Реанимация

Аромат свежих блинчиков разбудил Твайлайт ото сна. Готовка Спайка всегда производила такой эффект. Поднявшись с кровати, фиолетовый аликорн сделала обычную утреннюю разминку, прежде чем опустить копыта на прохладный кристальный пол своей спальни и энергично потрусить к двери. Она всегда радовалась, когда Спайк готовил завтрак. Готовка началась как случайное хобби, которое он развил благодаря всей кулинарной литературе, валявшейся у Твайлайт. Но вскоре это стало его своего рода специализацией. В его еде было что-то такое, что делало её такой… вкусной. Она полагала, что если бы драконы могли получать метки таланта, у Спайка это непременно была бы сковорода, или лопатка, или… что-то связанное с кулинарией. Желая начать утро с того, чтобы наесться едой Спайка, Твайлайт выбежала в длинные, запутанные коридоры своего недавно приобретённого замка. Несмотря на то, что она владела им уже несколько месяцев, ей всё еще было трудно ориентироваться, но после секундного размышления дорога к кухне всплыла в памяти. Налево здесь, направо здесь, вниз по лестнице — и вот она у парадного входа, а значит, кухня была первой комнатой слева. Она вбежала на кухню вприпрыжку, ожидая увидеть маленького дракона и гору блинов, запах которых она учуяла наверху, стоящую на столе. Вместо этого не было видно ни блинов, ни дракона, которого она ожидала застать у плиты. Твайлайт моргнула, затем нахмурилась в недоумении. Она могла поклясться, что чувствовала запах… Неужели ей показалось? А затем до неё дошло. Конечно, ей показалось. Спайк не мог приготовить завтрак. Его больше не было. Гнетущее чувство охватило аликорна. Она моргнула ещё раз, глупо надеясь, что сцена перед ней изменится. Но кухня оставалась такой же пустой. Вздохнув, лишившись энтузиазма, она почти механически побрела к кухонным шкафчикам и начала свою утреннюю рутину в одиночестве. Её рог засветился, и шкафчики распахнулись. Коробка с овсянкой опустилась на столешницу, а небольшая кастрюля переместилась к раковине. Взмахом рога она включила кран, наполнила кастрюлю водой на глаз, затем выключила его. Кастрюля отправилась на плиту, а коробка с овсянкой поднялась над ней, высыпая внутрь ещё одну порцию на глаз. Ей не хотелось добавлять подсластители или оживлять кашу фруктами или йогуртом. Вообще-то, она была довольно уверена, что у неё нет ни фруктов, ни йогурта, так как она не помнила своей последней поездки на рынок. Кроме того, овсянка — она и есть овсянка. Пока она занималась кастрюлей на плите, она снова воспользовалась магией, и кофеварка рядом с плитой включилась. Фильтр, мерная ложка и банка с молотым кофе появились из шкафчика сверху. Она поместила фильтр в кофеварку и добавила две — нет, три ложки кофе (ему нравился покрепче), прежде чем выбрать опцию «заварить». Через несколько минут Твайлайт разлила готовую овсянку в миску, которую подняла с сушилки с помощью магии. Она изучила её. Это были не блины, но это был завтрак. Схватив ложку и положив её рядом с миской на стол, она подошла к кофеварке и взяла частично наполненный кофейник с чёрной жидкостью. Вид кофе заставил её поморщиться. Она несколько раз пыталась пить кофе в своей жизни и просто не могла к нему привыкнуть. Даже лучшая кофейня в Понивилле, куда Спайк однажды её затащил, не смогла покорить её вкусовые рецепторы. Он был такой… горький. Она не понимала, как Спайк мог это пить. Закончив эту мысль, она снова уставилась на кофейник в своей магии и внезапно почувствовала себя глупо. Она забыла — ей больше не нужно было готовить кофе для Спайка… Ещё один вздох сорвался с её губ, пока она стояла на месте, к горлу подступил комок. Затем она раздражённо покачала головой и вылила содержимое кофейника в раковину, добавив к уже глубокому кофейному пятну внутри. Подойдя к столу, она села перед своим завтраком. С помощью магии она поднесла ложку овсянки ко рту и откусила. Она поморщилась. Каша была сухой; она точно испортила консистенцию. Впрочем, это не имело значения. Овсянка — она и есть овсянка. Положив в рот ещё одну ложку каши, она позволила взгляду блуждать в поисках отвлечения от своих мыслей. Он не блуждал долго, прежде чем остановиться на пустом стуле в другом конце стола. Её взгляд приклеился к стулу, словно она пыталась сдвинуть его с места силой мысли. Прошла минута, затем другая, а она всё так же пристально смотрела в одну точку. Наблюдая, ожидая… Она знала, что Спайк не появится на стуле, сколько бы она на него ни смотрела. Но она всё равно пыталась. *** Дэринг Ду инстинктивно пригнулась, едва избежав стрелы, просвистевшей над головой. Это было слишком близко, и она не горела желанием испытывать судьбу снова. Крепко сжимая зубами Жемчужину Пророчеств, она бежала так быстро, как только могли нести её ноги, искусно прыгая, пригибаясь и уворачиваясь от каждой смертоносной стрелы, выпущенной из отверстий, выстроившихся вдоль стен катакомб. Спасение было уже близко. Всего в нескольких футах впереди туннель заканчивался, открывая вид на голубое небо за потоком естественного света, заливающего выход. Дэринг Ду почувствовала облегчение, но знала, что расслабляться некогда. Она всё ещё была в большой беде, и смерть была всего в одной простой ошибке. Она перепрыгнула через стрелу, угрожавшую подкосить ей ноги, затем грациозно приземлилась в перекат, заставив стрелу, нацеленную прямо в голову, пролететь мимо. Выход был всего в нескольких метрах. Ещё немного! Она колотила копытами по каменному полу, адреналин заставлял её бежать быстрее и