Кровь, что выбирает

Ночь во дворце была тревожной. Свечи в королевских покоях почти догорели, когда двери наконец открылись. Стража отступила в сторону, пропуская высокого силуэта в тёмном плаще. Хенджин вошёл спокойно, будто его не подняли среди ночи. Дверь закрылась за его спиной. Чан стоял у стола. На столе лежал развёрнутый пергамент с тяжёлой печатью Южных земель. — Ты звал меня, — сказал Хенджин. Король поднял взгляд. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга — как делали это когда-то в детстве, только теперь между ними стояли годы власти, решений и крови. Чан взял пергамент и протянул его. — Пришло с Юга. Хенджин медленно подошёл, развернул письмо, скользнул глазами по строкам. Его лицо осталось спокойным. Он аккуратно сложил пергамент обратно. — Ну и что? Упал с лошади, — продолжил он ровно. — Бывает. — Он был твоим супругом? — тихо сказал Чан. — И ты называешь это несчастным случаем? Он обошёл стол и наклонился ближе к Хенджину. — Упал неудачно? — повторил он. — Все знают, что Доён был лучшим наездником Юга. Он держался в седле даже во время шторма. Чан пристально посмотрел на брата. — Ты был на Юге вчера? — Был. — И именно вчера там происходит… несчастный случай. Хенджин чуть наклонил голову. — Мир иногда полон совпадений. — Ты понимаешь, что произошло, Хенджин?! — Чан ударил ладонью по столу. — Завтра Совет будет требовать твоей головы. Они уже и так только этого и ждут. Они выдвинут ультиматум: лишение титулов, пересмотр твоего статуса… изгнание. — Да ты только и делаешь, что слушаешь свой Совет, — сказал он тихо. Он подошёл ближе. Слишком близко. — Тебе самому не тошно? Чан стиснул зубы. — Какие-то старики ставят тебе условия, — продолжил Хенджин. — И ты соглашаешься. Он наклонился вперёд. — Ты король. Но прежде всего ты дракон. Или уже нет? — Его голос стал холоднее. — Ты забыл об этом. Ты позволяешь им управлять тобой. Управлять Феликсом. Я этого не допущу. Чан смотрел на него тяжело. — Пока не уничтожу их, — добавил Хенджин спокойно. — Слышишь? Он отступил на шаг. — И ты меня не остановишь. Потом он добавил почти лениво: — А что касается моего бывшего супруга… Он посмотрел прямо в глаза Чану. — Это дела Юга. А не Севера и тем более  не Совета. И направился к двери. — Хенджин, стой! Я не закончил. Но тот уже собирался открыть дверь. Он не хотел больше слушать Чана — сейчас его тянуло только к Феликсу. Его дракон требовал тепла и спокойствия. Он опустил руку на ручку. — Я знаю о ребёнке! Голос короля прозвучал почти криком. Хенджин остановился. Медленно повернулся и снова подошёл к брату. Бровь чуть приподнялась, требуя продолжения. — Мне Чонин рассказал, — Чан усмехнулся без радости. — Какой же ты всё-таки нетерпеливый. Мои приказы никогда тебя не останавливали. Он сделал шаг ближе. — Но ты мог хотя бы пожалеть его. Ты понимаешь, что натворил? Если двор узнает… если узнает Совет… ты представляешь, какое давление обрушится на Феликса? Ярость в голосе прорвалась наружу. — Они не будут нападать на тебя, Хенджин. Они будут давить на него. Не знал, куда свой член пристроить — пошёл бы в бордель, как делал раньше! Зачем полез к нему?! — Замолчи! — резко перебил Хенджин. Его голос стал низким и опасным. — Я люблю Феликса. Сколько раз мне ещё повторить? Он сделал шаг вперёд. — Мы любим друг друга. И если бы он не хотел — я бы никогда не стал брать его силой. Я не изверг, Чан. Наши драконы спокойны рядом друг с другом. Но ты мне не веришь. Своей крови. — Его взгляд стал холоднее. — Ты слушаешь их. Он указал куда-то в сторону зала