вдребезги. Последний арбалетчик, видя, как пали его товарищи, поднял костлявую руку и сотворил мерзкое заклятие. Алекса окутало облако зелёного дыма; смрад разложения ударил в нос. Он почувствовал, как его внутренности начали гнить, но регенерация почти мгновенно исцелила урон. Невозмутимо Алекс поднял с земли маленький камушек и с убийственной точностью метнул его, разнеся череп скелета на осколки. Он обернулся и увидел, что оставшиеся скелеты атакуют его спутников. Шэдоухарт сдерживала одного щитом, пока Тав и Гейл метали заклинания — их атаки иногда пролетали мимо, но чаще достигали цели. Алекс бросился к ним, подсёк двух скелетов, и те повалились, словно хрупкие статуи. Затем он раздавил их черепа сапогами. Последние два скелета встретили свой конец быстро: одного Шэдоухарт размозжила булавой, а другого испепелили Тав и Гейл совместным огнём. Когда угроза миновала, отряд тяжело дыша стоял посреди разбросанных костей. Все уставились на Алекса со смесью благоговения и недоверия — кроме Шэдоухарт, которая осматривала комнату, лишь изредка бросая на него любопытные взгляды. — Что? — спросил Алекс, слегка сбитый с толку их пристальными взглядами. — Ты был невероятен! Ты что-нибудь вспомнил о том, кто ты? — взволнованно спросил Тав. — Я не удивлюсь, если ты окажешься каким-нибудь легендарным мастером, что странствует по миру в поисках достойных испытаний, — с дружелюбной улыбкой добавил Гейл. Алекс покачал головой. — Спасибо, но нет… Я просто действовал инстинктивно, будто так и надо было. Молчание нарушил голос Шэдоухарт: — Ребята, посмотрите, — сказала она, указывая на большое богато украшенное зеркало, вделанное в каменную стену в дальней правой части пещеры. Вокруг него громоздились ящики и мешки. — Нужно проверить, нет ли здесь ловушек. Эти скелеты могли быть не единственным сюрпризом, — предложил Тав, его глаза сузились, когда он окинул комнату взглядом. Отряд рассредоточился, тщательно осматривая каждый уголок. В ходе поисков они нашли пыльный том под названием «А — значит Азут, и другие боги II» и свиток с затейливыми рунами. — Что это? — спросил Алекс, заглядывая через плечо Гейла, пока тот изучал свиток. — Это свиток призыва квазита, — объяснил Гейл. — Мы можем использовать его, чтобы призвать квазита, или же я могу выучить это заклинание и призывать его, когда нам понадобится. Квазит может оказаться полезен, особенно если он что-то знает об этом месте. Все согласились, что заклинание должен выучить Гейл. — Так, всем отойти, я начинаю ритуал, — скомандовал Гейл. Несколько плавных движений рук, заклинание, произнесённое шёпотом на древнем языке, — и Гейл призвал квазита. Перед ними возникло маленькое, похожее на беса существо с огромными глазами, уставившимися на них. — Ты не хозяин Шовела, — заметил квазит высоким и обвиняющим голосом. — Боюсь, твой хозяин оставил тебя, — сказал Гейл, стараясь говорить сочувственно. Лицо квазита омрачила тень печали. — Хозяин обещал, что в следующий раз, когда он меня призовёт, я смогу съесть младенца. Все брезгливо отшатнулись. Все, кроме Алекса, который сначала решил, что это какая-то чёрная шутка. Но, увидев реакцию остальных, он быстро понял, что квазит говорил на полном серьёзе. — Младенцев я тебе есть не позволю, но если пойдёшь со мной, сможешь напугать кучу народу, — предложил Гейл, пытаясь договориться с существом. Глаза Шовела загорелись интересом. — Правда? — спросил он, и в его голосе смешались надежда и волнение. Несмотря на зловещий вид, квазит умудрялся выглядеть почти мило со своими огромными щенячьими глазами — чёрными как оникс. — Даю слово, — с лёгким поклоном произнёс Гейл. На его губах играла