Новая тварь это Я

После этой встречи со своими радужными друзьями он лишь медленно огляделся по сторонам — место вокруг дышало такой удивительной яркостью и покоем, что душа невольно откликалась на эту атмосферу. Всё здесь было совсем не похоже на стерильную, гнетущую обстановку лаборатории, где каждый звук отзывался эхом, а воздух казался пропитанным химикатами и напряжением. Где‑то глубоко внутри он ощущал, что это место ему знакомо — оно пробуждало в нём смутные отголоски чего‑то родного, доброго, почти забытого. Но странное дело: вопреки этому тёплому чувству, в сознании словно звучал навязчивый голос, нашептывающий, что от этих существ исходит опасная, враждебная аура. Он ловил себя на пугающей мысли — ему хотелось атаковать, даже убивать. И он понимал: причина в том, что Прототип основательно «промыл» ему мозги, внушив ложные установки и исказив восприятие реальности. Игрок по‑прежнему смотрел на радужных друзей с недоверием, его взгляд был настороженным, а поза — напряжённой, будто он в любой момент готовился отпрыгнуть в сторону или броситься в атаку. Доуи, скрестив руки на груди, тяжело вздохнул и добавил с явным раздражением в голосе: — Мы уже давно его потеряли, после того как Прототип его утащил. На что ты вообще надеешься, Поппи? В его тоне сквозило откровенное недовольство всей ситуацией — эта затея с поисками и попытками достучаться до Игрока казалась ему бессмысленной и даже опасной. Тем временем у Прототипа были свои дела — он занимался какими‑то загадочными экспериментами, погружённый в свои зловещие планы. Но когда он наконец решил проведать свою новую «игрушку», то с удивлением обнаружил, что в камере никого нет. Мгновение — и он понял, куда тот мог деться: на полу валялась открытая крышка вентиляции, явно сорванная с креплений. Прототип не то чтобы пришёл в ярость — его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах мелькнуло раздражение. Он тут же развернулся и решительно направился в сторону убежища, где, как он догадывался, могли укрываться беглецы. Игрушки, пытаясь обезопасить себя и не дать Игроку снова сбежать, решили связать его. Тот, разумеется, яростно сопротивлялся: вырывался, отбивался, но в какой‑то момент сумел вырваться из хватки и метнуться к выходу. Он рванул через открытые двери убежища и помчался вдоль длинного коридора, его шаги гулко отдавались в тишине. Но не успел он пробежать и десятка метров, как его схватила длинная, гибкая рука Мамочки. В тот же миг в сознании Игрока что‑то щёлкнуло — с тихим механическим жужжанием из его корпуса выдвинулась вспомогательная рука с вращающейся пилой. Острый диск задел руку Мамочки, оставив глубокую рану. Она вскрикнула и тут же отпустила его. Игрок остановился, тяжело дыша, его грудь вздымалась от напряжения. Он обернулся и посмотрел на них своими недовольными, полными отчуждения глазами. Остальные замерли в изумлении: позади него пила всё ещё тихонько крутилась, капли крови стекали с её зубцов. Мамочка, конечно, не погибнет от такой раны, но шрам останется — и это было серьёзным предупреждением. Поппи не выдержала и вскрикнула, её голос дрожал от боли и недоумения: — Да что с тобой?! Что ты вытворяешь? Мы тебе не враги, в конце концов! Игрок оставался на небольшом расстоянии от них, медленно отступая назад, шаг за шагом. Недоверие по‑прежнему читалось в его взгляде, в каждом движении. Вдруг на его плечи легонько опустилась холодная, массивная механическая рука Прототипа. Игрок вздрогнул всем телом, а остальные игрушки замерли, поражённые внезапным появлением хозяина. Из темноты позади медленно выдвинулись две огромные паукообразные механические ноги, зловеще перебирая суставами. Игрок осторожно оглянулся и, узнав своего «Бога», внезапно преобразился. Его голос изменился, стал неестественно ровным, почти восторженным: — Я рад Вас видеть, мой Бог. Эта фраза поразила всех присутствующих. В голове каждого промелькнул один и тот же вопрос: «Бог?!» Даже Кетнап, который был ещё ребёнком и которому, не осталось больно и выбора. Но чтобы этот — взрослый, разумный парень — так безвольно поддался манипуляциям Прототипа… Это казалось немыслимым. Прототип, склонившись над ним, произнёс отрывисто, меняя тембр голоса на каждом слове: — Я смотрю… Ты, Поппи, решила украсть… Мой. Самый лучший. Эксперимент? — его голос звучал то низко и угрожающе, то пронзительно и насмешливо. — Нагло с твоей стороны. Поппи отступила на шаг, её руки дрожали. Она с трудом выдавила из себя: — Новый э‑эксперимент?.. — в её глазах читался ужас от того, во что Прототип превратил этого парня. — Но… Слова застряли у неё в горле. Она не могла подобрать слов, чтобы описать весь этот хаос, эту чудовищную трансформацию, которую она сейчас видела перед собой. Прототип, не дожидаясь ответа, резко дёрнул Игрока за плечо и утащил его в темноту, подальше от чужих глаз. Перед тем как исчезнуть, он бросил через плечо, и в его голосе прозвучала холодная угроза: — Думаю, скоро настанет момент, когда тебе, Поппи, придётся смириться со смертью и сдаться.