Врата Прототипа

Пока Гейл посвящал Алекса в тонкости Плетения, тот времени зря не терял. Он незаметно изменил внутреннюю структуру своих глаз в надежде увидеть эту таинственную силу так, как не мог никто другой. И оказался прав. Плетение существовало за пределами обычного человеческого зрительного спектра от 400 до 700 нанометров и, судя по едва различимым мерцающим узорам, находилось ближе к ультрафиолетовому диапазону. Позже той же ночью Алекс лежал на прохладном песке, его взгляд утопал в бескрайних просторах ночного неба. Ритмичный шум волн, разбивающихся о берег, действовал почти гипнотически, погружая его в состояние глубокой задумчивости. Он почувствовал чьё-то знакомое приближение, но что-то в нём было не так. Ещё до того, как обернуться, он понял, что это Тав. Алекс ощущал его разум — нечто, чего он никогда прежде не испытывал, — странную связь между ними, похожую на вторжение. Тав остановился рядом, и на мгновение всё замерло. Затем стремительным, диким движением он вскинул нож высоко над головой и смертоносной дугой обрушил его прямо в сердце Алекса. Сработал инстинкт, и Алекс в последний миг откатился в сторону — клинок вонзился в песок там, где он только что лежал. Он быстро вскочил на ноги, встречая взгляд Тава, чьё обычное спокойствие сменилось чем-то первобытным, ужасающим. Глаза Тава горели безумным огнём, а голос походил на рык, идущий, казалось, из самой его глубины. — Я убью тебя и искупаюсь в твоей крови! Он бросился на Алекса с яростью, совершенно не свойственной тому человеку, которого он знал. Алекс уворачивался от каждого дикого выпада, лихорадочно пытаясь понять, что происходит. Это был не Тав, не совсем он. Должно быть, какая-то форма одержимости или проклятия — тёмное влияние, исказившее его до неузнаваемости. Шли мгновения, атаки Тава становились всё медленнее, движения — менее точными; было очевидно, что он не привык к физическим нагрузкам. Воспользовавшись моментом, Алекс ловко схватил Тава за запястье, обезоружил его и отбросил нож в песок. Быстрым движением он завёл ему руку за спину, подсёк ноги и повалил лицом в землю. Алекс обхватил шею Тава рукой, сдавливая ровно настолько, чтобы перекрыть доступ воздуха. Тав забился в его хватке, судорожно хватая ртом воздух, но Алекс держал крепко. Он не хотел причинять ему вреда — лишь остановить безумие, охватившее его. Спустя несколько мучительных секунд тело Тава обмякло, и он потерял сознание. Алекс ослабил хватку и снова сел на песок. Мысли в его голове роились, как обезумевший улей. Что это только что было? Через несколько минут Тав зашевелился и, застонав, медленно пришёл в себя. Дикий, звериный взгляд исчез, сменившись растерянностью и страхом. — Что случилось? — спросил Тав дрожащим голосом, потирая голову. Взгляд Алекса был твёрд. — Ты пытался меня убить. Глаза Тава расширились от недоверия. — Я… что?!. — Ты пытался зарезать меня, — спокойно ответил Алекс, поднимая нож и показывая его Таву. — Прямо здесь, когда я лежал на песке. Тав уставился на нож, и на его лице отразился ужас. — Я не помню… Мне снился ужасный кошмар, но я не могу вспомнить, о чём он. Только это всепоглощающее чувство страха. А потом я очнулся здесь. Он посмотрел на Алекса, и в его голосе прозвучало отчаяние. — Ты можешь сохранить секрет? Алекс кивнул, чувствуя всю серьёзность того, что Тав собирался ему поведать. Тав сделал глубокий вдох и произнёс едва слышным шёпотом: — Ты не единственный, кто борется с потерянными воспоминаниями. У меня есть знания об этом мире, но когда я пытаюсь вспомнить что-то личное — кем я был, откуда я