Врата Прототипа

Астарион, шедший во главе отряда, поднял руку, приказывая всем остановиться. Пещера была тёмной, наполненной приглушёнными звуками шуршащих лапок и капающей воды, и каждый шорох усиливался в давящей тишине, окутавшей их словно саван. Астарион скользнул за валун — его движения были плавными, почти хищными, — а затем молча указал на две высокие каменные колонны впереди. Там, на паутинном мосту, перекинутом между двумя массивными колоннами, висел паук размером с танк. Его гротескное тело походило на тела пауков поменьше, с которыми они уже сталкивались, но с одним леденящим кровь отличием: глаза чудовища светились зловещим красным, а на спине отчётливо виднелся узор, напоминающий багровый череп. — Это их королева, — прошептал Тав. Его голос был едва слышен, но в нём звучал неподдельный страх. — Ну и здоровенная же тварь, — пробормотала Карлах, сузив глаза и разглядывая чудовище. Перед ними ожил кошмар во плоти. Астарион указал на паутинный мост, по которому передвигалась королева. — Можно ударить по ней Огненным снарядом, пока она на мосту. Это её не убьёт, но она рухнет вниз, и тогда мы сможем добить её все вместе, — объяснил он ровным и уверенным голосом. — Но настоящая проблема — вон те. — Он указал вниз. Отряд проследил за его взглядом. Несколькими метрами ниже фазовые пауки патрулировали область вокруг зияющей дыры, из которой исходил жуткий зелёный свет, отбрасывавший на пол пещеры болезненные тени. Наступила короткая тишина — все обдумывали стратегическое предложение Астариона. Никто не ожидал от него такой тактической хватки. — Что, думали, я только красивый? — съязвил Астарион с ухмылкой на губах. — Спешу сообщить, что я по меньшей мере так же умён, как и хорош собой. Тав невольно закатил глаза, но в его голосе, когда он обратился к группе, прозвучала нотка уважения: — Сначала попробуем сбросить королеву пауков, как и предложил Астарион. Как только она упадёт, Астарион выманит остальных пауков с помощью малой иллюзии. Я ударю по ним огненным шаром, когда они сгруппируются. Карлах, Алекс — вы вступаете в ближний бой, пока Астарион помогает Шэдоухарт. Я наложу на них обоих невидимость, они обойдут её и нападут, пока она будет отвлечена. Шэдоухарт решительно кивнула, её лицо стало непроницаемой маской. — Я справлюсь, — твёрдо подтвердила она. — Всем занять позиции, — распорядился Тав тоном, не терпящим возражений. Астарион, изобразив негодование, вскинул бровь. — А почему ты меня не спросил? Может, я не справлюсь. Тав бросил на него сухой взгляд. — Я знаю, что ты справишься. Астарион моргнул, явно опешив от редкого комплимента. — …Спасибо, — пробормотал он, и в голосе его слышалось удивление. Когда план был утверждён, Астарион, Шэдоухарт, Карлах и Алекс осторожно спустились вниз, используя паутину и лианы как импровизированную лестницу, и заняли позиции рядом с тем местом, куда должна была упасть королева. Тав остался наверху, готовый обрушить свои заклинания с безопасного расстояния. Астарион двигался с отточенной скрытностью, сотворив Малую иллюзию. Рядом с патрулирующими пауками появилась маленькая полупрозрачная кошка, и её невинное мяуканье жутко разнеслось по пещере. Эффект был мгновенным. Пауки, привлечённые звуком, ринулись к ней, их гротескные тела заскрежетали по грубому камню. Даже королева остановилась на своём паутинном мосту, и её красные глаза сверкнули, когда она посмотрела на суматоху внизу. Воспользовавшись моментом, Астарион быстро выпустил Огненный снаряд. Огненный снаряд с шипением ударил в паутинный мост, прожигая толстые шёлковые нити. Королева пауков пронзительно взвизгнула от неожиданности, когда мост под ней обрушился. Она рухнула на землю, с отвратительным хрустом придавив своих же меньших отпрысков. Тав был наготове. Сосредоточенным жестом он метнул огненный шар в извивающуюся массу пауков. На этот раз огненный шар был ярче, горячее — шар чистого разрушения. Взрыв оказался сокрушительным, в одно мгновение испепелив большую часть выводка. Немногие выжившие получили тяжёлые ожоги, их экзоскелеты треснули и дымились. Что