Хроники Вашингтона (D.C. Chronicles)

      Ворота Александрии распахнулись, пропуская внутрь победителей. Ниган шёл первым — вразвалочку, поигрывая битой, которую успел немного вытереть о куртку убитой Дианы. За его спиной шагали десятки вооруженных Спасителей и ехало несколько автомобилей на малом ходу — чтобы сразу грузить в них добычу.       Ниган остановился посреди площади, уперев руки в бока. Обвёл взглядом сбившихся в кучу жителей — бледные, испуганные лица женщин, прижимавших к себе детей, и сжимающих кулаки мужчин, не смеющие шагнуть вперёд. — Ну и хули встали? — голос его разнёсся под серым небом, и несколько человек вздрогнули. — Кто станет для меня персональным гидом сегодня?       Тишина. Только где-то за домами гавкнула собака, да ветер шелестел листвой. Ниган ждал, поигрывая желваками. С каждой секундой его лицо становилось всё мрачнее. — Я повторять не буду, — процедил он сквозь зубы. — Кто из вас, сук, будет показывать мне ваше долбаное поселение?       Никто не выходил. Толпа молчала, опустив глаза. Нигану начало казаться, что сейчас кто-то из этих напуганных кроликов упадёт в обморок от страха. И это его раздражало — не тем, что они боялись, а тем, что медлили.       Он ткнул пальцем в молодого мужчину с перевязанным плечом — тот стоял в первом ряду, стиснув зубы. — Значит, им будешь ты. — Ниган подошёл ближе, разглядывая повязку. — Вижу, ты недавно пулю поймал. Зуб даю, это мои архаровцы постарались. Побудешь со мной ближайший час, чтобы с тобой никто случайно счёты не свёл. Как зовут? — Аарон, — ответил мужчина, опустив взгляд. — Отличное, мать его, имя для начала новой истории. — Ниган широко улыбнулся, обнажив зубы. — Может, у тебя и фамилия — «Ааронсон»?       Из толпы Спасителей, наблюдавшей со стороны, донёсся грубый смешок. Кто-то поддержал, кто-то просто хмыкнул. Аарон медленно покачал головой, всё ещё глядя в землю. — Нет, — выдавил он.       Ниган скривился — не столько от неудовольствия, сколько от скуки. — А, ладно. Что-то у вас лица кислые… — Он обвёл взглядом толпу, задержавшись на нескольких женщинах, которые плакали, прикрывая рты ладонями. — Неужели не понравилось наше с Риком представление перед воротами?       Никто не ответил. Только всхлипы стали громче.       Ниган вздохнул, покачал головой. — Мда. Всё с вами ясно. — Он снова повернулся к Аарону, кивком указал на молодого человека, стоящего рядом с ним. — Эй, ты — ну-ка подойди сюда! — Это Эрик, — тихо сказал Аарон.       Эрик шагнул вперёд, заметно побледнев. Ниган вручил ему биту — с неё всё ещё капала кровь, а на колючей проволоке болтались несколько длинных прямых прядей. Мужчина взял оружие дрожащими руками. — Слушай меня внимательно, Эрик, — Ниган наклонился к его уху, и голос его стал почти ласковым. — Это — моя дорогая Люсиль, и у неё «деликатная ситуация». Видишь ли, у моей ненаглядной месячные, и ей надо помочь. Так что топай к себе домой и приведи её чувство.       Эрик замер, глядя на биту. Кровь капала на его ботинки и на асфальт, стекала по побелевшим пальцам. — Что? — выдохнул он. — Иди домой и помой её хорошенько! — рявкнул Ниган, и Эрик вздрогнул всем телом. — Лучше всего — с зубной щёткой и шампунем, ты понял?! — Да, — прошептал Эрик.       Ниган вальяжно взмахнул рукой: — Свободен.       Эрик развернулся и почти побежал прочь, прижимая биту к груди, как младенца. Ниган проводил его взглядом, довольно хмыкнул, и снова обернулся к жителям. — Чуть не забыл, мои новые друзья. — Он сложил руки на груди, посерьёзнев. — Теперь охрану вашего поселения от мёртвых и живых уёбков будет осуществлять мои Спасители — потому что долбаный Рик Граймс и его команда не умеют ни хуя. Поэтому личное оружие вам не нужно — так что сдайте-ка его сразу. Повторять не буду.       В толпе началось движение. Кто-то застонал, кто-то выругался сквозь зубы. Но первые винтовки уже легли на землю, за ними — дробовики, пистолеты. Спасители собирали оружие, складывали в кузов грузовика.       Ниган наблюдал с одобрением. — Отлично. Вот он, первый шаг на пути к доверию! — Он хлопнул в ладоши, и звук разнёсся по площади. — Во избежание недопонимания советую оставаться здесь — а мои парни немного пошарят у вас по домам.       Никто не спорил. Ниган улыбнулся самой милой улыбкой, на которую был способен. — Молчание — знак согласия, — объявил он.       И тут он услышал плач — тонкий, прерывистый всхлип пробился сквозь тишину. Ниган нахмурился — не потому, что ему было жаль, а потому, что плач нарушал порядок. Он раздвинул толпу, как корабль льды, и вышел к молодому человеку, стоявшему на коленях в грязной луже. — Эй, придурок! — Ниган навис над ним, уперев руки в бока. — Не расстраивайся ты так из-за домашнего хлама — молодой ещё, успеешь новое себе добыть! Для этого теперь деньги не нужны!       