пришёл, — там просто… пустота, словно этих воспоминаний никогда и не было. Алекс молчал, осмысливая это откровение. — Но это… это безумие, кто я такой? — голос Тава сорвался, его руки задрожали, когда он закрыл лицо, пытаясь сдержать слёзы. В Таве он увидел самого себя несколько недель назад. Проснувшегося без единого воспоминания о прошлом. Тот поднял на Алекса умоляющий взгляд. — Пожалуйста, не говори остальным. Прошу. — Не скажу, — твёрдо и искренне заверил его Алекс. — Спасибо, — прошептал Тав. В его глазах смешались облегчение и страх. — У тебя бывали подобные приступы? — осторожно спросил Алекс. Тав покачал головой, на его лице отразилась тревога. — Таких — нет. Но у меня появляются… жестокие порывы. Мысли о том, каково это — растоптать крысу или пнуть белку. Сначала они были мимолётными, как шёпот в голове. Но теперь они становятся всё сильнее, всё настойчивее. — И ты боишься, что потеряешь контроль, — закончил за него Алекс. Тав кивнул. Его страх был почти осязаем. — Думаю, я попробую уснуть, — сказал Тав, ложась на песок спиной к Алексу. — Ты не вернёшься в лагерь? — обеспокоенно спросил Алекс. — Нет, — тихо ответил Тав. Алекс слышал, как ровный ритм сердца Тава замедляется, унося его в сон. С тяжёлым вздохом он снова лёг, его глаза вновь следили за тонкими потоками Плетения, танцующими над ним, пока разум пытался справиться с тревожными событиями этой ночи. Когда рассвет озарил лагерь тёплым светом, Алекс и Тав направились в церковь. Астарион уже проснулся и небрежно развалился с книгой в руках, его острый взгляд метнулся к ним, когда они вошли. — Кажется, все остальные ещё спят, — заметил Алекс. Взгляд Астариона задержался на них двоих, на его губах заиграла хитрая улыбка. Ночью он слышал, как кто-то покинул лагерь, и теперь, видя, как они возвращаются вместе, его воображение рисовало самые разные картины. — Доброе утро, голубки, — протянул Астарион насмешливым тоном. Алекс проигнорировал колкость, но Тав, казалось, вернувший себе часть своей обычной дерзости, с ухмылкой парировал: — Завидуешь? Астарион рассмеялся, качая головой. — О нет, сладкий. Не сравнивай меня с ним. Я играю в совершенно другой лиге. Тав и Астарион обменялись смешками, а Алекс лишь вздохнул, потирая виски. Час спустя остальная часть группы проснулась и была готова к дневной вылазке. — Кажется, нас становится слишком много, — заметил Тав, оглядывая собравшихся. Уилл согласно кивнул. — Мы привлечём слишком много внимания, если пойдём все вместе. Лучше разделиться на небольшие группы. Тав на мгновение задумался и кивнул. — Мы собираемся уничтожить то паучье гнездо, так что пятерых будет достаточно. Все согласились, хотя в воздухе витала лёгкая тревога. — Я возьму Карлах, Астариона, Алекса и Шэдоухарт, — решил Тав. Лицо Лаэзель тут же омрачилось, на нём застыла недовольная гримаса. — Цк, мне нужно тренироваться, — пробормотала она, явно раздосадованная тем, что её оставили. Её глаза сузились, и на мгновение Алекс увидел в них опасный блеск — напоминание о том, что Лаэзель не из тех, кто безропотно подчиняется приказам. Но она отвернулась; подавляя кипевшее внутри разочарование, она отправилась искать способ выплеснуть накопившуюся агрессию. Вернувшись в деревню, они застали Лампа, который ждал их. Его обычная грубость сменилась бледностью и тревогой. Что-то было явно не так. — Ламп, ты в порядке? — спросил огр Алекс с лёгкой, понимающей ухмылкой. Ламп отвёл взгляд, отказываясь встречаться с ним глазами. — Да, я в полном порядке, — пробормотал он. Тав, более сосредоточенный на деле, вмешался: — Ты не видел