Другая версия меня

‎Хэйли впервые очутилась в гостевой раздевалке «Воронов». Кевин всех заранее предупредил, и все же, войдя внутрь, Хэйли невольно испытала такое ощущение, будто ступила в гробницу. Вдвое больше их раздевалки в «Лисьей норе», она тем не менее казалась в десятки раз теснее. ‎ ‎Оставив экипировку в раздевалке, они вышли во внутреннюю зону. Снаружи могло показаться, что поддержать команду Пальметто никто не приехал, однако там и сям черный фон трибун разбивали кучки студентов и просто фанатов, одетых во все оттенки оранжевого. ‎ ‎— Господи боже, — ахнул Никки. Хоть он и стоял совсем рядом, Хэйли с трудом разобрала, что он говорит. — Не может быть… Эрик! — Никки метнулся из-за спины Хэйли к трибунам. ‎ ‎Сразу за Эриком появились и остальные гости «Лисов» — их всех доставил на стадион заказанный Ваймаком автобус. Понимая, как важна сейчас поддержка родных и близких, Ваймак дал своим подопечным несколько минут на общение. ‎ ‎Последней прибыла Бетси Добсон. Поскольку Эндрю ее не приглашал, Хэйли сделала вывод, что это сделали Ваймак и Эбби. Эндрю не удивился появлению психолога, однако сразу же к ней подошел. Она улыбнулась и жестом предложила сесть рядом. О чем Бетси говорила с Эндрю, Хэйли не слышала — видимо, как обычно, делилась своими  наблюдениями. ‎ ‎— Вы хоть бы подошли, поздоровались, — с легким упреком сказал Ваймак Хэйли и Кевину. ‎ ‎— Не вижу смысла, — отозвался Кевин. — Все эти люди только отвлекают. ‎ ‎— Это называется «круг поддержки». Поищи как-нибудь в словаре. ‎ ‎— Тея сейчас в Южной башне, — отметил Кевин, глядя вверх на вип-ложи.— А мой отец и так не пропускает ни одной игры. Этого вполне достаточно. ‎ ‎Глаза Эбби, стоявшей рядом с Ваймаком, потеплели. Подбородок тренера дрогнул, но секунду спустя он ровным тоном произнес: ‎ ‎— Твоя мать гордилась бы тобой. ‎ ‎— Не мной одним, — ответил Кевин, в кои-то веки проявив человеколюбие. ‎ ‎Хэйли показалось, что момент становится слишком личным, а может, острое ощущение неловкости, кольнувшее грудь, на самом деле было чувством одиночества и утраты. Оставив отца и сына наедине,она отошла в сторону. ‎ ‎— Джозефина Киртланд, — обратился к Хэйли охранник, — вас желает видеть господин Мориама. ‎ ‎Хэйли последовала за ним через раздевалку в коридор, туда где было тише ,там уже ждал ее Ичиро. ‎ ‎— Я думала ты будешь сегодня только наблюдать. Что тебя сюда привело? ‎ ‎— Пришел пожелать удачи. И сообщить , что сегодня я буду оценивать вложения. ‎ ‎— Кевина,— поняла Хэйли.— Он не подведет. Мы еще не проиграли ни одного матча в этом сезоне. ‎ ‎— Но до этого вы не играли с настолько сильным соперником, — Хэйли никак не могла прочитать его эмоции.— От результата сегодняшнего матча зависит, достоин ли он моего покровительства, учитывая ,что он получил травму, я пока что сомневаюсь. ‎ ‎— Я передам ему,— с беспокойством сказала Хэйли. ‎ ‎— Люди Мясника умерли в тюрьме,— сообщил Ичиро ровным тоном. ‎ ‎— Что? — Она шокировано уставилась на него, ее руки сжались в кулаки. ‎ ‎— По моему приказу их устранили. Теперь тебе не придется давать показания в суде, дело закроют. ‎ ‎— Ты ведь не ради меня это сделал? — Усомнилась Хэйли. ‎ ‎— Я провожу чистку, чтобы по максимуму устранить последствия: убираю людей повсюду, от Калифорнии до Южной Каролины. Копов, врачей, осведомителей — всех подряд. Если есть хоть малейшая вероятность, что они могут навредить новому порядку, — их нет. Увлекательное это дело — перестройка империи. Но и кровавое тоже. ‎ ‎— В Южной Каролине тоже есть такие? — У Хэйли вдруг екнуло сердце. — Ты сказал, врачи? Обычные доктора или мозгоправы? Кто именно? ‎ ‎— Я не выясняю фамилий, если дело не касается меня лично, — ответил Ичиро. — Тебя интересует кто-то конкретно? ‎ ‎— Некто Пруст, психиатр из Колумбии. Работал в больнице Истхейвена. Твой младший брат подкупил его и использовал в своих целях. Я говорила о нем. ‎ ‎— Узнаю насчет него, — сказал Ичиро.— Иди к комнате. ‎ ‎ ‎ ‎ ‎