улыбка. Шовел радостно запрыгал, и на его мордочку вернулась зловещая ухмылка. — Шовел, ты знаешь что-нибудь об этом зеркале? — спросил Гейл, указывая на богато украшенное стекло, вмурованное в каменную стену. Квазит замер и, склонив голову набок, задумался. — Хм, хозяин иногда им пользовался, — после недолгого размышления ответил Шовел. — Вокруг него есть ловушки? — с тревогой в голосе спросил Тав. Шовел снова задумался, нахмурив крошечные брови. — Нет, ловушек нет, — наконец уверенно ответил он. Вооружившись этой информацией, отряд собрался у таинственного зеркала. Воздух, казалось, загустел от напряжения. Гейл наклонился к Таву и тихо, но настойчиво проговорил: — Нужно действовать осторожно. Квазиты не славятся своей честностью. Тав едва заметно кивнул в знак согласия. — Верно. Давай осмотрим зеркало, но будьте начеку. Гейл повернулся к Шовелу. — А тебя я пока что отпущу, — мягко, но твёрдо сказал он. Тёмные глаза Шовела поникли от разочарования, но существо кивнуло. Сделав несколько замысловатых пассов, Гейл отправил квазита обратно в его родной план. Воздух словно посветлел после исчезновения беса, но напряжение в комнате никуда не делось. Они ступили на скрипучую деревянную платформу, и эхо их шагов разнеслось в жуткой тишине. Когда они приблизились к зеркалу, его поверхность подёрнулась рябью, и из стекла проступило призрачное синее лицо. — Назовите свою цель, — произнесло лицо, и его голос гулким, потусторонним эхом разнёсся по комнате. Тав и Гейл переглянулись. В их взглядах читалось молчаливое понимание. Они одновременно подняли руки, сосредоточившись на зеркале. Их пальцы сплетали в воздухе точные, тайные узоры, соединяя нити магии. Спустя несколько напряжённых мгновений зеркало с тяжёлым скрежетом опустилось вниз. — Что вы сделали? — спросил Алекс, широко раскрыв глаза от любопытства. — Мы освободили душу, заточённую в зеркале, — с ноткой усталости в голосе пояснил Гейл. — Это было непросто, — добавил Тав. — Некромант, о котором говорил Шовел, должно быть, был невероятно силён. — Это объясняет скелетов, — сказал Алекс, складывая всё воедино. Гейл мрачно кивнул. — Некроманты часто оставляют после себя подобные ужасы. Они прошли через проём в лабораторию некроманта. Комната была обширной и тёмной; в центре стоял длинный деревянный стол с тёмными пятнами застарелой крови. По полу были беспорядочно разбросаны кости, рядом валялся жуткий набор инструментов. Слева и справа виднелись проходы в небольшие, скрытые темнотой комнаты, а в углу чернел холодный, давно неиспользуемый камин. Лицо Шэдоухарт напряглось, когда она осмотрела комнату. — Я чувствую здесь что-то скверное, — прошептала она, и в её голосе прозвучала тревога. Гейл и Тав согласно кивнули — они тоже ощущали это затянувшееся присутствие, которое, казалось, забиралось под кожу. Шэдоухарт осторожно двинулась к железной решётчатой двери слева. Едва она подошла, раздался тихий щелчок. В тот же миг сработали инстинкты Алекса. Он рванулся вперёд и сбил Шэдоухарт с ног — в то самое мгновение, как из стен вылетел целый рой дротиков и вонзился в каменный пол там, где она только что стояла. Алекс помог Шэдоухарт подняться. — Ты в порядке? — с беспокойством в голосе спросил он. Шэдоухарт взглянула на дротики, потом снова на Алекса. — Спасибо. Ты спас мне жизнь. — Просто сделал то, что должен был, — скромно пожав плечами, ответил Алекс. К ним подбежал Тав с широко раскрытыми от волнения глазами. — Все целы? — Я в порядке, — заверила его Шэдоухарт. — Алекс вовремя меня убрал. — А ты, Алекс? В тебя дротики не попали? — спросил Тав, внимательно его осматривая. Алекс покачал головой. — Я в норме. Но дальше нужно