Совета. — Ты хоть раз пришёл к собственному сыну и спросил, как он себя чувствует? Чан отвёл глаза. Хенджин тихо усмехнулся. — Вот именно. Тебе всегда было на него плевать. А мне — нет. В комнате повисла тяжёлая тишина. — И если с него хоть волосок упадёт, — тихо добавил Хенджин, — я сожгу это чёртово королевство. Чан смотрел на него несколько секунд. — Ты не понимаешь, что наделал, — повторил он ещё раз. — Если при дворе узнают, что Феликс носит ребёнка не от своего супруга… ты представляешь, что начнётся? Он указал на письмо на столе. — И это падение с лошади. Взгляд стал жёстким. — Это ты приложил руку? Хенджин ответил спокойно: — Он угрожал моей семье. Чан резко выдохнул. — Ты называешь это семьёй? — Да! Феликс и наш ребёнок. Чан медленно провёл рукой по лицу. — Иногда я забываю, насколько ты опасен. Хенджин усмехнулся. — А я никогда не забываю. Несколько секунд они смотрели друг на друга. Наконец Чан тихо сказал: — Теперь мне придётся спасать вас обоих. Хенджин чуть прищурился. — Я не просил. — Нет, — холодно ответил Чан. — Но я король. Он подошёл ближе. — И прежде всего я отец. О беременности пока никто не должен узнать. — Я понимаю. — Ни Совет. Ни двор. Ни Сынмин. Хенджин нахмурился, но ничего не сказал. Чан продолжил: — Я дам тебе время. Совет будет требовать расследование на Юге. Это сыграет тебе на руку. Он посмотрел брату прямо в глаза. — Но если ты когда-нибудь причинишь Феликсу боль… Я сам тебя убью. Хенджин встретил его взгляд спокойно. — Справедливо. Он повернулся к двери. И уже выходя, тихо добавил: — Но этого не случится. Дверь закрылась. Чан остался один в комнате. Он долго смотрел на письмо с Юга. А потом устало прошептал: — Чёрт вас обоих побери…

***

Хенджин не направился в свои покои. Он пошёл в западное крыло — туда, где находились покои Сынмина и Феликса. Феликс спал, свернувшись в позу эмбриона. Мягкий лунный свет, пробивавшийся через окно, ложился на его лицо, скользил по россыпи веснушек и делал их особенно заметными. Он выглядел таким тёплым и беззащитным во сне, что Хенджин невольно замедлил шаг. На мгновение он просто стоял и смотрел на него. Феликс тихо дышал, уткнувшись щекой в подушку, светлые пряди рассыпались по лицу. Хенджин осторожно снял плащ и тихо разделся, стараясь не издать ни звука. Затем аккуратно забрался на кровать, чувствуя, как матрас едва заметно прогнулся под его весом. Он придвинулся ближе и обнял Феликса со спины. Тот был тёплый. Хенджин коснулся губами его щеки — медленно, почти лениво, словно пробуя этот момент на вкус. Потом вдохнул.  И замер.  Он снова вдохнул глубже, уткнувшись носом в изгиб его шеи. Запах Феликса изменился. К привычной сладости добавился новый, мягкий оттенок. Хенджин нахмурился и снова принюхался к пахучей железе. Феликс тихо заёрзал. — Щекотно… — сонно пробормотал он. — Ликси… — тихо сказал Хенджин, всё ещё вдыхая его запах. — Твой запах… он изменился. Феликс медленно приподнялся на локте, сонно щурясь. — Да… — пробормотал он. — Из-за ребёнка. На лице Хенджина появилась тихая, почти мальчишеская улыбка. — Боже… — выдохнул он. — Я просто не могу остановиться.  