бы Тав ни сделал, чтобы усилить заклинание, это сработало: разрушения были почти полными. Карлах и Алекс не мешкая ринулись в бой, с оружием наготове, чтобы добить оставшихся пауков. Но королева, хоть и тяжело раненная, ещё не сдалась. Она издала оглушительный, пробирающий до костей визг, который эхом разнёсся по пещере, заставив всех поморщиться. Её крик был призывом, и ответ последовал незамедлительно. Яйца вокруг неё лопнули, и из них вырвались десятки маленьких синих паучков, присоединившихся к своим более крупным сородичам в яростной атаке. Пока мелкие пауки хлынули к Карлах и Алексу, Астарион и Шэдоухарт начали действовать. Они стали невидимыми и скрытно обошли хаос, направляясь прямо к королеве. Невидимость спала, как только они достигли цели. Они обменялись быстрым, решительным взглядом. Астарион нанёс удар первым, обратным хватом вонзив кинжал в брюхо королевы. В тот же миг Шэдоухарт выбросила вперёд руку, и тёмная, гнилостная энергия закружилась вокруг её пальцев — она применила Нанесение ран. Заклинание достигло цели, и королева издала мучительный вопль, когда её плоть начала гнить и разлагаться изнутри. Но королева не собиралась сдаваться. Она исчезла из реальности, появившись прямо за спинами Астариона и Шэдоухарт с обнажёнными массивными клыками. Как только она бросилась вперёд, ещё один огненный шар от Тава врезался в её уже повреждённое брюхо. Удар был разрушительным. Королева пауков пошатнулась, её лапы подогнулись, и она наконец рухнула. Её чудовищное тело с последним предсмертным хрипом обрушилось на землю. Астарион и Шэдоухарт облегчённо выдохнули, напряжение в их телах спало, когда они увидели, как безжизненное тело королевы обмякло на полу. — Ребят, помогите кто-нибудь! — раздался в тишине голос Карлах. Она с трудом сдерживала паука, который пытался вцепиться ей в лицо. Астарион и Шэдоухарт бросились ей на помощь, а Тав обеспечивал прикрытие Огненными снарядами и Лучами холода. Битва была яростной, но недолгой; вскоре Шэдоухарт нанесла сокрушительный удар своим кистенём, с удовлетворительным хрустом размозжив голову последнего паука. — Фу, паучья кровь, — с отвращением пробормотал Астарион, тряся сапогом в попытке избавиться от липкой жижи. — Отличная работа, — крикнул Тав со своего уступа, и его голос эхом разнёсся по пещере. — Ненавижу, блядь, пауков, — прорычала Карлах, тяжело опускаясь на ближайший камень, чтобы перевести дух. Пока Карлах отдыхала, Алекс и Шэдоухарт начали обыскивать местность в поисках ценной добычи. Тав осторожно спустился, чтобы присоединиться к ним, его взгляд скользил по пещере в поисках чего-нибудь необычного. Вскоре Шэдоухарт нашла нечто — странной формы фиолетовый хрустальный шар. Он мерцал тем же жутким блеском, что и глаза проклятой книги, которую они нашли в подвале. Когда она поднялась, чтобы показать остальным свою находку, воздух внезапно похолодел, и группу охватило гнетущее предчувствие. Прежде чем кто-либо успел среагировать, королева пауков, которую все считали мёртвой, снова появилась из ниоткуда прямо рядом с Шэдоухарт, нацелив огромные клыки ей прямо в голову. Казалось, время замедлилось: королева ринулась вперёд, и её смертоносные клыки оказались в считаных дюймах от лица Шэдоухарт. Но Алекс был проворнее. Он врезался в королеву пауков, сбивая её с траектории. Но, по жуткой иронии судьбы, королева вновь сумела сменить фазу и увлекла Алекса за собой. Они исчезли, чтобы в следующее мгновение появиться прямо над зияющей, светящейся дырой. Все в ужасе смотрели, как Алекс и паучиха рухнули в бездну. Их тревожные крики эхом разнеслись по пещере. Бессильные что-либо предпринять, они могли лишь смотреть, как их товарищ исчезает из виду, а сердца бешено колотились в груди. Падая, Алекс успел бросить взгляд наверх и в последний раз увидеть лица товарищей, искажённые шоком и страхом. Полумёртвая паучиха всё ещё билась, пытаясь стряхнуть с себя Алекса, но тот вцепился так крепко, что её экзоскелет начал трещать. Тьма поглотила их обоих, и они рухнули в бездну. Отверстие наверху превратилось в далёкую световую