***

‎ ‎ ‎ ‎ ‎Ваймак позволил подопечным еще минутку пообщаться с родными и друзьями, а потом загнал всех в раздевалку. Лисы, чье настроение заметно улучшилось, не мешкая переоделись, вышли на пробежку и нарезали круги по внутренней зоне, пока не появились «Вороны». ‎ ‎«Вороны» первыми появились на поле и заняли исходные позиции. Прежде остальных объявили фамилию Рико, из чего Хэйли сделала вывод, что Рико, как и в прошлом матче, выйдет играть в начале и конце. У «Лисов» первым назвали Кевина, однако сразу после него объявили и Хэйли. Оба направились к своим местам на линии середины поля. Хэйли внимательно следила за Рико, зная, что тот уже слышал о новой татуировке Дэя. Предчувствие ее не обмануло: с расстояния чуть больше пяти метров она прочла на лице Рико холодное бешенство. ‎ ‎После того как Хэйли и Кевин встали на позиции, Рико разразился потоком брани на японском. Кевин игнорировал его, пока не услышал какую-то фразу, и тогда, смерив Рико ледяным взглядом, ответил. Хэйли не поняла его слов, а Рико обеими руками в толстых перчатках с ненавистью стиснул рукоять клюшки, как будто сворачивал Кевину шею. Выбесить Рико Морияму перед таким ответственным матчем было, конечно, глупо, зато весело. Хэйли уже не слышала гула трибун — в ее ушах грохотала кровь. ‎ ‎Когда все Лисы заняли свои места, Хэйли подняла глаза на электронное табло и гипнотизировала часы, пока до начала матча не осталось десять секунд. Мысленно продолжая обратный отсчет, она устремила взор вперед, за линию нападения «Воронов» и спину их полузащитника, на своего «опекуна». В предпоследнюю секунду его взгляд упал на вратаря, и она представила, как над воротами соперника зажигаются красные лампы и «Лисы» зарабатывают очко. Наконец загудела стартовая сирена, и Дэн сделала первую подачу в игре. ‎ ‎ ‎

***

‎ ‎ ‎К концу первого тайма Лисы были полностью истощены и выжаты. Никки едва успел доплестись до раздевалки, как его начало тошнить от обезвоживания. Эбби отвела беднягу в сторонку и принялась потихоньку отпаивать. Рене с побелевшими губами напряженно застыла посреди комнаты. На перерыв они ушли при счете три — семь, а во втором тайме «Вороны» обновят состав, и надежды отыграться, как в матче против «Троянцев», нет. «Лисов» ждет неминуемое поражение. ‎ ‎Рене открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова. По ее виноватому взгляду Хэйли поняла, что она собирается извиниться. Она впервые видел Рене такой расстроенной, но ведь и в таком ответственном матче они играли в первый раз. Рене закрыла рот, кашлянула и сделала вторую попытку, однако вместо «простите» Хэйли услышал негромкое: ‎ ‎— Ты уверен? ‎ ‎Хэйли ничего не поняла, а Эндрю ответил: ‎ ‎— Да. ‎ ‎— Хорошо, — кивнула Рене. — Прошу меня извинить. ‎ ‎Она вышла и скрылась в женской раздевалке. Дэн хотела побежать за ней, но Вэймак покачал головой и жестом велел ей продолжать растяжку. ‎ ‎— Не трогай ее, — тихо произнес он. — После игры с «Троянцами» она отказывалась вставать на ворота. Мы ее уговорили. — Ваймак сказал «мы», но при этом посмотрел на Эндрю. — Эндрю пообещал, что сможет контролировать разрыв по очкам, если посмотрит со стороны, как они играют. ‎ ‎— Лучше бы вы ее послушали, — вмешался Аарон. — В качестве четвертого защитника она была бы полезнее. Разрыв уже паршивый. ‎ ‎— И кто в этом виноват? — спросил Кевин. ‎ ‎Аарон и Мэтт набычились, но промолчали. Никки прерывисто вздохнул и сказал: ‎ ‎— Как нам их останавливать, если они не бегают с мячом, а только пасуют? ‎ ‎— Оттесняйте их, — настаивал Кевин. — Не пропускайте за линию четвертой четверти, не давайте им наносить скоростные удары. Заставьте их бить издалека, и у Эндрю появится больше шансов отражать мячи. ‎ ‎— План — супер, — с издевкой проговорил Аарон, — только вот они почти такие же резвые, как и ты. Нам за ними просто не угнаться. ‎ ‎— Значит, придумайте что-нибудь! — рыкнул Кевин, и на этом разговор закончился. ‎ ‎Пятнадцатиминутный перерыв пролетел незаметно. ‎ ‎ ‎ ‎