гоблинов в окрестностях? Ламп покачал головой, его движения были почти механическими. — Нет. Похоже, все отряды по-прежнему в святилище, к западу отсюда. Тав нахмурился. Эта новость не принесла ожидаемого облегчения. — Нам нужно разобраться с ними в ближайшее время. Если мы этого не сделаем, они могут напасть на рощу в любой момент. [Несколькими часами ранее] — Нужно бежать как можно дальше от этого чудовища, — бормотал себе под нос Ламп, пока сердце бешено колотилось в груди, а он сам со всех ног нёсся прочь из деревни. Кошмарные события последних часов проносились в его голове, подстёгивая панику. Он никогда в жизни так быстро не бегал. Лёгкие горели огнём, ноги гудели от боли, но страх, гнавший его вперёд, был неумолим. «Ламп, стой». Голос пронзил его разум, заставив так резко замереть на месте, что он едва не рухнул на землю. Голос был безошибочно узнаваем — это было то самое чудовище, Алекс. «Куда ты идёшь?» — голос Алекса был холоден. — О великий, — пролепетал Ламп, пытаясь сохранить голос ровным. — Я просто искал место для ночлега. «Убегая со всех ног?» — тон был обвиняющим, не оставляющим места для лжи. — Да, — просто ответил Ламп, зная, что любая попытка обмана будет тщетной. Наступило молчание, а затем голос Алекса снова наполнил его разум, и по спине Лампа пробежал холодок. «Держись поблизости. Когда я подам знак, вернёшься в заражённую деревню». Осознание ударило Лампа под дых. Алекс мог отследить его, говорить с ним мысленно, будто все его мысли были как на ладони. Краска схлынула с лица Лампа, страх стал ещё глубже. У него не было выбора, кроме как подчиниться. Чудовище держало его на поводке, и сбежать было невозможно. Алекс, где бы он ни находился, довольно улыбнулся, зная, что его план работает безупречно. Вчера, когда Алекс проходил мимо туши мёртвой овцы, маленький извивающийся червяк соскользнул с его ноги и зарылся в гниющую плоть. Это был не просто червь, а видоизменённая версия личинки — примитивный маячок и телепатический передатчик, который Алекс тайно применил. Ламп, не подозревая обо всех способностях Алекса, по незнанию съел заражённую овцу, тем самым предрешив свою судьбу невольной пешки. Отряд вошёл в тускло освещённую кузницу, воздух в которой был пропитан запахом горелого металла и пепла. Астарион с щегольским видом шагнул вперёд и вытащил из кармана скомканный листок бумаги. — Чуть не забыл — нашёл это, когда обчищал один сундук, — объявил он, показывая бумагу всем присутствующим. Тав взял листок, пробегая глазами по тексту. — Рецепт оружия с использованием коры суссурского дерева, — задумчиво произнёс он. — По-моему, довольно бесполезная штука, — пожал плечами Астарион. Однако Шэдоухарт при упоминании дерева оживилась. — Необязательно, если мы сможем найти суссурское дерево. Карлах, прислонившись к стене и скрестив на груди свои массивные руки, вскинула бровь. — Разве это не то светящееся дерево, что растёт только в Подземье? Тав кивнул, его разум уже был полон идей. — Да. Если найдём путь в Подземье, нам определённо стоит отыскать суссурское дерево. Но пока давайте сосредоточимся. Где вход в гнездо? Астарион указал в дальний конец комнаты. — Там, — сказал он, указывая на участок стены, где камень был грубо выдолблен. — Эта дыра ведёт прямо в их логово. Без колебаний Карлах первой запрыгнула на каменную платформу — её мощные ноги с лёгкостью подбросили её вверх. Астарион с той же грацией последовал за ней, а Шэдоухарт — сразу за ним. Алекс наблюдал, впечатлённый их проворством. Когда настала очередь Тава, Алекс подсадил его, а затем и сам с привычной