быстрее. Пригнуться. Увернуться. Прыжок. Перекат. Пригнуться. Увернуться. Прыжок. Перекат. Наконец, она оттолкнулась задними ногами изо всех сил, выбросив себя на свет. Желудок подкатил к горлу, когда ветер пронёсся сквозь её шерсть и гриву. Она посмотрела вниз и увидела, что земля под ней находится в нескольких метрах, а так как её крылья были туго привязаны к бокам — спасибо большое, доктор Кабаллерон — следующая часть будет болезненной… Земля достигла её мгновенно, и её тело с силой ударилось о гравий, вызвав острую боль в боку Дэринг Ду. За первым ударом последовало ещё несколько, когда она покатилась вниз по небольшому холму, прежде чем остановиться. Она застонала, пролежав на земле несколько мгновений, затем села и осмотрела себя. Всё тело было в царапинах, из множества порезов сочилась кровь, но это было определённо лучше, чем быть безжизненным трупом, утыканным стрелами, в холодном туннеле. Она выплюнула Жемчужину Пророчеств себе на копыто. Таинственное голубое свечение внутри всё ещё кружилось, закручиваясь в спираль, создавая иллюзию целого мира, заключённого внутри крошечного шарика. Дэринг Ду ухмыльнулась. Всё ещё цела. Теперь, когда у неё была возможность, она положила жемчужину в седельную сумку за спиной и осмотрелась. Местность была открытой и ровной, по периметру её окружали холмы, уходящие вдаль к более крупному горному массиву. Как ни странно, это место напомнило ей арену. Она оглянулась на туннель, из которого выпрыгнула. Было легко понять, что ловушка со стрелами была одной из трёх защитных систем, упомянутых в манускрипте, а она уже столкнулась с катящимся шаром смерти, что означало, что ей предстояло столкнуться с третьей защитой. Только теперь, когда она выбралась из катакомб, где же она была? Может, она просто случайно избежала её, или– Земля внезапно задрожала, а оглушительный рёв пронзил воздух. В Дэринг Ду пробудился первобытный страх; она вскочила на копыта, её сердце бешено колотилось, а глаза метались в поисках источника. Найти его не составило труда. На краю арены огромная когтистая лапа поднялась из-за холма и вцепилась в его вершину. Затем, прямо за ней, появилось колоссальное существо, возвышающееся выше любого создания, которое Дэринг Ду когда-либо видела. Тёмная тень быстро окутала всю территорию, накрыв землю под искательницей приключений, которая, обычно храбрая и стойкая, теперь съёжилась перед присутствием зверя, продолжавшего подниматься даже после того, как она думала, что он достиг своего полного роста. И вскоре узкие, рептильные глаза зверя уставились на неё, и из его глотки вырвался ещё один мощный рёв. Вот оно. Последняя защита. Хранитель катакомб. Огромный, могучий и очень злой– Дракон… И вот так Твайлайт выдернуло из захватывающего мира «Дэринг Ду и Жемчужины Пророчеств», и она снова оказалась в своём кресле, глядя на спокойно потрескивающие поленья в камине гостиной. Тряхнув головой, Твайлайт сосредоточила внимание на книге, лежащей у неё на коленях, и попыталась снова погрузиться в мир фантазии. Как она ни старалась, она теряла концентрацию посреди предложений, и когда пыталась вернуться к началу абзаца и начать заново, её разум отказывался воспринимать прочитанное. В конце концов это вылилось в то, что она перечитывала одно и то же предложение снова и снова, пока в итоге не захлопнула книгу с раздражённым возгласом. Отлично. Единственное стоящее отвлечение, которое у неё было, и даже оно теперь напоминало ей о Спайке. Только потому, что она прочитала слово «дракон». Твайлайт провела копытами по лицу. Что с ней такое? Она больше не могла ничего делать, чтобы не думать о нём. Прошёл почти месяц после похорон, а она всё ещё не только не могла избавиться от старых привычек, но даже такое простое слово, связанное с ним, могло выбить её из колеи. Почему ей так трудно двигаться дальше? Казалось, она больше не могла вести даже наполовину нормальную жизнь, и, судя по беспокойству, которое она получила от друзей в те несколько раз, когда они говорили с ней за последние несколько недель, её поведение не было нормальным. Она не могла их винить; если бы всё было наоборот, она бы тоже волновалась. Она заперлась в своём замке на несколько недель, пытаясь войти в какой-то режим, отвлекаясь учебой, чтением или любым другим занятием, которое могла придумать. Но, несмотря ни на что, её мысли постоянно возвращались к Спайку. Мысль о нём грызла, толкала и пробивалась сквозь каждое отвлечение, которое она пыталась использовать. И теперь она даже не могла читать одну из своих любимых серий книг. Твайлайт положила книгу на маленький столик рядом с собой, поверх стопки других книг, которые она наугад выбрала со своих полок. Возможно, была другая книга, которая могла бы занять её мысли. Её магия обхватила верхнюю книгу в стопке, и та поднялась до уровня глаз. «Эволюция Эквестрии: Глубокое погружение в анатомию» Твайлайт пожала плечами и открыла книгу на первой странице. «На протяжении всей истории Эквестрии неоднократно становилось ясно, что наша планета является домом для самых разных видов, от наземных до сверхъестественных. Менее известны анатомические составляющие многих из этих существ, но благодаря недавним достижениям в науке и магических заклинаниях мы смогли изучить, как мир магии сформировал биологическую эволюцию этих разнообразных созданий. В этой книге мы погрузимся в глубокую кроличью нору анатомии и исследуем различия между всеми видами существ, включая, помимо прочего, сфинксов, гоблинов и даже–» Драконов… Твайлайт вздохнула и закрыла книгу, положив её поверх «Дэринг Ду» и