***

‎ ‎ ‎За семнадцать минут до окончания матча счет был восемь — шесть в пользу «Воронов», и они как будто сорвались с цепи. В ответ на третий гол Кевина Ричер его ударил, причем не ограничился одним тычком, а принялся колошматить всерьез. Судьи открыли двери, но обе команды уже сбежались на драку. В потасовке не участвовали только голкиперы; не переступая границ вратарских площадок, они наблюдали за происходящим. Чтобы остановить побоище, потребовались усилия всех шестерых арбитров. Ричер получил красную карточку и был изгнан с поля, Кевин и Мэтт заработали по «горчичнику». ‎ ‎В следующий раз, когда нападающей по фамилии Дженкинс удалось обвести Аарона, она ударила по мячу так, что он отскочил от борта вблизи ворот. Ясно было, что Эндрю доберется до него первым, но Уильямс все равно бросился наперерез. После того как Эндрю вернул мяч в игру, Уильямсу, по идее, следовало развернуться и потрусить на исходную позицию, но вместо этого он на полном ходу врезался в Эндрю и впечатал его в стену. Лампы по периметру ворот вспыхнули красным: это среагировали на вибрацию обманутые датчики. Над стадионом повисла изумленная тишина: нападение на голкипера считалось одним из грубейших нарушений в экси. К тому времени, как болельщики пришли в себя и негодующе взревели, Эндрю уже отпихнул от себя Уильямса. ‎ ‎Хэйли оказалась у ворот быстрее молнии. Она не помнила, как отшвырнула клюшку, лишь в какой-то момент заметила, что обе руки свободны. Упершись ладонями в лопатки Уильямса, она со всей силы его толкнула, стремясь сбить с ног. Дженкинс попыталась удержать напарника, но не смогла, и Уильямс рухнул коленями на паркет. Мэтт поспешил оттащить Хэйли в сторону, пока та не набросилась на Уильямса снова. ‎ ‎— Тихо, тихо! — увещевал он Хэйли, видя, что разгневанные судьи уже приближаются к ним. — Тебе нельзя получать вторую карточку. Нам некем тебя заменить. Защитник я, а не ты, — подчеркнул он, не дав Хэйли открыть рот. — Защищать ворота — моя задача, договорились? ‎ ‎Хэйли не наказали карточкой за неспортивный толчок в спину, но один из арбитров объявил ей строгое предупреждение. Хэйли на это лишь мрачно пробормотала оскорбления на французском, поэтому Мэтт пробормотал извинения и торопливо потащил ее прочь, не дожидаясь, пока судья влепит еще и штраф за неуважение. ‎ ‎Второй тайм близился к концу, и Лисы, хоть и натренированные на долгую игру, быстро теряли остатки сил. Противоборство с командой такого уровня давалось дорогой ценой. ‎ ‎— Им не хватает скорости, — заметил Эндрю. ‎ ‎Поскольку речь могла идти только об Аароне и Мэтте, Хэйли согласилась: ‎ ‎— Знаю. ‎ ‎— Ты устала? — осведомился Эндрю. ‎ ‎Эндрю вовсе не проявлял заботу, и это еще больше сбивало с толку. За всю игру Хэйли не так часто получала мяч, чтобы умориться, но признать это в присутствии стоявшего неподалеку Мэтта просто не могла. ‎ ‎— Пока нет. ‎ ‎— Тогда сделаем так. Мэтт, — позвал Эндрю, и Мэтт мгновенно к нему повернулся. Не убирая руки с клюшки, Эндрю указал пальцем на Хэйли. — Дэн заменит Хэйли, а Хэйли — тебя. ‎ ‎— Чего? — вытаращился Мэтт. ‎ ‎— Ты хромаешь, — констатировал