лёгкостью взобрался наверх. — Тише и смотрите под ноги, — прошептал Астарион, когда они подошли ко входу в дыру. На этот раз его голос звучал низко и серьёзно. Когда они проползли через узкий проход, причина предостережения Астариона стала ясна. Пещера за ним представляла собой лабиринт из паутины, с липкими шёлковыми мостами, перекинутыми через небольшую, но глубокую пропасть. Карлах с опаской посмотрела на хрупкую с виду паутину. — Не выглядит особо прочной, — пробормотала она с ноткой беспокойства в голосе. — Может, так и кажется, — ответил Астарион, начав с особой осторожностью переходить по одному из паутинных мостов. — Но я видел, как по нему прошли два паука, и он почти не шелохнулся. Он двигался медленно, осторожно ставя каждую ногу, чтобы не увязнуть. — И будьте внимательны — эта дрянь невероятно липкая. Один за другим они последовали за Астарионом. Карлах и Таву пришлось труднее всего — их ноги несколько раз застревали, но им удавалось освободиться без особых проблем. К счастью, огненная натура Карлах не подожгла паутину, избавив их от потенциально катастрофической ситуации. Когда все благополучно перебрались на другую сторону, Карлах крепко сжала свою двустороннюю секиру и вгляделась в темноту. — Сколько там пауков? — спросила она низким, рычащим голосом. Вглядываясь во мрак, Астарион ответил: — Пять пауков и ещё два существа, похожих на пауков, но только с парой ног и рук. Я не смог подобраться ближе, чтобы не быть замеченным, но их может быть и больше. Ах да, и пауки умеют телепортироваться — вдруг вам не хватало плохих новостей. Лицо Тава помрачнело. — Это фазовые пауки. Они могут по желанию перемещаться между материальным и астральным планами. Остальные, должно быть, эттеркапы. Мерзкие твари, но, по крайней мере, у них нет особых способностей, как у пауков. Астарион картинно вздохнул. — Фантастика. Пауки размером с лошадь, которые умеют телепортироваться. Как раз то, чего нам не хватало. Тав проигнорировал сарказм, его разум уже выстраивал план. — Астарион, ты говорил, что владеешь магией иллюзий. Можешь создать малую иллюзию, чтобы выманить их? Ухмылка вернулась на лицо Астариона. — Могу, но только если вежливо попросишь. Тав закатил глаза, но подыграл: — Пожалуйста. Удовлетворённо кивнув, Астарион начал готовить заклинание. — План таков, — продолжил Тав, обращаясь к группе. — Астарион выманит их иллюзией. Как только они окажутся на нужной позиции, я сотворю огненный шар, чтобы задеть как можно больше. Это должно их ослабить или, если повезёт, убить нескольких. Затем Карлах, Алекс и Шэдоухарт вступают в бой, чтобы добить оставшихся. Мы с Астарионом будем поддерживать вас сзади. Если кого-то ранят, у нас есть исцеляющие зелья и заклинания Шэдоухарт. — Простой план — меньше шансов всё испортить, — заметила Шэдоухарт спокойным и ровным голосом. Пока они продвигались вглубь пещеры, Алекс не мог не поражаться её исполинским размерам. Потолок был таким высоким, что терялся во тьме, и лишь изредка во мраке поблёскивал шёлк. В воздухе стоял густой запах разложения и чего-то ещё, чего-то первобытного, отчего нервы натягивались как струна. Затем они их увидели — пауков и тех гротескных созданий, полупауков-полулюдей, что рыскали по пещере. Фазовые пауки двигались с жуткой грацией, их тела подёргивались рябью, когда они появлялись и исчезали из реальности, а эттеркапы прятались в тени, и их глаза-бусинки поблёскивали в тусклом свете. Все укрылись за большим валуном. В воздухе повисло напряжение — они готовились к предстоящей битве. Астарион, как и подобает скрытному плуту, прокрался