Он снова потянулся к нему, уткнувшись носом в пахучую железу, вдыхая запах, почти пробуя его на вкус. — Я хочу тебя пометить… — хрипло сказал он, уткнувшись губами в его шею. Он вдохнул запах глубже, будто запоминая его. — Как только я закончу с Советом… я поставлю эту метку. Его голос стал тише. — И тогда все будут знать, кому ты принадлежишь. Он медленно провёл языком по пахучей железе. Феликс откинул голову назад, позволяя ему больше свободы. — Наш ребёнок будет пахнуть так же сладко…— продолжил тихо говорить Хенджин. — Его ваниль… и твоя клубника. Они идеально сочетаются. Он снова вдохнул глубже, легко коснувшись губами его шеи. — Я готов тебя съесть. Он тихо усмехнулся и снова вдохнул его запах. — Я не могу оторваться от тебя. Феликс тихо засмеялся. — Джинни, хватит. Я хочу спать. — Спи, — пробормотал тот, уткнувшись ему в шею. — Я просто полежу так. Он крепче прижал его к себе. — Моему дракону нравится этот запах. Нам тяжело от тебя отлипнуть. Феликс улыбнулся и провёл рукой по его волосам. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи… мой мальчик. Через несколько минут дыхание Феликса снова стало ровным. Хенджин лежал неподвижно, уткнувшись в его шею, медленно вдыхая запах. Запах омеги. Запах их ребёнка. Его дракон внутри постепенно успокаивался, словно наконец нашёл то, что искал. Снаружи дворец всё ещё жил тревогой. По коридорам уже ползли слухи, шёпотом передаваемые от слуги к слуге. Но здесь, в этой комнате, всё было тихо. Хенджин закрыл глаза. Он знал, что утром начнётся давление от Совета. И всё же сейчас его рука крепче легла на талию Феликса. Пусть хотя бы эту ночь мир принадлежит им.

***

Утро во дворце наступило тяжёлым. Коридоры были наполнены приглушёнными голосами, быстрыми шагами и напряжёнными взглядами. Слухи уже разошлись по всему дворцу. Южный правитель овдовел. Супруг Хенджина погиб. И это произошло слишком вовремя. Когда двери зала Совета открылись, лорды уже собирались. Они ждали скандала, обвинений, падения. Король уже сидел на своём месте. Когда двери снова открылись, разговоры мгновенно стихли. Хенджин вошёл спокойно. Словно всё происходящее не имело к нему никакого отношения. Он прошёл через зал под взглядами лордов и занял своё место рядом с братом. Тишина стала почти осязаемой. Каждый в зале уже знал новость. И каждый ждал, кто первым осмелится её произнести. Первым заговорил лорд Пак. Он медленно поднялся со своего места и склонил голову. — Принц Хенджин… позвольте выразить наши соболезнования. Смерть супруга — тяжёлое испытание. Мы считаем, что вам следовало бы вернуться на Юг и поддержать свой народ в эту непростую минуту. Хенджин усмехнулся, но ничего не ответил. Лорд Пак продолжил: — Однако до нас дошла информация, что вы были на Юге… вчера. В зале снова стало тихо. Хенджин лениво откинулся в кресле. — Был. — Тогда, возможно, вы объясните Совету… — Я не обязан ничего объяснять Совету, — спокойно перебил его Хенджин. Его голос звучал тихо, но холодно. — Дела Юга — это дела Юга. А не Севера. Лорд Мин поднялся следом. — Вы представляете опасность. Несколько лордов зашептались. — Совет требует изгнания принца Хенджина с Севера, — продолжил он. — Мы считаем, что обстоятельства смерти вашего супруга вызывают серьёзные подозрения. Мы требуем расследования. Он посмотрел прямо на короля. — Более того… принц Хенджин представляет опасность для супруга наследника. Теперь в зале стало по-настоящему тихо. Лорд Мин продолжил: — Мы не считаем произошедшее несчастным случаем. Если принц способен устранить собственного супруга, нет гарантии, что следующим не станет супруг принца Феликса. — Я полностью поддерживаю лорда Мина, — сказал Пак. Он повернулся к Его Величеству. — А также в последнее время Принца Хенджина всё чаще замечают в крыле наследника. Уже ходят слухи, что наследник проводит ночи рядом с ним… а не со своим супругом. Некоторые лорды кивнули. — Совет считает, что… Он не договорил. Хенджин вскочил так резко, что стул с глухим