На больничной койке

Утро выходного дня встретило Изуку серым ноябрьским небом за окном и противным пиликаньем будильника, который он забыл отключить накануне. Он нашарил телефон на тумбочке, сбросил назойливый сигнал и уже хотел перевернуться на другой бок, как взгляд упёрся в знакомый силуэт. ‎ ‎Маленькая фигурка Всемогущего стояла на самом краю, там же, где и каждое утро последние две недели. ‎ ‎Зелёноволосый сел на кровать, потянулся и взял её в руки. Потёртая краска на плаще, едва заметная царапина на подставке - он помнил каждую деталь. Эту фигурку он потерял много лет назад. Думал, что навсегда. ‎ ‎А теперь она стояла у него на тумбочке. ‎ ‎Он перевёл взгляд на стопку открыток, аккуратно сложенных рядом. Всего одно слово на каждой, выведенное резким почерком: ‎ ‎«Прости» ‎ ‎Изуку усмехнулся и покачал головой. В первую же ночь, когда нашёл эту коробочку у двери, он сразу всё понял. Фигурка, этот почерк, эта дурацкая оранжевая упаковка - слишком личное, слишком узнаваемое. Только один человек мог знать, что значила для него эта вещь. Только один помнил те дни в торговом центре, когда их матери таскали их по магазинам. ‎ ‎Бакуго Кацуки. ‎ ‎А потом пришёл второй подарок. Третий. Четвёртый. И так каждый день по несколько уже на протяжении двух недель. ‎ ‎Различные конфеты и шоколадки, которые явно стоили недешево, печенья ручной работы из дорогой кондитерской, набор хороших ручек, термокружка, брелок с Всемогущим, увлажнитель воздуха, массажëр для спины, беспроводные наушники, колонка... Он явно не жалеет своих денег. ‎ ‎И каждый вечер или утро - одно и то же слово. ‎ ‎«Прости» ‎ ‎Это... мило? Если честно, Изуку не знал как на это реагировать. Странно всë это. Давний близкий... знакомый, с которым они не виделись годы, решил извиняться вот так - тайком, по ночам, оставляя дорогие подарки у двери. ‎ ‎Он пока не может пользоваться этими вещами, потому что неловко. Стыдно. Они стояли на столе в гостиной, напоминая о себе каждый день. Но сладости... сладости он съедал. Заваривал чай, садился на кухне и ел конфеты глядя в окно. И каждый раз чувствовал себя дураком. ‎ ‎Нельзя молча принимать подарки, пока не встретишься с ним лицом к лицу. ‎ ‎На тумбочке у кровати завибрировал телефон - это был Шинсо. ‎ ‎Они познакомились случайно, год назад. ‎ ‎Был обычный осенний день. Выходной, редкий и потому особенно ценный. Изуку решил просто прогуляться, не думая ни о чëм. Зашёл в небольшой парк недалеко от дома, купил по дороге кофе, все скамейки были заняты, но он пошëл на скамейку в тихом уголке, скрытом кустами от основной аллеи. Там сидел молодой человек, один, поэтому мешать друг другу они не будут. ‎ ‎Рядом с ним был парень с растрёпанными фиолетовыми волосами. Голова его была запрокинута назад, а глаза закрыты - он просто спал. Или пытался. Выглядел он вымотанным до предела. ‎ ‎Брюнет старался вести себя максимально бесшумно. Минут пять всё было спокойно. А потом парень вдруг резко дёрнулся во сне и буквально рухнул головой прямо на плечо Изуку. ‎ ‎Зелёноволосый застыл с кофе у рта. ‎ ‎Парень рядом продолжал мирно сопеть, уткнувшись носом в чужое плечо. ‎ ‎Что делать?! ‎ ‎Изуку посмотрел налево, направо, будто ища поддержки. Поддержки не было. Только голубь, который смотрел на него с нескрываемым любопытством. ‎ ‎Он решил остаться в таком положении. Ничего страшного. Мало ли, человек устал. Может, ночная смена. Может, вообще не спал сутки. Он аккуратно, стараясь не делать резких движений, продолжил пить кофе и листать телефон. ‎ ‎Так прошло минут пять, а может, и все десять. Изуку уже почти привык к тяжёлой голове на плече, когда парень вдруг резко выпрямился, открыл глаза и уставился