Парень продолжал скулить, не поднимая головы.       Ниган обернулся к Аарону: — Чего это он?       Аарон ответил через силу, не глядя ему в глаза: — Ты… только что убил его мать. Это Спенсер.       Ниган замер. На мгновение его лицо стало серьёзным, почти задумчивым. Он подошёл к Спенсеру, присел на корточки, заглянул в заплаканное лицо. — Мне жаль, что до этого дошло, — сказал он тихо, почти искренне. — Соболезную твоей утрате.       А потом поднялся и заорал что есть мочи: — А ну встал, ебаная тряпка! Жопу поднял, сука!       Он влепил Спенсеру хлёсткую злую оплеуху. Голова парня мотнулась, и потрясённый Спенсер вскочил на ноги, утирая слёзы. — Твоя мать мертва, а ты ещё — нет, — Ниган ткнул пальцем ему в грудь. — Радуйся жизни, пока можешь.       Он уже отвернулся, но бросил через плечо: — Эй, Арат — бери этого сосунка и приставь к работе. Пусть наши трофеи к воротам помогает перетаскивать!       Невысокая смуглая женщина с кудрявыми тёмными волосами выскользнула из толпы Спасителей, схватила Спенсера за локоть. — Иди сюда, малыш. Займёмся делом.       Ниган приложил ладонь ко рту и игриво крикнул вслед обоим: — Можешь трахнуть его, разрешаю! Утешь красавчика — у него же горе!       Арат, не оборачиваясь, показала ему средний палец.       Ниган расхохотался — громко, раскатисто, запрокинув голову. — Люблю своего начальника личной охраны, — пояснил он ошалевшему Аарону. — Она такая юмористка.       Спасители уже расходились по домам, вскрывая двери, вытаскивая ящики, срывая замки. Ниган потянулся, разминая плечи, оглядел поселение — аккуратные домики, зелёные лужайки, чистые улицы. — Эх, красота-то какая! — выдохнул он с искренним восхищением. — Заебись тут у вас!       И в этот момент за его спиной раздался тихий, но твёрдый голос: — Вести войну против хороших людей вредно для души. Сейчас это может показаться вам неважным, но на Страшном суде мы все встанем пред Господом, и Он вспомнит всё.       Нигана пробила невольная дрожь. Он резко обернулся.       Перед ним стоял темнокожий священник в чёрной одежде. Голова выбрита, одного уха нет, всё лицо в шрамах. Нигану показалось на секунду, что он видит призрака — настолько неожиданным было это явление. — Иисус, блядь, на палке! — воскликнул он, отступая на шаг. — Не подкрадывайся так сзади — меня чуть удар не хватил!       Священник невозмутимо смотрел на него. Без страха и вызова — просто смотрел. — Габриэль, — представил его Аарон. — Он наш проповедник. — Мне он не нравится, — жёстко сказал Ниган. — На колени, святоша!       Габриэль спокойно попытался опуститься на одно колено. Ниган поторопил его новой оплеухой. — На оба колена, сука!       Габриэль рухнул на асфальт, и Ниган только тогда заметил, что одна нога у священника — протез. Деревяшка предательски вылезла из-под штанины, стукнувшись о землю. — Твою ж мать… — Ниган присвистнул, искренне удивлённый. — Это кто тебя так покромсал? — Я упал в тёмную пропасть, и вокруг меня горело пламя… — Габриэль приподнялся на локтях, не отводя взгляда. — Но Господь не оставил меня. Оставил мне жизнь — чтобы я помогал этим добрым людям. — Бог… — протянул Ниган, смакуя слово, — он давно умер. Теперь здесь правит только это.       Он ткнул кулаком под нос Габриэлю. Священник не дёрнулся.       Габриэль поднялся, опираясь на плечо Аарона, отряхнул рясу и холодно произнёс: — Одно дело простить пощёчину по щеке, но оскорбление Господа просит… нет, оно требует исправления грешника.       Ниган расхохотался — от души, до слёз. — Ух ты, мне здесь нравится всё больше и больше! — Он вытер выступившую слезу. — Ну и как ты себе это представляешь, святоша?       Габриэль выдержал его взгляд. — Люби грешника, ненавидь грех. Для многих из нас дорога трудна — но всегда есть путь, чтобы мы могли идти, сколько бы раз ни пришлось упасть.       Ниган хмыкнул, перестав смеяться. На секунду — всего на секунду — в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение. Или на скуку. — Ладно, хватит с меня философии на сегодня, — сказал он, отворачиваясь. — Когда захочу исповедаться — я к тебе загляну на огонёк. А пока что… — он махнул рукой Аарону, — показывай дорогу!       Аарон кивнул и пошёл вперёд, указывая путь. Ниган последовал за ним, насвистывая на ходу какую-то веселую мелодию.       Спасители уже рыскали по домам, вынося ящики с припасами, мебель, инструменты. Жители стояли, опустив головы; дети плакали, прижавшись к матерям.       Экскурсия началась.