вперёд. Его движения были плавными и бесшумными, пока он занимал позицию за другим камнем, поближе к врагу. Быстрым жестом он сотворил малую иллюзию, вызвав посреди чудовищных созданий образ маленького беззащитного котёнка. Иллюзия была идеальной — его крошечное мяуканье эхом разнеслось по пещере, привлекая внимание тварей. Твари отреагировали мгновенно, с визгом и щёлканьем в унисон бросившись к иллюзорному котёнку. Всё было так, как и описывал Астарион: из тени показались пять огромных пауков и два уродливых эттеркапа, их движения были дёргаными и тревожными. Когда они сгрудились вокруг иллюзии, Тав сосредоточенно сузил глаза. Он поднял руки, направляя поток тайной энергии, и мощным движением запястья швырнул в толпу огненный шар размером с небольшой автомобиль. Взрыв оглушил. Ревущее пламя поглотило монстров, и жар был таким сильным, что воздух пошёл рябью. Пауки и эттеркапы мучительно завизжали — их экзоскелеты и плоть покрывались волдырями и обугливались под натиском огня. Но даже сокрушительной мощи заклинания не хватило, чтобы добить их. Карлах быстро переглянулась с Алексом — они без слов поняли, что нужно делать. — Покончим с этим, — прорычала Карлах и бросилась вперёд. Алекс следовал за ней по пятам. Она первой добралась до ближайшего паука, и её двусторонний топор с жестокой силой обрушился вниз. Лезвие прорубило толстый панцирь твари, расколов его с отвратительным треском. Не успела она перевести дух, как на неё набросился эттеркап, выставив когти, чтобы разорвать её на части. Но Алекс оказался быстрее. С поразительной ловкостью он проскользнул под существом и нанёс сокрушительный удар ногой по его позвоночнику, переломив его, словно прутик, и эттеркап рухнул на землю. — Спасибо, — хрипло бросила Карлах и, не теряя ни секунды, снова ринулась в бой. Почувствовав движение за спиной, Алекс развернулся как раз вовремя, чтобы увидеть другого эттеркапа, заносящего когти для удара. Но прежде чем тот успел их опустить, в воздухе просвистела стрела и вонзилась твари в череп. Алекс воспользовался моментом и мощным боковым ударом ноги врезал ей по рёбрам, отчего эттеркап попятился. Он поднял взгляд и увидел, как оставшиеся четыре паука начали мерцать, исчезая и появляясь вновь, — они телепортировались на возвышенности, чтобы спастись от битвы. Один из пауков попытался плюнуть в Алекса, но промахнулся, оставив на каменном полу лужу жидкости цвета жёлчи. — Каждый по пауку! — выкрикнул Тав, и его голос эхом разнёсся по пещере. Алекс тут же нацелился на паука, который его атаковал, и вскарабкался на ближайший камень, чтобы до него добраться. Но как только он приблизился, существо исчезло, появившись рядом с Карлах. Она с рычанием увернулась от его атаки и в ответ взмахнула топором, но паук снова растворился в воздухе, прежде чем она успела нанести удар. Тем временем Тав и Астарион справлялись лучше, держась на расстоянии и атакуя заклинаниями и стрелами. Но даже так способность пауков телепортироваться мешала нанести решающий удар. Шэдоухарт, пытаясь поразить одного из них сгустком света, промахнулась, так как паук в последний миг исчез, чтобы тут же появиться рядом с ней. Она едва успела поднять щит, блокировав клыки твари, со звоном ударившиеся о металл. Видя, как нарастает разочарование Карлах, Алекс двинулся ей на помощь. Терпение варварши иссякло, и её пламя разгоралось всё жарче по мере того, как рос её гнев. — Хватит бегать, сразись со мной, восьмилапый урод! — взревела она, и в её голосе кипела ярость. Алекс, быстро сориентировавшись, поднял с земли камешек и швырнул его с