на него. ‎ ‎- Какого... - выдохнул он, краснея так, что даже уши запылали. - Я... чёрт... слушай, извини! ‎ ‎- Всё нормально, - улыбнулся Изуку, стараясь его успокоить. - Правда. Ты, видимо, очень устал. ‎ ‎- Не спал всю ночь, патрулировал, - буркнул парень, отворачиваясь и пытаясь сделать вид, что ничего не случилось. - Я не специально. ‎ ‎- Я понял. ‎ ‎Повисла пауза. Неловкая, но не тяжёлая. Фиолетоволосый покосился на него, потом на пустой стакан кофе, потом снова на него. ‎ ‎- Я тебя видел на спортивном фестивале в Юэй когда-то, - вдруг сказал Изуку, сам не ожидая от себя этой фразы. - По телевизору. ‎ ‎Парень удивлённо моргнул. ‎ ‎- Ты смотрел? ‎ ‎- Ну... конечно, многие смотрели. - Изуку смутился. - Бой с тобой хорошо запомнился. У тебя классная причуда. ‎ ‎- Хех, да... - Шинсо криво усмехнулся. - Тогда почти весь стадион это кричал. ‎ ‎Они посидели несколько минут в тишине. Спокойной, не напряжëнной. ‎ ‎- Я Хитоши Шинсо, - сказал он. ‎ ‎- Изуку Мидория, - ответил Изуку. ‎ ‎- Приятно. За плечо, - Шинсо поморщился, - извини ещё раз. ‎ ‎- Всё хорошо, правда. Я был не против. ‎ ‎Хитоши хмыкнул, но ничего не сказал. Посмотрел на деревья, на кота, который уселся на соседней скамейке. Потом перевëл взгляд на Мидорию. ‎ ‎- Слушай, а может, кофе? Я настаиваю. ‎ ‎Изуку посмотрел на часы. Выходной, никуда не надо. ‎ ‎- Можно. Они пошли в кофейню у парка, проговорили там часа два, обменялись номерами и с тех пор как-то незаметно стали друзьями. Шинсо оказался классным собеседником - немного колючим, но надёжным. А Изуку - тем редким человеком, с которым можно было молчать и не чувствовать себя неловко. ‎ ‎Мидория приложил телефон к уху. ‎ ‎- Привет, - ответил он, всё ещё глядя на фигурку. ‎ ‎- Привет. Ты чего такой сонный? Выходной же, мог бы дрыхнуть до обеда. ‎ ‎- Да так... задумался. ‎ ‎- О чём? - Шинсо явно уловил что-то в его голосе. - Снова твой тайный поклонник подарки подкидывает? ‎ ‎Изуку вздохнул. Он не рассказывал другу всех подробностей, но тот умел вытягивать информацию даже из молчания. ‎ ‎- Подкидывает. ‎ ‎- И ты всё ещё не знаешь, кто это? - в голосе Хитоши послышалось любопытство. - Слушай, может, это кто-то из больницы? Чересчур благодарный пациент? ‎ ‎- Нет. ‎ ‎- А кто тогда? Ты же говорил, подарки слишком личные, кто-то тебя давно знает... ‎ ‎- Знаю. ‎ ‎На том конце повисла пауза. Шинсо явно переваривал информацию. ‎ ‎- В смысле знаешь? - осторожно спросил он. - И давно? ‎ ‎- С первого раза. ‎ ‎- И ты молчал?! ‎ ‎Мидория услышал, как друг на том конце что-то громко выдохнул - то ли от возмущения, то ли от удивления. ‎ ‎- А кому мне говорить было? - зелёноволосый откинулся на подушку, глядя в потолок. - Маме? Она сразу запаникует. Коллегам? Они начнут допрашивать. ‎ ‎- Мне мог бы сказать. ‎ ‎- Тебе говорю сейчас. ‎ ‎Шинсо хмыкнул, но спорить не стал. ‎ ‎- Ладно, - протянул он. - И кто этот таинственный незнакомец, который решил завалить тебя подарками? ‎ ‎Изуку помолчал. Потом тихо сказал: ‎ ‎- Бакуго Кацуки. ‎ ‎Тишина стала ещё тяжелее. Настолько, что Изуку почти услышал, как Шинсо на том конце переваривает услышанное. ‎ ‎- Он? Этот заносчивый засранец? - голос друга звучал ровно, но брюнет знал его достаточно, чтобы уловить напряжение. - Я не думал, что это будет кто-то из моих бывших одноклассников... ‎ ‎- Да. Тот самый. ‎ ‎Хитоши молчал так долго, что Изуку уже решил, что связь прервалась. ‎ ‎- И что он хочет? - наконец спросил друг. - Извиниться? Дружбу предложить? Что? ‎ ‎- Не знаю. - Изуку перевернулся на бок, глядя на фигурку Всемогущего. - В открытках только одно слово. «Прости». И всё. ‎ ‎- Две недели подряд? ‎ ‎- Ага. ‎ ‎- А ты? ‎ ‎- Что я? ‎ ‎- Что ты чувствуешь? Злишься? Рад? Надеешься на что-то? ‎ ‎Изуку закрыл глаза. Хороший вопрос. Что он чувствует? Сам не знал. ‎ ‎- Не знаю, - честно ответил он. - Я не понимаю, что чувствую. Странно всё это. ‎ ‎- Странно - это мягко сказано, - фыркнул Шинсо. - Ты вообще собираешься что-то с этим делать? ‎ ‎- Собираюсь. ‎ ‎- И что именно? ‎ ‎- Сегодня я поймаю его. ‎ ‎На том конце снова повисла пауза, а потом Шинсо коротко и удивлëнно рассмеялся. ‎ ‎- И что ты ему скажешь? ‎ ‎- Не знаю. - Он усмехнулся. - Разберусь на ходу. ‎ ‎- Ты ненормальный, - констатировал Хитоши. - Ладно, удачи. Потом  расскажешь. ‎ ‎- Ага. ‎ ‎- И, Мидория... ‎ ‎- М? ‎ ‎- Будь осторожен. Если он что-то с тобой сделает, я лично приду и... ‎ ‎Брюнет прервал его, очередной раз смотря на фигурку Всемогущего, сжатую в ладони. ‎ ‎- Всë будет хорошо, Шинсо, спасибо. Я ценю это. - мягко произнëс зелëноволосый. ‎ ‎- Ладно, давай. ‎ ‎Он сбросил вызов и ещё несколько минут сидел неподвижно, глядя на стену. Потом встал, аккуратно поставил фигурку на место, заправил кровать и пошёл на кухню заваривать чай. ‎ ‎Изуку сидел, пил чай с подаренным шоколадом и думал, что будет делать, когда встретится с ним. Что говорить? Как себя вести? Мысли путались, разбегались, не хотели собираться в связное. В итоге в голову ничего не лезло, и он решил остаться на той позиции, о которой сказал Шинсо - разберётся на ходу. ‎ ‎Но он обязан его поймать. ‎ ‎Ближе к вечеру, скорее всего. Но Бакуго мог прийти и днём, поэтому расслабляться нельзя. Изуку решил быть настороже. Периодически подходить к двери, смотреть в глазок и прислушиваться к шагам в подъезде. ‎ ‎До вечера оставалось ещё полдня. ‎ ‎Утро тянулось невыносимо медленно. ‎ ‎Брюнет переделал все домашние дела, до которых давно не доходили руки. Перемыл посуду, протёр пыль и даже пропылесосил. Лишь бы занять время и отвлечься от мыслей, которые крутились в голове навязчивой пластинкой. ‎ ‎Около одиннадцати он заставил себя нормально поесть - сварил рис и сделал яичницу с беконом. Ел без аппетита, больше по привычке, прислушиваясь к каждому звуку за дверью. Мысли о предстоящей встрече вытесняли даже чувство голода. ‎ ‎Время тянулось. Изуку то садился на диван, то вставал, то снова садился, то ложился, пытаясь найти положение, в котором будет удобно. В основном он просматривал соцсети и смотрел какой-то фильм, убавив звук до минимума. ‎ ‎Иногда хлопала дверь, работал лифт, слышались голоса. Мидория настораживался, прислонялся к глазку, но мимо проходили соседи. Молодая пара, парень с собачкой и семья с детьми. ‎ ‎Не он. Часа в два не выдержал, накинул  пальто и вышел прогуляться. Вряд ли Бакуго придëт именно в эти двадцать минут. Брюнет прошёлся до магазина за углом, решил купить клубничное молоко и какую-то булку с шоколадом, просто перекусить. Он постоял на улице, глядя на пасмурное небо. Воздух был сырым и холодным. Изуку зябко повёл плечами, глубже зарылся в шарф и зашагал обратно. ‎ ‎«Ну где тебя носит?» - пронеслось в голове, когда тот набирал код, чтобы зайти в подъезд. ‎ ‎К пяти вечера за окном начало темнеть, приближалось время его прихода. Иногда закрадывались сомнения, придëт ли он вообще. Но Мидория не собирался сдаваться. Раз он начал тратить свой выходной в ожидании блондина, значит потратит его до конца. ‎ ‎Он решил быстро принять душ, нужно было хоть чем-то занять руки и голову, чтобы не сойти с ума от ожидания. Брюнет включил воду, подождал, пока она станет горячей, и встал под душ. Горячие струи ударили по плечам и спине, смывая напряжение, которое копилось весь день. В голове ворочались мысли. Каким он будет? Изуку видел его только через экран телевизора и телефона. Ну