бездари бравла

Глава 23. Утро субботы началось с запаха выпечки. Леон стоял у плиты с самого рассвета. На нём был фартук Амбер, смешной, с цветочками, но он даже не замечал его.  В мисках что-то перемешивалось, в духовке уже подрумянивался первый корж, а на столе росли горы посуды. Сенди спустился на кухню, протёр глаза и замер. — Ты чего? — Готовлю. — Вижу. — Сенди подошёл ближе поцеловав Леона в щеку, заглянул в кастрюли. — А чего это? — Еда. — Леон. — Что? — Ты с шести утра стоишь? — С пяти. — Ты больной? — Нет. Просто хочу сделать торт. Сенди моргнул. Он был не похож на самого себя. — Торт? Кому? — Всем. — Это ответ? — Это правда. Не отвлекай, а то порежусь.  Леон отвернулся к плите, давая понять, что разговор окончен. Сенди стоял и смотрел на его с напряженными плечами. Что то было не так. Ему было не комфортно от его слов и атмосферы, он даже не поцеловал его с утра в ответ…  Он хотел спросить еще что то, но в кухню влетела Нита. — О, ты уже встал! — слишком бодро сказала она. — Леон, я помогу! — Не надо. — Надо! — Нита. — Леон! Они переглянулись. Сенди уловил этот взгляд. — Вы чего? — Ничего! — хором они ответили. — Ясно. — Сенди налил себе кофе и сел за стол. — Я подожду тогда. — Чего? — Пока вы скажете. — Не скажем! — выпалила Нита и прикусила язык. Леон закатил глаза и томно вздохнул. — Нита… — Леон сказал это немно разочаровано, будто она рассказала страшную тайну. — Я не то хотела! — Но все равно то сказала. — Ну и ладно! Сенди смотрел на них и чувствовал себя лишним. Леон не разговаривал с Сенди весь день. Не то чтобы он молчал, он то отвечал, но коротко. Отворачивался. Уходил в себя. Сенди бесился, ведь не понимал что происходит, вчера все было нормально же. — Он что, обиделся? Что я сделал не так? — спросил он у Ниты, когда Леон ушел в кладовку за мукой. — Нет. — Нита замялась. — Он просто... У него сегодня день рождения. ТОЛЬКО НЕ ГОВОРИ НИКОМУ. — Чего? — Сенди аж подскочил. — У него день рождения?! И вы молчите?! — Он не любит. — Что значит «не любит»? — Ну... — Нита опустила глаза. — У нас с мамой... с той мамой... дни рождения всегда были ужасными. Она или забывала, или пила, или орала. Леон ненавидит этот день. Всегда ненавидел. Он всегда хотел вырвать этот день из календаря, ведь всегда в этот день происходит что то плохое. Сенди замер, но чувствует как злость пробирала по всему телу. — А сейчас? — А сейчас он сам решил сделать торт. Для всех. Впервые. — Нита подняла глаза. — Но он боится. Боится, что опять будет плохо. Что мы не придем. Что все забудут. Или наоборот, что мы сделаем что то не то. То что день пойдет на откос, слишком много внимания или слишком мало. — И поэтому он молчит? — И поэтому он готовит. Чтобы контролировать хоть что то. Что бы отвлечься. Сенди сжал кулаки. — Я убью его. — Сенди! — В смысле, поговорю. — Аккуратно? — По ситуации. Там уже видно будет. — Сенди говорил с раздражением и руки дрожали от злости. Нита вздохнула. — Только ему не говори, что я сказала. — Не скажу. — Обещаешь? — Обещаю. Но поговорить не получилось. Леон словно исчез. Сенди обыскал весь дом, его нет. Вышел во двор, нет. Он на поиски потратил час, пока не заглянул в сарай, где Бо обычно чинил инструменты, и там нашел их. Они о чем то болтали, Сенди прижался к стене и решил тихо подслушать. Бо и Леон сидели на ящиках и о чем то разговаривали. Сенди замер за дверью. Не специально, просто ноги не шли. — ...не понимаю, зачем все это, — голос Леона был глухим. — Торт, гости, внимание. Я не привык к такому, мне это не нужно. — Привыкнешь, — ответил Бо спокойно. — А если нет? — А если да? — Ты не поймешь! — Леон. — Бо отложил молоток. — Ты боишься, что будет как раньше? — Конечно боюсь. — Не будет. — Откуда знаешь? Вдруг все будет даже хуже. — Потому что теперь у тебя другие люди. Другой дом. Другая жизнь. Леон молчал. — Сенди… он знает, что у тебя день рождения? — Нет. — Почему? — Я не сказал. — Боишься? Леон не ответил и отвел взгляд. Бо вздохнул. — Послушай. Ты привык все тащить сам. Привык, что никто не придет, не поможет. Что ни на кого нельзя положиться. Но Сенди не твоя мать. Он другой, он тебя любит, я же вижу как он на тебя смотрит, даже за завтраком, он смотрит только на тебя.  — Я знаю… Но… — Тогда почему не скажешь? — Потому что... — Леон запнулся. — Потому что если я скажу, а он... вдруг... — Вдруг что? — Вдруг ему станет всё равно. Вдруг он разозлится что я не сказал. Вдруг он на самом деле не любит? Бо положил руку ему на плечо. — Сынок. Он вероятно бы давно ушел, если бы не любил. Леон поднял голову. В глазах блестело. Сенди не выдержал. Он шагнул внутрь. — Леон. — Ты... ты здесь? — Да. — Слышал? — Достаточно. Леон закрыл лицо руками. — Прости. — За что? — За то, что не сказал. — Заткнись. — Что? — Заткнись и иди сюда. Сенди подошел, схватил его за руку довольно сильно и вытащил из сарая. — Сенди! — крикнул Бо. — Мы вернёмся! — бросил он через плечо. Он тащил Леона через двор, через калитку, через пустырь. — Куда мы? — Леон едва поспевал. — Туда, где поговорим. — Где? — Не знаю! Просто иди! Они остановились у старого забора, за которым начиналась пустошь. — Сенди, отпусти. — Нет. — Сенди! Больно же! — Ты идиот! — Сенди развернулся к нему. И отпустил руку Леона — Ты придурок! Ты ненормальный! — С чего это? — За то, что молчишь! За то, что боишься! За то, что думаешь, что я тебя не люблю! — А что мне думать?! — Что я люблю тебя! — Это не аргумент! — Это единственный аргумент! Они стояли друг напротив друга, тяжело дыша. — Леон, — Сенди сжал кулаки и стиснул зубы. — Я знаю, что у тебя все было хреново. Я знаю, что мать тебя не любила. Я знаю, что ты привык, что все тебя бросают. Но я! Это не все. Я Сенди! Тот, который спит с тобой в одной кровати. Тот, который сбегает от матери к тебе. Тот, который любит тебя блять. Я постоянно смотрю на тебя, и беспокоюсь, готов все бросить лишь быть с тобой. Ты понял?! Леон смотрел на него. — Понял. — Нет! Ты не понял. — Сенди шагнул ближе. И смотрел глазами которые наполнились яростью, и вот вот потекут слезы — Скажи, что понял! — Понял. — Скажи, что веришь. — Верю. — Скажи, что... Леон не дал договорить. Он схватил его за лицо и поцеловал. Так, как никогда раньше. Жарко. Страстно. Отчаянно. Будто хотел вложить в этот поцелуй все, что не мог сказать. Сенди выдохнул ему в губы, кулаки разжались и гнев растаял, он ответил на поцелуй. На пустыре, под палящим солнцем, посреди кактусов и пыли. — Я люблю тебя, — прошептал Леон со стыдом в голосе — Очень сильно люблю. Не уходи от меня прошу.. — Не уйду. — Никогда? — Никогда. Они стояли обнявшись, и ветер трепал их волосы. Сенди уткнулся носом ему в плечо и приложил руку на спину аккуратно гладя.  Они не заметили ее сразу. Джесси стояла в десяти метрах, у дороги, с пакетом в руках. Маленькая, рыжая, с круглыми глазами. Она смотрела на них. — Джесси? — Леон отстранился. — Я... — она сглотнула. — Я узнала про твой день рождения. — Что? Откуда? — В кабинете директора. Список. Я подумала, может, ты один... ну, без семьи... я хотела сделать сюрприз... Она смотрела то на Леона, то на Сенди. — А он... он... — голос дрогнул но вдруг стал злее и более грубым. — Этот шлюховатый фиолетовый придурок правда тебе так важен? Леон взял Сенди за руку. — Да. — Больше всех? — Да. Джесси помолчала. Потом швырнула пакет на землю. — Ненавижу. И убежала. — Джесси! — крикнул Леон. — Пусть, — сказал Сенди. — Она справится. — Ты злишься? — На что? — Что она назвала тебя... ну... — Шлюховатым придурком? — Ты слышал? — Я все слышу. — И? — И мне плевать. — Сенди улыбнулся, поправляя волосы Леона за ухо. — Главное, что ты меня поцеловал. Прилюдно. Горячо. — Заткнись. — Леон. — Что? — С днём рождения. Леон улыбнулся. — Спасибо. Они вернулись домой, когда уже стемнело. В доме горел свет, играла музыка, и пахло так, что у Сенди потекли слюни. — Вы где были?! — налетела Нита. — Там все готово! Все пришли! А вас нет! — Кто все? — Колетт, Фенг, Эдгар, Пайпер... даже Бо накрывает на стол! — Бо? Леон заглянул в гостиную. Там было шумно. Колетт носилась с плакатами и наклейкаии, и клеила их на стены. Фенг раскладывал салфетки. Пайпер с идеальным пучком пыталась сохранить порядок. Эдгар сидел в углу, но, увидев Леона, кивнул. — О, именинник! — заорала Колетт. — Иди сюда, мы тебе открытки сделали! — Какие открытки? — С наклейками! — Ну конечно. Амбер вышла из кухни с огромным тортом. — Леон, — сказала она. — Это ты делал? — Да. — Это гениально. — Правда? — Правда. Садись за стол. Все расселись. Бо поднял кружку. — За Леона, — сказал он. — За то, что он нашел дом. И за то, что дом нашел его. — За Леона! — заорали все. Леон сидел и смотрел на них. На этих людей. На эту семью. И впервые в жизни ему не хотелось сбежать от своего дня рождения. — Спасибо, — сказал он тихо. — За что? — спросила Нита. — За то что вы здесь. Она обняла его. Сенди обнял их обоих. — Это лучший день рождения в моей жизни, — сказал Леон. — Их будет еще много, — ответил Сенди. — Обещаешь? — Конечно. И это было правдой.