Другая версия меня

‎До федерального шоссе I-81 было недалеко, а машина, которую они использовали для сегодняшнего дела, выжимала полторы сотни километров в час. Джексон то включал, то выключал мигалки в зависимости от того, насколько была загружена дорога. Тем не менее даже на такой скорости поездка от Бингемтона до Балтимора заняла почти три часа. ‎ ‎Они пересекли границу Мэриленда и километра через три съехали на обочину, где стоял другой автомобиль. Джексон остался в патрульной машине, а Лола и Ромеро повели Хэйли к «кадиллаку». Ее втолкнули на переднее пассажирское сиденье, и, не успела она даже подумать о побеге, как Ромеро ткнул дуло пистолета ей под подбородок. ‎ ‎Усевшись позади Хэйли, Лола завела ее руки за спинку сиденья так резко, что вывихнула левое плечо и туго защелкнула на руках наручники.Хэйли издала крик боли и отчаяния, но в данной ситуации кричать было бесполезно, это только злило, либо подогревало азарт присутствующих. ‎ ‎— Не дергайся, сучка, — прорычала Лола. — А знаешь, я от тебя такого не ожидала. Не думала,что у тебя смелости хватит дать отпор. Да еще и таким образом. ‎ ‎— Знаешь, у меня такое неприятное чувство, будто я забыла кого-то нахуй послать. ‎ ‎— Не хами, девочка! — предупредила Лола. ‎ ‎—Хамлю? Да, но вы же вдохновляете! ‎ ‎В данных обстоятельствах лучшим вариантом было бы не сопротивляться, как тогда с Рико, как и с Натаном. Однако ей надоело быть пассивной жертвой, надоело ничего не делать. И это стало ошибкой. Удар Ромеро пришелся в живот. Следующий в челюсть. ‎ ‎Любое движение лицевых мышц, любая безмолвная гримаса усугубляли муки, любое движение торсом или рукой прибавляли боли. Ромеро хорошо ее отделал, возможно у нее сейчас переломы в ребрах,она не уверена. Но абсолютно точно есть сотрясение, потому что начинало тошнить. ‎ ‎Она не хотела думать о том, что происходит сейчас, не хотела ничего чувствовать и потому вместо этого думала о Лисах. Воскрешала в памяти их крепкую дружбу, их улыбки. Убеждала себя, что бешеная пульсация в висках — это стук мяча, рикошетом отскакивающего от бортов поля. Вспоминала, как Вэймак пришел ей на помощь в декабре и как Эндрю прижимал ее к дверному косяку на кухне. Воспоминания наполняли сердце Хэйли горем и скорбью утраты, но в то же время делали ее сильнее. Она появилась в «Лисьей норе», почти на все сто процентов состоя из лжи, а друзья вылепили из нее реального человека. ‎ ‎Они въехали на парковку какого-то подозрительного отеля. Снаружи горела лишь половина фонарей. Хэйли готова был поспорить, что камеры видеонаблюдения тоже не работают. Она отвернулась к окну и стала ждать, что будет дальше. ‎ ‎А дальше рядом с ними припарковалась полицейская машина. Хэйли безучастно посмотрела на полицейских, которые откровенно и без малейшего смущения глазели на нее. ‎ ‎— И сколько же эти люди платят вам за нарушение присяги? ‎ ‎— Больше, чем штат, — сказал старший из двоих. — Ничего личного, так что не обижайся. ‎ ‎— Не могу, — хриплым от боли и ненависти голосом ответила Хэйли. — Это касается моей жизни. ‎ ‎За исключением небольшого ящика с инструментами багажник был пуст, и места Хэйли хватило с лихвой. В багажнике она отключилась ненадолго, но какие то звуки заставили ее очнутся. ‎ ‎Шум подсказал Хэйли, что что-то случилось. Полицейские мигалки всегда притягивали зевак, и Хэйли уже сейчас сделала два вывода: случилось нечто довольно серьезное, что собрало толпу любопытных, и, кроме того, на место происшествия уже прибыли другие патрульные машины.Внезапные выстрели и крики сразу же отмели ее предположения.Они оказались в перестрелке, а голоса людей, что она услышала— это были переговорщики. ‎ ‎Внезапно багажник машины распахнулся и Лола вытащила из кармана перочинный нож.Хэйли сначала не поняла, что она собирается делать. Уж слишком была измождённая. Однако, когда та поднесла нож к горлу, Хэйли попыталась отпрянуть, это и то, что кто-то дернул Лолу назад, спасло ей жизнь. Порез был не глубокий,но крови было много. ‎ ‎Хэйли увидела мужчину брюнета с голубыми глазами и в очках, он представился агентом Браунингом и старался помочь ей до приезда скорой. ‎ ‎ ‎ ‎