взяв следующую в стопке. «Древняя мифология: Рассвет драконов» Она простонала, взяв следующую книгу. «Фантастические существа... и драконы» Следующая книга. «Драконы, драконы, драконы!» Следующая. «Драконы, драконы, драконы: Продолжение!» «Да что ж такое!» — громко закричала Твайлайт в гневе, швырнув книгу на пол и поднимая следующую перед собой. Её гнев мгновенно угас. Эта книга привлекла её внимание. Она изучала книгу, парящую перед глазами. Она выглядела как обычная тетрадь, которую можно купить в «Перьях и диванах», хотя о возрасте говорили лёгкая морщинистость обложки и выцветание цвета. Однако, насколько любопытным был её внешний вид, это было не то, что заинтересовало Твайлайт больше всего. Вверху обложки, написанное курсивом, было одно слово. Реанимация Твайлайт нахмурилась, поворачивая книгу в магии в поисках имени автора или описания, сопровождающего название. Но она не нашла ни того, ни другого. «Хм...» — пробормотала аликорн. Она не помнила, чтобы когда-либо видела эту книгу на своих полках, а она была относительно хорошо знакома со своей библиотекой благодаря привычке переорганизовывать её так часто, как она это делала. И загадочная природа книги, и тот факт, что она каким-то образом прошла мимо её радара, сами по себе были бы достаточны, чтобы привлечь её пытливый ум. Но было кое-что в названии книги, что заинтриговало её больше, чем эти вещи. Реанимация… В её голове было несколько определений, подходящих этому слову, первое из которых было связано с оживлением. Однако отсутствие чего-либо ещё на обложке или сзади заставляло её сомневаться. Был только один способ узнать. Твайлайт открыла книгу на первой странице. Как и название, содержимое книги было написано курсивом, чернилами, а не печатным текстом. Она снова издала «Хм...», прежде чем её глаза остановились на первом слове страницы, и она начала читать. Название: Реанимация Определение: Процесс возвращения существа к жизни после состояния смерти. Введение: В нашей истории методы Реанимации оставались в значительной степени неизученными. Во многом это связано с тем, что нам не хватает истинного понимания сознания. Во всех существующих экспериментах наиболее успешные формы Реанимации были не более чем восстановлением базовых биологических функций и, в остальном, не сопровождались восстановлением памяти, эмоций или чувства собственного «я» у субъектов. В результате не было найдено ни жизнеспособного научного, ни магического решения. Несколько вещей пришли на ум Твайлайт уже из первых нескольких предложений. Во-первых, написание сильно напоминало содержимое лабораторного журнала, хотя ему не хватало форматирования — что она приписала привычкам любителя. Во-вторых, тема соответствовала её предположению, основанному только на названии, — факт, который особенно её заинтриговал. Ускоряя темп, она продолжила впитывать слова на странице. Процесс, описанный в этой книге, будет использовать сочетание ряда техник, применявшихся в прошлых связанных экспериментах, а также внедрение теории имитации Старсвила Бородатого в этирологии для создания компетентного магического решения по возвращению умершего субъекта к жизни. Это решение в идеале должно не только гарантировать возвращение простых двигательных функций, но и сознание и личность субъекта. Всё будет так, как будто они никогда не уходили. Взгляд Твайлайт застыл на последнем предложении. «Всё будет так, как будто они никогда не уходили». Каждая книга до этого момента заставляла её думать о Спайке, и эта не была исключением. Однако на этот раз причина была иной. В книге предлагался способ возвращения существ к жизни, который не только восстановил бы их подвижность, но и их разум и память. Она уже изучала магию, способную воскрешать мёртвых, из любопытства. Обычно это включало тёмную магию и, чаще всего, приводило к катастрофическим результатам. Она особенно помнила истории о Короле Сомбре более 1000 лет назад и его использовании подобной магии для превращения своих жертв в оружие — существ, похожих на зомби. Не было секретом, почему заклинания, использующие такой тип магии, считались неэтичными и запрещёнными по законам Эквестрии. И всё же Твайлайт задавалась вопросом: если было правдой то, что утверждала книга — что решение внутри могло гарантировать успешное возвращение мёртвого тела к жизни… Рассмотрела бы она возможность попытаться вернуть его? Эта мысль привела к тому, что она перевернула страницу. Её поразил резкий контраст между первой страницей и второй. В то время как первая казалась любительской, вторая имела чётко написанные инструкции, сопровождаемые подробными диаграммами с легендами. Словно автор внезапно стряхнул с себя неуверенность и раскрыл свой полный потенциал. Её глаза пробежали по шагам на странице. «Очистите и зашейте все видимые раны... Соедините все ткани, которые слишком сильно разложились... Убедитесь, что мозг получает минимальные повреждения в случае неудачи процесса Реанимации...» Она посмотрела на следующую страницу, которая содержала похожий контент, хотя некоторые шаги были зачёркнуты и переписаны ниже, а на полях были заметки. Ещё больше увлёкшись чтением, она быстро перевернула на следующую страницу. Наброски мозгов различных существ демонстрировали ключевые изменения до и после Реанимации. Она перевернула на следующую страницу. Её взгляд остановился вверху. Там, написанный строкой идеографических символов, был текст, безошибочно являющийся заклинанием. Заклинание Реанимации. Она застыла на нём, просматривая его снова и снова от начала до