Санса Болтон дочь севера

Когда наступило утро нового дня, Санса поймала себя на том, что не хочет тратить его на шелка, вышивку и правильную осанку перед септой, которая каждое слово произносит так, будто Юг - это мера всех вещей. Новые обстоятельства требовали радикальных мер. Нужно было что-то менять, и лучше начать эти перемены с того, чтобы попросить старшего брата научить ее защищаться. Это будет всяко полезнее чем стежки, которые она способна делать и с закрытыми глазами. Девушка вышла во двор без сопровождения, позволяя холодному воздуху коснуться лица. Она остановилась у тренировочной площадки, где Робб двигался в ритме, знакомом с детства: шаг— выпад — поворот, и деревянный меч ложится точно как нужно. Когда старший брат наконец заметил её, не смог скрыть удивления. Раньше сестрёнка держалась как можно дальше от плаца. — Ты заблудилась? — спросил он с усмешкой, откидывая волосы со лба. Санса подошла ближе, чувствуя под ногами утоптанный снег, слыша, как глухо стучит сердце — совсем не от страха, а от решимости, которая ещё вчера казалась бы невозможной. — Робб, — сказала она спокойно, — научи меня держать нож. Смех Теона раздался почти сразу, как только она произнесла свою просьбу. — Нож?— переспросил он, вскидывая брови. — Ты собираешься резать яблоки быстрее септы? Робб смотрел на неё удивлённо и внимательнее, чем ожидалось. В его взгляде не было насмешки, только искреннее непонимание. — Зачем тебе это, Санса? Она не могла сказать брату, что однажды нож станет единственным, что отделит её от чужих рук в тёмной комнате. А умение держать его правильно — это не про нападение, а про внутреннюю опору, которую никто не видит. Поэтому она позволила губам тронуться лёгкой улыбкой. — Потому что я живу на Севере, — ответила она. — И хочу уметь защитить себя, если понадобится. Чем я хуже Арьи? Робб хмыкнул, но в его жесте не было отказа. Наследник отца не сразу дал ей клинок. Он покрутил его в руке, словно проверяя вес, а потом посмотрел на Сансу так, как смотрят не на младшую сестру, а на человека, который просит чего-то серьёзного. — Это не игра, — сказал он просто. Санса кивнула. — Я знаю. Он помедлил ещё секунду, будто решая, достаточно ли этого ответа. Потом протянул ей тренировочный нож. — Тогда слушай внимательно. Он встал ближе, показывая правильный захват. Робб слегка наклонил её кисть, едва заметно. — Если зажмёшь слишком сильно — устанешь быстрее, чем успеешь что-то сделать. И не держи его так, будто боишься. Клинок должен быть продолжением руки. Санса медленно и неловко повторила движение. Робб кивнул, но не сразу. Сначала посмотрел — внимательно, оценивающе, как смотрят на новобранца, а не на сестру. — Не торопись, — сказал он спокойно. — Лучше медленно и правильно, чем быстро и бесполезно. Ты не будешь сильнее большинства мужчин, — сказал он спокойно. — Значит, не пытайся быть. Но ударить неожиданно может любой. Он обошёл её, заставляя развернуться. — Ты быстрее, особенно если твой противник не знает, что у тебя может быть нож. Он сделал короткое движение своим клинком — не удар, а обозначение. Санса не успела среагировать. — Видишь? — сказал он. Робб показал снова, медленнее. — Не стой. Никогда. Даже если думаешь. Санса повторила. На этот раз быстрее. Брат слегка улыбнулся. — Лучше. Если будешь отрабатывать движение, толк будет Сейчас Робб смотрел на неё внимательнее, чем раньше. Словно впервые замечал не только сестру, но и то, как она держится. — И ещё, — добавил он уже тише дождавшись когда Санса подняла на него взгляд. — Если дойдёт до ножа, — сказал он, — значит, всё уже пошло не так. — Он вложил клинок ей в руку чуть крепче.— Поэтому твоя задача — не выиграть. А уйти. Санса замерла на долю секунды. Эти слова проникли в самое сердце, глубже чем всё остальное. — Поняла.— ответила она, смотря прямо в глаза брату Теон, наблюдавший со стороны, шагнул ближе. — Если уж ты решила удивлять нас всех, — сказал он, — то давай доведём дело до конца. Может, хочешь попробовать лук? От такого не отказываются, она тут же без колебаний повернулась к нему. — Теон, научи меня держать лук. Теон на мгновение опешил,в его глазах мелькнуло что-то похожее на азарт, и он кивнул, выводя её к мишеням. Теон протянул ей небольшой тренировочный лук, тот, из которого учится стрелять Бран. Не слишком тугой. Но для девушки, что никогда не держала что то тяжелее иглы это стало серьезным вызовом. Дерево было холодным, тетива — жёсткой, и пальцы заныли уже после первой попытки, но Санса не позволила себе поморщиться. Бран младше и у него уже получается. У Арьи получается ещё лучше, чем у Брана. Санса не хуже, она старше и сильнее обоих, значит это ей по силам. Стоило лишь сказать себе, что боль — это не враг, а напоминание о том, что тело учится. Стрела легла неровно, ушла в