Русский дубль

Гарри очнулся от пульсирующей боли в голове. Он застонал, пытаясь сфокусировать взгляд. Над ним склонялись десятки встревоженных лиц. Ближе всех были Рон и Гермиона, их лица были бледными и напряженными, а рядом с ними стояла Агата, её обычная солнечная улыбка сменилась тревогой. — Гарри! Ты как? — Гермиона, обычно такая собранная, сейчас явно была на грани паники. Её пальцы нервно теребили край школьной мантии. — Голова болит? Что произошло? Ты так внезапно упал, прямо посреди зала… — Да отстань ты от больного человека! — Рон, хотя и сам выглядел обеспокоенным, шикнул на Гермиону, пытаясь дать Гарри хоть минуту покоя. — Дай ему сначала отдышаться. Гермиона недовольно скривилась, но уступила. Гарри медленно моргнул, пытаясь стряхнуть остатки боли и дезориентации. — Я думаю… — Агата, стоявшая чуть позади, говорила тихим, но отчетливым голосом, — это что-то связанное с Гарриным шрамом. Когда он упал, я почувствовала, как он вспыхнул. Не просто боль, а какая-то… тёмная энергия. Гермион, может, тебе стоит сходить в библиотеку? Там наверняка найдется книга, где хоть что-то сказано о таких вещах. Про шрамы, про связь с… ну, ты понимаешь. С теми, кто не боится использовать тёмную магию. Гермиона тут же встрепенулась. Её взгляд стал целенаправленным. — Да, пожалуй, это хорошая идея, — буркнула она, уже направляясь к выходу из комнаты. — Я быстро. — Гарри, так что с тобой было? — Рон сел на край кровати, его голос звучал настороженно. — Ты видел что-нибудь? Слышал? Гарри слабо покачал головой. Воспоминания были туманными, словно он смотрел на них через мутное стекло. — Я… я не знаю, Рон, — проговорил он, пытаясь подобрать слова. — Вдруг стало очень больно, шрам просто… загорелся. Как будто кто-то поджёг его изнутри. И я увидел… её глаза. Арины. Они были красные. Не просто красные, а как будто внутри горел огонь. И тогда… тогда была тьма. Я почувствовал, как падаю. И всё. Как будто меня просто… выключили. — Красные глаза? — Рон нахмурился, его брови сошлись на переносице. — Это Арина, сестра Агаты. Я её видел на празднике. Она сидела одна, и её глаза… я заметил, что они как-то странно блестят. Но я списал это на освещение или на то, что она, может, плакала. Но если они были красные… Это уже что-то другое. — Она сидела одна, — Гарри закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. — И смотрела прямо на меня. Это было не просто любопытство. Это было… предвкушение. И злость. Очень сильная, какая-то первобытная злость. Будто она ждала этого. Будто она знала, что так будет. — Как она могла знать? — прошептал Рон. — Это же ненормально. Может, она какая-то… провидица? Или её заставили? — Я не знаю, — Гарри с трудом поднялся, опираясь на руки. Голова всё ещё гудела. — Но когда я увидел её глаза, я почувствовал… как будто кто-то пытается пробиться сквозь мою защиту. Как тогда, в Министерстве, когда я разговаривал с Вол… с ним. Но это было слабее. И всё равно… очень страшно. — Как бы то ни было, — Рон решительно встал. — Если это связано с Ариной, мы должны узнать, что происходит. Может, она как-то связана с тем, что происходит в этом месте? В огромной, гулкой библиотеке Колдовстворца Гермиона чувствовала себя как рыба в воде. Высокие потолки, теряющиеся в полумраке, ряды стеллажей, уходящих вдаль, аромат старой бумаги — всё это создавало неповторимую атмосферу. Говорили, что Иван Грозный, когда-то питавший страсть к накоплению знаний, завещал всё своё книжное завещание этому магическому отделению Колдовстворца, и теперь эти древние тома хранились здесь, под бдительной охраной. Гермиона, благодаря своему неуёмному рвению к учёбе и блестящим оценкам, получила особое разрешение от учителей на доступ в «Архив Ограниченного Доступа» — секцию, куда обычным ученикам вход был воспрещён. Она уверенно шла по узким проходам, её пальцы скользили по корешкам книг, словно в поисках чего-то конкретного. Её целью были книги, посвященные магическим недугам, проклятиям, и, конечно, книгам, рассказывающим о природе магических шрамов, особенно тех, что имели связь с тёмной магией. Она подошла к стеллажу, где стояли самые древние фолианты, с переплетами из потемневшей кожи, украшенные зловещими тиснениями. Уже протянув руку к одной из книг, она услышала тихий, дрожащий голос: — Гермиона! Гермиона обернулась. На полу, слегка согнувшись, будто пытаясь стать незаметной, стояла Арина. Она выглядела невероятно бледной, её глаза метались из стороны в сторону, как у испуганного зверька, и она явно нервничала. — Ты… ты можешь мне помочь? — прошептала Арина, её голос был едва слышен. — Да, ты ведь всегда всем помогаешь… Хи-хи… Мне нужна книжечка для экзамена по ТПО. А? Какая? Вон там… — она неуверенно показала тонким пальцем на книгу, стоящую слева от Гермионы. — Да, спасибо. Гермиона невольно улыбнулась, хотя в глубине души её всё ещё тревожило поведение девушки. Странно было видеть Арину, которая, по словам Агаты, всегда была равнодушна к учёбе, так озабоченной каким-то экзаменом. — А тебе зачем? — осторожно спросила Гермиона, вытягивая с полки книгу. Она была довольно объёмной, в тёмно-красном кожаном переплете, с вытисненным на обложке стилизованным изображением костей. Глаза Арины заметались ещё быстрее. Она нервно сжала края своей блузки, словно пытаясь спрятать за ними своё смущение. — Ну… ты же знаешь… — её голос срывался. — У меня… э-э-э… проблемы по ТПО… Поэтому… Да, спасибо большое… Схватив книгу под мышку, девочка, не дожидаясь дальнейших вопросов, быстро юркнула между стеллажами и буквально испарилась в лабиринте полок, оставив Гермиону в полном недоумении. Позже, вернувшись в свою комнату, Гермиона поделилась своими наблюдениями с Агатой. Агата, лежа на своей кровати напротив, задумчиво смотрела в потолок, перебирая пальцами край одеяла. — Мион, знаешь… — начала она, и её обычная жизнерадостность куда-то исчезла. — Несмотря на то, что Арина моя сестра, это действительно очень странно. Она никогда не проявляла такого интереса к учёбе. Никогда. Даже если бы ей грозило отчисление, она бы, наверное, просто заплакала и попросила помощи у родителей. А тут — книга… Да ещё и из той секции, которую без особого разрешения не откроют. Это очень, очень необычно. — Ты думаешь, она действительно собирается готовиться к экзамену? — Гермиона не могла избавиться от чувства, что здесь кроется нечто большее. — Или у неё какие-то другие, совсем не учебные, причины там оказаться, — Агата вздохнула. — Я с ней поговорю. Попробую выведать, что происходит. Если она ничего не расскажет, то… мы скажем Кощею. Он разберётся. У нас тут, в Колдовстворце, нельзя скрывать такие вещи. Особенно, если это касается магии, которую мы не понимаем. Мы все в одной лодке, и если кто-то играет не по правилам, это может навредить всем. Гермиона кивнула, чувствуя, как зловещая тень сгущается вокруг них. Загадка Арины становилась всё более мрачной, и, кажется, она была неразрывно связана с тем, что произошло с Гарри.