конца, взвешивая в уме. Заклинание, которое могло вернуть существо к жизни, как будто оно никогда не уходило. Заклинание, которое могло вернуть Спайка к ней. Как будто он никогда не уходил… *** «Твайлайт?» — позвал Найт Лайт, мягко стуча копытом в дверь спальни. «Да, пап?» — услышал он ответ дочери из-за двери. Толкнув дверь, он заглянул внутрь и увидел фиолетовую кобылку за письменным столом. Единственным источником света в комнате была маленькая лампа, освещавшая материал для чтения, в который она была глубоко погружена. «Ты весь день просидела в своей комнате. Ты в порядке?» — спросил он. Кобылка не оторвалась от книги, которую читала. «Нормально, пап». Её магия обхватила перо и что-то записала на листе бумаги. Найт Лайт подошёл к столу, взглянув на книги, которые она просматривала. Его бровь любопытно изогнулась, когда он заметил названия, связанные с концепциями души после смерти и загробной жизнью. «Над чем ты работаешь?» Кобылка повернула голову и только тогда, казалось, осознала, что отец находится в комнате. Её взгляд на мгновение метнулся в сторону. «Ну…» — пауза, — «после того, как Совелия умерла, я начала думать о том, как… возможно, она не исчезла на самом деле. Может быть, это просто её тело больше не работает, и мог бы быть способ вернуть её обратно». Озабоченный взгляд Найт Лайта сменился беспокойством. «Твайлайт...» «Так что, — продолжила кобылка, перебивая его, — я взяла несколько книг в библиотеке вчера и изучила этот вопрос. Оказывается, пони изучали способы возвращения мёртвых существ к жизни, и существуют заклинания, которые могут это сделать!» На её лице расплылась надеющаяся улыбка. «Мы могли бы вернуть Совелию, папа!» Вздохнув, Найт Лайт подошёл ближе к воодушевлённой кобылке. «Послушай, малышка. Я знаю, что ты скучаешь по Совелии. Мы все скучаем. Но как бы нам ни хотелось этого, мы просто должны принять, что такие вещи случаются, и пытаться жить дальше». Улыбка кобылки постепенно угасала по мере того, как отец говорил. Она решительно покачала головой. «Нет, папа, ты меня не слушаешь! Возможно, ей не обязательно оставаться мёртвой навсегда. Существует магия, которая может вернуть её — если бы мы только попробовали, тогда, может быть…» она замолчала, заметив, что отец не разделяет её энтузиазма, как она ожидала. Найт Лайт положил копыто ей на плечо. «Поверь мне, если бы существовало магическое решение для таких вещей, я бы сделал это не задумываясь. Но магия так не работает, Твайлайт». «Но что, если ты ошибаешься? Вот, смотри…» Кобылка пододвинула книгу к краю стола, чтобы отец мог видеть. «Здесь есть задокументированные заклинания таких волшебников, как Старсвирл Бородатый, где он нашёл способ воскресить свою жену после несчастного случая. А здесь…» Она начала перелистывать страницы, остановившись на одной и указывая на абзац: «Есть даже записи о легендах Эквестрии, таких как Мистмейн, которые… Папа?» Когда кобылка подняла глаза, она увидела, что отец берёт стул, стоявший рядом с её телескопом. Он поднёс его, поставил рядом с её столом и сел. Он слегка наклонился до её уровня, показывая ей своё серьёзное лицо. «Когда я был в твоём возрасте — может, немного старше — у меня был домашний кролик. Я был не таким креативным, как ты, в выборе имён для питомцев, поэтому остановился на Хрум». Найт Лайт опустил взгляд, когда воспоминание ожило в его сознании. «Ну, когда Хрум умер, у меня были очень похожие мысли. В конце концов, у меня была магия, а магия была способна на самые разные вещи. Поэтому я подумал, что, конечно, смогу использовать её, чтобы вернуть его. Я пошёл к своему отцу и спросил, можем ли мы попробовать, так же, как ты. И… что ж, думаю, я передам тебе то, что он сказал мне: если бы это была надёжная форма магии, её применяли бы гораздо чаще, чем сейчас, не так ли?» Рот кобылки открылся для возражения, но она не нашла слов. Её глаза потупились в раздумье. Найт Лайт продолжил: «И причина, почему это не так, в том, что подобная магия никогда не была успешно применена. Даже величайшими волшебниками Эквестрии». «Н-но…» — заикаясь, пробормотала кобылка. — «Но Старсвирл–» «— Вероятно, думал так же, как и ты, — перебил Найт Лайт. — Есть большая вероятность, что он думал, будучи самым одарённым волшебником своего времени, если кто и сможет открыть заклинание для такого дела, так это он. Только, я полагаю, в наши дни его заклинание было бы гораздо более прославленным, если бы оно было успешным, или, скорее, если бы он сам им гордился. «Что касается Хрума, я, конечно, сначала не хотел этого принимать. Воспоминания, которые у меня были с ним, были драгоценны, и я хотел получить их больше. Но со временем я понял, насколько ценным было время, проведённое с ним, и как важно дорожить этими воспоминаниями, а не бездумно гнаться за новыми». Он протянул копыто к книге на столе и закрыл её, затем снова повернулся к уже заплаканной кобылке с тёплой улыбкой. «Я знаю, это трудно. Но Совелия обрела покой, и самое важное, что ты можешь сделать, — это помнить время, которое ты провела с ней. Так она будет жить в твоих воспоминаниях, даже если заклинание не сможет вернуть её». Взгляд кобылки метался между закрытой книгой и отцом, обдумывая сказанные им слова. Затем она дрожаще вздохнула и кивнула с унылым видом, слеза скатилась по её щеке. «Эй, Твайлайт?» Она подняла глаза. «Думаю, твоей маме это не очень понравится, так что только между нами, как насчет того, чтобы заглянуть к Донут Джо и угоститься?» После лёгкого всхлипа на лице кобылки появилась улыбка, и она с готовностью