Меж двух огней

В день матча Порт-Аврелий вскипел. Публика жаждала зрелищного открытия сезона и всяческим образом демонстрировала нетерпеливое возбуждение. Для тех, кому не удалось попасть на арену, Лига совместно с властями города установила на крупнейших площадях кристаллы вещания, которые передавали объёмную картинку происходящего внутри Штормового Купола. Ещё за несколько часов до матча на улицах яблоку негде было упасть от собравшихся зрителей и болельщиков. Предприимчивые уличные торговцы уверенно сновали сквозь толпу, продавая еду, напитки, сувениры и прочие мелочи, которые люди могли бы прихватить в день матча мимоходом. Эринорская команда собралась в раздевалке и сейчас внимательно слушала Виктора Ледникова — сухощавого выррийца лет сорока, который последние десять лет был тренером «Серебряных Стражей». Виктор, в отличие от некоторых своих коллег-тренеров, за плечами имел карьеру игрока. Он выступал за сборную Выррии, однако, после неудачной травмы, был вынужден закончить карьеру в составе команды. Он охотно согласился на предложение Эринора стать их тренером, пусть в свою бытность Ткачом и доставил команде северной державы немало головной боли. С тех пор прошли годы. Виски тренера покрылись инеем ранней седины, но военная выправка никуда не делась. Его подход дал результаты, и Эринор стал одерживать победу за победой на турнирах. И сейчас «Серебряные Стражи» собрались вокруг тактической доски, у которой тренер проводил брифинг. — Обратите внимание, — низким и ровным голосом продолжал он, — их капитан, Алина Тархан, предпочитает клиновидные щиты, а не купольные. От этого строится одна из их базовых тактик, с участием Волкова и Розанова… Шейн слушал в пол уха. Он не мог сосчитать, сколько часов провёл, просматривая профили игроков выррийской сборной и матчи с их участием. Он знал, что Выррия играет на резких сменах ритма игры, непредсказуемых распасовках, а их тренер делает ставку на стремительный натиск в первые минуты матча и дальнейшее доминирование на поле. Следовало отдать должное Марату Ветрову — выррийскому тренеру, тот идеально подогнал основной состав под навыки друг друга. Все без исключения, будь то выррийский Ткач Тимур Дараев или проводники, имели в сильных сторонах скорость, стремительную смену направлений и непредсказуемость. Столкнуться с таким стилем в лице Розанова на юниорском чемпионате было неприятным сюрпризом, но целая команда таких игроков — испытание предстояло серьёзное. — Вопросы, комментарии, уточнения? — осведомился тренер, закончив основную речь. Шейн поднял руку. — Холландер? — Ледников жестом пригласил Шейна взять слово. — Розанов делает ставку на силу и непредсказуемость. Таких с ним в команде ещё трое: Проводники-распасовщики и Ткач с фокусом на тепловых воздушных коридорах. Добавим к этому их клинка и Алину с подвижными клиновидными щитами. — Шейн обвёл взглядом товарищей по команде и продолжил, — Мне кажется, в этих обстоятельствах они будут рассеивать наше внимание и отвлекать от Розанова, по максимуму занимая остальных игроков, пока я останусь с ним один на один. Это не самый предпочтительный сценарий, разве нет? — Всё так, — кивнул Ледников. — Поэтому я хочу, чтобы вы сосредоточились на осложнении Розанову его стратегий. Бросьте свои силы на него и вынудите выррийцев отступить от тактики раннего напора. Получится загнать их в оборону и не дать оторваться на старте — выиграем. Ветров выстраивает стратегии от атаки, и состав подобран таким же, игру в долгую они просто не вынесут. Астрид также подняла руку. — То есть, наша задача — сфокусироваться на их Ловце, вынудить его товарищей защищать его, и от этого вдавить их в оборону, так? Ледников кивнул. — Ещё вопросы? Нет? Чудесно, тогда приступаем. Астрид поднялась и повернулась к команде. — Ну что, давайте же начнём этот сезон достойно! «Стражи» разразились одобрительными возгласами и принялись переоблачаться в выездную игровую форму — серебряную, с голубыми вставками и эмблемой в виде ледяной звезды. Убедившись, что форма сидит как следует, Шейн зажёг печати на руках. Те засветились мягким голубоватым сиянием, сигнализируя о готовности выполнять волю носителя. Шейн хорошо знал историю и помнил, что до печатей магия была опасна и непредсказуема. Всегда рождались люди, резонирующие с одним из источников. Как правило — с ближайшим от места обитания, хоть и не всегда. Но все попытки обуздать эту силу в допечатную эпоху оборачивались трагедиями. Однако с тех пор, как Гильдия Печатников открыла секрет особых чернил, с добавлением в них мельчайшей пыли источника, люди наконец смогли стабилизировать свой дар и использовать по своему усмотрению. Многие державы мечтали заполучить секрет формулы этих чернил, но Гильдия Печатников превосходно охраняла его, заявив своей миссией нанесение печатей независимо от знамени, под которым родился или вырос маг. Печати были основным инструментом и проводником магической силы, защищающим владельца от стихийных побочных эффектов. И Шейн рассчитывал, что его обновлённые печати оправдают возложенные на них ожидания и вложенные в них средства. Перед выходом на поле к Шейну подошла Астрид. — Ну что, готов? — вкрадчиво поинтересовалась она. — Во всеоружии, — Шейн выдавил из себя усмешку. Астрид снисходительно вздохнула и легонько сжала его плечо. — Главное, что бы ни случилось, не ведись на его провокации. Он рассчитывает, что ты клюнешь и начнёшь совершать ошибки. Не доставляй ему такого удовольствия. Не позволяй Розанову залезть к тебе в голову. — И в мыслях не было, — ответил Шейн, размышляя о том, что с этим советом Астрид несколько припозднилась. Розанов уже три года как поселился в голове у Шейна и решительно отказывался её покидать.

