На грани фола

Столпотворение в небольшом помещении раздевалки «Королей» раздражало, заставляя хмуриться и устремить взгляд в пол, глядя на белоснежные шнурки игровых кроссовок. Неужели они не понимают? Неужели никто не осознаёт, насколько принципиальной и острой является игра, на которую они выходят? Хотя, кажется, такой она казалась только для тринадцатого номера «Королей» — остальным было до фени на то, проиграют ли они сегодня с позором или одержат блестящую победу. Смит усмехнулся, подумав о том, что теперь ему окончательно ясно, почему все эти парни до сих пор играют тут: пусть природа и не обделила их физическими данными, но страсть и одержимость этим видом спорта явно обошли спортсменов стороной. Не то чтобы в их возрасте было зазорно играть за фарм-клуб, но для лёгкого форварда сам факт нахождения его тут вызывал немало отрицательных эмоций. Хотя он и ни на грамм не похож на собравшихся, которые смели называть себя баскетболистами, и это многое объясняло. Ноа поднял глаза на часы, висевшие над входом: 5:43 PM, а значит, на разминку команды выходят через 17 минут. Казалось бы, совсем немного, но для Смита, концентрацию которого сильно сбивал тот факт, что окружающие его товарищи по команде не затыкались ни на мнгновение, эти чёртовы 1020 секунд будут настоящим адом. Недолго думая, баскетболист раздражённо выдохнул и поднялся со своего места, покидая обитель «Королей» в поисках места поукромнее и потише. Дверь хлопнула, и брюнет оказался в длинном коридоре спорткомплекса, который уже успел выучить наизусть. Недолго шагая по знакомому кафельному полу, Ноа наконец достиг своей цели: мужской санузел находился в самом конце коридора и, как обычно, был лишён посетителей и лишних глаз. Парень включил кран, резко повернул рукоять вправо, затем наклонился к раковине и окатил лицо холодной водой. Не то чтобы Смит нервничал, нет. На удивление юный талант был спокоен как удав, просто данный ритуал уже стал привычкой, без которой спортсмен на корт не выйдет. Выключив воду, Ноа пару раз отрезвляюще ударил себя по щекам и опёрся руками о керамическую поверхность, глядя на собственное отражение в небольшом зеркале напротив. Карие глаза искрились уверенностью и решительностью. Это его матч, его игра, и он больше не позволит какому-то проходимцу свергнуть его с поста главного топ-проспекта. *** В основном зале уже по обычаю было шумно: музыка, скромное количество болельщиков, скрип кроссовок о лакированный паркет, голоса игроков и тренерских штабов делали своё дело. В очередной раз поправив лезущую в глаза чёлку, Ноа стянул с себя разминочную кофту, обнажая руки от плеч до кончиков пальцев, и, бросив её на скамью, подошёл к Мартину, к которому уже стянулись почти все сокомандники. Брюнет не слушал ни слова из той мотивационной речи, которую толкал тренер в попытках зарядить команду на хороший матч. Вместо этого Смит повернул голову в сторону половины соперника, обращая взор на знакомую блондинистую фигуру в иссиня-чёрной форме, на спине которой белым шрифтом была выведена фамилия Чёрч. Кареглазый смерил взглядом Лиама, пройдясь по парню с головы до ног. Ноа не отвёл глаз и тогда, когда зелёная радужка нашла источник ощущения, кричащего о том, что затылок вот-вот расплавится от напора мощной, тяжёлой ауры, источаемой тринадцатым. Зрительный контакт двух нападающих длился около пятнадцати секунд и закончился тем, что блондин издевательски улыбнулся, заставляя Смита презрительно сморщить нос. Прозвучал свисток, призывающий выйти стартовые составы на площадку. Ноа слегка согнул ноги в коленях и чуть наклонился вперёд, выставляя предплечья перед собой, когда судья вышел на корт и встал рядом с центрфорвардами, готовыми бороться на вбрасывании. Свисток, вброс мяча — и игре был дан старт. *** Девушка встала на ноги и наклонилась через перила, когда