***

      Ниган шёл по улице Александрии, заложив руки за спину, и вертел головой, как турист в первый раз попавший за границу. Дома — аккуратные, с крылечками, цветочные горшки на окнах, аккуратно подстриженные газоны. Он остановился, уперев руки в бока. — Вот это я понимаю — сервис! — восхищённо протянул он. — Чистота, порядок, никакого хлама. А главное — забор, от которого у любого уёбка слюни потекут. Прямо курорт, а не поселение.       Аарон шёл чуть впереди, указывая дорогу, и молчал. За спиной Нигана лениво переговаривались телохранители. — Ну и как ты тут жил, Аарон? — Ниган хлопнул его по здоровому плечу. — Неужели не надоело? Стены, забор, никакой тебе адреналина. Скукотища. — Я был… рекрутером и разведчиком. Много времени провёл за стенами, чтобы найти новых жителей для общины и припасы для всех, — тихо ответил Аарон. — Поздравляю — ты хорошо поработал! Потому что мы вас нашли — и теперь эти припасы и жители будут работать на Спасителей! Как же ты раньше на нас не вышел? Мы всегда рады новичкам! — усмехнулся Ниган, разведя руки в стороны. — Видно, плохо искал, — опустив взор, глухо ответил Аарон.       За поворотом послышались глухие удары и приглушённые стоны. Ниган ускорил шаг и увидел картину: на газоне корчился мужчина с усами, которого пинали трое Спасителей. Четвёртый держал за плечи темноволосого парня лет пятнадцати, не давая ему броситься к отцу. — Что это за самоуправство, ебаный в рот?! — рявкнул Ниган, и удары мгновенно прекратились. — Коннор — отвечай!       Один из спасителей, мужик лет сорока с потертой матерчатой курткой и ирокезом на голове, виновато опустил руки. — Этот говнюк пытался незаметно улизнуть, чтобы пистолет припрятать, — доложил он, кивая в сторону распластанного мужчины. — Вот, урок ему преподаём. Чтобы неповадно было. — Так же нельзя! Николасу больно! — в сердцах воскликнул Аарон.       Ниган медленно повернул голову. Его взгляд застыл на Аароне, и тот невольно сделал шаг назад. — Только я решаю, что тут можно и нельзя, — зловеще произнёс Ниган, выделяя каждое слово. — Ты понял, экскурсовод?       Аарон сглотнул и опустил глаза. — Хватит, — лениво бросил Ниган своим бойцам.       Спасители расступились. Парнишка бросился к отцу, обнял его за шею. — Ничего, Майки… — прохрипел мужчина, поднимаясь на локтях. — Я в порядке.       Ниган присел на корточки рядом, заглянул ему в лицо. — Нет, Ник Офферман — ты нихуя не в порядке. — Он постучал пальцем по усыпанной ссадинами щеке. — Заруби себе на носу, мужик: теперь всё, что у тебя есть — моё. И этот гребаный пистолет — тоже мой.       Николас шумно выдохнул, но промолчал. — Николас всё понял, — подал голос Аарон. — От него не будет проблем. — Ну не знаю! — Ниган театрально задумался, почесал затылок пятерней. — Человек отрастил усы, будто у нас восьмидесятые на дворе! Может, он и про пистолет забыл по старой памяти?       Он хлопнул Николаса по плечу и поднялся, сразу став серьёзным. — А если серьёзно, мудень… Будешь что-то замышлять против Спасителей — я твоего парнишку с собой заберу. — Он кивнул на Майки, который прижался к отцу. — Будет он у нас в Святилище полы драить, постигая суровую правду жизни. Ты понял?       Николас побледнел, прижал сына к себе и закивал, закивал часто-часто. — Да-да, я всё понял… — То-то же! — Ниган удовлетворённо кивнул и развернулся к Аарону. — Веди нас, Аарон! Веди нас, герой!       Он пропел последнюю фразу нараспев, и телохранители за его спиной заржали.       За Ниганом, как тени, следовали его личные «ангелы».       Впереди всех, широко расставляя ноги, топал Джон — здоровенный афроамериканец, у которого вместо одного глаза зиял чёрный провал. Он нёс за спиной на широком ремне тяжелый щит полицейского спецназа, и каждые несколько секунд поправлял ленту, чтобы тот не болтался. — Эй, Джон, — окликнул его Ниган, не оборачиваясь. — Ты так и не научился ходить, не задевая косяки? — Я не задеваю, босс, — обиженно прогудел великан. — Это они сами узкие… — Ага, — фыркнул рядом плюгавый мужичок с козлиной драной бородкой. — Как твоя башка в прошлый раз, когда в дверь не влезла.       Майлз хихикнул, поправляя обрез в большой кобуре на бедре. — Заткнись, Майлз, — лениво бросил Ниган. — А то в следующий раз пошлю тебя впереди разведчиков Дуайта как живую мишень. — Да я, босс, это… я же шучу, вы знаете, — Майлз приосанился, попытался изобразить серьёзное лицо, но не сдержал ухмылки.       Сзади, чуть поодаль, шёл низкорослый азиат, прятавший лицо под низко натянутым капюшоном. На плече у него висело однозарядное ружьё-гранатомёт, которое он то и дело ласково поглаживал, как любимую женщину. — Нах, ты сегодня тихий, — окликнул его Ниган. — Нгуен, — поправил тот без надежды. — Слишком длинное имя. Лучше скажи, вьетконговец — сколько у тебя гранат? — Две, — лаконично ответил Нгуен. — Две?! — Ниган даже остановился. — А где остальные? — Вы сами отобрали, сэр. Сказали: «Нехуй зря жечь боеприпас».       Ниган расхохотался, и охрана поддержала его смехом. — Ладно, держи остальные при себе. Но если я увижу, что ты опять по голубям стреляешь, — пеняй на себя.       Нгуен кивнул и снова замолчал.       Аарон привёл их к зданию с железной дверью. — Здесь у нас склад и арсенал, — сказал он. — Ну, открывай, — Ниган кивнул.       