Русский дубль

Перед ними выросли железные ворота. Они были такими высокими, что казалось, будто их верхние прутья касаются облаков. Ребята замерли. Странно, но на гладкой поверхности не было ни замочной скважины, ни ручки, ни даже крошечной щели. — И как нам, по-твоему, пробраться внутрь? — Рон первым нарушил тишину. Его голос прозвучал немного выше обычного, и он нервно переступил с ноги на ногу, кутаясь в мантию. Прохладный осенний воздух уже соегка морозил. Агата, которая до этого момента уверенно вела их по лесной тропе, даже не обернулась. Она стояла, засунув руки в карманы куртки, и с каким-то странным прищуром разглядывала верхушки ворот. — Да погоди ты со своим нытьем, Уизли. Сейчас всё будет, — небрежно бросила она. В следующее мгновение она резко развернулась в сторону, набрала в грудь побольше воздуха и заорала. — ДЕД ПИХТО-О-О! Я АНГЛИЧАН ПРИВЕЗЛА! ОТКРЫВАЙТЕ ВОРОТА-А-А! ЭТО Я — АГАТА! ТУТ ХОЛОДНО, ВООБЩЕ-ТО! Тишина, наступившая после её крика, показалась очень долгой. Гарри, Рон и Гермиона переглянулись. «Дед Пихто?» — одними губами переспросил Рон, но Агата лишь отмахнулась, продолжая выжидающе смотреть куда-то вдаль. Вскоре они заметили движение. Сбоку от главных ворот стоял крошечный, почти вросший в землю домик, который они поначалу приняли за обычную кучу валежника. Избушка выглядела так, будто она пережила не одно столетие: бревна почернели от времени и сырости, крыша поросла густым слоем мха, а одно-единственное оконце было настолько мутным, что через него вряд ли можно было что-то разглядеть. Дверь со скрипом отворилась, и на порог вышел старик. Выглядел он, мягко говоря, не очень. Длинная, спутанная седая борода доходила ему до пояса, а лицо было покрыто такой сетью морщин, что напоминало кору старого дуба. Одет дед был в какой-то бесформенный, прорезиненный костюм, в каких обычно ходят на рыбалку в самую мерзкую погоду, а на ногах у него красовались огромные, видавшие все сапоги. В руках он сжимал деревянную палку. Она была кривой и невзрачной, совсем не похожей на те величественные посохи, которые Гарри привык видеть у русских магов. Старик шел медленно, сильно прихрамывая на правую ногу. Каждое его движение сопровождалось тяжелым вздохом или нечленораздельным ворчанием. Подойдя к Агате, он остановился и начал внимательно, почти бесцеремонно рассматривать троицу гостей, щуря выцветшие глаза. — Ох... — наконец выдавил он, причмокнув губами. — Опять понавезли тут... а мне потом возись, ворота эти двигай, спину надрывай. Молодежь нынче совсем обленилась. А вот при Сталине, я вам скажу, такого беспорядка не было... Порядок был, дисциплина... Эх, мда... Не дожидаясь ответа, Дед Пихто повернулся к воротам. Он не стал произносить длинных заклинаний или делать пафосных жестов. Старик просто лениво взмахнул своей кривой палкой, начертив в воздухе широкий крест прямо перед железными прутьями. В ту же секунду раздался тяжелый гул. Огромные створки, которые казались вросшими в землю намертво, плавно и бесшумно разошлись в стороны, открывая путь внутрь Колдовстворца. — Агат, — шепотом спросила Гермиона, когда они миновали ворчащего старика, — а кто это? Это какой-то важный хранитель ключей? — А-а, это наш лесничий, — Агата весело усмехнулась, заметив испуганно-почтительный вид Грейнджер. — Мы его зовем просто Дед Пихто. Местная легенда. Характер у него, конечно, дрянь, и ворчит он про свои старые времена постоянно, зато в мае, когда жара начинается, он нам такой компот подгоняет — за уши не оттащишь. Главное, под горячую руку ему не попадаться. Они двинулись по широкой утоптанной дороге, и перед ними постепенно начала открываться панорама школы. Это не был замок в привычном понимании. Вместо башен и каменных стен здесь повсюду стояли деревянные избы. Слева их было особенно много. Те, что располагались ближе к тропе, были украшены ярко-фиолетовыми флагами, на которых на ветру колыхались эмблемы факультета Чаровников. Чуть дальше виднелись строения под изумрудно-зелеными знаменами — там, по словам Агаты, обитали Алхимики. А по правую сторону, гордо выставив напоказ алые полотнища, стояли избы Защитников. Агата уверенно свернула к одной из первых построек, на которой красовалась крупная цифра «1». — Ну вот, пришли. Это ваше пристанище на ближайший год, — объявила она, указывая на массивное крыльцо. — Изба Защитников старших классов. Тут живут ребята вашего возраста, так что общий язык, думаю, найдете быстро. Если, конечно, не будете слишком сильно строить из себя «звезд» Хогвартса. Гарри, Рон и Гермиона невольно замялись перед входом. Чувство неуверенности, которое преследовало их с самого прибытия, сейчас накрыло с головой. Всё было слишком другим. Но Агата, не привыкшая к долгим церемониям, просто подошла сзади и легонько подтолкнула их в спины. — Да хватит уже порог оббивать, заходите. У нас не кусаются. Они оказались в тамбуре — небольшом проходном помещении, которое служило барьером между уличным холодом и домашним теплом. Вдоль стен тянулись длинные полки для обуви, заваленные самой разной обувью. Никакого намека на идеальный порядок: в одной ячейке могли мирно соседствовать кеды и сапоги, измазанные в глине. На крючках выше висел настоящий хаос из курток, длинных плащей и кофт. Но внимание Гарри сразу привлекла огромная белая печь, занимавшая не малую часть пространства. Она была