и тогда в больнице, только на мгновение. ‎ ‎Закончив, он выключил воду, отжал волосы и потянулся за полотенцем. Обтëрся им, обернул вокруг бëдер и взялся за фен, чтобы высушить волосы. Гул мотора заполнил ванную, заглушая мысли. Он водил расчёской по мокрым прядям, смотрел, как они светлеют, высыхая, возвращая свой привычный тëмно-зелёный оттенок. Волосы торчали в разные стороны, но хотя бы не мокрые. ‎ ‎Закончив с волосами, он вышел из ванной в спальню. Открыв шкаф, на секунду задумался, глядя на аккуратно сложенные вещи. ‎ ‎Обычно он не придавал значения тому, во что одет дома. Но сегодня... сегодня было иначе. ‎ ‎Взгляд упал на тëмно-серые боксеры, натянул их и следом лëгкий белый лонгслив. Потом голубые широкие джинсы. В этой одежде он чувствовал себя комфортно, почти уютно. Изуку посмотрел на себя в зеркало на дверце шкафа. Волосы всё ещё чуть влажные на концах, растрёпанные, но в целом вид нормальный. Домашний и спокойный. ‎ ‎- Сойдёт, - сказал он своему отражению. ‎ ‎Часы показывали восемь вечера. Мидория опустился на пол в прихожей, прислонившись спиной к стене, и вытянул ноги. Взял телефон, просто чтобы занять руки, открыл какую-то игру, не забыв убавить звук до нуля. Но взгляд то и дело ускользал в сторону двери. ‎ ‎Время тянулось. Секунды превращались в минуты, минуты - в вечность. Он уже в сотый раз прокручивал в голове возможные варианты разговора, но мысли путались, разбегались, не желая складываться в связное. ‎ ‎Телефон тускло светил в руках, но брюнет на нём не сосредотачивался - всë внимание было отдано слуху. Уши ловили каждый звук за дверью. Шаги в коридоре, хлопок двери, шум лифта, иногда голоса. Сердце каждый раз пропускало удар, но потом оказывалось, что это просто соседи. ‎ ‎Где-то на лестничной площадке хлопнула дверь. Он напрягся, но шаги пошли в другую сторону. Соседи. ‎ ‎Снова тишина. ‎ ‎Мидория перевёл дыхание и заставил себя смотреть в телефон. Прошло ещё минут двадцать. Может, больше. Он потерял счёт времени. ‎ ‎А потом в коридоре подъезда послышался шум лифта, который остановился на его этаже и раздались шаги. Неспешные и тихие, которые всë ближе приближались к его двери. ‎ ‎Изуку замер. Бесшумно поднялся на ноги, подошëл к двери и прислонил свой глаз к глазку. ‎ ‎Высокий, крепкий молодой мужчина со взлохмаченными светлыми волосами. На нëм были свободные чëрные спортивные штаны, серая свободная толстовка с капюшоном и расстëгнутая куртка. На ногах простые тëмные кроссовки с яркими оранжевыми полосами по бокам. Одна рука небрежно засунута в карман, а другая держала небольшой пакет. ‎ ‎Каччан. ‎ ‎Сердце забилось быстрее. Блондин уже был почти у двери - оставалось всего пара шагов. Его рука сама рванула дверную ручку. ‎ ‎Зелёноволосый резко распахнул дверь так, что она остановилась буквально в сантиметре от лица блондина, чуть не задев того по носу. Тот вздрогнул от неожиданности, дёрнулся назад, едва не выронив пакет, и замер с распахнутыми глазами. ‎ ‎Красные глаза уставились на него в упор. ‎ ‎Хозяин квартиры смотрел в ответ. Тоже не моргая. Тоже с сердцем, готовым выпрыгнуть из груди. ‎ ‎Несколько секунд они просто стояли друг напротив друга, в тишине, разделённые только дверным проёмом. У обоих глаза распахнуты, у обоих дыхание сбилось. ‎ ‎- Бакуго-кун, - тихо сказал Мидория, нарушая тишину. ‎ ‎Голос прозвучал ровно, спокойно. Хотя внутри всё дрожало. ‎ ‎Блондин уже хотел что-то сказать, как младший опередил его. ‎ ‎- Заходи. ‎ ‎И отступил вглубь прихожей, освобождая проход. ‎ ‎Кацуки не двигался ещë пару секунд - его явно застали врасплох. Потом моргнул, коротко кивнул и перешагнул через порог. ‎ ‎Дверь за ним закрылась с тихим щелчком.