точку. Руки Алекса преобразились, став острыми, когтистыми лапами, которые впились в экзоскелет паучихи, заставив её взвизгнуть от боли. Из спины и рук Алекса вырвались щупальца из плоти. Извиваясь, словно змеи, они впились в тело паучихи. Королева забилась ещё сильнее, её движения стали отчаянными в тщетной попытке освободиться. Щупальца Алекса вгрызались всё глубже, пожирая её изнутри и питаясь жизненной силой. Через мгновение громадная королева пауков обратилась в ничто, её останки истлели в хватке Алекса. Но падение продолжалось. Лишившись опоры, тело Алекса стало падать быстрее, стремительно приближаясь к земле. Из его спины выросли кожистые крылья и, широко раскинувшись, замедлили падение. Он сосредоточился, изменяя свою массу и становясь легче. — Так вот оно какое, Подземье, — с трепетом пробормотал Алекс, оглядывая раскинувшийся перед ним чуждый пейзаж. Из каменистой земли росли гигантские грибы, их шляпки светились призрачным разноцветьем, отбрасывая жуткий свет, который едва пробивался сквозь густые тени. Местность представляла собой лабиринт извилистых каменных троп, которые змеились вверх и вниз, образуя путаницу уступов и пропастей. Даже с его обострёнными чувствами Алекс едва мог что-то разглядеть. Тусклого света биолюминесцентных грибов было недостаточно, и огромные участки пещеры утопали во тьме. Именно поэтому он позволил себе упасть так глубоко. Наверху, в пещере, он нашёл дневник на скелете — дневник, в котором предполагалось, что дыра, куда он упал, ведёт прямиком в Подземье. Несчастный, написавший его, спасался от пауков и в отчаянии хотел прыгнуть в неизвестность, сжимая в руке свиток Плавного падения. Но он оказался слишком медлителен, и пауки настигли его прежде, чем он успел сбежать. Внезапно земля под ногами Алекса задрожала, и глубокий гул отозвался в стенах пещеры. Всё закончилось так же быстро, как и началось, но Алекс насторожился. С обострёнными чувствами он осторожно двинулся вперёд, сквозь эту странную подземную экосистему. Он не успел далеко уйти, как почувствовал чьё-то присутствие. Повинуясь инстинкту, он нырнул за скалистый выступ как раз вовремя, чтобы увидеть, как мимо него проковыляло огромное существо. Оно походило на помесь быка и человека — минотавр. В руках его мускулистое тело сжимало двусторонний топор, способный, казалось, расколоть и камень. Зверь, похоже, направлялся куда-то вперёд. Заинтригованный и настороженный, Алекс решил последовать за ним на расстоянии. Минотавр привёл его к руинам, напоминающим аванпост. По периметру виднелись остатки деревянных шипастых баррикад, ныне сломанных и сгнивших, а на земле валялись скелеты — мрачное напоминание о давно забытой битве. Минотавр, не обращая внимания на останки, подошёл к каменным ступеням, ведущим к массивным решётчатым воротам. По обе стороны ворот стояли статуи женщин, каждая из которых держала посох с серебристыми дисками, парящими вокруг светящегося кристалла. Минотавр, не замечая опасности, приготовился к атаке, ударил копытом о землю и бросился вперёд на полной скорости. До ворот он так и не добрался. Кристаллы вспыхнули, выпустив шквал светящихся сфер, которые опалили плоть минотавра, превратив огромное существо в дымящуюся груду обугленных мышц и костей. Алекс осмотрелся, убедился, что поблизости нет других угроз, и устремился к воротам. Коснувшись ногой первой каменной плиты, он активировал способность, полученную после поглощения королевы фазовых пауков. Его фигура замерцала и исчезла. В этом теневом измерении всё вокруг окрасилось в чёрно-белые тона, и он бесшумно проплыл над воротами, приземлившись на деревянную платформу. Вернувшись в реальный мир, он заметил скелет, сжимающий в руках книгу. Он поднял её и начал читать заметки, оставленные ещё одной несчастной душой. «Это тёмное место, но Свет Госпожи всё ещё сияет. Когда дроу почти прорвались, Яррус собрал последних послушников и бросился в атаку. На мгновение пещера озарилась собственным сиянием Селунэ. Я бы с радостью пошёл с ними, несмотря на рану, но Яррус велел мне остаться и держать ворота до его возвращения. Я