сторону, но Робб одобрительно кивнул. — Ещё раз, — сказал он. И она повторила, а затем снова и снова, входя в азарт. Теон не ушёл сразу. Он стоял, опершись плечом о стойку с луками, и наблюдал, как Санса в третий раз подряд натягивает тетиву, упрямо игнорируя то, как пальцы начинают дрожать от напряжения. — Знаешь, — протянул он лениво, — я пытаюсь понять, что происходит. Санса опустила лук, не оборачиваясь. — И к каким выводам пришёл? — Пока ни к каким, — усмехнулся он. — Но у меня есть несколько версий. Она повернулась к нему, чуть склонив голову. — Просвети меня. Теон оттолкнулся от стойки и сделал пару шагов ближе, рассматривая её внимательнее, чем обычно. — Первая, самая скучная, — начал он, загибая пальцы. — Ты решила, что Арья тебя обошла, и теперь срочно догоняешь. Он сделал паузу. Санса едва заметно улыбнулась. — Скучно. — Я же сказал, — кивнул Теон. — Вторая — ты пытаешься произвести впечатление. На кого-нибудь. Он бросил взгляд в сторону двора, где ещё слышались голоса. — Но тогда ты выбрала странный способ. — Продолжай, — спокойно сказала она. Теон прищурился. — А вот третья мне нравится больше всего. Он наклонился чуть ближе. — Ты что-то знаешь. Пауза повисла между ними. Санса не отвела взгляд. — Все что-то знают, Теон. — Не так, — покачал он головой. — Ты знаешь что-то интересное, что не знает никто. Он усмехнулся, но в глазах мелькнуло что-то внимательное, почти острое. — И тебе это не понравилось. Санса почувствовала, как внутри что-то замирает — не страх, нет, а точка, в которой нужно решить, что показать, а что спрятать. Она позволила себе лёгкий выдох. — Если бы я что-то знала, — сказала она мягко, — я бы начала с того, чтобы не стоять сейчас на морозе. Теон рассмеялся. Напряжение исчезло так же быстро, как появилось. — Вот, это уже больше похоже на тебя. Он отступил на шаг. — Но я всё равно понаблюдаю. — Наблюдай, — ответила Санса спокойно. Он развернулся, но на полпути всё же бросил через плечо: — Если ты вдруг решишь захватить Север, скажи заранее. Я хочу выбрать сторону с умом. Санса проводила его взглядом. И только когда он ушёл, позволила себе снова взять лук. На этот раз пальцы почти не дрожали. Септа поймала её позже, когда волосы ещё пахли морозом, а пальцы — смолой от лука. — Леди не пристало проводить утро среди оружия, — произнесла септа, поджав губы. — Особенно когда рядом юноши. Вы же не хотите, чтобы вас принимали за… кого-то вроде вашей сестры. Санса посмотрела на неё спокойно, почти мягко, но внутри не было прежней покорности. — Леди с Севера пристало знать, где она живёт, — ответила она, и в голосе её не было ни вызова, ни просьбы.— А "юноши" братья мне. Септа нахмурилась, собираясь продолжить, и добавила что-то резкое про Арью, про её манеры, про то, что младшая сестра подаёт дурной пример. Санса шагнула ближе, и её взгляд стал твёрдым. — Ещё раз скажете что-то о моей сестре, — произнесла она тихо, но отчётливо, — я скажу отцу, и вас выпорют во дворе. Слова не были криком; но прозвучали тяжело, как обещание. Септа побледнела, будто не ожидала услышать такую прямоту, повисла тишина, в которой слышно было только потрескивание огня. Санса выдержала её взгляд и не отвела глаз первой. За ужином разговор снова коснулся обучения. Кейтилин мягко напомнила о вышивке и манерах, о том, что королевская свита уже в пути, и что леди должна быть готова к приёму. Санса положила нож рядом с тарелкой, аккуратно, как её учили, и подняла глаза. — Я не понимаю,— сказала она спокойно, — зачем мне септа, если я северянка и верю в старых богов. В зале моментально стало тихо. Робб перестал жевать. Арья замерла с куском хлеба в руке. Джон чуть наклонил голову, наблюдая за отцом. Кейтилин медленно выпрямилась. — Вера не отменяет воспитания, — произнесла она подбирая слова. Санса не спорила, не повышала голос, но продолжила, глядя на мать открыто. — Я чту Старых Богов. Я хожу в богорощу. Я знаю наши обычаи. Мне не нужны южные молитвы, чтобы быть дочерью Севера. Она не сказала, что южные молитвы однажды будут звучать в её жизни слишком часто и слишком пусто. Не сказала, что под сенью чардрева клятвы слышатся иначе. Эддард смотрел на неё долго, и в его взгляде не было гнева. — Септа учит тебя не только молитвам, — произнёс он наконец.— Она учит тому, что понадобится тебе, где бы ты ни оказалась. Санса выдержала этот взгляд и мягко ответила: — Тогда пусть она учит меня тому, что пригодится здесь. Не столице. Не на юге. Здесь. В этой просьбе не было каприза — только осторожное смещение, почти незаметное, но достаточное, чтобы разговор пошёл иначе. Огонь в очаге треснул громче, и за стенами Винтерфелла поднимался ветер, несущий с собой запах дороги. А Санса Старк сидела за столом своей семьи и медленно, терпеливо меняла то, что когда-то казалось неизбежным.