Танцующий в тени

Утро началось с доклада. Глава Ямада сидел в кабинете, листая бумаги, когда вошёл его помощник, Такеши — ветеран, прошедший с ним не одну войну. Его лицо было напряжённым. — Господин, люди клана Кобе перешли черту. Они захватили наш склад в порту. Товар на двадцать миллионов. Наши люди заблокированы внутри. Потери уже есть. Рен отложил ручку. В его глазах не дрогнул ни один мускул. Только холодная сталь. — Сколько их? — Около двадцати. У них автоматы, пара снайперов на крышах. Наших — семеро, но они держатся в подвале. Боеприпасы на исходе. Якудза поднялся, надел пиджак, проверил пистолет в кобуре. Потом открыл ящик стола, достал ещё два запасных магазина и короткоствольный автомат. — Собирай группу. Пятнадцать человек. Всё тяжёлое вооружение. Едем. Такеши колебался. — Господин, может, стоит послать людей? Это открытая война. Клан Кобе наверняка ждёт нас. Рен Ямада посмотрел на него — и Такеши опустил глаза. — Это моя территория. Мои люди. Я сам разберусь. К порту подъехали тремя чёрными внедорожниками и одним грузовиком с бойцами. Глава клана, Такеши и ещё двадцать человек — лучшие из лучших. Склад возвышался впереди, тёмный и зловещий. Изнутри доносились редкие выстрелы — свои ещё держались. Рен развернул план, набросанный на коленке. — Такеши, ты с пятью людьми заходишь с левой стороны. Хиро, ты с правой. Я беру центр. Перекрыть все выходы. Снайперы на крышах — ваша забота. Никто не должен уйти. Они двинулись бесшумно, как тени, растворяясь среди контейнеров и ржавых кранов. Первый выстрел прозвучал, когда они были в двадцати метрах от входа. Снайпер на крыше заметил движение. Пуля взвизгнула, выбив искру из контейнера в метре от головы Рена Ямада. — Ложись! Грохот выстрелов заполнил всё пространство. Свинцовый дождь, крики, звон гильз по бетону. Люди Кобе открыли шквальный огонь со всех сторон. Мужчина перекатился, укрылся за контейнером. Пули барабанили по металлу, как бешеный град. Он высунулся на секунду, прицелился — выстрел. Один из врагов на крыше покачнулся и рухнул вниз. — Прорываемся! — заорал он. Их группа рванула к складу, прикрывая друг друга. Один из людей Ямада вскрикнул и упал, схватившись за ногу. Глава клана даже не обернулся — сейчас было не до него. Они ворвались внутрь склада. Там было темно, пахло порохом, потом и страхом. В луче света от разбитого окна мелькнула фигура с автоматом. Мужчина выстрелил первым — фигура упала. Люди Рена Ямада, заблокированные в подвале, услышав стрельбу, открыли огонь по врагам, с другой стороны. Началась мясорубка. Пули свистели со всех сторон. Глава Ямада двигался быстро, хладнокровно, словно танцевал среди смерти. Выстрел — ещё один враг упал. Удар прикладом — третий отлетел к стене с размозжённой головой. Он не думал, не чувствовал — только делал то, что умел лучше всего: уничтожал врагов. Кто-то из людей Кобе бросился на него с ножом. Якудза перехватил руку, вывернул, хруст костей, дикий крик — и враг рухнул на пол, корчась от боли. Рен добил его выстрелом в голову. — Господин, слева! Глава клана развернулся, но поздно — автоматная очередь прошила воздух, и пуля вошла в бок. Обожгла, выбила дыхание, вырвала крик, который он подавил в себе. Он упал на колено, но не выпустил оружие. Выстрелил — попал. Второй — ещё один. — Прикрывайте! — заорал Такеши, прорываясь к нему. Его люди стеной встали вокруг Рена Ямада, отсекая врагов. Автоматные очереди, взрывы гранат, крики раненых — всё смешалось в адскую какофонию. Когда последний из клана Кобе упал, заливая кровью бетонный пол, наступила тишина. Тяжёлая, звенящая. Только стоны раненых и запах пороха. Глава Ямада сидел, прислонившись к стене, прижимая руку к боку. Пальцы были в крови. Сквозь них сочилась тёмно-красня. — Господин! — Такеши склонился над ним. — Жить буду, — прохрипел Рен. — Наши? — Четверо убито, семеро ранено. Врагов — двадцать три трупа. Мужчина попытался встать, но ноги подкосились. Сознание поплыло. Такеши подхватил его, не давая упасть. — В машину. Быстро. Уходим, пока не нагрянула полиция. Они вырвались из порта, оставляя за спиной дым, смерть и десятки трупов. Якудза сидел на заднем сиденье, бледный, стиснув зубы, чтобы не застонать. Такеши перевязывал его на ходу, разрывая рубашку. Рана была глубокой, но, кажется, навылет. — Господин, надо в больницу. Прямо сейчас. — Нет. Домой. — Но рана... Вы потеряли много крови. — Домой, — голос Рена был слабым, но твёрдым. — Там ждут. Такеши знал этот тон. Спорить бесполезно. Особняк встретил их тишиной и десятками встревоженных лиц. Люди выбежали навстречу, увидели окровавленного главу клана— и засуетились, забегали. Кто-то побежал за врачом, кто-то за водой, кто-то просто замер в ужасе. Рен опирался на плечи Такеши и ещё одного охранника, но старался идти сам. Он не позволял себя нести. Каждый шаг отдавался болью, но он шёл. В холле, у лестницы, замер Рюдзи. Увидев любимого, он побелел, рванул к нему, но охранник мягко остановил его. — Не сейчас, господин. Дайте пройти. Рен Ямада поднял голову, встретился с ним взглядом. На секунду боль в его глазах сменилась теплом. Он чуть заметно улыбнулся одними уголками губ. — Я вернулся, — прошептал он. Его увели наверх. Танцор стоял внизу, сжимая кулаки. Внутри всё кипело — страх, злость, облегчение, желание рвануть следом. Но он не двинулся с места. Он будет ждать. Сколько нужно. Час. Два. Три. Врач вышел только под утро, усталый, с красными глазами. Рюдзи поймал его за рукав. — Как он? — Пуля навылет, задеты мягкие ткани. Кровопотеря большая, но жить будет. Ему нужен покой и уход. Не беспокойте его до утра. Врач ушёл. А парень поднялся наверх. В спальне было тихо. Только мягкий свет ночника и тяжёлое, но ровное дыхание. Глава Ямада лежал на кровати, бледный, перевязанный, с капельницей. Вокруг суетилась охрана, но, увидев Рюдзи, тихо вышли, оставляя их вдвоём. Танцор подошёл, сел на край кровати. Осторожно взял его руку в свои. Пальцы были холодными. — Дурак, — прошептал он. — Ну зачем ты сам? Рен приоткрыл глаза. В них плескалась боль, но сквозь неё пробивалась улыбка. — Не мог... оставить их. — А меня мог? Мужчина чуть сжал его пальцы. — Я знал... что ты дождёшься. Рюдзи наклонился, поцеловал его в лоб, в закрытые веки, в уголок губ. — Я всегда буду ждать. Только ты... пожалуйста... будь осторожнее. — Обещаю. За окном светало. В доме было тихо. Глава клана засыпал, чувствуя тепло его руки. А Рюдзи остался сидеть рядом. Он не уйдёт. Никогда.