VALENTINE'S DAY COLLECTION

      — Ну и где сюрприз, о котором ты говорил мне всё утро?       Ты с подозрением оглядывала пустой номер мотеля, в котором вы остановились. Дешёвые обои, скрипучая кровать и телевизор с кривой антенной.       — Это твоя новая фишка после свиданий на бензоколонке?       Стэн развалился на продавленном кресле, закинув ногу на ногу, и самодовольно ухмылялся. Выглядел он при этом так, будто только что сорвал джекпот, а не привёл девушку в придорожную дыру.       — Не кипятись, малая! Во-первых, это историческое место. Здесь останавливался сам Элвис! — усмехнулся он и запустил пальцы в тёмную шевелюру. — Правда, проездом и всего на час, но сам факт!       — А во-вторых? — Ты упёрла руки в бока, пытаясь сохранить суровое выражение лица, хотя внутренне уже улыбалась.       С этим нахалом невозможно было злиться дольше трёх минут.       — А во-вторых, закрой глаза.       — Стэн, если ты опять решил пошутить и там окажется чучело белки в сердечках…       — Т/И, цыц! Закрыла и не подглядывай!       Ты закатила глаза, но послушалась. Слышала, как он возится, что-то шелестит, чертыхается под нос:       — Да куда ты, чёрт возьми, задевалась… а, вот!       Потом его ладони легли тебе на плечи, разворачивая.       — Открывай.       Ты открыла глаза и моргнула. На шатком прикроватном столике стояла целая башня из свежих пончиков, ещё с тёплой глазурью. А рядом с ними красовалась картонка, на которой корявым почерком Стэна было выведено: «Купон на одно любое желание».       Ты медленно перевела взгляд с пончиков на довольную физиономию Стэна.       — Когда ты успел выкрасть пекарню?       — Не выкрал, а одолжил. А вообще это не просто пончики. Это те самые с клубничной начинкой, которые ты искала три месяца назад во Флориде, когда у нас кончился бензин и ты чуть не съела туфлю от голода.       Ты замерла.       — Неужто запомнил?       — Я запоминаю важное, — он пожал плечами с таким видом, будто речь шла о погоде. — Например, что ты ненавидишь, когда тебе дарят открытки с фабричными стишками, и любишь, когда утром кто-то наливает кофе до того, как ты открыла глаза. И да, я знаю, что ты втихаря доедаешь мою порцию картошки фри, когда думаешь, что я не вижу.       — Стэн…       — И ещё, — он перебил тебя. — Насчёт желания. Я знаю, что ты думаешь, будто я скряга и ничего не умею дарить, кроме старого хлама из лавки. Но ты ошибаешься.       Он встал с кресла, подошёл вплотную и, нагло улыбаясь, провёл большим пальцем по твоей скуле.       — Я умею дарить то, что нельзя купить. Например, умение признавать, что ты была права. Даже когда это не так. Или, — он наклонился к уху, понижая голос до шёпота, — возможность сегодня вечером делать всё, что захочешь ты.       Ты смотрела на него и чувствовала, как предательски теплело в груди. Этот самодовольный мужчина только что уделал всех бывших парней с их ресторанами. Просто потому, что слушал и выполнял.       — А если я загадаю желание, чтобы ты перестал нагло улыбаться? — спросила ты, пытаясь вернуть ироничный тон.       — Не выйдет, — он чмокнул тебя в кончик носа. — Это моя неотъемлемая часть обаяния. Идём есть пончики, пока я не передумал и не продал их туристам с наценкой!       Ты рассмеялась и потянулась к нему, чтобы поцеловать по-настоящему.       — Стэн Пайнс, ты невыносим.       — Ага, — он обнял тебя в ответ, довольно щурясь. — Но ты же меня любишь. И вообще, считай, что тебе крупно повезло! Я же мог выбрать ту рыженькую из бара в Балтиморе, но выбрал тебя.       — Это я тебя выбрала, болван! — ты несильно стукнула его по плечу.       — Ладно, малыш. Мы друг друга выбрали. А значит, оба срубили джекпот.       Под мерцание неоновой вывески мотеля вы съели краденые пончики, и это было лучше любого самого дорогого ужина при свечах.       Для такой криминальной пары, как вы, разумеется.