кивнула. Найт Лайт встал, затем слегка пригнулся, наклонив голову, указывая на свою спину. «Запрыгивай, малышка». С новым подъёмом сил кобылка взобралась ему на спину, и они оба направились к двери. Перед выходом из комнаты кобылка оглянулась на закрытую книгу на своём столе. Медленно, хмурая гримаса сменила её улыбку. Отцу не обязательно знать, что она не собиралась отказываться от идеи вернуть Совелию. Даже если он был прав, что все заклинания воскрешения до сих пор не были успешными, это не означало, что она не могла… *** Три стука в парадную дверь её замка вырвали Твайлайт из размышлений. Она подняла взгляд от книги и посмотрела в сторону источника стука. Она не могла вспомнить, когда кто-либо в последний раз стучал в её дверь, поэтому сначала не была уверена, что именно она услышала. Вставая, она положила книгу на подушку своего кресла и вышла из комнаты, направившись к парадной двери. Она подошла к одному из окон рядом с ней и отодвинула штору. Это была Рэрити. Она не видела Рэрити какое-то время. Да и вообще, она не видела никого из своих друзей какое-то время, если не считать их случайных визитов, чтобы проведать её после похорон Спайка. Предположив, что визит Рэрити был одним из таких регулярных проверок, она вздохнула, мысленно готовясь к какому-то противостоянию, затем поставила копыто на дверную ручку и потянула. Дверь широко распахнулась, и белая единорожка с другой стороны оживилась. «Твайлайт, дорогая, как ты?» «П-привет, Рэрити. Э-э… хорошо. Всё хорошо», — запинаясь, ответила Твайлайт. «Это хорошо. Давно не виделись, как у тебя всё?» «Хорошо. Всё хорошо». Пауза. «А-а у тебя?» «О, просто прекрасно, дорогая. Без жалоб». «Это хорошо». Ещё одна пауза. «Т-так… что случилось?» — спросила Твайлайт. Брови Рэрити приподнялись, словно она внезапно вспомнила, зачем пришла. «Оу, ну, я и девочки — кроме Пинки Пай, у неё смена в "Сахарном Уголке", но остальные — планировали встретиться в Кафе Понивилла сегодня днём, и мы хотели спросить, не хочешь ли ты присоединиться. Мы подумали, раз прошло уже некоторое время, было бы хорошо нам всем провести время вместе и, так сказать, "поболтать"». «О. Э-э…» Снова последовала пауза. Правда заключалась в том, что она хотела побыть одна. Но, подумав о том, сколько времени она провела в одиночестве за последние несколько недель, она пришла к выводу: её попытки отвлечься, сидя взаперти в замке, до сих пор не увенчались успехом. Возможно, время, проведённое с друзьями, освежит её мысли. В конце концов, Рэрити была права — прошло много времени с тех пор, как они проводили время вместе. Может быть, это был тот самый толчок, который ей был нужен, чтобы направить своё мышление в правильное русло. «Да. Да — звучит хорошо», — сказала она, пока не передумала. Рэрити выглядела почти удивлённой её ответом. «Ты уверена? Ты не обязана приходить, если не хочешь–» «Нет-нет-нет, я буду рада. Ты права — прошло много времени, будет здорово провести время вместе». «Хорошо, отлично! Ну, в таком случае, мы, скорее всего, встретимся там в два. Тебя устраивает?» «Да. Да, два подходит». «Отлично. Тогда увидимся?» «Ага, увидимся». «Идеально. До скорого, дорогая». «До скорого… П-пока». С коротким, утвердительным, но любопытным кивком Рэрити развернулась и пошла обратно по дорожке. Твайлайт закрыла дверь замка и позволила себе поморщиться. Она только надеялась, что, когда встретится с остальными девочками позже, её социальные навыки будут отличаться от… того, что это было. Несколько недель — и её способность разговаривать с другим пони рухнула в пропасть. Не особенно хорошо для самой настоящей принцессы Эквестрии. Решив, что будет полезно подготовиться к выходу, она направилась к лестнице, но не раньше, чем остановилась перед гостиной, сосредоточившись на книге, которую оставила в кресле. Она подошла к книге, лавандовое сияние подняло её до уровня глаз, и она снова пролистала её. Её глаза выхватывали диаграммы и ключевые слова — разные кусочки возможности, которая могла вернуть того, кого она считала почти братом. Кто был рядом с ней большую часть её жизни. «Всё будет так, как будто они никогда не уходили». Твайлайт стояла там, глядя на эту строку на первой странице почти минуту. Затем она покачала головой, закрыла книгу и бросила её в угол комнаты. *** «Мало того, что с недавним урожаем яблок Заппа мы получили самую высокую прибыль за год, которую когда-либо видели», — продолжала Эпплджек с энтузиазмом, отпивая глоток кофе и ставя чашку обратно на столик на открытом воздухе, за которым она сейчас сидела со своими четырьмя друзьями. «Я почти думаю, что какая-то высшая сила приглядывает за нами с такой удачей. В первый раз я не переживаю, хватит ли нам запасов, чтобы пережить зиму». «Это отличные новости, Эпплджек!» — сказала Рэрити. «Честно говоря, у меня похожие новости. Я уверена, вы все знаете, что Сапфир Шорс — большая поклонница моей работы. Так вот, недавно она порекомендовала меня одному клиенту в Манехэттене, и они недавно связались со мной с заказом стоимостью почти в состояние, равное годовому доходу. Представьте моё изумление, когда я узнала, что клиент — не кто иной, как Сонгбёрд Серенада — самая большая поп-звезда во всей Эквестрии! О, мысль о том, что такая влиятельная пони на сцене будет украшена моей работой... Это обязательно сделает моё имя известным. Кто знает, с такой известностью моя мечта открыть бутик в Манехэттене может стать реальностью!» Вокруг столика в кафе раздались поздравления. Все, кроме Твайлайт, которая с тех пор, как они сели, не сказала