Пока горит звезда V: Возвращение света.

«Любовь не исчезает даже после смерти.» ————— Невер шёл по коридорам штаба быстрым, почти резким шагом, не сбавляя темпа ни на секунду. Его плечи были напряжены, спина прямая, а пальцы сжимались в кулаки так сильно, что побелели костяшки. Он словно боялся остановиться хотя бы на мгновение, будто любое промедление могло стоить ему слишком дорого. В груди теснилось странное чувство — смесь тревоги, надежды и страха. Сердце билось неровно, то ускоряясь, то сбиваясь, словно пыталось догнать его собственные мысли. Он знал, куда идёт. Он чувствовал это. За его спиной, стараясь не отставать, шёл Картер. Его шаги были чуть тише, осторожнее, но он внимательно следил за каждым движением Невера. Он видел, насколько тот напряжён, замечал сжатую челюсть, застывший взгляд и почти болезненную сосредоточенность. Картер понимал. Невер надеялся. И отчаянно. Так, как надеются только тогда, когда уже однажды потеряли. Несколько секунд они шли молча, лишь звук шагов отражался от стен длинного коридора. Лампы под потолком равномерно освещали путь, создавая ощущение бесконечного тоннеля, по которому Невер шёл, не оглядываясь назад. На одном из перекрёстков коридоров Картер свернул в сторону. Он остановился на мгновение, обернулся, будто хотел окликнуть Невера, но тот уже ушёл вперёд, полностью погружённый в свои мысли. Невер этого не заметил. Он не слышал, как шаги за спиной стихли. Он не почувствовал, что остался один. Где-то вдалеке, в конце длинного коридора, послышался громкий, оживлённый голос. — Да я тебе говорю, всё нормально! Это был Джек. Его голос эхом разносился по пустому пространству, отражаясь от стен и потолка. Через несколько секунд он появился из-за другого угла, выходя в коридор спиной вперёд. Он шёл задом, активно жестикулируя и глядя на человека, который следовал за ним. За Джеком шёл Илья. Он двигался чуть медленнее, иногда сбиваясь с шага, будто ещё не до конца привык к своему живому телу и окружающему миру. Его взгляд был беспокойным, внимательным, постоянно метался из стороны в сторону. То он смотрел на Джека — на того самого Джека, который стал человеком дважды и при этом всё ещё сохранил уши и хвост, как немой след прошлого облика. То он переводил взгляд на коридоры, вглядываясь в проходы и повороты, словно пытался найти среди них кого-то конкретного. Кого-то очень важного. Он искал Невера. Даже не осознавая до конца, почему именно его. Внутри у него было странное чувство пустоты и ожидания, будто в сердце зияла незаполненная трещина, которую мог закрыть только один человек. Джек продолжал что-то говорить, смеяться, подбадривать его, но Илья слышал лишь половину слов. Его мысли были далеко отсюда, а глаза упрямо цеплялись за каждую тень, за каждый силуэт в надежде узнать знакомые черты. И именно в этот момент их пути начали сходиться. Всего в нескольких десятках метров друг от друга. Они вышли из-за углов почти одновременно. Невер свернул в коридор быстрым шагом, не глядя по сторонам. В тот же самый момент навстречу ему вышел Илья, всё ещё немного растерянный и напряжённый после всего пережитого. Между ними осталось всего пара шагов. Они заметили друг друга слишком поздно. Невер резко остановился, едва не врезавшись в него, а Илья по инерции сделал ещё один шаг вперёд, и только в последний момент успел притормозить. Их плечи почти соприкоснулись, дыхание смешалось, а сердца на мгновение сбились с ритма. Рядом Джек, не ожидавший такой внезапной встречи, в испуге отскочил в сторону, широко распахнув глаза. — Да твою ж мать! — вырвалось у него, прежде чем он успел себя остановить. Он быстро замолчал, поняв, что происходит перед ним. Илья замер. Он смотрел на человека напротив, словно не верил своим глазам. Его взгляд медленно скользнул по знакомым чертам лица, по линии губ, по глазам, в которых он когда-то видел поддержку, тепло и дом. Губы Ильи дрогнули. — Невер… — тихо, почти шёпотом произнёс он, словно боялся, что если скажет громче, всё исчезнет. В следующую секунду он сорвался с места и буквально бросился ему на шею, крепко обхватывая руками, прижимаясь всем телом, будто боялся снова потерять. Невер на мгновение застыл, словно его накрыло волной эмоций. А потом он выдохнул. Дрожащим, сорванным голосом. — Илюх… Он обнял его в ответ, ещё крепче, чем обычно, почти болезненно сжимая в своих руках, прижимая к себе так, будто хотел убедиться, что тот действительно здесь, живой, рядом. — Ты живой… — прошептал он, уткнувшись лбом ему в плечо. — Ты здесь… на земле… всё хорошо…Всё хорошо ведь..? Илья ничего не отвечал. Он просто держался за него, зарываясь пальцами в ткань его одежды, слушая знакомое дыхание и чувствуя биение сердца под ладонями. Так они стояли несколько минут, не обращая внимания ни на окружающих, ни на шум, ни на время. Пока Илья наконец немного не отстранился. Но даже тогда он не отпустил его полностью. Его руки остались лежать на плечах Невера, ближе к шее, словно он всё ещё боялся потерять контакт, боялся, что стоит отпустить — и всё снова исчезнет. Невер посмотрел на него. И в груди вдруг стало тяжело. В памяти вспыхнули образы. Кровь. Запах смерти. Беспомощность. Тот момент, когда он не успел. Он прикусил губу и отвёл взгляд в сторону, чувствуя, как к горлу подступает ком. Плечи едва заметно напряглись, а пальцы на секунду ослабили хватку. Вина накрыла его с новой силой. — Илья… — начал он тихо, собираясь с мыслями. — Прости меня… Я...я не смог... Он даже не успел договорить. Илья резко притянул его к себе и впился в его губы поцелуем — горячим, отчаянным, полным невысказанных слов, боли, любви и прощения. Он словно запечатал ему рот, не позволяя продолжать, не позволяя снова утонуть в самобичевании. Невер на секунду опешил. А потом ответил. Так же искренне. Так же сильно. Так, как целуют, когда понимают: главное — не то, что было, а то, что сейчас. Джек всё это время стоял рядом, не зная, куда себя деть. Он переводил взгляд с одного на другого, потом на потолок, потом на стены, потом снова на них, чувствуя себя лишним свидетелем чего-то слишком личного. Наконец он кашлянул, демонстративно отвернулся к большому окну в конце коридора и с самым серьёзным видом заявил: — Блять окно ахуенное.