‎***

‎ ‎ ‎ ‎Когда Хэйли снова открыла глаза, оказалось, что она лежит на больничной кровати и через занавешенное окно в палату пробивается мягкий солнечный свет. Из-под одеяла тянулись прозрачные пластмассовые трубки; от лекарств голова была как в тумане. Она не спала, но чувствовала, что боль, к счастью, отступила. ‎ ‎Двое гостей были ей незнакомы, хотя она с первого взгляда поняла, что они из ФБР.Хэйли попыталась заговорить, но как только она попробовала издать звук, то горло прожгло болью. ‎ ‎— Не пытайтесь говорить, мисс Киртланд. У вас повреждено горло, не сильно, но говорить, есть и пить будет сложно пока не затянется рана. ‎ ‎Хэйли сделала жесть, как бы показывая, что ей нужно написать. Другой агент подал ей свой блокнот и ручку. ‎ ‎« Я хочу связаться с командой» ‎ ‎— Не выйдет, мисс Киртланд,— сказал другой агент.— Мы вас переводим в программу защиты свидетелей. ‎ ‎« Я дам показания,но не помещайте в программу» ‎ ‎— Для вас все еще слишком опасно, эти люди и из тюрьмы могут достать.— Строго сказал агент Браунинг. ‎ ‎« Дайте увидится с тренером!» ‎ ‎— Мы здесь не дискутируем и требований вы выдвигать не можете! ‎ ‎Нервы агентов были на пределе,но и Хэйли отступать тоже не собиралась. ‎ ‎«Тогда никаких показаний» ‎ ‎— Мы вас арестуем в таком случает... — начал было агент Браунинг,но его напарник остановил. ‎ ‎— Прекрати, она жертва, ни один прокурор нам этого не позволит. ‎ ‎Другой агент обратился к Хэйли уже мягче, видимо играя роль доброго копа. ‎ ‎— Мы не с того начали. Я агент Таунс, это агент Браунинг. Мы лишь хотим помочь, дате показания, а потом мы поговорим о вашей безопасности. ‎ ‎«Я хочу поговорить с тренером Вэймаком!» ‎ ‎— Прояви благоразумие, — посоветовал Таунс. — Не делай себе же хуже. ‎ ‎Хэйли отпросила блокнот и упрямо отвернулась от них. Браунинг выругался на нее, но не ушел. Ее показания все еще сильно нужны им. ‎ ‎— Ладно, сделаем что сможем.— бросил Агент и наконец вышел из палаты по дороге набирая чей-то номер. ‎ ‎— Тебе лишь кажется, что ты хочешь их увидеть, — возразил Таунс. — Не забывай, им только что стало известно, кто ты такая на самом деле. Даю голову на отсечение, что после этого они не захотят иметь с тобой ничего общего. ‎ ‎Не исключено, что по пути из Нью-Йорка Кевин рассказал им о связи между семьями Киртланд и Морияма, и, стало быть, теперь они знают, какой опасности она их подвергла, подписав контракт с Вэймаком.Но справедливости ради, она сама не знала, какую опасность представляет. ‎ ‎ ‎ ‎

‎***

‎ ‎ ‎ ‎ ‎ ‎Пока она ждала приезда хоть кого-то, Хэйли перебрала в голове кучу вариантов событий, от того как они будут злы и разочарованы, до того, что они не приедут вовсе. ‎ ‎Тут же за дверью послышался гомон Лисов.Звонче всего звучал негодующий голос Дэн: ‎ ‎— Двадцать минут? Шутите? Почему мы… О боже. — Она замерла, увидев Хэйли, а потом заговорила снова, и в ее возбужденном тоне не чувствовалось ни гнева, ни презрения, а лишь бесконечное облегчение после долгих часов страха: — Господи, Хэйли! Как ты? ‎ ‎Хэйли уже собиралась ответить, но ее опередин агент Браунинг: ‎ ‎— Она не может говорить у нее повреждено горло. ‎ ‎Сзади раздался треск — кто-то явно влетел во что-то. Хэйли посмотрела поверх голов остальных и увидела, как в комнату пытается прорваться Эндрю, а за его спиной маячит Вэймак.