Дверь отворилась, и они вошли внутрь. Навстречу вышла полная женщина с перепуганным лицом. — Это Оливия, — представил Аарон. — Она отвечает за распределение припасов.       Оливия побледнела, увидев вооружённых людей, и попятилась. — Без паники, дорогуша, — Ниган улыбнулся самой располагающей улыбкой. — Тебя тут никто не тронет! Если будешь послушной девочкой, конечно же.       Он прошёлся по складу, заглядывая в ящики, перебирая банки с консервами, мешки с мукой. — Нормально запаслись, — одобрил он. — Прямо продуктовый магазин. Но меня сегодня не интересует ваша еда — показывай, что там у вас в оружейке!       Она дрожащими руками открыла обитую стальным листом дверь в арсенал. Ниган зашёл внутрь и присвистнул. — Да, нихуево вы успели затариться. — Он провёл рукой по стволам автоматов, заглянул в ящики с патронами. — Пожалуй, мы это заберём. А то вы, придурки, опять в войнушку решите поиграть.       Он кивнул своим, и те начали выгружать оружие на улицу, складывая в кучу. Через несколько минут Ниган поднял руку. — Ладно, хватит. — Он оглядел оставшееся — примерно четверть от того, что было. — Оставляю вам немножко для самообороны. Это всё ради тебя, «пышечка».       Он подмигнул Оливии, которая стояла ни жива ни мертва, прижимая руки к груди. — И не вздумай прятать, — добавил он, уже на выходе. — Я запомнил, сколько тут было. Если что — пеняй на себя. — Теперь веди меня в больницу, — потребовал Ниган. — Интересно, у вас там такие же хоромы, как и везде.       Аарон послушно повёл их к белому одноэтажному зданию с красным крестом над дверью. Ниган вошёл внутрь и снова присвистнул: чистота, стерильный запах, новенькое оборудование. В кабинетах чего только не было — рентгеновский аппарат, хирургический стол, шкафы с медикаментами, палаты для больных. — Мать честная, — он покачал головой. — Да у вас тут лучше, чем в профсоюзном санатории. Пожалуй, сделаю всё-таки себе медицинскую страховку — хотя бы зубы у вас вылечу.       Из кабинета вышли двое в белых халатах: угрюмый мужик размером с медведя и молодая женщина с собранными в пучок на затылке волнистыми волосами и жёстким взглядом за большими очками. — А вы еще кто такие? — спросила женщина, окинув Нигана презрительным взглядом. — Дениз, не надо… — попытался остановить её Аарон.       Ниган только усмехнулся: — Почему же? Пусть злая докторша продолжает…       Её коллега дернул женщину за рукав — да так, что халат жалобно затрещал: — Замолкни, дура.       Дениз в ответ посмотрела на мужика почти с такой же яростью, как и на Нигана.       Ниган удовлетворенно расхохотался: — Я гляжу, вы двое просто терпеть друг друга не можете. Вы, часом, не одна пара?       Доктора переглянулись — и разом дружно ответили, прожигая друг друга взглядами: — Нет!       Аарон неловко кашлянул, стараясь перевести разговор в более безопасное русло: — Хирург Пит Андерсон и стоматолог Дениз Клойд, — представил он обоих.       Ниган широко улыбнулся обоим: — Великолепно. Врачи — самые полезные люди в наше время. Доктор Хаус, мисс Зубная Фея — я Ниган, рад знакомству. Надеюсь, на стол к хирургу я попаду не скоро — а вот стоматологический кабинет обязательно надо посетить в следующий раз. Готовь обезболивающее, дорогуша — хочу такую же улыбку, как у Джулии Робертс!       Рыжеволосая помощница Нигана уже заглянула в шкафчики, перебирая ампулы и блистеры. — Антибиотики заберём для наших раненых, Пола, — приказал он женщине, начавшей обыск. — Бери всё до последнего. — Но вы же говорили про половину запасов…— начала было Дениз.       Ниган резко повернулся к ней, приблизился почти вплотную. — Слушай, дорогуша, — его голос стал тихим и опасным. — Я могу и врачей забрать с собой. Как тебе такая работа — в Святилище, на Нигана?       Дениз нервно сглотнула, но промолчала. — То-то же, — Ниган выпрямился и похлопал её по плечу. — Умная девочка. Лечите своих, но в пределах разумного. А антибиотики — мои.       Он пошел из больницы, довольно улыбаясь. — Ну что, Аарон? Куда дальше? Показывай, где живёт твой дружок Рик.

***

      Дом Рика оказался пустым и унылым. Ниган прошёлся по комнатам, заглянул в шкафы, приподнял матрас на кровати, заглянул под кровать — ничего ценного. Пыль, пустота — да запах старой куртки и давно немытой после кофе кружки. — Сразу понятно, чей дом — у такого, как Рик, нихуя нет! — резюмировал Ниган, брезгливо вытирая пальцы о куртку. — Даже занавески нормальной не повесил. Стыдоба.       Он вышел на крыльцо, окинул взглядом соседние дома, ткнул битой в сторону белого домика с зелёными ставнями. — А туда кто ходит? — Андреа и Мишонн, — ответил Аарон. — Они живут вместе. — Две женщины? — Ниган усмехнулся. — Интересно, как они делят территорию. Ладно, зайдём, посмотрим.       Ниган толкнул дверь без стука, шагнул внутрь и остановился. Дальше по коридору посреди гостиной стояла молодая женщина во всём чёрном — бледная, с красными глазами. На руках она держала маленький свёрток, из которого выглядывало крошечное личико.       Майлз, прошмыгнувший следом, сразу приосанился, сложил губы трубочкой: — Ого, босс, какая цыпочка! Даже в трауре огонь. Может, сорвём этот цветочек? — А ну заткнулся нахуй, — лениво, но с металлом в голосе приказал Ниган. — Вы все — съебали на улицу.       