быть осторожнее. Все согласно кивнули. Эта ситуация послужила суровым напоминанием об опасностях, что таились в каждой тени. На этот раз вперёд вышел Алекс, аккуратно перешагнув через нажимную плиту, едва не стоившую Шэдоухарт жизни. Он заглянул сквозь железные прутья в комнату за ними. — Она вся в паутине и маленьких коконах, — сообщил Алекс. — Там каменный стол, а на нём книга на подставке. Обложка… будто на неё натянули человеческое лицо. Глаза Тава расширились от ужаса. — В смысле, поцарапана? Алекс покачал головой. — Нет, кожу словно туго натянули на обложку. Отвратительное зрелище. Все обменялись встревоженными взглядами. — Может, оставим эту книгу там, где она лежит? — предложила Шэдоухарт, и её голос дрогнул от напряжения. — У меня дурное предчувствие на её счёт. Гейл, однако, казался заинтригованным. — Если я смогу как следует рассмотреть эту книгу, то, возможно, определю её происхождение. В ней могут быть могущественные заклинания. Тав на мгновение взвесил все за и против, затем кивнул. — Хорошо, но давайте осторожно. Алекс, сможешь открыть дверь? Алекс опустился на колено у двери, скрыв кисти рук, когда те начали превращаться в тонкие, точные инструменты. Ловкими движениями он принялся вскрывать замок, внимательно прислушиваясь, пока не раздался долгожданный щелчок. Дверь со скрипом отворилась, открывая зловещий вид на комнату. По обеим сторонам от входа возвышались статуи горгулий с разинутыми ртами, и их каменные глаза, казалось, следили за каждым его движением. Алекс подошёл к постаменту и внимательно его осмотрел. Его взгляд сузился, когда он заметил под книгой небольшую нажимную пластину. — Постамент с ловушкой, — объявил он ровным голосом. Гейл нахмурился. — Если мы заберём книгу, кто знает, что может случиться? Вся комната может обрушиться нам на головы. — Тогда давайте сначала осмотримся, — предложила Шэдоухарт, нервно поглядывая на статуи. — У меня есть идея, — сказал Алекс и вернулся в главную пещеру. Он возвратился с камнем в руке и решительным выражением на лице. Аккуратно он снял книгу с постамента и заменил её камнем. Все затаили дыхание, но ничего не произошло. — Умно, — заметила Шэдоухарт с ноткой восхищения в голосе. Алекс передал книгу Таву. Она была такой же жуткой, как и описывал Алекс — человеческое лицо с искажённым в безмолвном крике ртом было натянуто на обложку. Глазами ей служили два светящихся фиолетовых камня, холодных и безжизненных. Гейл внимательно изучал книгу, нахмурив лоб в раздумьях. — Узнаёшь её? — спросил Тав, переворачивая книгу в руках. Гейл медленно покачал головой. — Нет, никогда не видел ничего подобного. Но могу сказать одно — это либо фолиант по некромантии, либо по тёмной магии. Тав попытался открыть книгу, но что-то словно не давало ей открыться, будто сам воздух вокруг сопротивлялся его усилиям. Он решил пока убрать её, но тяжесть её присутствия никуда не делась. — Не уверена, что стоит оставлять эту книгу, — сказала Шэдоухарт, в её голосе слышалась осторожность. Гейл согласно кивнул. — Она права. Книга может быть проклята. Опасно носить с собой нечто подобное. Тав посмотрел на остальных с растерянным видом. — Может быть… но с нами Шэдоухарт. Если книга проклята, она сможет нас исцелить. И кто знает, может, она ещё пригодится. Группа неохотно согласилась, но беспокойство осталось. Больше ничего примечательного они не нашли, кроме тайной кнопки, нажатие на которую сдвинуло одну из стен, открыв комнату с лестницей наверх. Когда они выбрались из подземелья, Карлах, Лаэзель и Астарион уже ждали, устроившись на груде ящиков с видом беспокойного ожидания. — Как вы тут? — спросил Тав с ноткой беспокойства в