ничего, кроме своего заказа официанту. Рэйнбоу Дэш подала голос: «Хех, рада за тебя, Рарити. Всегда знала, что у тебя это есть. Так что, хотите узнать, что классного случилось со мной теперь, когда я официально в резерве "Вондерболтов"?» «Ты уже рассказывала, Рэйнбоу», — заметила Эпплджек. «Да ладно, всего одну вещь — это быстро». «Может подождать, дорогая. Дай и другим высказаться», — сказала Рэрити. Рэйнбоу взмахнула копытами в воздухе. «Ладно, ладно, хорошо. Флаттерс, у тебя что новенького?» «Оу, эм… ну», — начала Флаттершай, сделав паузу, чтобы подумать, прежде чем её глаза загорелись. «Вообще-то, только вчера у Дейзи, одной из моих мам-уток, наконец вылупились яйца. Теперь у меня десять новых утят, и они такие милые крошки. Я даже не знала об этом, потому что Дейзи хотела сделать мне сюрприз. Это было так мило!» «Как прелестно!» — прокомментировала Рэрити. «Но десять новых животных — это звучит так много. Ты уверена, что справишься со всем этим?» «Оу, это совсем не проблема. За утками легко ухаживать. Кроме того, забота о животных — это моё дело. Если что, чем больше, тем веселее!» Флаттершай хихикнула. Затем она повернулась к пони рядом с собой — последней, кто ещё не внёс свой вклад в текущий разговор. «Так, эм… Твайлайт? Что у тебя новенького?» Аликорн не ответила, её глаза были опущены на нетронутую чашку чая перед ней. «…Твайлайт?» — повторила Флаттершай. Уши Твайлайт дрогнули, и она подняла голову, моргнув. Все взгляды друзей были устремлены на неё. Застигнутая врасплох, она повернулась к бледно-жёлтой пегаске. «П-прости — какой был вопрос?» «У тебя — эм — что у тебя новенького?» «Оу… Нет, ничего особенного», — просто ответила Твайлайт. Над группой повисло короткое затишье. «Совсем ничего? Что-нибудь связанное с учёбой, или… что-нибудь, что ты недавно сделала и о чём нам было бы интересно услышать?» — подтолкнула Эпплджек. «Я…» Твайлайт пожала плечами. «Я прочитала несколько интересных новых книг, наверное, но… это всё». «Эй, как насчёт новой книги о Дэринг Ду, которая вышла в этом году? Ты недавно её читала?» — спросила Рэйнбоу. Ещё одно пожатие плечами. «Ага». «Сумасшедшая концовка, да? Как Жемчужина Пророчеств просто растопила им лица...» «Я не…» — быстро перебила Твайлайт, а затем вздохнула. «Я ещё не закончила её». «Ооу…» — Рэйнбоу виновато поморщилась. «…Мой косяк». Твайлайт покачала головой. «Всё нормально. Я, наверное, всё равно не стала бы её дочитывать. Мне в последнее время нелегко читается». Четверо остальных переглянулись, на их лицах было беспокойство. То, что Твайлайт трудно читать, было почти неслыханно. Книги были практически её жизнью, до такой степени, что можно было задаться вопросом, способна ли она выжить без них. Если ей трудно читать, значит, что-то определённо не так, и они подозревали, что именно. Эпплджек первой спросила: «Как ты себя чувствуешь в последнее время, Твайлайт?» Твайлайт посмотрела на неё, сбитая с толку вопросительным тоном её слов. «Нормально, наверное… а что?» «Просто ты выглядишь рассеянной. Ты очень тихая с тех пор, как пришла». «Мне особо нечего сказать», — отмахнулась Твайлайт. «Твайлайт, дорогая, я не хочу поднимать болезненную тему, но…» Рэрити закусила губу, раздумывая, стоит ли говорить следующие слова. «Ты чувствуешь себя хоть немного лучше после похорон?» Вопрос, казалось, ошеломил аликорна. Она посмотрела на каждую из своих подруг и заметила, что у всех, казалось, был тот же вопрос на уме. Её брови нахмурились. «Это что, какое-то вмешательство или что-то в этом роде? Я не понимаю». «Просто… эм… мы не могли не заметить, что в последнее время ты очень изолируешь себя, и я — мы начали за тебя волноваться», — сказала Флаттершай. «Ну, не волнуйтесь. Со мной всё в порядке, ясно?» — настояла Твайлайт, в её словах чувствовалась нотка яда. «Ладно, может я… отсутствовала несколько недель, я это понимаю, но...» «Несколько недель? Скорее два месяца, Твай», — вставила Рэйнбоу Дэш. Глаза Твайлайт расширились. «Два… месяца…?» «Слушай, это не то чтобы ненормально скорбеть так долго. Поверь, я понимаю», — сказала Эпплджек. «Просто, если честно, кажется, что тебе очень трудно справиться с этим, и мы хотим, чтобы ты знала: как твои друзья, мы хотим помочь тебе, чем сможем». «Да, Твай!» — согласилась Рэйнбоу. «Лично я полностью понимаю, через что ты проходишь. Я имею в виду, когда я потеряла Танка, мне тоже было очень тяжело. Но наличие вас всех помогло мне принять это, и, возможно, тебе будет лучше, если ты позволишь нам тоже быть рядом с тобой». Твайлайт застыла на мгновение, словно пытаясь понять, правильно ли она расслышала Рэйнбоу. Затем она медленно кивнула с выражением притворного размышления на лице. «Понятно… Значит, под “потерей” Танка ты имеешь в виду, когда он впал в спячку — что, кстати, совершенно другое — так?» Рэйнбоу пожала плечами. «Я имею в виду, это всё равно потеря, разве нет?» Выражение чистого неверия на лице Твайлайт было не тем, чего ожидала Рэйнбоу. Казалось, что-то, сказанное ею, глубоко, глубоко оскорбило её. Хотя она не могла представить, что именно. Тем временем Эпплджек провела копытами по лицу, заглушая раздражённый стон, который она издала. Почти насмешливый вздох сорвался с губ аликорна. «О, конечно, да — это всё равно потеря. В конце концов, эти две вещи явно напрямую сравнимы. Потеря питомца, которого ты снова увидишь в конце зимы, по сравнению со Спайком, которого я никогда больше не увижу, потому что он мёртв». Её голос постепенно набирал громкость и гнев. «Ты понимаешь это, Рэйнбоу? Он мёртв. Навсегда! И, в