поняла, что, помимо кровного брата, на площадке стоит ещё одна подозрительно знакомая фигура. Мелисса сощурилась в попытках разглядеть лицо темноволосого парня, одетого в чёрно-серую форму, на груди которой красовался логотип «Лос-Анджелес Кингз». Взгляд упал на кроссовки, затем на волосы, а когда баскетболист повернулся спиной и в глаза бросилась цифра 13, сомнения испарились окончательно — да, это именно тот грозный тип из спортзала. На лице, покрытом веснушками, начало вырисовываться удивление: брови поползли вверх, губы приоткрылись, а и без того большие глаза распахнулись ещё шире. Таких «знакомых» она точно не желала тут видеть. * Когда мяч оказался в руках Ноа, тот, кажется, забыл обо всём на свете: о раздражающем Лиаме, его сестричке, обо всём том, что тяготило и кошмарило его разум и нервы последние несколько дней. В голове осталось лишь кольцо противника, маячащее уже совсем неподалёку. Но всё ведь не могло быть настолько прекрасно, верно? Это Смит осознал тогда, когда перед ним вновь выросла стена в виде рослого центрфорварда. Чёрч хочет игру «один на один», и Ноа не станет ему в этом отказывать. Ложное движение, удар снаряда о пол под ногами, смена рук: Смит действовал провокационно, желая ослабить бдительность, но Лиам был непреклонен. «Что ж, ладно, пойдём другим путём», — с этими мыслями лёгкий форвард вмиг окинул взглядом площадку, и когда пазл в голове сложился, образуя наилучший вариант для атаки, Ноа отдал передачу. К несчастью для брюнета, даже после этого мува блондинистый чёрт и не думал «слезать» с парня, не оставляя тому пространства — хотя Смит на это и не надеялся. Главное, чтобы товарищи по команде протащили мяч ближе к кольцу, а к тому времени кареглазый уже должен успеть выйти из-под опеки. «Придётся побегать», — резюмировал нападающий и полез вперёд, почти сталкиваясь плечом к плечу с упрямым защитником. Парень прикусил губу, адреналин в очередной раз ударил в серое вещество. Ноа вновь начал движение, из раза в раз используя скорость и взрывную силу ног, позволяющую ему быстро менять положение и точку опоры. Смена центра тяжести, снова ложный выпад, и в этот раз всё сработало как надо — Лиам всё же повёлся, и главный козырь «Королей» остался без опеки. На лице появилась улыбка. У Ноа были буквально доли секунды, чтобы получить передачу и завершить нападение, пока Чёрч вновь не вылез в самом неприятном месте, и Смиту этого хватило. Получив пас, тот сделал два широких шага, выходя под кольцо, и на третий прыгнул, занося руку за голову. Удар невероятной силы пришёлся по корзине, пропихивая мяч в сетку: данк вышел мощным, техничным и до безумия агрессивным. С трибун послышались удивлённые крики, в которых прослеживались восхищение и радость, но для форварда это было не более чем белый шум. Концентрация достигла своего предела, когда карие глубокие глаза вновь столкнулись с хищными зелёными — беззаботная физиономия Лиама начала приобретать черты серьёзности. Во время второго перерыва, сидя на лавочке и потирая мокрое от пота лицо полотенцем, Ноа поймал себя на мысли, что не чувствует усталости: ноги по-прежнему были свежими, руки прекрасно функционировали, а в голове стояла абсолютная тишина, и это не могло не радовать. Конечно, Смит понимал, что отсутствие признаков усталости — лишь временный эффект, вызванный приливом адреналина и эндорфинов, и по приходе домой всё накопленное утомление обязательно даст о себе знать, но сейчас он прекрасно функционировал, и это главное. Позже, конечно, когда изнеможение ударит разом и со всех сторон, спортсмен обязательно прожужжит все уши Крису о том, что всё это — пытка и ад наяву, но это будет потом. А пока состояние форварда было прекрасным, и тот даже не думал о том, чтобы ослабить хватку. Как Ноа и ожидал, история прошлого матча повторилась, но уже в другую