addicted

Страх — вот что реально заводит. И есть у Гэвина одна фобия — навороченные всякими приблудами ходячие железки широкого функционала. И одна из таких оказалась его напарником. Гэвин не мог вытерпеть одного андроида в участке, но ему тут же любезно подкинули нового. Здоровый, как шкаф. Ебало вечно кислое, смотрит ещё так высокомерно, будто это не он здесь лишь инструмент для повышения эффективности расследования. На его фоне Рид даже полюбил дружелюбную моську Коннора. Этого ублюдка в отделе прозвали Ричардом. Гэвина смешил этот контраст в кличках для жестянок, так и читается: вот наш простофиля Коннор, а это — его величество Ричард. И всё из-за того, что Ричард модель поновее. Они работают вместе уже третий месяц, но Рид понял, что андроид опасен ещё на второй день. Он ему это без проблем продемонстрировал, когда до хруста заломал руки за спину на полигоне. Это было так быстро, что Рид успел осознать только боль и имитацию тяжёлого дыхания на шее. Гэвин проклял это изобретение и в рот ебал технический прогресс. А ещё Гэвин никому не скажет, что вспоминает хруст своих запястий по ночам.

***

Сегодня неделя, как стало известно о девиации Ричарда. — Послушай, Терминатор. Гэвин кружит вокруг стола, скрестив руки на груди. Защитная поза, почему-то самая любимая у Рида, после закинутых на стол ног. Ричарду не приходится сканировать его поведение — даже идиоту ясно, что тот нервничает. — Я едва привык к тому, что у меня в напарниках машина, и тут ты на днях очень «обрадовал» весь отдел новостью о том, что теперь считаешь себя, типа, живым. Но что ты хочешь от меня? Я должен быть, типа, польщён, что ты решил со мной об этом поговорить? Бля, да я лучше со своим котом поговорю, если он мне вдруг скажет, что чувствует себя человеком. Ричард стоит неподвижно. Ему не нужно мельтешить по комнате, чтобы чувствовать себя уверенно. Не нужно складывать руки на груди, чтобы чувствовать защиту. Не нужно закидывать ноги на стол, чтобы казаться важным. Найнс гадает: отличает его это от обычного человека или от Гэвина Рида? — Нет, детектив. Мне, «типа», — андроид делает акцент, нарочно высмеивая манеру Рида, — плевать, что вы на самом деле об этом думаете. Я хочу лишь рассказать вам, как вы теперь должны себя со мной вести. Гэвин замирает на месте и приковывает к железке взгляд. — Должен? Дорогуша, да я хрена с два тебе что-то должен. Тебя послали в департамент три месяца назад прямиком с конвейера, я, — Гэвин гордо ударил себя в грудь для убедительности, — пашу в участке уже тринадцатый год, четыре из них — детективом. С чего я должен вообще брать во внимание твои хотелки? Андроид не повёл и бровью в ответ на этот эмоциональный пшик. Гэвин для него — шипучка. Но после девиации многое в его поведении стало для Ричарда понятнее. Вот уж действительно пропавшая стена. И самое любимое откровение, снизошедшее до центрального процессора Найнса — то, что Рид понимает только язык силы. А этой силой его в Киберлайф наградили. И вот уже Рид схвачен за шкидон, под ногами пропадает опора, секунда — и он лежит на столе, а на руках щелкают наручники. Гэвин хотел бы облить железку трехэтажным матом, но рот открылся лишь для того, чтобы показать, как Гэвин охуел. — Вот с чего, детектив. Так яснее? Холодное свечение глаз андроида не даёт сдвинуться с места. Гэвин поражённо кивает — надо быть дураком, чтобы не заметить, как это задело его самолюбие. — Готовы слушать дальше? Или мне продолжить доказывать, что ваша полицейская подготовка и многолетний опыт — ничто по сравнению с моей программой? Детектив недовольно прорычал и опустил взгляд. Смотреть снизу вверх на андроида не хотелось. В груди премерзко заныла гордость. — Не очень горю желанием слушать слушать парня, что напялил на меня наручники. Хотелось бы поговорить по-человечески, если ты знаешь, о чём я. Тихого голоса Рида достаточно, чтобы понять, что урок он усвоил — ненадолго, но всё же. Ядовитую фразу в конце андроид решил оставить без внимания. На губы Ричарда легла тень ухмылки, и наручники звякнули, освободив руки детектива. — Смотрю, вы лучше усваиваете всё на практике, а не на словах. Рид не мог не заметить самодовольной улыбки на лице андроида. Она и раньше украшала его рожу, но была безжизненной и неестественной, сейчас же… эта улыбка возникла сама по себе. Как констатация факта — Ричард сильнее. — Я сделаю вам одолжение. Гэвин сверкнул взглядом, но сдержал язык за зубами. — Приглашаю вас в бар. Сегодня. Я угощаю. Улыбка на лице андроида расползлась сильнее, стоило ему заметить вопрошающий взгляд Рида. Он всегда забавно приподнимал бровь. — Вы правы, давайте попробуем поговорить по-человечески. Искренне считаю, что мы можем найти другой способ взаимопонимания, — Ричард прозвенел наручниками перед лицом детектива, — выезжаем сразу, как вы закончите с отчётами.