Хэйли успела заметить, что тренер и Эндрю прикованы друг к другу наручниками, а в следующий миг их бурное появление заставило Браунинга потянуться за пистолетом. ‎ ‎— Не надо, — выдавила она сквозь зубы, или так, ей, по крайней мере, показалось — в ушах ревел белый шум. ‎ ‎— Прекратите, — гневно приказал Вэймак. ‎ ‎Либо фэбээровцев убедил тон Вэймака, либо они попросту не могли обойти его и добраться до Эндрю, но Эндрю беспрепятственно подошёл к  кровати Хэйли. ‎ ‎Эндрю выглядел обманчиво-спокойным, и все же, когда он взял Хэйли за подбородок, та почувствовал в его пальцах не сталь, а дрожь. Он с минуту рассматривал лицо Хэйли. На левой стороне синяки и кровоподтёки, левый глаз заплыл и налился кровью. Левая рука в бандаже.  Горло перемотано. ‎ ‎— Прости, — произнесла Хэйли. ‎ ‎— Еще раз услышу — убью, — сказал Эндрю. ‎ ‎— Предупреждаю последний раз. — Встав рядом с Ваймаком, Таунт мрачно посмотрел на Эндрю. — Если не умеешь себя контролировать… ‎ ‎— То что, урод? Что ты сделаешь? — перебила Хэйли, несмотря на боль. ‎ ‎— То же самое касается и вас, мисс Киртланд, — спокойно ответил Браунинг. —Не выделывайтесь, иначе, все это — он повращал пальцем в воздухе, имея в виду Лисов, — закончится. Не забывай, ты здесь с нашего разрешения. ‎ ‎— Не лги лжецу, — сказала она. — Мы оба знаем: я здесь, потому что без меня у вас ничего нет. Куча трупов не поможет раскрыть дело или вывести на денежный след. Я назначила цену за ответы, и тебе остается лишь согласиться, так что сними наручник с Эндрю, позволь остаться до выздоровления с Лисами, иначе... будем общаться через адвоката! ‎ ‎В конце концов Браунинг сделал знак своему напарнику. Мрачный как туча Таунт вытащил из кармана ключ. Ваймак развернулся, облегчая ему задачу. Эндрю не повернул головы, когда сняли наручник, и лишь размял пальцы, проверяя свободу движений, а потом уронил руку на бедро. Браунинг отошел к двери, забрав с собой Таунта. На физиономиях у обоих читались недовольство и подозрительность. Напоследок Браунинг многозначительно посмотрел на часы, однако Хэйли его проигнорировала. Удовлетворенная тем, что им наконец не мешают, она вновь переключила все внимание на Эндрю. ‎ ‎— Значит, твои проблемы в общении с людьми — все же не притворство, — заключил Миньярд. ‎ ‎— Я собиралась тебе рассказать, — хриплым голосом пробормотала Хэйли. ‎ ‎— Хватит врать. ‎ ‎— Я не вру. Я бы рассказала вчера, но они были в раздевалке. ‎ ‎— Кто «они»? — вмешался Браунинг. ‎ ‎Хэйли немедленно переключилась на немецкий. Она не сомневалась, что за эту уловку Браунинг сейчас испепеляет ее взглядом, но не отводила глаз от Эндрю. ‎ ‎— Те люди, что пришли нас проводить, не были охранниками. Они явились за мной и пошли бы на все ради того, чтобы меня увезти. Я думала, если буду молчать, они вас не тронут. — Хэйли осторожно погладила подушечкой большого пальца его распухшую скулу. — Я не знала, что они подстроят потасовку. ‎ ‎— Что я тебе говорил насчет добровольного мученичества? — прищурился Эндрю. ‎ ‎— Что оно никому не нужно, — сказала Хэйли. — Но ты меня не останавливал. ‎ ‎— Это подразумевалось само собой. ‎ ‎— У меня не было выбора. Ни я, ни ты не справились бы с ними. ‎ ‎— Заткнись? ‎ ‎— Процент ненависти вырос до девяносто четырех? ‎ ‎— До ста. Что с лицом? ‎ ‎— Один из них избил меня. ‎ ‎— Я его убью. ‎ ‎— Они все мертвы или за решеткой. Ты немного опоздал. ‎ ‎Хэйли тяжело вздохнула, голова кружилась, видимо сотрясение давало о себе знать. Она чувствовала,что уже не может говорить. ‎ ‎— Я устала. — проговорила она уже на английском. ‎ ‎— Тогда на этом все, все на выход. — Заявил Браунинг. ‎ ‎— Нет они останутся, а вы выметайтесь.— сказала Хэйли из последних сил. ‎ ‎— Что? Нет, так не пойдет. — Возмутился Таунт. ‎ ‎— Ее адвокат с вами с вяжется для дачи показаний. — Вмешался Вэймак.