Родство с Оверлордом

В отеле жизнь начала входить в новое русло. Аластор, кажется, всерьез воспринял роль «старшего брата», но в своей привычной, пугающей манере. Вечером Эвелина обнаружила, что в её комнате появилась новая мебель: антикварное трюмо из темного дерева, точь-в-точь как то, что стояло в их доме. На нем лежала записка, написанная каллиграфическим почерком: «Твой старый шкаф выглядел так, будто его жевали адские гончие. Пользуйся этим, Эви. И не забудь запереть окно — я слышал, в этом районе летают назойливые насекомые с экранами вместо лиц». Эви села перед зеркалом и начала расчесывать перья. Она видела, как в дверном проеме мелькнула тень Аластора. Он не зашел, просто постоял секунду, убедившись, что она на месте, и исчез, оставив после себя легкий треск радиопомех. Она понимала: он не изменился. Он всё еще был монстром, который сожрал души тысяч грешников. Но теперь между ними была не только общая фамилия, но и общая тайна. — Знаешь, Ал, — негромко сказала она в пустоту, зная, что он слышит её через стены, — ты всё такой же заносчивый придурок, как и в 1920-м. Из радиоприемника на полке донесся короткий джазовый проигрыш и довольное: — И я тоже тебя люблю, дорогая сестренка!

***

Весть о том, что у Радио-демона появилась «сестрица», разлетелась по Пентаграмм-Сити быстрее, чем новости о провальных истреблениях. Улицы гудели. Грешники шептались в подворотнях, гадая, кто эта женщина, заставившая самого опасного Оверлорда Ада лично ворваться в логово Вокса. В это же время в закрытом клубе для Оверлордов атмосфера накалилась до предела. За круглым столом сидели те, кто держал Ад в своих руках. Зестиал, древнейший из Оверлордов, медленно переплел пальцы. — Аластор всегда был непредсказуем... Но кровные узы? Это меняет расстановку сил. Если эта женщина обладает хотя бы половиной его мощи, баланс в городе рухнет. — Ой, да бросьте! — воскликнула Кармилла Кармайн. — Он просто нашел себе новую забаву. Но то, что он выставил Вокса дураком — это факт. Телевизионщик теперь в бешенстве, а разъяренный Оверлорд — это проблема для бизнеса. В центр круга вышел Вокс. Его монитор вместо лица транслировал статичный шум. — Дело не в бизнесе, Кармилла! — прошипел он. — Эта девчонка, Эвелина... она контролирует память и боль. Она — ключ к его прошлому. Если мы объединим усилия, мы сможем использовать её, чтобы вытащить Аластора на свет и прикончить его раз и навсегда. — Ты уже пробовал, Вокс, — усмехнулась Кармилла. — Твоя башня до сих пор дымится, я не полезу в ваши внутренние разборки. Не получив должной поддержки, Вокс вернулся в свое логово. — На этот раз я не буду действовать в лоб, — экран Вокса сменился на план отеля «Хазбин». — Мы натравим на них тех, кому они доверяют. Или тех, кто жаждет мести.

***

— Дорогая, мы не можем вечно прятаться в этом очаровательном притоне доброты, — провозгласил Аластор, когда Эвелина спускалась в холл на следующее утро. — Миру нужно показать, что наш дуэт звучит в унисон! Эви поправила свой серебряный веер. На ней было новое платье — темно-синее, как ночное небо над Миссисипи, которое Аластор «принес» специально для этого случая. — Ты просто хочешь поиздеваться над Воксом, вышагивая под его камерами, — сухо заметила она. — Одно другому не мешает! — Радио-демон галантно предложил ей локоть. Они вышли на улицы города. Это была не просто прогулка, это был парад силы. Аластор шел с высоко поднятой головой, его посох отстукивал ритм по брусчатке, а радиопомехи вокруг него создавали защитный барьер, сквозь который никто не решался пробиться. Эвелина шла рядом, её иссиня-черные крылья были полураскрыты, создавая величественный и опасный силуэт. Когда они проходили мимо огромного рекламного экрана, на котором транслировались новости Ви-Сити, изображение вдруг дернулось. Лицо диктора сменилось помехами. Аластор остановился, посмотрел прямо в объектив одной из скрытых камер и приподнял шляпу. — Добрый день, город! — пророкотал он в эфир, перехватывая сигнал Вокса. — Как видите, наша семья воссоединилась. И я бы не советовал никому пытаться отправить нам приглашение на ужин без моего личного одобрения. Эвелина почувствовала, как на неё смотрят тысячи глаз. Она увидела в толпе нескольких демонов из банды «Стальные клыки», которые когда-то грабили её бар. Они в ужасе вжимались в стены, понимая, что женщина, которую они считали «просто хозяйкой бара», теперь находится под защитой самого Радио-демона. Вечером, когда Аластор и Эвелина вернулись в отель, Чарли уже ждала их с огромным тортом, на котором было написано: «Семья — это круто!». Эви устало опустилась в кресло. Прогулка вымотала её больше, чем драка. — Ты видел их лица, Ал? — спросила она, когда остальные разошлись. — Они нас боятся. И они нас ненавидят. — О, дорогая, в Аду это лучшие комплименты, которые можно получить! — Аластор присел на край стола, вертя в руках свой микрофон. — Но ты права. Вокс не успокоится. Он пойдет к Валентино, к Вельветт... возможно, даже к Совету. Эвелина посмотрела на брата. В свете камина он выглядел почти так же, как в те далекие ночи, когда они прятались от грозы. — Я не хочу, чтобы отель пострадал из-за нас, — тихо сказала она. — Тогда нам придется играть на опережение, сестренка, — Аластор наклонился к ней, и его глаза на секунду вспыхнули зеленым пламенем. — Мы покажем им, что семья — это не слабость. Это приговор для любого, кто посмеет встать у нас на пути. В этот момент в окно отеля что-то ударилось. Это был маленький механический жучок Вокса, который тут же вспыхнул и сгорел в тени Аластора. Война только начиналась.