***

— Ну, детектив, спокойнее. Идите прямо, иначе мне придётся вас понести. Ричард придерживает Рида за талию, ведя его в сторону машины. Тот уткнулся носом в плечо андроида, обтянутое заводской курткой, матерясь себе под нос. — Да иди ты, блять, нахуй…

***

Начиналось всё, в общем-то, неплохо. После пары шотов Гэвин честно слушал андроида, почти не закатывая глаза. Позже им даже удалось пообщаться о чём-то отвлечённом, впервые за три месяца напарничества не желая при этом перегрызть друг другу глотки. — Детектив, хотел спросить у вас. Рид опрокидывает очередную рюмку. — Дело, над которым вы сейчас работаете. Почему взялись за него в одиночку? — Ты серьёзно хочешь сейчас поговорить о работе? Знаешь ли, я не в состоянии. Андроид делает небольшую паузу, прежде чем продолжить. — Хочу извлечь максимум пользы из нашего разговора. Это наш первый раз, когда мне не приходится применять силу, чтобы получить нормальный ответ. Гэвин слишком смущён, чтобы разозлиться, но слишком горд, чтобы ничего не ляпнуть. Но на языке, как назло, ни одного хлёсткого словца не вертится. — Выйду покурить. Вышло как-то совсем сипло, но Рид знает, что у андроида проблем со слухом нет. Гэвин скомканно сползает с барного стула и направляется к выходу, сминая в руке пачку сигарет. За спиной — тяжёлые шаги. Дверь бара со скрипом захлопывается за мужчинами. Тёмный переулок освещают лишь луна и мигающая лампочка запасного выхода. — Чего попёрся за мной? Гэвин затягивается, сладко набирая дым в лёгкие. Алкоголь и никотин — адское комбо. Он и не заметил, как успел накидаться. — Жертва Д-21 была похищена как раз во время перекура. Рид делает очередную затяжку, навалившись спиной на стену. — Всё таки лазил в моих отчётах? Андроид встал напротив, возвышаясь над детективом каменной стеной. — Просто наводил порядок на вашем столе. Вы не ответили на мой вопрос. Почему вы не захотели вести дело вместе? Гэвин отводит взгляд, чувствуя себя прибитым к стенке. Сзади — холодный бетон, спереди — не менее холодные серые глаза. Прямо западня, блять, какая-то. — Личные счёты. Ричард делает паузы, вздыхает, складывает руки на груди — ну прямо как живой, но, сука, не живой. — Вы так любите хвалиться своим опытом в полиции, а потом выясняется, что на работе у вас находится место «личному». Не очень-то профессионально, детектив. Гэвин стреляет глазами, выдыхая дым в наглое пластиковое лицо. — Именно это, золотой мальчик, и отличает меня от тебя. Такое объяснение сойдёт? Скрип в голосе выдает раздражение. Ричард так близко, что шум города вокруг пропал и кажется совсем далёким — даже музыка из бара словно заткнулась. — Пока мне неясно лишь одно, детектив. Стальной синтезированный голос вдруг стал ещё холоднее. Ричард почти мило склонил голову вбок. — Неспособность вовремя закрыть рот — это людская особенность или только ваша?