голосе. — Мы в порядке, — ответила Карлах ровным тоном. — Но мы нашли кое-что тревожное под деревней — паучье гнездо. Тав обеспокоенно нахмурился. — Кто-нибудь пострадал? Карлах покачала головой. — Нет, все целы. Астарион провёл основную разведку. Нам повезло, что он был с нами. Столкнуться с гнездом, полным пауков размером с лошадь, было бы сущим кошмаром. Тав кивнул, его разум уже был занят разработкой стратегии. — Нужно с ними разобраться. Если мы оставим гнездо без присмотра, они в конце концов вылезут на поверхность, а мы не можем рисковать, чтобы они охотились здесь. Изящные черты лица Астариона исказились в лёгком отвращении. — Неужели обязательно? Я не прочь запачкать руки, но паучья кровь особенно мерзкая. Его жалоба была встречена несколькими удивлённо приподнятыми бровями, но Астарион лишь невозмутимо пожал плечами. — Завтра разберёмся, — решил Тав. — Солнце садится. Вернёмся в лагерь и отдохнём, пока есть возможность. Когда они подошли к своему лагерю на пляже, в мерцающем свете костра стояла одинокая фигура. Уилл, ожидавший с тяжёлым выражением на лице, которое, казалось, отражало всю тяжесть мира на его плечах. — Уилл, — поприветствовал его Тав, дружески махнув рукой. Взгляд Уилла тут же нашёл Карлах, которая скрестила руки на груди и встретила его взгляд со стальной решимостью. — Я благодарен, что ты была рядом и помешала мне совершить нечто непростительное, — сказал Уилл, его голос был полон сожаления. — Тебя обманули. Это не твоя вина, — заверил его Тав. — И всё же я поступил опрометчиво, — пробормотал Уилл, со стыдом опустив глаза в землю. Тав подошёл и ободряюще положил руку ему на плечо. — Присаживайся. Мы можем всё обсудить вместе. Все собрались у костра, тепло пламени прогоняло вечернюю прохладу. Пока они пересказывали события дня, Алекс внимательно слушал, складывая в уме историю о том, как Уилл едва не лишил жизни Карлах по приказу таинственного источника, который ложно заклеймил её как дьяволицу-убийцу. Голос Уилла был полон раскаяния. — Карлах, мне очень жаль. Глаза Карлах сузились, а в голосе послышалась горечь. — Вот что бывает, когда заключаешь сделки с дьяволами. Уилл выглядел ошеломлённым. — Что? Как ты?.. — Ты колдун, Уилл, я не идиотка, — прервала его Карлах резким, как лезвие, тоном. — Очевидно, что за мной тебя послал твой покровитель. Кто он? Прежде чем Уилл успел ответить, из тени раздались медленные, размеренные хлопки. — Умна и сильна. Неудивительно, что Зариэль хочет тебя вернуть, — прозвучал знакомый, насмешливый голос. Группа вскочила на ноги, обнажив оружие. — Мизора, — прошипела Карлах, сжав кулаки. — Именно, — промурлыкала Мизора, её присутствие источало злобу. — А теперь, если не возражаете, мне нужно одного непослушного питомца проучить. Она щёлкнула пальцами, и у ног Уилла вспыхнул огненный круг. Тёмная, вязкая смола хлынула вверх, покрывая его с головы до ног, и он в агонии рухнул на колени. Огонь погас так же быстро, как и появился, оставив после себя преобразившегося Уилла. На его некогда человеческом лице проступили длинные, изогнутые рога и гребни, исказившие кожу. У Алекса перехватило дыхание, когда он понял, что Уилла превратили в исчадие — тифлинга. — Так-то лучше, — сказала Мизора с удовлетворённой усмешкой. Голос Уилла дрожал от ярости и неверия. — Что ты со мной сделала?!. — Ха-ха, да так, ничего особенного, — ответила Мизора с жестоким смешком. — Просто сделала тебя исчадием, и даже не пытайся это исправить. Такую магию не отменит даже сама Зариэль. И помни, наш договор всё ещё в силе. Чао! С этими словами огненное кольцо окутало её, и она исчезла, оставив после себя лишь едкий запах серы. Тав с мрачным