***

«Серебряных Стражей» встретил оглушительный гром аплодисментов. Штормовой Купол вмещал в себя сорок восемь тысяч зрителей и сейчас был забит под завязку. Магические кристаллы вещания выводили картинку прямиком в воздух над стадионом и транслировали её же на городских площадях, а также во всех уголках континента. Перед тем, как выйти на арену и начать разминку, «Стражи» чуть задержались в пресс-зоне, и их с позволения тренера обступили журналисты, часть из которых воодушевлённо ринулась к Шейну. Тот надел наилучшую из своих сдержанно вежливых улыбок, и повернулся к кристаллам записи. — «Вестморский вестник». Лорд Холландер, вы впервые встречаетесь с Розановым с юниорского чемпионата. Мечтаете взять реванш? — Реванш — не то, что меня заботит. Я настроен на победу и кубок, сегодняшний матч — лишь первая ступень, — ответил Шейн на идеальном вестморском. — Розанов говорит, что Алтарь любит дерзких, — продолжил журналист. — Вы же скорее из осторожных? Согласны с его утверждением? — Алтарю без разницы, кто дерзок, а кто нет. Ему нужно две секунды контакта, чтобы началось удержание. Остальное — дело судьи и сигнальных вспышек. — «Аркадия Спорт». Три года назад Розанов увёл у вас победу. Считаете ли вы его сильнейшим ловцом турнира? — Сейчас — нет, — улыбнулся Шейн, переходя обратно на эринорский. — Поглядим через пару часов. — И всё же, — не унималась журналистка из «Аркадии Спорт», — скажите честно — вы боитесь Розанова? — Боюсь я будильник проспать, — Шейн легко рассмеялся. — А Розанова я уважаю как соперника. — «Портовый таблоид». Лорд Холландер, скажите, какое у вас самое уязвимое место? — Пресс-подходы за четверть часа до игры. — Ладно, довольно вопросов! — включился тренер, делая знак службе охраны, принявшейся деликатно оттеснять репортёров от команды. — Ещё буквально один вопрос!.. — толпа журналистов загалдела наперебой. — Успеется после игры, — отрезал тренер. — Так, а теперь марш в разминочную зону! Команда проследовала в нужный сектор поля и принялась за разминку. Шейн привычно выполнял до автоматизма заученный комплекс упражнений: на тонус, на растяжку, на дыхание, на магические пассы. И украдкой бросал взгляд на противоположную часть поля, где тем же самым занималась команда соперников, выглядевшая отсюда игрушечно маленькой. Когда разминка подошла к концу, усиленный магией голос глашатая возвестил о начале основного действа. Грянул оркестр, и под гимны своих стран по очереди на поле вышли ровным строем «Серебряные Стражи», а следом — «Золотое Пламя», выррийская команда. Они выстроились в шеренги друг напротив друга, и Шейн, как ни старался, всё равно задержал взгляд на Розанове. Вблизи тот теперь казался ещё выше и шире в плечах, чем представлялось Шейну, когда он мельком увидел выррийца во дворе гостиницы. Тем временем, Астрид и Алина вышли вперёд, как капитаны команд, и обменялись ритуальным рукопожатием. Когда Холландер уже собирался переключить внимание, Илья повернулся и поймал его взгляд, кривовато улыбнувшись. Шейн поспешно отвёл глаза, стараясь не думать о сопернике сейчас. Ему требовалась наивысшая концентрация на игре, и мысли об ухмыляющемся вражеском ловце и его пронзительном взгляде янтарно-ореховых глаз уж точно не шли ему на пользу. — Принц, — Розанов произнёс это негромко, но достаточно отчётливо, чтобы Шейн услышал. Голос Розанова с их последней встречи сломался и стал ниже, но рычащий акцент никуда не исчез. В интонациях выррийца на удивление не сквозило насмешкой, скорее это звучало как констатация факта. Шейн сжал зубы и воздержался от ответа. Им предстоял долгий, как он надеялся, матч, в ходе которого они успеют обменяться любезностями. Следуя условному знаку главного арбитра, команды рассредоточились согласно своим позициям на игровом поле. Арбитр поднял руку. Наверху в воздухе, прямо над центром арены зажглась ярчайшим многоцетием сфера Бури и тотчас устремилась вниз. Одновременно с этим белая вспышка возвестила о начале матча и ровное до тех пор поле арены пришло в движение, обретая первый в этом матче ландшафт на ближайшие три минуты. В следующее же мгновение оба Ловца сорвались с места и устремились в сторону Бури, рассчитывая во что бы то ни стало выиграть вбрасывание.