— А до тех пор, она будет на лечении под моим личным присмотром. ‎ ‎Но агент Браунинг уже двинулся в сторону Хэйли, намереваясь переговорить с глазу на глаз. ‎ ‎— Отойдите, — процедил Эндрю. ‎ ‎— Не влезай, — предупредил Браунинг. ‎ ‎— Если мне придется повторить еще раз, вы даже пожалеть не успеете. ‎ ‎Хэйли впервые слышала в интонации Эндрю столь отчетливую смертельную угрозу. По спине у нее побежал мороз, но в то же время почему-то стало легче дышать. Агентов это не сильно то и впечатлило, но они все же покинули палату, распыляя злобу. ‎ ‎— Ладно, пусть Хэйли отдохнет, а мы пока попьем кофе,— скомандовал Вэймак Лисам. Все они вышли из палаты, остались лишь Хэйли и Эндрю. ‎ ‎Хэйли с трудом сфокусировала взгляд на Эндрю. Мир вокруг словно плыл, растворяясь в белом шуме, но его лицо оставалось единственной чёткой точкой. ‎ ‎— Ты выглядишь дерьмово, — тихо сказал он. ‎ ‎Уголок её губ едва заметно дернулся. ‎ ‎— Комплимент? ‎ ‎— Констатация. ‎ ‎Он положил руку ей на лицо, но теперь осторожнее, почти бережно, медленно проводя по синякам. Большой палец замер у края бинта на шее, не касаясь, будто проверяя границу допустимого. Хэйли закрыла глаза на секунду, собирая остатки сил. ‎ ‎— Ты злишься,— хрипло отозвалась Хэйли. ‎ ‎— Да. ‎ ‎— На меня? ‎ ‎— На всё, — коротко ответил он. — На тебя тоже. ‎ ‎— Логично.— Она кивнула, насколько позволяла боль. ‎ ‎Повисла тишина. Не пустая — тяжёлая, наполненная тем, что оба не говорили. ‎ ‎— Ты не должна была молчать, — сказал он наконец. ‎ ‎Хэйли медленно вдохнула. Горло отозвалось болью. ‎ ‎— Я… — голос сорвался, и она поморщилась. — Я думала, что так будет безопаснее. ‎ ‎— Для кого? ‎ ‎— Для вас.— призналась она. ‎ ‎— Не решай за меня,— прищурился Эндрю. ‎ ‎— Кто-то должен был, — упрямо прошептала она. — Ты бы полез в драку. ‎ ‎— И что? ‎ ‎— И, возможно, лежал бы сейчас здесь. Или хуже. ‎ ‎Он замолчал. Его взгляд стал жёстче, но в нём мелькнуло что-то ещё — то, что он обычно не показывал. ‎ ‎— Ты переоцениваешь свои жертвы, — холодно сказал он. ‎ ‎— А ты недооцениваешь последствия. ‎ ‎Хэйли с трудом подняла руку — здоровую — и сжала край его рукава. Слабо. Но достаточно, чтобы он это почувствовал. ‎ ‎— Я не хотела… — она запнулась, глотая боль. — чтобы вас втянули. ‎ ‎Эндрю посмотрел на её пальцы, затем снова ей в глаза. ‎ ‎— Слишком поздно. ‎ ‎— Я знаю. — Она тихо выдохнула. ‎ ‎Её хватка ослабла, но он не отстранился. ‎ ‎— Они теперь знают, кто ты, — сказал он. — Это ничего не меняет. ‎ ‎— Это меняет всё,—  нахмурилась Хэйли. ‎ ‎— Нет, — отрезал он. — Это просто объясняет, почему за тобой тянется весь этот мусор. ‎ ‎Она попыталась усмехнуться, но вышло криво. ‎ ‎— Отличная формулировка. ‎ ‎— Я не закончил. ‎ ‎Он чуть наклонился ближе, голос стал тише, но опаснее. ‎ ‎— Ты всё ещё здесь. Ты всё ещё с нами. Остальное — детали. ‎ ‎Хэйли замерла, глядя на него. ‎ ‎— Даже после всего? ‎ ‎— Даже несмотря на тебя, — сухо ответил он. ‎ ‎Это было почти оскорбление...почти. Но она поняла. Её пальцы чуть сильнее сжали ткань его рукава. ‎ ‎— Тогда… — она закрыла глаза на секунду, собираясь. — не уходи. ‎ ‎Эндрю не ответил сразу. Он смотрел на неё так, будто взвешивал что-то внутри себя. ‎ ‎— Я и не собирался, — наконец сказал он. ‎ ‎Напряжение в её теле немного отпустило. ‎ ‎— Хорошо. ‎ ‎Сил больше не осталось. Рука соскользнула с его рукава и упала на кровать. Глаза начали закрываться сами. ‎ ‎— Эй, — тихо сказал он. ‎ ‎— Что?— Она с трудом разлепила веки. ‎ ‎— В следующий раз, — он сделал паузу, — попробуешь снова сделать что-то «ради нас»… ‎ ‎Слабая тень улыбки появилась у неё на лице. ‎ ‎— И? ‎ ‎— Я тебя сам пристрелю. ‎ ‎Она выдохнула — почти смешок. ‎ ‎— Договорились. ‎ ‎Её глаза окончательно закрылись. Дыхание выровнялось, стало медленным. Эндрю ещё несколько секунд смотрел на неё, убеждаясь, что она действительно уснула. Только после этого он убрал руки от ее лица. Но от кровати не отошел. ‎ ‎