бездари бравла

Глава 22. После школы они шли домой не спеша. Сенди нёс рюкзак в одной руке, второй держал Леона за руку. Нита плелась чуть позади, периодически подпрыгивая и что-то напевая, видимо, до сих пор не могла успокоиться после вчерашнего. — Сенди, — позвала она. — М? — А когда ты волосы красил в последний раз? — Давно. — У тебя корни уже жесть как обросли. — Знаю. — И что? — И ничего. — Он пожал плечами. — Впадлу. — Ты ходишь как зебра. Сверху коричневое, снизу фиолетовое. — Это модно. — Это ужасно. — Как Колетт сказала бы: «Ты просто не понимаешь современного искусства». — Я понимаю, что ты ленивый. — Это тоже искусство. Леон слушал их перепалку и улыбался. Редко, но метко. — Слушай, — не унималась Нита. — Давай зайдём в магазин? Я тебе помогу выбрать краску. — Ты? — А что? — Ты в жизни не красила волосы. — Ну и что? Я теории начитаюсь! — В интернете? — В инстаграме! — Это одно и то же? — В моём мире — ДА! Сенди закатил глаза, но улыбнулся. — Ладно. Зайдём. Они свернули к маленькому магазинчику на углу. Там пахло мылом, стиральным порошком и ещё чем-то неуловимо домашним. — Нам нужен осветлитель и фиолетовая краска, — скомандовала Нита. — Да ты прям эксперт. — Я готовлюсь! Она носилась между стеллажами, хватая то одно, то другое. Сенди стоял у кассы и наблюдал за этим ураганом с лёгкой улыбкой. — Возьми это! — Нита сунула ему в руки коробку. — И это! И вот это, на всякий случай! — Это кондиционер. — Он тоже нужен! — Нита, я крашу волосы два года. Я знаю, что мне нужно. — А я знаю, что тебе нужно лучше! — С чего бы? — Я твоя сестра! Сенди замер. — Чего? — Ну... почти. — Она смутилась. — Ты же с нами живешь. Значит, сестра. Сенди посмотрел на Леона. Тот кивнул. — Ладно, — сказал Сенди тихо. — Тогда выбирай. Нита просияла. Дома их встретила Амбер. — О, вы вовремя! — засуетилась она. — Я как раз ужин готовлю. Нита, поможешь? — Ага! Только Сенди покрасим сначала! — Покрасим? — Амбер подняла бровь. — Сенди, ты сам красишься? — Ну да. — И как? — Нормально в целом. — Тогда жду вас. В ванной Нита намешав с горем пополам эту всю жижу, нанесла не аккуратно на волосы Сенди, тот не стал как то сопротивляться, и после нанесения спустился вниз. Там стояла Амбер и с удивлением смотрела на него.  Вдруг она сказала: — Покажи корни. Сенди вздохнул и наклонил голову. Амбер присмотрелась. И вдруг всплеснула руками: — ТЫ ЧТО, ОБЛЫСЕТЬ ХОЧЕШЬ?! — Чего? — опешил Сенди. — У тебя пропорции не те! Осветлитель на корни надо наносить иначе, чем на длину! Ты так всю кожу сожжёшь! — Я всегда так делал. — И всегда ошибался! — Но волосы же есть. — Чудом! — Амбер уже закатывала рукава. — Давай сюда. Я сама сделаю. — Амбер, не надо... — Надо. Садись. Сенди посмотрел на Леона жалобно, умоляя помочь. Леон лишь ухмылялся и прятал улыбку рукой. — Иди ты. — Сам иди. — Оба идите и сядьте! — скомандовала Амбер. — Леон, принеси стул. Нита, тащи полотенце и краску. Они засуетились. Через полчаса Сенди сидел на кухне с полотенцем на плечах, а Амбер колдовала над его головой с кисточкой и миской. — Сиди смирно, — говорила она. — Не дёргайся. — Я и не дёргаюсь. — Дёргаешься. — Это вы так говорите. — Потому что это правда. Леон сидел напротив и наблюдал. В его взгляде было что-то тёплое и очень спокойное. — Амбер, — вдруг сказал Сенди. — А почему вы... ну... — Что? — Почему вы меня так легко приняла? Сразу. Без вопросов. Амбер замерла с кисточкой в руке. — С чего ты взял? — Ну... я пришёл. Чужой. С проблемами. С матерью, которая швыряется тарелками, выгоняет из дома. И… Вы просто... взяли и стали кормить и ухаживать. — А что я должна была сделать? — Не знаю. Выгнать. Бояться. Смотреть косо. Амбер вздохнула, отложила кисточку и села напротив. — Хочешь историю? — Хочу. — Тогда слушай. История Амбер — Я не всегда была такой, — начала она. — Когда-то я была молодой, глупой и очень одинокой. — Вы? — Да. — Она улыбнулась. — У меня не было семьи. Совсем. Мать умерла рано, отец пил и пропал. (опять daddy issues) Я жила у тётки, которая меня терпела, но