Телохранители мигом заткнулись. Джон, крякнув, развернулся и вышел первым, едва не сломав косяк плечом. Майлз попятился, испуганно моргая. Нгуен просто растворился в дверях, бесшумно, как тень. Аарон попытался остаться — может, из чувства долга, а может, из страха за Мэгги. — А тебе что, блядь — особое приглашение надо? — рявкнул Ниган, сверкнув глазами. — Пиздуй отсюда, кому сказал!       Аарон побледнел и вышел, притворив за собой дверь.       Ниган остался в комнате один с Мэгги. Женщина смотрела на него, как кролик на удава. Ребёнок на её руках не плакал — только таращился темными глазёнками.       Ниган нарочито медленно, смакуя её страх, подошёл к дивану. Остановился в двух шагах, чуть свысока заглянул в лицо женщине. — Да, ты красивая, — сказал он, и в голосе его не было похоти — только холодная, почти оскорбительная констатация факта. — Но я тебя и пальцем не трону. И никто из Спасителей, если ему дорога его никчемная жизнь — тоже.       Мэгги выдохнула — так громко, что Ниган услышал. Её плечи чуть опустились, но ребёнка она не выпустила.       Ниган выпрямился, разглядывая картину: молодая вдова в чёрном, младенец, тихая комната, скорбь. — Боже, какая трогательная картина! — он усмехнулся своей ухмылкой. — Почти как Мадонна у Микеланджело… или это был Рафаэль? Вечно путаю этих макаронников.       Мэгги молчала. Только губы её дрожали. — Это чья малютка — твоя, что ли? — Ниган кивнул на свёрток. — Андреа… — едва слышно выдавила Мэгги. — …она за воротами… — Это кто? — Ниган притворно задумался, почесал подбородок. — Нет, я догадываюсь, что это не чёрная фурия — но там ещё аж три кандидатуры на роль матери-героини. Малышка Тако, лесбиянка или блонда? — Последняя, — прошептала Мэгги, вжимаясь в диван. — Буду знать, — Ниган двумя пальцами изобразил «козу» перед лицом младенца, шутливо погрозил. — Не бойся, мелкая, я не кусаю. Только больших.       Он отступил на шаг. — Спасибо за информацию, милая. А отец кто? Небось, Рик заделал? — Он умер, — выдохнула Мэгги, и голос её дрогнул.       Ниган на секунду перестал улыбаться. Посмотрел на Мэгги — на её траурный наряд, на чёрную повязку на рукаве, на поблёкшие глаза. — Будем надеяться, что малышка не останется полной сиротой, — сказал он, уже без усмешки. — А с таким руководством, как у вас, это легко может произойти.       Он отвернулся и тут заметил на стене катану в ножнах — чуть изогнутую, с тускло блестящей рукоятью. — Ого, нихуя себе! — Ниган присвистнул и подошёл поближе, разглядывая оружие. — Оказывается, наша мать-героиня — ещё и самурай на полставки?! — Это Мишонн… — снова подала голос Мэгги. — …её темнокожей подруги. — Ах, какой же у вас тут классный зверинец, милая! — Ниган повернулся к ней, скалясь во все зубы. — Каждой твари по паре — и однорукий Терминатор, и рыжий мудак, и одноногий проповедник… теперь ещё и Мать-одиночка с Чёрной Мамбой в комплекте! Жду не дождусь, когда мы узнаем друг друга получше!       Мэгги с трудом сдерживала слёзы. Ниган видел, как дрожат её пальцы, сжимающие край одеяльца — в девушке боролись ярость, страх и отчаяние.       Он наконец обратил внимание на её траурный наряд — чёрное платье, чёрные бусы, чёрная лента в волосах. Прищурился. — Что, тоже мужа похоронила? — Он не ждал ответа. — Дай угадаю: один мудак по имени Рик решил, что он тут царь и бог, и напал на тех, кто протянул ему руку дружбы? А потом вдруг выяснилось, что Рик нихуя не шарит в делах, и умеет только людей на тот свет отправлять в промышленных масштабах?       Мэгги не сдержалась. Она бережно положила Эми в колыбельку, прикрыла одеяльцем и бухнулась на диван, закрыв лицо руками. Плечи её затряслись, из груди вырвался сдавленный, душераздирающий всхлип.       Ниган молча смотрел, как она плачет. На лице его мелькнуло что-то — может быть, тень сожаления, может быть, усталость. — Мне жаль, — сказал он тише, чем обычно. — Я понимаю, что такое потерять любимого человека. Эта боль… она с тобой навсегда.       Он помолчал, давая словам осесть в её сознании. — Но только от тебя зависит, что делать после. Молча сдаться, лечь и умереть… или сцепить зубы и бороться дальше, назло смерти. Я выбрал второе. — Он выпрямился, и голос его снова обрёл былую твёрдость. — И поэтому я — Ниган. Я всегда побеждаю. А вы… вы просто кучка плаксивых ссыкунов.       Мэгги подняла голову. Слёзы ещё текли по её щекам, но в глазах — Ниган отчётливо это видел — зажглось что-то новое. Не страх или отчаяние — ненависть. Глубокая, холодная, как колодезная вода.       Нигану стало слегка не по себе — будто бы эта девчушка может в будущем стать для него проблемой.       И в этот момент с соседней улицы донёсся выстрел, потом еще один; следом раздались злые крики. — Какого хуя теперь происходит? — рявкнул Ниган, разворачиваясь.       Он бросился к двери. Снаружи заорал Майлз: «Босс, там какой-то пёс!» — Какой, нахуй, пёс?! — заорал Ниган в ответ, вылетая на крыльцо.       Он даже не оглянулся на Мэгги — а она смотрела ему вслед, и в её глазах уже была не паника — а память о Гленне, и клятва, которую она только что дала себе.       Эта женщина запомнила всё.