стуком отлетел назад. В одно мгновение он оказался рядом с лордом Паком. Его рука сомкнулась на вороте мантии. Рывок. Лорд Пак ударился спиной о каменную стену. Хенджин навис над ним. Его глаза вспыхнули огнём. — Не смей, — тихо сказал он. В зале стало холоднее. — Не смей говорить о принце Феликсе. Его пальцы сильнее сжались на ткани. — Я за себя не ручаюсь. Он наклонился ближе. — Я могу убить тебя прямо сейчас. И никто в этом зале мне ничего не сделает. Лорды вскочили со своих мест. Стража дёрнулась вперёд. Чан резко поднялся и быстрым шагом подошёл к ним. — Хенджин. Его голос прозвучал жёстко. Хенджин медленно повернул голову и несколько секунд они смотрели друг на друга. Затем Хенджин отпустил лорда и Пак осел на пол, тяжело дыша. — Всем сесть, — холодно приказал король. Зал медленно успокоился. Чан обвёл лордов тяжёлым взглядом. — Я выслушал ваши обвинения. Но хочу напомнить вам одну вещь. Король посмотрел на Хенджина. — Принц Хенджин является правителем Южных земель. Теперь он снова перевёл взгляд на Совет. — А значит, если вы требуете расследования… оно будет проходить на территории Юга. Совет получит полный доступ, — продолжил Чан. — К свидетелям. К гарнизонам. К документам. Ко всему, что сочтёт необходимым. Он чуть наклонился вперёд. — Но только на землях Юга. Тишина стала плотной. Теперь все смотрели на Хенджина. Тот медленно выпрямился и провёл рукой по волосам, словно разговор его откровенно забавлял. На губах появилась лёгкая усмешка: — Что ж… Он посмотрел на лордов. — Раз вы так настаиваете на расследовании… Добро пожаловать на Юг. Его улыбка стала чуть шире. Но в глазах не было ни капли тепла. — Только учтите одну вещь. Он сделал шаг вперёд. — Южные земли… довольно опасны. Несколько лордов переглянулись. Хенджин продолжил уже тише: — Там иногда происходят… несчастные случаи. Горы, ущелья, дикие земли. Его взгляд скользнул по лорду Паку. — Лошади иногда пугаются. По залу прокатилась волна напряжения. Некоторые из старших лордов заметно побледнели. Хенджин спокойно добавил: — Но не переживайте. Я лично прослежу, чтобы ваше пребывание было… запоминающимся. В зале снова воцарилась тишина. Теперь уже никто не был уверен, кто на самом деле станет объектом расследования. — Итак, — король поднялся. — Раз Совет настаивает на расследовании, — сказал он холодно, — оно состоится. — Совет получит расследование, которого требует. Но до его завершения статус принца Хенджина на Севере остаётся неизменным. Он сел обратно. — Заседание окончено. Лорды начали подниматься. Тихие разговоры, быстрые взгляды, тяжёлые шаги. Некоторые старались не смотреть на Хенджина вовсе. Но один из них задержался. Лорд Мин. Он стоял чуть в стороне и внимательно наблюдал за принцем. Хенджин повернулся, собираясь уходить. И на мгновение его взгляд скользнул по окну. По западному крылу дворца. Туда, где находились покои наследника и его супруга. Всего доля секунды. Но лорд Мин это заметил. Он медленно прищурился. Слишком много слухов ходило в последние дни. Слишком часто принца видели в крыле наследника. И слишком яростно Хенджин защищал имя принца Феликса. Лорд Мин тихо усмехнулся. Очень тихо. Так, чтобы никто не услышал. — Интересно… — пробормотал он. — Очень интересно. Лорд Мин медленно провёл пальцами по подбородку. В его голове уже начинали складываться кусочки. Смерть супруга. Наследник, которого вдруг перестали видеть при дворе. Его губы медленно изогнулись. — Похоже… — тихо сказал он себе. — Во дворце скоро вспыхнет ещё один скандал. И на этот раз куда более интересный.