видом повернулся к Уиллу. — Уилл, нам нужно услышать всю историю. — Когда мне было семнадцать, — вздохнул Уилл, садясь на ближайший камень; казалось, на него давил груз прожитых лет, — неведомая сила потянула меня на окраину города. Там я наткнулся на культистов Тиамат, которые готовились призвать драконью богиню в наш мир. Я был настолько глуп, что думал, будто смогу остановить их в одиночку, но они с лёгкостью меня одолели. Именно тогда и появилась Мизора, предложив мне свою силу в обмен на душу. Я был в отчаянии… и согласился. Вместе мы уничтожили культистов. Но цена оказалась выше, чем я предполагал. Он умолк, и голос его дрогнул. — Я не мог говорить о случившемся, связанный условиями нашего договора. Когда мой отец, Ульдер Рэйвенгард, вернулся и увидел меня с дьяволицей под боком, он потребовал объяснений. Но я не мог сказать ему правду. Улики, указывавшие на ритуал культистов, исчезли, оставив меня ни с чем, кроме стыда. Отец изгнал меня, вышвырнув из Врат Балдура. С тех пор я скитался по пограничным землям, пытаясь служить городу издалека, защищая невинных и в то же время оставаясь рабом адской воли Мизоры. — Дьяволы всегда знают, когда предложить сделку, — мудро кивнул Гейл. — Лишь глупец заключит сделку с дьяволом, — фыркнула Лаэзель. Её прямолинейное замечание удостоилось нескольких косых взглядов, но даже Шэдоухарт неохотно согласилась: — Тут она права. Тав снова положил руку Уиллу на плечо. — Мы найдём способ разорвать твой договор. Ты не один. Астарион картинно вздохнул и прикрыл лицо рукой, словно сама мысль о бескорыстии была ему невыносима. Повернувшись к Карлах, Тав спросил: — Что Мизора имела в виду, когда сказала, что Зариэль хочет тебя вернуть? Карлах замялась, её пламенная натура слегка померкла. — Это история для другой ночи, Тав. Давай просто насладимся тем покоем, что у нас есть сегодня. Тав кивнул, чувствуя, что сейчас не время настаивать на подробностях. Спустя какое-то время Алекс подошёл к Гейлу, который, залитый тёплым светом костра, погрузился в чтение книги. — Здравствуй, Гейл, — неуверенно произнёс Алекс. Гейл поднял голову и тепло улыбнулся. — Алекс. Тебе что-то нужно? — Да… не мог бы ты научить меня магии? Гейл отложил книгу, и его глаза загорелись интересом. — Много ли ты знаешь о Плетении? — Ничего, — признался Алекс. — Тогда начнём с самого начала, — мягко сказал Гейл. — Плетение — это неотъемлемая часть вселенной. Оно пронизывает всё невидимыми нитями. Именно оно делает магию возможной. Плетение считают многим: телом Мистры, источником магии, совокупностью всех учений заклинателей, как тайных, так и божественных, а также множеством энергий и сил, существующих в разных планах. Многие видят его как «ткань», на которой «рисуется» магия, и повреждение этой ткани заставляет магию сходить с ума. Подготовка заклинания — это способ «удержать» небольшую часть Плетения для определённого эффекта, в то время как сотворение заклинания равносильно приказу Плетению перестроиться для создания этого эффекта. Он сделал паузу, давая своим словам улечься, прежде чем продолжить. — Плетение часто рассматривают как продолжение Мистры, богини магии, хотя всё несколько сложнее. Это не сама магия, а средство, с помощью которого магию можно направлять и понимать. Это словно… холст, на котором пишут магию. Алекс слушал с неослабевающим вниманием, и его любопытство росло. — Кто такая Мистра? Выражение лица Гейла на мгновение стало отстранённым, будто он вспоминал что-то давно забытое. — Мистра — это богиня, которая управляет Плетением, следя за тем, чтобы оно оставалось в равновесии. Без неё магия была бы непредсказуемой и хаотичной. — У тебя есть