также должен вести записи — оставлю место, чтобы описать его победу». «Прошли дни (а может, всего лишь часы?). Мы обрушили туннель, чтобы остановить дроу, но они должны были вернуться после битвы. Я не могу раскопать туннель в одиночку». «Мои глаза не привыкнут к этой тьме, но я слышу их — тех, кто выжил, — как они обирают мёртвых. Простите. Я ещё не выучил погребальные обряды, но я буду держать ворота. Я обещаю». Последняя запись была едва разборчива и походила скорее на слабые царапины на пергаменте, чем на слова. Но и этого хватило, чтобы сложить картину воедино. Подозрение Алекса подтвердилось, когда он заметил неподалёку потрёпанное знамя с изображением пары серебряных глаз и семи звёзд — символа Селунэ. — Это был селунитский аванпост, покинутый после гибели его защитников, — пробормотал Алекс, и его голос эхом разнёсся в тишине. Опустив взгляд, он заметил что-то блеснувшее — серебряный ключ, наполовину зарытый в землю. Несмотря на грязь, он всё ещё тускло поблёскивал. Алекс убрал ключ в карман — он мог пригодиться позже. Осматривая местность, его взгляд остановился на высокой статуе женщины с скипетром, камень на навершии которого светился ярким сине-белым светом. Тонкая световая нить соединяла статую с воротами аванпоста. «Должно быть, это питает защиту ворот», — рассудил Алекс. Он спрыгнул со стены, приземлившись рядом с рычагом слева. Когда он потянул за него, ворота со скрипом открылись. Алекс укрылся, ожидая атаки статуи, но, когда ничего не произошло, он осторожно двинулся вперёд, приближаясь к воротам. Убедившись в безопасности, он подошёл к безжизненному телу минотавра и начал поглощать его, впитывая его силу и воспоминания. Решив проявить осторожность, он снова потянул за рычаг, наблюдая, как ворота закрываются. Обернувшись, он заметил деревянный плот, на котором было сложено простое оружие, и разбросанные ящики с доспехами и другими припасами. Это показалось ему странным. — Зачем оставлять столько припасов? — произнёс Алекс вслух. Во время войны припасы зачастую не менее ценны, чем сама победа. Затем у статуи он заметил ещё один дневник. Его взгляд зацепился за название: «В поисках Песни Ночи». В поисках Песни Ночи «Поразительно, что столь ценный, казалось бы, предмет так трудно отыскать. Искатели сокровищ со всего света прибывали на Побережье Мечей с одной-единственной целью: найти Песнь Ночи. Однако один за другим они терпели неудачу, заходя в тупик, получая отказ или вовсе исчезая без следа. Мой последний разговор был с полуорком по имени Грали, который уверял, что подобрался к реликвии так близко, как только возможно, не рискуя при этом жизнью. Он упомянул, что предмет находится не в селунитском форте у реки Чионтар, как утверждается в большинстве докладов. На самом деле он хранится в старой шарранской крепости где-то в окрестностях Лунных Башен. Однако Грали сообщил, что некая могущественная тень мешает приблизиться к месту, где может находиться эта крепость». — Интересно, но бесполезно, — пробормотал Алекс, отбрасывая дневник в сторону. Двигаясь дальше, он заметил на стене гравюру — голубые глаза с золотыми и серебряными веками в окружении семи серебряных звёзд. Несмотря на слои грязи и пыли, гравюра, казалось, мерцала, будто её только что протёрли. Глядя на неё, Алекс ощутил, как его накрыла неожиданная волна спокойствия, но тут же отогнал это чувство и продолжил осмотр. В комнате слева он нашёл на столах два выцветших бортовых журнала. Он взял один из них и начал читать. Записи из бортового журнала: Запись 182: «Я был неправ. Следовало уделить больше внимания сообщениям о дроу. Нужно было догадаться, что это лишь прелюдия. Глупо было думать, что мы их перехитрили. Это будет моя последняя запись. С этого момента записи будет вести Минта». Запись 124: «Признаки жизни у заставы. Разумной. Явно пытаются скрыться». Запись 125: «До сих пор не могу найти таинственные фигуры. Они умеют заметать следы. Возможно, дроу». [Следующие несколько записей слишком выцвели, чтобы их можно было прочесть.] Запись 129: «Отвёл их на юг. Ходят слухи, что там