***

      Шум выстрелов привёл Нигана на соседнюю улицу. Там у крыльца какого-то дома, разворачивалась немноголюдная, но напряжённая сцена. Двое Спасителей стояли, вжавшись спинами в стену сарая, и смотрели в дуло револьвера, который сжимал парнишка лет тринадцати в ковбойской шляпе и с повязкой на одном глазу. За его спиной, чуть поодаль, замерла светловолосая девочка чуть помладше — бледная и испуганная, но не ревущая. Её пальцы вцепились в край куртки паренька, будто она хотела удержать его… или, наоборот, искала защиты. — А ну отойди! — угрожающе прорычал один из Спасителей, но парень не опускал оружия. Ниган подошёл ближе, хмуро оглядывая картину. — Что тут, блядь, за ебаная нахуй поебень случилась? — спросил он раздражённо, уперев руки в бока.       Спасители заговорили наперебой: — Босс, этот малолетка на нас ствол наставил! — Мы ничего не делали, он сам накинулся… — Заткнулись оба, — оборвал их Ниган и перевёл взгляд на девочку. — Одноглазого шерифа пока не спрашиваю. А вы что скажете, юная леди?       Девочка молчала. Её челюсти были плотно сжаты, в глазах застыл животный испуг, она не отводила взгляда от его «спасителей». — Кажется, понятно, — холодно заключил Ниган и снова повернулся к парню. — Одноглазый Вилли, вам слово. — Они начали приставать к моему другу. К Синтии, — процедил парень сквозь зубы, не опуская револьвера. — А, ну я так и думал! — Ниган всплеснул руками, затем медленно перевёл взгляд на своих подчинённых. Теперь взгляд был ледяным, не предвещающим ничего хорошего. — Вы же понимаете, что вам двоим — пиздец, когда вернёмся? — спросил он тихо, но так, что мурашки побежали по спинам. — Дома в Святилище мы это обсудим подробнее, педофилы чёртовы.       Спасители побледнели. Один из них, тот, что стоял ближе, рухнул на колени, второй последовал его примеру. Они забормотали, поползли к ногам Нигана, пытаясь поцеловать его ботинки. — Босс, умоляем, мы не хотели! — Просто пошутили, босс! Ничего же не случилось! — Извиняйтесь перед ними, — холодно приказал Ниган, кивнув на детей. — Быстро.       Спасители замерли, не понимая, как это — извиняться перед каким-то пацаном и девчонкой. Ниган терпеливо ждал несколько секунд, потом молча поднял с земли монтировку одного из своих людей. Провёл пальцем по краю, проверяя остроту. — Ну? — только спросил он.       Спасители заговорили оба сразу, кланяясь, заикаясь: — Простите! Мы больше не будем! Не хотели вас обидеть! — Всё, хватит, — Ниган устало махнул рукой, отворачиваясь. — Вечером ещё поговорим, ублюдки.       Телохранители, следившие за сценой со стороны, угрюмо переглянулись. Майлз открыл было рот — но Ниган бросил на него такой взгляд, что тот тут же заткнулся.       Ниган подошёл к детям, остановился в паре шагов от парня, который наконец опустил оружие. — С этими ебаными… — Ниган запнулся, покосился на девочку и исправился, — пардон, чертовыми животными приходится постоянно быть начеку. Я надеюсь, этого больше не повторится.       Парень все ещё держал револьвер в одной руке и смотрел на него исподлобья, сжав зубы. — Ну же, пацан — улыбнись, что ли. — Ниган склонил голову, изобразив дружелюбие. — Я тебя и твою подругу от неприятных минут избавил, как-никак. — Ты этих людей сюда и привёл, — сухо ответил парень. — За что благодарить тебя? За то, что твои люди убили моего друга Гленна?       Ниган замер на секунду, потом усмехнулся — не зло, даже с некоторым уважением. — А у тебя большие яйца, парень. — Он присвистнул. — Я даже завидую твоей будущей жене — таким крутые парни нынче редкость. Как тебя зовут? — Карл Граймс, — выдохнул мальчик, наконец-то убирая револьвер в кобуру.       Ниган стал серьёзнее. Оглядел мальчишку внимательнее — его белую повязку, крутой револьвер в кобуре, сжатые кулаки. Кивнул, будто что-то подтвердив для себя. — Ясно. Вот ты в кого пошёл.       Он уже хотел что-то добавить, но вдруг заметил, что девочка замерла, перестала дышать и смотрит куда-то за его спину. Её лицо побледнело ещё сильнее, но в глазах появился не страх — удивление, почти восторг.       Ниган медленно — очень медленно, чувствуя себя героем дешёвого хоррора — повернул шею. И увидел чёрного кота — тот сидел на карнизе окна, метрах в двух, и мило умывался лапкой, начисто игнорируя происходящее. — А, так это ты — причина всех неудач Рика Граймса, да? — усмехнулся Ниган, расслабляясь. — Мистер Байти, не смей убегать… — прошептала девочка.       Ниган хмыкнул, протянул руку — то ли погладить, то ли схватить за шкирку. Кот перестал умываться, уставился на него жёлтыми глазищами. И вдруг зашипел — по-настоящему, сжавшись для броска и выпустив когти. — Не понял, комок шерсти? — Ниган отдёрнул руку — а потом, осерчав, полез снова.       Кот нанёс молниеносный удар. Багровые царапины вздулись на тыльной стороне ладони, выступила кровь. — Ах ты ж мелкий…! — заорал Ниган.       Он выхватил из кобуры Карла револьвер — пацан даже не успел дёрнуться — и выстрелил в наглую тварь. Но поздно — кот уже спрыгнул с карниза и заметался по двору, великолепными прыжками уходя от пуль. — Ненавижу, блядь, котов! Ненавижу! — рычал Ниган, паля в бегущую тень.       И тут девочка бросилась вперёд, схватила Нигана за руку, что держала револьвер — и повисла на ней всем телом. — Не трогайте кота! — яростно закричала она.       Ниган замер. Не от испуга — от чистого, неподдельного изумления. Патроны в барабане кончились, револьвер щёлкнул пару раз впустую. Он резко отдернул руку, уронил бесполезный револьвер на траву и посмотрел на девочку. Та тяжело дышала, но не отступала. — Ты… ты посмела кинуться на меня, соплячка? — выдохнул Ниган в легком шоке.       