Эндрю. Хэйли, державшая в поле зрения мяч и Воронов, этого даже не заметила и теперь испуганно посмотрел на ногу Мэтта, словно надеялся определить источник боли. — Пользы мне от тебя сейчас ноль. Попроси Эбби наложить тугую повязку. А Хэйли пока придержит этих. ‎ ‎Всю ночь они говорили о том, что скорость — главное слабое место их линии защиты. Хэйли — самый скоростной игрок в первом дивизионе, но как, по мнению Эндрю, это спасет положение? Хэйли могла бы привести кучу аргументов и доказать, что это неудачная идея, но понимала, что не вправе отказывать Эндрю. ‎ ‎— Я начинала играть в экси на позиции защитника, — напомнила она Мэтту. — А в декабре, когда я была у «Воронов», меня ставили «опекуном» Рико. Я знаю его тактику. ‎ ‎— Две недели тренировок — слишком мало. Ты не сможешь противостоять лучшему нападающему лиги. ‎ ‎— Лучший нападающий — это Кевин, — поправила Хэйли, — и чтобы противостоять Рико, не обязательно быть лучшим на свете защитником. Достаточно быть быстрее него, а я быстрее, и мы оба это знаем. Доверься мне и немного передохни. Я не подпущу его к воротам. ‎ ‎— Тренер на это ни за что не согласится, — с сомнением проговорил Мэтт. ‎ ‎— Передай ему, что так надо, — просто сказал Эндрю. ‎ ‎По-видимому, уверенность Эндрю убедила и Мэтта. ‎ ‎— Ты ебанутый, — вполголоса сказала Хэйли Эндрю. ‎ ‎— Не ебанутый, а своеобразный, — отозвался тот. ‎ ‎Хэйли покачала головой и переместилась на свое новое место сбоку от Рико. Морияма перевел взгляд с нее на Дэн, потом посмотрел на Эндрю и опять на Хэйли. Он моментально понял, в чем заключается план «Лисов», и надменно усмехнулся. ‎ ‎— Ты сегодня моя «опекунша», Джоджо? Как в старые добрые? ‎ ‎— Сильно не радуйся, Рико! ‎ ‎— В обороне ты беспомощна, зимой мы в этом убедились. ‎ ‎— Правда ты забываешь, что на стадион я тогда вышла после изнасилования, что из-за бесконечных пыток, которым ты, Рико, подвергал меня , состояние мое с каждым днем ухудшалось все больше. ‎ ‎— А я ведь вспоминаю тебя, Джоджо. Вспоминаю твое тело...я скучаю. ‎ ‎Хэйли стало противно, она внезапно ощутила все его прикосновения на себе. Ей хотелось снять с себя кожу и сжечь её. ‎ ‎— А я думала ты только на свое отражение надрачиваешь. ‎ ‎Рико не успел ничего ответить. Эндрю послал мяч на середину поля, и битва, конец которой мог положить лишь гудок финальной сирены, началась. ‎ ‎Минуты шли, а ему так и не удавалось сделать чистый бросок по воротам. Когда Эндрю отразил очередной удар Рико, тот что-то с ненавистью прорычал в адрес Хэйли, а она рассмеялась ему в лицо, зная, что это еще больше приведет Морияму в бешенство. Нетерпение и злоба Рико лишь придавали Хэйли дополнительную скорость, заставляя забывать о нарастающем жжении в мышцах ног. ‎ ‎Когда она и Рико в тысячный раз грохнулись на паркет, в плече Хэйли что-то щелкнуло, а потом онемело. Боли она не почувствовал, а потому не стала отвлекаться. Она вскочила, успела подобрать мяч прежде Рико и отдала пас Элисон, та перебросила его на Кевина, Кевин сделал передачу на Дэн, Дэн — обратно на Кевина, Кевин забил, и счет стал равным: восемь — восемь. ‎ ‎ ‎ ‎