ещё вопросы? — спросил Гейл, его тон теперь стал легче и дружелюбнее. Алекс покачал головой. — Пока нет. Не мог бы ты показать мне, как сотворить заклинание? — Конечно, — с улыбкой ответил Гейл. — Начнём с чего-нибудь простого. Он поднял ладонь, и над ней возникла маленькая сфера света, мягко сияющая. — Это простейшее заклинание — создание шарика света. Смотри внимательно. Алекс с восхищением смотрел на свет, отмечая, что он повторяет сияние солнца, но не излучает тепла. Гейл подошёл к нему и взял его за руку. — Теперь я проведу тебя через этот процесс. Закрой глаза и представь, как поток воды закручивается в водоворот. Как только ты сформируешь этот образ, представь, что он сжимается в шар и наполняется светом. Алекс сделал, как ему велели, изо всех сил концентрируясь. Он почувствовал, как в его ладони собирается странная энергия, а когда открыл глаза, увидел, что прямо над рукой парит маленький шарик света. Он смотрел на него, поражённый. — Отлично, — похвалил Гейл, его голос был полон искреннего восхищения. — У тебя природный талант. — Как долго он продержится? — спросил Алекс, наблюдая, как свет начал мерцать. — Несколько секунд, — ответил Гейл. — Это заклинание не требует много сил, поэтому быстро угасает. И действительно, вскоре свет погас. — Это заклинание простое, но у него много вариаций, — продолжил Гейл, создавая ещё один шар света, который на этот раз переливался всеми цветами радуги. — Видишь, что я имею в виду? Лёгким движением запястья Гейл направил шар к Алексу, тот поймал его, и свет теперь цеплялся за его ладонь. — А теперь, полагаю, тебе не терпится научиться чему-то более… взрывному? — спросил Гейл с понимающей улыбкой. Алекс кивнул, чувствуя, как внутри него закипает возбуждение. Гейл поднял руку, на этот раз сотворив огненный шар. — Это Огненный снаряд, простое атакующее заклинание. Смотри внимательно, — он метнул шар в ближайший камень, который тут же охватило пламя. Подойдя к камню, Алекс ощутил исходящий от него жар. Его глаза расширились от изумления. — Твоя очередь, — сказал Гейл, отступая назад. — Сконцентрируй Плетение в руке, как и раньше, но на этот раз думай об огне — о его жаре, его мощи. Когда будешь готов, крикни «Игнис» и выпусти его. И помни, не держи его слишком долго, иначе он может взорваться у тебя в руке. Алекс глубоко вздохнул и попытался сосредоточиться. Первые несколько попыток были неуверенными, он едва не подпалил себя, но в конце концов ему удалось. Огненный снаряд сорвался с его руки и ударил в камень с приятным треском пламени. — Отлично, — сказал Гейл, искренне впечатлённый. — Ты всё схватываешь на лету. Алекс покачал головой. — Наверное, я просто быстро учусь. А кто-нибудь на самом деле видит Плетение? Гейл покачал головой. — Обычно нет, хотя некоторые существа могут обладать такой способностью. Но на сегодня ты добился большого прогресса. Попрактикуйся ещё немного с этим заклинанием, а завтра мы сможем глубже погрузиться в тайны магии. Спокойной ночи, Алекс. — Спокойной ночи, Гейл. И спасибо за всё. Гейл слегка поклонился и направился обратно к церкви, оставив Алекса наедине со своими мыслями. Алекс откинулся на тёплый песок, глядя на звёздное небо. Ночь была полна незнакомых звуков, а свежий, незагрязнённый воздух наполнял лёгкие, принося с собой чувство умиротворения, которого он не испытывал очень давно. Над ним небо было расписано завораживающим северным сиянием, его цвета переплетались в неземных узорах. «Так вот оно какое, Плетение», — размышлял Алекс, поднимая руку и снова вызывая маленький шарик света. Он вспыхнул, озарив его лицо мягким сиянием. — Прекрасно, — прошептал он, любуясь хрупкой сферой.