не любила. Сенди сглотнул. — Знакомо. — Наверное. — Амбер кивнула. — В девятнадцать я сбежала. Думала, что справлюсь сама. Но жизнь — она не про «справлюсь». Она про «кто рядом». — И кто был рядом? — Никого. Долго. Я ночевала где придётся, ела что придётся. Работала там, где брали. Прожила я так где то полтора года. И однажды... — она запнулась. — Что однажды? — Я замерзала. Зимой. В пустыне это редко, но бывает. Я сидела на остановке и думала, что всё. Конец. Леон напрягся. Сенди почувствовал это. — И тут появился Бо. — Бо? — Да. Он проезжал мимо, увидел меня, остановился. Спросил: «Тебя подвезти?» Я сказала: «Мне некуда». Он сказал: «Значит, найдём куда». Амбер улыбнулась. — Он забрал меня. Накормил. Обогрел. Не просил ничего взамен. Не приставал. Просто... дал дом. — И вы? — И я осталась. Навсегда. Я влюбилась и мы редко затрагивали эту тему, я по сей день вкладываюсь в этот дом и люблю его. Тишина повисла в кухне. — С тех пор я знаю одно, — сказала Амбер. — Дом - это не стены. Это люди, которые готовы принять. Которые не спрашивают «а почему ты такой». Которые просто берут за руку и говорят: «Идем, я накормлю». Она посмотрела на Сенди. — Поэтому я приняла тебя. Потому что знаю, каково это быть ничьим… Сенди смотрел на неё и чувствовал, как в горле встает ком. — Спасибо, — выдохнул он. — Не за что, я всегда буду рядом. Она обняла его. Прямо так, с краской на голове, с полотенцем на плечах. Из коридора донесся голос Леона: — Я все слышал. Он стоял в дверях. Смотрел на них теплыми глазами. — Иди сюда, — позвала Амбер. Леон подошел. Она обняла их обоих. — Мои мальчики, — сказала она тихо. — Мои хорошие. — Тетя Амбер, — прошептал Леон. — У тебя фартук в краске. — Переживу. — И волосы. — Тоже переживу. — И вообще ты вся фиолетовая. — Значит, теперь мы семья в одном цвете. Сенди засмеялся. Сквозь слезы, которые все таки потекли. — Я люблю вас, — сказал он. — Мы знаем, — ответила Амбер. — И я вас. — Тоже знаем. Они стояли втроем посреди кухни, пропахшей краской и ужином, и это было самое прекрасное место на земле. — МАМ, А ЧЕГО ВЫ ТАМ ПЛАЧЕТЕ? — донеслось из гостиной. — НИЧЕГО, НИТА! — А ПОЧЕМУ СЕНДИ ФИОЛЕТОВЫЙ ВЕСЬ? — ОН ТЕПЕРЬ ТАКОЙ! — ОН ВСЕГДА ТАКОЙ! — ТЕПЕРЬ ЕЩе БОЛЬШЕ! — Я ТОЖЕ ТАК ХОЧУ! — ТЕБЕ РАНО! — НЕ СПРАВЕДЛИВО! — ЖИЗНЬ НЕСПРАВЕДЛИВАЯ! Нита засмеялась и продолжила смотреть телевизор в гостиной. А на кухне, под смех и слезы, Амбер докрашивала Сенди. — Готово, — сказала она. — Теперь ты как новенький. — Спасибо. — Иди в душ, смывай. — Иду. — И Леона возьми. — Зачем? — А просто так. Леон покраснел. — Тетя Амбер! — Леон очень засмущался скрестив руки и поглядывал на Сенди со смущением. — Что? Я мать, мне можно. Сенди засмеялся и потащил Леона в ванную. Это было одно из лучших воспоминаний. Через час они сидели на крыльце. Волосы Сенди снова были ярко-фиолетовыми. Леон сидел рядом и смотрел на звезды. — Красиво, прям такая красочная картина на небе. — Сказал Леон смотря на звезды мечтательными глазами, скрестив руки которые вместе с телом опирались на колени. — Ага. — Небо. — И ты. Леон улыбнулся. И немного наклонив голову к Сенди стал смотреть на него влюбленными глазами, покрываясь слабым румянцем. — Ты опять это делаешь?  — Что я делаю? — Смущаешь меня. — Привыкай. — Не хочу. — Привыкнешь привыкнешь. — Сенди. — Леон внезапно притих и медленно повернул голову полностью к лицу возлюбленного. — Что? — Я люблю тебя. — Знаю. — Очень сильно люблю. — Знаю. — Это ведь навсегда? — Конечно навсегда. — Спасибо тебе большое. — За что? — За то, что ты есть. Сенди повернулся и поцеловал его. Нежно. Тихо. Страстно. Он пустил руки в волосы Леона, аккуратно их поглаживая. Полотенце медленно сползало с плеч. Из дома донеслось: — ОПЯТЬ ЦЕЛУЮТСЯ?! — НИТА, ИДИ СПИ! — НЕ ХОЧУ! — ИДИ! — НЕНАВИЖУ ВАС! — МЫ ТЕБЯ ТОЖЕ ЛЮБИМ! Нита засмеялась и убежала. А они сидели на крыльце и продолжали смотреть на звёзды. Им было комфортно, Это было невероятно, Сенди никогда больше не хотел сбегать, он видел в Леоне дом и заботу.  Это - любовь.