отличие от Танка, я никогда не верну его. Но, конечно, это всё равно потеря. И, о, ты справилась с этим намного лучше, чем я. Потому что взорвать фабрику погоды в Клаудсдейле и подвергнуть Понивилль опасности лавины снега — это гораздо лучший способ справиться с горем, чем изоляция. Я действительно понимаю, почему эти трое решили взять тебя с собой на этот семинар “Выяснить, что не так с Твайлайт”». «А ну-ка, погоди», — вмешалась Эпплджек, прежде чем слова могли продолжиться. «Твайлайт, я уверена, она не имела в виду то, что сказала–» «Если только ты не можешь найти другой способ истолковать “моя черепаха уходит на несколько недель — это ничем не отличается от смерти твоего ближайшего друга”–» «Ладно, послушай. Давай обе согласимся, что Рэйнбоу не самая умная, когда дело доходит до использования мозга прежде, чем открыть рот–» «Чт—эй!» — возмутилась Рэйнбоу. «–но я думаю, что она пытается сказать, что мы считаем способ, которым ты справляешься с этим, нездоровым. Мы не думаем, что с тобой что-то не так, мы просто думаем, что тебе было бы лучше, если бы ты больше открывалась нам». «Ага, как будто вы знаете, что для меня лучше. Погоди, дай угадаю: теперь ты тоже собираешься притворяться, что знаешь, через что я прохожу?» — парировала Твайлайт, её лицо теперь покраснело. «Я не притворяюсь, Твайлайт», — сказала Эпплджек, её взгляд стал искренним. «На самом деле, мне случалось точно знать, через что ты проходишь, потому что я была в точно такой же ситуации раньше». «О, как будто ты знаешь, что такое потеря!» Рэрити, которая неловко потягивала чай из своей чашки, вдруг распылила чай изо рта по всему столу. Она быстро прикрыла рот копытом, её розовые щёки были видны сквозь белую шерсть. Флаттершай уставилась на Твайлайт, потрясённая. «Твайлайт...» «Нет, всё в порядке», — остановила её Эпплджек, подняв копыто. Затем она повернулась к аликорну, сохраняя самообладание. «Твайлайт, я понимаю, что ты расстроена и злишься. Но вымещать этот гнев на нас не оправдано, независимо от того, что ты чувствуешь». Твайлайт вскинула копыта в воздух. «Отлично. Простите. Хорошо? Я просто пытаюсь справиться с этим как могу, а вы, девочки, думаете, что лучший способ помочь мне — это вести себя так, будто вы знаете меня лучше, чем я сама себя!» «Это не наше намерение. Просто не похоже, что попытки справиться со своей болью в одиночку пошли тебе на пользу, но если бы ты просто позволила нам помочь–» «МНЕ НЕ НУЖНА ВАША ПОМОЩЬ; МНЕ НУЖЕН ОН ОБРАТНО!» — закричала Твайлайт, вскакивая со своего места. Фоновый гул разговоров в этом районе внезапно стих, осталось лишь эхо её собственного полного ярости голоса в воздухе. Оглядевшись, она увидела, что несколько пони за соседними столиками теперь смотрели на неё, напуганные внезапной суматохой. Новый набор глаз, устремлённых на неё, заставил её снова осознать себя, развеяв туман гнева в её сознании. Она посмотрела на своих друзей, увидев на их лицах тревогу и беспокойство, направленные на неё. Она фыркнула. «Мне это сейчас не нужно». Её рог вспыхнул лавандовой магией, и в белой вспышке она исчезла. Гул на рынке медленно возобновился. Тем временем четыре кобылы за столом неловко сидели несколько мгновений. «Ну, могло быть и лучше», — сказала Рэйнбоу, затем заметила несколько взглядов, немедленно устремлённых на неё. «…Что?» *** Твайлайт появилась в главном зале своего замка, и в её голове бушевал водоворот эмоций. Больше всего она была расстроена. То, как её друзья вели себя, будто знали, что для неё лучше… Они просто не понимали, через что она проходит. Им легко говорить ей, что то, как она справляется, нездорово, что ей просто нужно больше открываться и перестать быть затворницей. У них не было права судить её. Они не испытывали такой потери раньше. Что они знают о правильных и неправильных способах справиться с этим? Она мерила шагами зал взад-вперёд в мелодраматическом раздражении. Однако, когда время шло, её эмоции начали утихать, и в более спокойном состоянии она снова задумалась о разговоре с друзьями. Внезапно под её разочарованием начало зарождаться чувство вины. Теперь, когда красный туман рассеялся, она могла видеть, что её друзья просто хотели помочь ей. А она набросилась на них. Уши Твайлайт поникли. Как бы сильно ей ни хотелось верить, что они были полностью не правы, она понимала, что тоже зашла слишком далеко. Особенно с тем, что сказала Эпплджек… Её сердце упало от стыда. Зачем она это сказала? Если кто и знал о потере среди их друзей, так это Эпплджек, потерявшая обоих родителей в раннем возрасте. А она сказала ей в лицо, что она не знает, что такое потеря. Эпплджек, как и остальные её друзья, просто хотела помочь ей, а она вела себя как скотина. Твайлайт повернулась и посмотрела на входную дверь. Она подумывала вернуться и извиниться за своё поведение, особенно перед Эпплджек. Она зарядила свой рог магией, чтобы телепортироваться обратно, но когда она уже собиралась произнести заклинание, её взгляд притянуло к гостиной. Фиолетовое свечение, которое она вызвала, медленно рассеялось в ничто. Её копыта начали двигаться в сторону гостиной, направляясь к маленькому сундучку рядом с камином. Внутри были разные фотографии и памятные вещи. Воспоминания о Спайке, которые она держала запертыми внутри, пытаясь не думать о нём. Но сейчас она не могла больше сопротивляться. Она наложила открывающее заклинание на маленький замок, затем сняла его и подняла крышку. Её магия обхватила несколько фотографий внутри и перенесла их в копыта. Она опустила взгляд на