удивительной силой. Камень пролетел по воздуху и ударил паука в брюхо с такой точностью, что пробил экзоскелет, глубоко вонзившись в плоть существа. Паук издал пронзительный визг и, извиваясь от боли, переключил своё внимание на Алекса. Этого мгновения Карлах было достаточно. С рёвом она ринулась вперёд и со всей мочи опустила топор, рассекая паука надвое. — Ещё раз спасибо, — тяжело дыша, сказала Карлах и нанесла последний удар, чтобы убедиться, что паук мёртв. Она плюнула на его подёргивающееся тело. — Ненавижу пауков. Алекс и Карлах повернулись, чтобы проверить, как дела у остальных. Астарион уже расправился со своим пауком, судя по количеству стрел, вонзившихся в его бездыханное тело. Противник Тава едва цеплялся за жизнь, и после последней вспышки молнии из ладони Тава существо задёргалось и рухнуло. Шэдоухарт стояла над останками другого паука; с её кистеня, который она подняла с размозжённой головы твари, капал ихор. — Отличная работа, — сказал Тав, и в его голосе слышались и облегчение, и усталость. Алекс окинул взглядом пещеру, его глаза сузились, сосредоточившись на её дальних, тёмных уголках. — Идём дальше? — спросил он, уже предвкушая следующее испытание. Тав покачал головой. — Передохнём немного. Нам нужно быть в полной силе, прежде чем мы столкнёмся с их королевой. Она будет куда крепче этих. Алекс заметил, как Астарион закатил глаза, явно недовольный идеей углубляться в этот кошмар. Было очевидно, что он предпочёл бы оказаться где угодно, но только не здесь, однако возражений не высказал. Кивнув, Алекс нашёл плоский камень и сел. Он был готов идти дальше, но понимал, что остальным нужна эта передышка. Карлах подошла к нему и с ухмылкой плюхнулась рядом. — Привет, солдат, — поздоровалась она лёгким тоном, несмотря на только что закончившуюся резню. — Привет, — ответил Алекс, откидываясь на камень и позволяя напряжению в плечах немного спасть. — Спасибо, что прикрыл с тем пауком. Он меня уже бесить начал, — сказала Карлах с искренней улыбкой. Алекс тихо усмехнулся. — Они и правда раздражали, постоянно телепортировались. Но ты отлично с ними справлялась. Улыбка Карлах стала шире. — Мило с твоей стороны. У тебя и самого впечатляющие приёмы. Быстрые рефлексы и недюжинная сила для такого… тощего парня. — Спасибо… — немного неловко ответил Алекс, не привыкший к похвалам. Карлах с любопытством посмотрела на него. — Кто научил тебя так драться? — Инстинкты, — с лёгким пожатием плеч ответил Алекс. Карлах разразилась смехом — глубоким, раскатистым смехом, эхом прокатившимся по пещере. — Инстинкты, да? Это инстинкты подсказали тебе забить того паука камнем? — она указала на убитого Алексом паука, из дыры от камешка в теле которого всё ещё сочилась тёмная кровь. — Да, — невозмутимо ответил Алекс, заставив Карлах рассмеяться ещё сильнее. — Ладно, не буду лезть в душу, — сказала она, вставая и потягиваясь. — Но я бы хотела однажды увидеть тебя в настоящем бою. Алекс озадаченно посмотрел на неё, но она лишь подмигнула ему и направилась обратно к остальным, так и не стерев с лица игривой улыбки. Вопреки самому себе, Алекс не смог сдержать ответную улыбку. «А с ними весело», — пробормотал он про себя, снова откидываясь на камень и на мгновение прикрывая глаза, позволяя себе расслабиться. После десяти минут столь необходимого отдыха они снова были на ногах. Передышка придала им новых сил, и они приготовились двинуться вглубь тёмной, зловещей пещеры. Что бы их ни ждало впереди, Алекс знал, что они встретят это вместе, как и тех пауков, — и эта мысль дарила ему странное чувство спокойствия.