сторону — Чёрч не мог угнаться за темпом, который нападающий задал ещё в начале матча. По ощущениям, тринадцатый номер делал что хотел и как хотел, и никто даже не пытался его остановить, хотя Лиам бросил все силы именно на то, чтобы максимально препятствовать брюнету. Противостоять тому, что демонстрировал Смит, откровенно не получалось: тот за половину матча наколотил уже более шестнадцати очков. *** Кажется, Мелисса в первый раз видела брата таким злым и беспомощным — старший стоял около тренера, опёршись ладонями о колени, и тяжело дышал. Волейболистка явно сильно недооценила парня, с которым на днях успела поругаться — баскетболист оказался абсолютно неуловим и ловок, проходя защиту без каких-либо проблем и, кажется, вообще не напрягаясь, совершал вещи, от которых тело покрывается мурашками, и ты невольно задаёшься вопросом: «Как?» Внезапно в голове промелькнула интересная мысль, и блондинка отвела взгляд с площадки, гипнотизируя пол, находящийся под ногами. Мелисса погрузилась в раздумья: а не про этого ли парня Лиам рассказывал на днях? Девушка стала судорожно перебирать воспоминания и отрывки диалога, в которых старший поведал ей об инциденте на матче и его инициаторе. Не то чтобы Чёрч сильно углублялся в подробности, но под описание талантливый форвард «Королей» вполне подходил. «Так-то он сильный парень, на драфте первым номером прошёл», — в голове пронеслась прямая цитата брата, и сомнений не осталось вовсе: это был точно он. Свисток, оповещающий о конце встречи, раздался ровно через секунду после того, как Ноа точным броском отправил мяч в корзину. Это было тридцать первое очко на счёту Смита и сокрушительная победа чёрно-серых — на табло сменился счёт, добавляя два набранных балла «Королям», и уголок губ тринадцатого потянулся вверх. 24:61 — сногсшибательный триумф дубля, который впервые за последние пять матчей достиг успеха. Неудивительно, но в этот раз юный талант отнёсся гораздо снисходительнее к такому ритуалу, как рукопожатие в конце игры. Да, ему всё ещё была непонятна суть данной формальности, но во всяком случае сейчас не было стыдно смотреть в глаза товарищам по команде и соперникам. С прямой спиной и абсолютно спокойным, даже слегка серьёзным выражением лица Ноа прошёлся по рукам команды соперника. Когда дошла очередь Лиама, центрфорвард глаз не поднял, а оно и понятно — те вещи, которые сегодня проворачивал Смит, были непонятны даже для него, одного из лучших молодых центров страны, чего уж там говорить об остальных. — В плей-офф я уничтожу тебя, первый номер — прошипел Чёрч, когда наконец переступил через себя и поднял глаза на брюнета, глядя на того исподлобья. Ноа лишь слабо улыбнулся, разрывая рукопожатие, которое, кажется, уже через секунду могло дать последствия в виде сломанных костей, и, собираясь уйти, толкнул плечом Лиама. Не разворачиваясь к сопернику и направляясь расслабленными шагами в сторону раздевалки, кареглазый бросил напоследок: — К плей-офф меня тут уже не будет, идиот *** — Ты в норме? — Мелисса почти бежала, стараясь догнать брата, который широкими, быстрыми шагами стремительно шёл к выходу из здания. Девушка положила руку ему на плечо, на что старший дёрнулся, сбрасывая женскую ладонь. — Не надо, — сдавленно сквозь зубы ответил Лиам. Злость и обида разыгралась в нём не на шутку, и теперь он точно понимал, почему тогда Смит вдарил ему по лицу. Конечно, блондин тоже не отказался бы от рукоприкладства, но благо внутренние рамки дозволенного сдерживали порывы поставить на место форварда «Королей». Хотя, если сейчас тот всё-таки попадётся ему на глаза, есть ощущение, что Чёрч забудет про все свои предустановки и познакомит поближе раздражающую мину Ноа с его костяшками. Мелисса лишь поджала губы, с сочувствием глядя на брата. В тот вечер из своей комнаты Чёрч-старший не вышел ни разу.