Карл сделал шаг вперёд, загораживая девочку собой. Ниган перевёл взгляд с одного на другую, и вдруг — расхохотался. — Хах. Надо же, какая вы храбрая, маленькая мисс… Или дура — чуть не сдохла из-за котяры!       Он зло сплюнул на револьвер, который ему не помог. — Его зовут мистер Байти! — выпалила девочка, всё ещё дрожа. — Да? — Ниган оскалился. — Знал бы это — ни за что бы не притронулся к этому шерстяному дьяволу.       Он сунул оцарапанную руку в карман куртки, поморщился. Взглянул на Карла, который сжимал кулаки, готовый к новому нападению. — Расслабься, ковбой — с твоей принцессой ничего не случится за её выходку. Я бы даже извинился — если бы не эта сраная царапина. — Он снова достал руку и глянул на кровь на пальцах. — Радуйтесь, что никто за это не ответит. Я сегодня слишком в хорошем настроении, чтобы ещё кому-то разбить черепушку. Даже если это кот.       Он развернулся, махнул своим — и зашагал прочь, не оглядываясь. — До встречи, детишки, — бросил он через плечо.       Карл и Синтия остались стоять у крыльца. Синтия прижалась к нему, всё ещё глядя на угол дома, где скрылся кот. Карл, сунув револьвер в кобуру, обнял её — по-подростковому неловко, но крепко. — Мерзкий дядька, — услышал Ниган шепот девчонки. — Угу, — ответил Карл.       Ниган, уже на полпути к воротам, всё же оглянулся. Посмотрел на детей, на угол дома — и выругался сквозь зубы. Рука саднила, в кармане куртки набухала кровь. Джон, флегматично топавший рядом, молча протянул платок. Ниган взял, обмотал ладонь. — Болит, босс? — спросил Майлз, не удержавшись от ехидства. — Хочешь проверить? Щас, только Люсиль верну — и тоже тебя царапну! — огрызнулся Ниган, и Майлз предусмотрительно замолчал.       Они двинулись к центру поселения, оставляя за спиной тишину и чёрного кота — тот уже сидел на крыше, глядя им вслед золотыми глазищами.

***

      Пока Ниган гулял по Александрии, Спасители работали. У ворот выросла гора ящиков и мешков — оружие, патроны, лекарства, инструменты. Несколько человек грузили добро в кузова грузовиков. Военный грузовик команды Рика, на котором те приехали к Святилищу, спасители тоже реквизировали — теперь он стоял в хвосте колонны, сверкая свежими опознавательными знаками на бортах.       Ниган вернулся к воротам, остановился, оглядывая результаты работы. Подошёл Аарон, опустив голову. — Всё, гид, — Ниган хлопнул его по плечу. — Можешь проваливать. Наша турфирма «Спасители» уже за все заплатила, чаевых не будет.       Аарон тяжело кивнул, сделал шаг, но Ниган вдруг замер, поднял палец. — Погоди-ка… — Он сощурился, изобразил глубокую задумчивость. — Мне кажется, или я что-то забыл?       Аарон побледнел — он всё понял. — Эрик! — выдохнул он.       Из-за угла, с поникшей головой, брёл Эрик. В руках он нёс Люсиль — бита сверкала в лучах солнца, проволока блестела, на деревянной рукоятке не было ни пятнышка.       Ниган бережно забрал своё сокровище, поднёс к лицу, с упоением втянул аромат. — Это что такое? — спросил он, принюхиваясь. — Средство для посуды с лимоном, — глухо ответил Эрик.       Ниган нахмурился, медленно опустил биту. — Не понял… — Его голос стал тихим и опасным. — Я же ясно сказал — шампунь! Ты свою девочку в ванной что, тоже средством для мытья посуды ублажаешь?       Аарон нервно закашлялся, прикрывая рот кулаком. Эрик быстро глянул на него и покраснел. — Ах ты ж… — Ниган вдруг резко замахнулся битой, целясь в голову Эрика. — Нет! — Аарон бросился вперёд, закрывая партнёра собой — и зажмурился, ожидая удара.       Ниган опустил Люсиль и расхохотался. — Хах! Я так и думал. — Он похлопал Аарона по щеке. — Как говорят в армии: «Нет лучше влагалища, чем очко товарища!»       Охрана за его спиной заржала — Джон закашлялся, пытаясь скрыть смех, Майлз схватился за живот, а Нгуен просто покачал головой, не меняя выражения лица. Даже Арат, стоявшая у ворот, усмехнулась уголком губ. — Ладно, любители пощекотать очко — прощаю на первый раз, — Ниган выпрямился, вальяжно поигрывая битой. — От вас хотя бы есть толк, в отличие от тех уёбков за стеной, что до сих пор стоят на коленях.       Он вдруг снова нахмурился, подозрительно глядя на Эрика. — Ты был добр с ней? — спросил Ниган, поглаживая Люсиль. — Ты был с ней нежен, с моей малышкой? У твоего хахаля есть повод для ревности? — Что? Я не… — Эрик окончательно запутался.       Ниган продолжил строгим тоном, нахмурив брови: — Ты обращался с ней, как с леди? Ты лизал ей киску, как настоящей леди?       Аарон покраснел до корней волос. Он уже понял — Ниган не просто шутит, он целенаправленно унижает их перед всеми. Но спорить было нельзя.       Эрик зажмурился, набрал в грудь воздуха и ответил, стараясь, чтобы голос не дрожал: — Да. И Люсиль понравилось. Она просила ещё.       Ниган изобразил оскорблённую невинность, поджал губы, нахмурился — а потом расхохотался, запрокинув голову. — Да не пизди! У бейсбольной биты нет киски!       Спасители заржали снова — Майлз даже сплюнул от смеха.       Когда хохот стих, Ниган взмахами биты указал на Аарона и Эрика по очереди: — А вы двое — забавные, почти как в «Горбатой горе». — Он снова усмехнулся. — Я не осуждаю, если что — просто ни за что не променяю тёплую, мокрую от желания пиздёнку на сухое, как трёхлетний сухарь, очко! — Бывайте, ихтиандры хуевы! — Майлз напоследок раскланялся местным — да так низко, что чуть не упал. — Бон аппети, ёпта!       Ниган развернулся и зашагал к воротам, оставляя их стоять с поникшими головами.