первую. Это была фотография, где она, маленькая кобылка, ярко улыбается, а маленький Спайк сидит у неё на спине прямо перед Школой Одарённых Единорогов Принцессы Селестии, вскоре после того, как она вылупила его. Она перевернула на следующую фотографию. На этой она сидела на ковре в старом доме родителей, а Спайк был рядом, с увлечением показывая на иллюстрацию в книге перед ними, в то время как маленький дракон смотрел с любопытством. Твайлайт хихикнула, её глаза начали щипать. Она перевернула на следующую. Став старше, они со Спайком стояли у входной двери, одетые в костюмы для Ночи Кошмаров — Твайлайт была одета как Старсвирл Бородатый, а Спайк — как супергерой, вероятно, из комиксов «Могучие Пони», с которыми она его познакомила. На следующем фото был изображён Спайк, радостно сидящий перед тортом с драгоценными камнями и шестью свечами наверху. Она помнила, как копила много битов, чтобы позволить себе драгоценные камни для торта, просила у родителей больше работы по дому в обмен на карманные деньги, и видеть радостную реакцию Спайка — ту искреннюю улыбку, которая появилась на его лице — того стоило. Его улыбка… Она перевернула на следующее фото, и на следующее. Одно за другим она вспоминала моменты, созданные с маленьким драконом, комок в горле становился всё тяжелее, жжение в глазах всё сильнее. Фотографии теперь приближались к настоящему, от тех, что были сделаны, когда она со Спайком только переехали в Понивилль, до тех, что были после того, как она стала аликорном. Её воспоминания о Спайке с каждой фотографией становились всё ярче и ярче, и когда её мысли перебирали их, внутри неё начало зарождаться тёплое чувство. На мгновение — долю секунды — ей почти показалось, что Спайк никогда не уходил. Затем она дошла до последней фотографии, и пустота вернулась. Её сердце мучительно заныло. Дойти до последней фотографии было похоже на то, чтобы потерять Спайка снова. Зачем она это сделала? Она только сделала себе больнее. Ей просто нужно было убрать фотографии обратно и уйти. Вернуться к попыткам отвлечь себя, какой бы толк ни был от этого за последние два месяца. Но она не могла заставить себя уйти. Отчаянно, она копнула глубже в сундучке, пытаясь найти ещё фотографий или памятных вещей. Всё, что угодно, чтобы вернуть чувство, что Спайк всегда был с ней, что он никогда не умирал. Но когда она перебирала содержимое сундучка, она не смогла найти больше фотографий. Вместо этого она нашла кое-что другое. Засунутое в угол сундучка было яйцо, маленькое, фиолетовое с более тёмными фиолетовыми точками по всей поверхности. Тонкая трещина по окружности разделяла его пополам, обе половинки грубо скреплены полоской прозрачной ленты. Осторожно, она опустила копыта и взяла яйцо Спайка. Она начала баюкать его, как новорождённого жеребёнка. Капли, падающие на скорлупу яйца, сопровождали тихие рыдания, вырывавшиеся из горла Твайлайт. Эти тихие рыдания быстро стали сильными и неконтролируемыми, сотрясая всё её тело с каждым новым. «…Спайк…» — рыдала аликорн, прижимая яйцо к груди и поддаваясь своим эмоциям. Она не могла так больше. Она не могла жить без него. Это было слишком больно. Он не должен был уйти так рано. Она должна была смотреть, как он растёт и становится тем драконом, которым всегда должен был быть. Впереди было ещё так много воспоминаний. Так много моментов, которыми нужно было поделиться. Почему его забрали у неё вот так? Она отчаянно хотела получить ответ. Она хотела, чтобы в этом был смысл. Но превыше всего, она хотела вернуть Спайка. Нет, не хотела. Она нуждалась в нём. Она просто не могла прожить ещё один день без него. Она скучала по его маленькому спящему тельцу, когда просыпалась от кошмара. Она скучала по его ободряющим словам и попыткам поднять ей настроение, когда она была подавлена или расстроена. Она скучала по блюдам, которыми Спайк сюрпризом баловал её — завтракам, изысканным ужинам, десертам, у которых был свой шарм, с которым не могла сравниться даже выпечка Пинки Пай. Она скучала по его присутствию. По его смеху. По их разговорам. В ней была зияющая дыра без него, которую она никогда не сможет заполнить. И, держа фиолетовое яйцо у вздымающейся груди в безнадёжной попытке заполнить пустоту в своём сердце, она поняла, что, пока Спайка не будет в её жизни, эта пустота никогда не покинет её. Она больше не могла выносить этого чувства. Она нуждалась в нём так, так сильно. «И я бы отдала всё, чтобы поговорить с ним е-ещё один раз…» Её рыдания стихли. Постепенно её покрасневшие глаза оторвались от яйца и переместились на другой конец комнаты, где остановились на одинокой книге в углу. Так же бережно, как она взяла яйцо, она положила его обратно в сундучок и поднялась с пола. Её ноги двигались на автопилоте, неся её к книге. Она чувствовала себя притянутой к ней, словно та услышала её крики и манила обещанием решения, которое исцелит боль в её душе. И это решение было написано большими буквами на её обложке. Книга поднялась с пола и подлетела к глазам Твайлайт, сияние её рога отбрасывало тусклый фиолетовый свет на курсивные буквы, составлявшие слово «Реанимация». «Всё будет так, как будто они никогда не уходили». Голос в глубине её сознания вернулся, задавая ей вопрос из одного слова. Тот же самый, который она услышала во время похорон Спайка. Тогда у неё не было ответа. Но теперь он у неё был. Выражение лица Твайлайт изменилось, став решительным. Ей нужен был Спайк. И она собиралась сделать всё необходимое, чтобы вернуть его. Но сначала она должна была пойти и забрать его.