обитает Наблюдатель. Пусть Подземье само разбирается со своими проблемами». Запись 130: «Никого не замечено». Запись 131: «Никого не замечено». Запись 132: «Минта видела на юге статуи в форме дроу. Наблюдатели на такое не способны. В любом случае, одной проблемой меньше». Алекс отложил журнал. Тяжесть последних записей почти ощущалась физически. Отчаяние и тщетность последних защитников заставы были почти осязаемы, даже сквозь выцветшие чернила. Было ясно, что они вели безнадёжную войну против дроу, и с каждым днём их положение становилось всё более отчаянным. Упоминание о статуях в форме дроу и Наблюдателе — аберрации со смертоносным взглядом — пробудило любопытство Алекса. Хоть он и был разочарован отсутствием немедленно полезной информации, Алекс всё же был благодарен за найденные зацепки. Он перешёл в противоположную часть комнаты, вглядываясь в окно с железными прутьями, вырванными из каменной кладки. В нескольких метрах впереди виднелись статуи дроу в различных позах, точь-в-точь как было описано в журнале. Но прежде чем выйти наружу, он решил осмотреться ещё. Поднявшись по лестнице, Алекс увидел две железные решётки: одну слева, другую справа. Правые ворота были открыты, но за ними не было ничего интересного. Левые оказались заперты. Алекс достал найденный ранее ключ, вставил его в замок и провернул. Внутри, на каменном постаменте, стоял богато украшенный сундук. Ключ к нему не подошёл, так что Алексу пришлось использовать свои щупальца, чтобы вскрыть замок. Внутри он обнаружил серебристый шлем. — Похоже, магический, — отметил Алекс, осматривая шлем. — Жаль, я не знаю, что он делает, — добавил он, кладя его обратно. Он уже собрался уходить, но что-то привлекло его внимание — кирпич в стене, более гладкий, чем остальные. Алекс нажал на него, и кирпич ушёл в стену, открыв потайную комнату с ещё двумя сундуками. В первом оказались два зелья — одно красное, другое белое. Алекс попробовал по капле из каждого. Красное обладало целительным эффектом, а белое оказалось мощным стимулятором. Оба излучали незнакомую энергию. — Интересно, — заметил Алекс, закрывая сундук. Второй сундук, однако, таил в себе неприятный сюрприз. К замку и крышке была приделана небольшая бомба. С предельной осторожностью Алекс обезвредил ловушку с помощью щупалец. Открыв сундук, он обнаружил, что тот пуст. — Шутка? — недовольно пробормотал Алекс. Он порылся в ящиках поблизости, но нашёл лишь старую одежду, ржавые доспехи, оружие и гнилую еду. Вернувшись в главный зал, Алекс подошёл к небольшому алтарю Селунэ. На алтаре был уже знакомый символ серебристых глаз и звёзд, а рядом с ним — очень длинная деревянная лестница, ведущая, по-видимому, на поверхность. «Теперь, когда у меня есть выход, стоит проверить, что там с этими статуями дроу», — размышлял Алекс, — «хотя у меня уже есть догадка». Он схватил пустой ящик, вынес его наружу через пролом в стене и швырнул в сторону статуи дроу на краю каменного плато. Быстро укрывшись, он увидел, как из ниоткуда появился Наблюдатель. Его многочисленные глаза сканировали местность в поисках источника шума. У него было четыре стебелька с глазами, по два с каждой стороны верхней части тела. Кожа Наблюдателя — толстая, бугристая и упругая, с многочисленными кровеносными сосудами, проступающими на её тёмно-фиолетовой поверхности, — помогала ему сливаться с тенью. В центре парящего тела располагался один-единственный главный глаз. Алекс затаил дыхание, не двигаясь, пока взгляд Наблюдателя скользил по его укрытию. Существо помедлило мгновение, а затем медленно отступило обратно в тень. Теперь Алекс знал, где находится Наблюдатель, но столкнулся с другой проблемой. Он очень мало знал об этих существах — лишь то, что их взгляд смертелен. Та скудная информация, что ему удалось собрать, сводилась к одному: столкнувшись с Наблюдателем, либо беги со всех ног, либо молись своим богам, потому что ты уже мертвец. «Если не знаешь, с чем имеешь дело, — применяй подавляющую силу», — вспомнил Алекс урок из подготовки в Черном Дозоре. Пора было применить эти знания на практике.