***

‎ ‎ ‎Хэйли не подозревала, что часы отсчитывают последнюю минуту матча, пока над головой не взревела финальная сирена. Тело, однако, само отозвалось на этот звук и в конце концов взбунтовалось. Хэйли рухнула на колени и едва успела выставить перед собой ладони. Желудок скрутило, но сил не было даже на рвоту. Мышцы, спалившие весь кислород, буквально плавились, при этом каждый вздох вызывал чудовищную боль. Хэйли дышала ртом, часто и мелко, однако это не помогало. ‎ ‎Сирена прогудела снова, и ее сердце остановилось. В ушах зазвенело, но не изнутри, а снаружи: товарищи Хэйли безудержно вопили от изумления и триумфа. Пальцы у Хэйли так тряслись, что расстегнуть ремешок шлема не получалось, но в итоге она все же сорвала шлем с головы и отшвырнула в сторону. Проморгалась, стряхивая с ресниц капли пота, и подняла глаза на табло. ‎ ‎Десять — девять в пользу «Лисов». За полторы секунды до конца матча Кевин забил решающий гол. ‎ ‎Хэйли захотелось улыбнуться, но все, что она сумела, — это перевести взгляд на Рико. ‎ ‎Хэйли сделала глубокий вдох — в груди будто полоснуло ножом. ‎ ‎— Я бы спросила тебя, каково это — быть не первым, а вторым, но подозреваю, ты, никчемный кусок дерьма, знал это всегда, — прохрипела она. ‎ ‎Рико наконец оторвал взгляд от табло. Он уставился на Хэйли, бледный и остолбеневший, а потом вдруг его лицо исказилось омерзительной злобной гримасой. Клюшка взлетела вверх, однако Хэйли не сразу поняла, что Рико замахнулся для удара. ‎ ‎Клюшка Рико была уже совсем близко — Хэйли расслышала свист воздуха между натянутыми струнами сетки, удар пришелся в предплечье Хэйли. Она упала на паркет и закричала. Однако второго удара не последовало, черная клюшка со стуком отлетела на паркет. Эндрю сбил его с ног и начал колошматить по лицу. ‎ ‎Лисы, налетевшие на Хэйли со всех сторон, заслонили фигуру Мориямы. Мэтт попробовал оттащить Эндрю от Рико, но у него не получилось, тогда к нему присоединился Кевин. Вдвоем они кое как заставили Эндрю остановиться. ‎ ‎ Дэн уже была рядом, опустилась на колени и осторожно коснулась плеча Хэйли. ‎ ‎— Эй, эй… всё нормально, я здесь, — быстро проговорила она, оглядываясь на остальных. — Нам нужен врач! ‎ ‎Шум вокруг не стихал — наоборот, нарастал. Кто-то кричал на судей, кто-то пытался удержать Эндрю, кто-то звал медиков. Всё смешалось в один гул, от которого у Хэйли звенело в голове. ‎ ‎— Эндрю… — выдохнула она снова, но на этот раз тише. ‎ ‎Её собственный голос прозвучал чужим. Дэн нахмурилась. ‎ ‎— Он в порядке, слышишь? Всё уже... ‎ ‎— Нет, — Хэйли дернула головой, тут же зажмурившись от резкой боли. — Позовите его. ‎ ‎Она сама не до конца понимала, зачем. Просто… нужно было убедиться. Увидеть. Зацепиться за что-то реальное, кроме боли, шума и расплывающегося света над головой. ‎ ‎Где-то сбоку кто-то резко выругался — кажется, Кевин. Потом глухой звук удара и ещё один. Потом — тишина. Не полная, но другая. Натянутая. ‎ ‎— Отпусти его, Эндрю, — сквозь зубы сказал Мэтт. — Всё, хватит. ‎ ‎— Он её ударил, — спокойно ответил Эндрю. ‎ ‎Спокойно — и от этого становилось только хуже. Хэйли заставила себя открыть глаза. Мир плыл, но она всё же нашла его взглядом. ‎ ‎Эндрю стоял в нескольких метрах — растрёпанный, с чужой кровью на костяшках. Его держали с двух сторон, но он не вырывался. Просто смотрел, прямо на неё. ‎ ‎Хэйли судорожно вдохнула. В груди снова резануло, но на этот раз она не отвернулась. ‎ ‎— Иди… сюда, — прошептала она, почти беззвучно. ‎ ‎Кто-то рядом возмутился, но Эндрю уже сделал шаг. Его отпустили не сразу — сначала Кевин что-то резко сказал, потом Мэтт нехотя разжал руки. ‎ ‎Он опустился рядом на колени, не спрашивая, не трогая. ‎ ‎Хэйли с трудом подняла руку. Пальцы дрожали так, что она едва попала, но всё же ухватилась за край его формы. ‎ ‎— Мы… выиграли? — выдохнула она. ‎ ‎Глупо. Она сама видела табло. Но ей нужно было услышать это от него. ‎ ‎Эндрю смотрел на неё несколько секунд, будто оценивая, стоит ли вообще отвечать. ‎ ‎— Да, — коротко сказал он. ‎ ‎Хэйли закрыла глаза. На этот раз — уже с чем-то похожим на облегчение. И только потом позволила себе провалиться в темноту. ‎