***

      У ворот Александрии всё было готово к отъезду. Тело Дианы, накрытое брезентом, лежало в стороне — никто не решился его убирать. Охрана Дуайта и Лауры держала пленников на коленях — их уже развязали, но всё ещё не позволяли уйти.       Рик, Дэрил, Абрахам, Мишонн, Андреа, Кэрол, Розита — все стояли на коленях в грязи, опустив головы. Они не плакали — слёзы кончились, но настрой четко показывали бледные лица и пустые глаза.       Ниган подошёл к Дуайту. — Кто посмел? — спросил он, кивнув на накрытое тело Дианы.       Дуайт ответил тихо, но твёрдо: — Лаура. После моего приказа.       Ниган посмотрел на Лауру, стоявшую поодаль. Та не отвела взгляд, упрямо расправив плечи. — Молодцы, — сказал Ниган, и в его голосе не было насмешки. — Женщина заслужила… в отличие от этих.       Он презрительно скривился, глядя на Рика, Абрахама и Дэрила.       Арат, его начальник личной охраны, доложила: — Все на месте. Мы готовы отправляться. — Отлично. — Ниган кивнул своим. — Залезайте в грузовик, бандиты. Едем домой.       Телохранители тоже потянулись к машинам. Майлз, проходя мимо, плюнул в сторону пленников. Джон, крякнув, подсадил Нгуена, а потом тяжело завалился в кузов вместе со щитом.       Ниган остался стоять один перед строем униженных героев. Обвёл их долгим взглядом — как охотник, рассматривающий трофеи. — Даже жаль вас покидать — дорогие мои, несчастные вы мои ублюдки, — сказал он, и в голосе его сквозило наигранное сожаление. — Может, и стоило бы кого-то из вас забрать с собой как особо ценный приз — но мне не нужны проблемы в Святилище. И без того там дерьма хватает. Нет. Вы куда полезнее будете здесь — добывая для меня всякое дерьмо день за днём.       Он сделал паузу, чтобы дошло до каждого. — А что касается вас… я многое о вас узнал, друзья. Что у нашего шерифа, ставшего теперь мэром этого маленького городка, есть одноглазый сынок — между прочим, с характером покруче, чем у папаши. — Ниган кивнул в сторону Карла на валу у ворот. — Что он охраняет помешавшуюся на котах девчонку — и её приёмные родители стоят передо мной на коленях.       Синтия прижалась к Карлу, но не отвела взгляда. — Я узнал про чернокожего самурая и немолодую мамочку, которая в одиночку воспитывает ребёнка. — Ниган перевёл взгляд на Мишонн и Андреа. — Пока что я не знаю, где слабость у рыжего вояки и местной Сальмы Хайек… — он кивнул на Абрахама и Розиту, — но я обязательно это выясню в следующий раз. А если нет — со мной поделится местными сплетнями моя дорогая жена.       Ниган оскалился. — Вы же ещё не забыли Регину? Может, в следующий раз она приедет вместе со мной. И мы выясним про вас всё… я думаю, вы прекрасно понимаете — зачем.       Он подошёл к Рику и сел на корточки, положив биту на колени. — Ну вот видишь, Рик — всё прошло гладко. Мы взяли всего лишь ваши пушки с патронами и немного лекарств, еду не трогали. Мы даже никого не убили — представляешь себе? — Ниган усмехнулся. — Так что советую подумать ближайшие две недели — и собрать мне побольше припасов. Тогда со временем мы станем партнёрами.       Он снова схватил Рика за подбородок, заставил повернуть голову к телу Дианы. — Смотри у меня, Рик — чтобы к следующему моему визиту отгрохали ей могилку по высшему разряду, чтобы издалека видать было! Приеду — лично проверю!       Рик молчал — глаза его были красными, но сухими. Наконец, он выдохнул: — Сделаю.       Ниган отпустил его, выпрямился. Ещё раз окинул взглядом пленников — и победно улыбнулся до ушей. — Ну а пока что — чао!       Он развернулся и пошёл к грузовику. Арат уже открыла ему дверцу кабины, невозмутимо посторонилась. Ниган забрался внутрь, уселся на сиденье, пристроил Люсиль между ног. Хлопнул дверцей. — Поехали! — скомандовал он в окно.       Колонна машин взревела моторами. Первый грузовик тронулся, за ним — второй, третий. Спасители выходили из ворот, подгоняя друг друга.       Ниган, сидя в кабине, смотрел в зеркало заднего вида на побеждённую Александрию — на людей, которые остались стоять на коленях в грязи. На мальчика с повязкой на глазу, который сжимал кулаки, и девочку, которая с ужасом смотрела на своих посрамленных родителей. И на едва заметного черного кота, наблюдавшего за всеми с крыши.       Ниган усмехнулся, достал из кармана платок и вытер кровь с оцарапанной ладони. — Следующая остановка — Святилище, — сказал он задумчиво. — Жми, Арат.       Грузовик набрал скорость, и ворота Александрии остались позади.