такой массивной, что казалась сердцем всего дома. На самой печи валялась целая гора вещей: перчатки, разномастные носки, какие-то шарфы. Видимо, здесь это было главным местом для сушки после долгих прогулок. — Проходите дальше, не стесняйтесь, — подбодрила их Агата. Миновав тамбур, они попали в гостиную. Комната была странной планировки: не очень широкая, зато вытянутая в длину. У окна слева стоял тяжелый дубовый стол. На нем царил творческий беспорядок: разбросанные чертежи, исписанные листы, горы карандашей. Вокруг стола были расставлены старые кресла с потертой обивкой. Чуть поодаль стоял диван — такой огромный, что на нем, кажется, могла бы с комфортом усесться все ученики. В данный момент там расположилась небольшая компания: трое парней и две девочки. Они о чем-то негромко переговаривались, пока один из них, кудрявый мальчишка с живыми, внимательными глазами, не заметил вошедших. — Опа! Ребзя, гляньте-ка! Англичане приехали! — громко возвестил он, вскакивая с места. Реакция последовала мгновенно. Книги были отброшены, разговоры смолкли. Буквально за несколько секунд вокруг Гарри, Рона и Гермионы образовалась плотная толпа. Все хотели рассмотреть «заморских гостей», о которых в школе шептались последние несколько недель. Поднялся невообразимый шум: кто-то пытался разглядеть шрам Гарри, кто-то интересовался качеством ткани их мантий, а кто-то просто громко приветствовал их на ломаном английском. — Так, а ну отставить базар! — Агата решительно втиснулась между своими подопечными и любопытствующими учениками. — Потише, я сказала! Знакомьтесь, это Гарри, Рон и Гермиона. Они будут учиться с нами в этом году. И не дай бог я узнаю, что кто-то из вас решил над ними подшутить или еще чего. Не ударьте в грязь лицом перед гостями, ясно? Так, всё, разбежались по делам. Скоро отбой, а у меня еще куча дел. Троица, за мной! Она махнула рукой в сторону лестницы, и ребята поспешили за ней, чувствуя на своих спинах десятки любопытных взглядов. Деревянные ступени жалобно скрипели под ногами, когда они поднимались на второй этаж. — Значит так, — Агата начала инструктаж на ходу, — планировка простая. Ванная, которая ближе к лестнице — это для пацанов. Та, что в самом конце коридора — девчачья. Если перепутаете — пеняйте на себя, девчонки у нас боевые, могут и сглаз какой нехороший навесить. Они подошли к двери и, когда Агата толкнула ее, ребята замерли от неожиданности. После уютных спален в башнях Хогвартса, где жили всего по десять человек, это помещение казалось настоящим ангаром. Перед ними раскинулся огромная комната с высокими потолками. Здесь не было балдахинов на кроватях как в Хогвартсе. Вдоль стен стройными рядами стояли штук двадцать двухъярусных кроватей, сделанных из металла. Это место больше напоминало военный лагерь или очень организованный лагерь для подростков. Несмотря на количество мебели, здесь было удивительно просторно и светло. — Ого... — выдохнул Гарри, не в силах скрыть изумления. — Это что, мы все тут... вместе? — А ты как хотел? У нас Защитники должны быть одной семьей, — Агата уверенно зашагала в самый конец зала, где у окна стояло несколько свободных коек. — Ваше место, Поттер и Уизли, вон там. Прямо у окна. А ты, Гермиона, будешь спать на соседней койке со мной. Будем обмениваться опытом на ночь глядя, если спать не захочется. Гарри подошел к своей кровати и коснулся прохладного металла. Ему стало немного не по себе от мысли о таком количестве соседей, но в то же время в этой спальне было что-то такое... настоящее. Он посмотрел в окно: лес за стенами школы уже погружался в сумерки, и где-то там, среди деревьев, начиналась их новая, совсем не похожая на прежнюю жизнь. Напротив каждой двухъярусной кровати стоял массивный письменный стол из дерева — со множеством ящиков, в которых наверняка можно было спрятать половину школьной библиотеки. Слева и справа от спальных мест располагались прикроватные тумбочки, небольшие, но на вид довольно вместительные, предназначенные для хранения самого необходимого. Гермиона, как и следовало ожидать, первым же делом направилась к своему новому рабочему месту. Она провела рукой по гладкой столешнице и тут же принялась проверять освещение, щелкнув выключателем небольшой лампы, которая крепилась прямо к стене. У каждого ученика было свое собственное, четко выверенное пространство, где можно было спокойно сосредоточиться на учебе, не отвлекаясь на болтовню соседей. — Знаешь, в этом что-то есть, — негромко заметила она, поправляя стопку чистых тетрадей, уже лежавших на краю стола. — Никакой лишней мишуры, всё только по делу. Мне кажется, здесь будет гораздо проще готовиться к экзаменам. Рон тем временем с явным сомнением разглядывал их с Гарри двухъярусную конструкцию. Он подошел поближе и несколько раз осторожно потыкал указательным пальцем в упругий матрас нижней полки, словно проверяя, не провалится ли он под его весом. На матрасе лежало аккуратно свернутое шерстяное одеяло, которое выглядело очень теплым, что в этих краях было явно не лишним. — Ну, по крайней мере, падать невысоко, если я вдруг решу свалиться во сне, — пробормотал он, стараясь говорить скептически, хотя в его глазах всё же читался неподдельный интерес. Гарри лишь молча улыбнулся, глядя на друга: несмотря на все ворчания, было видно, что новая обстановка интригует Рона не меньше, чем их всех.