We're In This Together

Следующие несколько дней пролетели незаметно: Гарри и Добби наводили порядок в своём новом доме. Они также нашли время для покупок — во вторник рано утром отправились в Косой переулок, чтобы избежать толп. Гарри купил три больших сундука с несколькими отделениями. Один из них он использовал для хранения вещей матери, постепенно разбирая её старую спальню. Он по‑прежнему ощущал странную отстранённость по отношению к ней — что, по крайней мере, помогло, когда он добрался до ящика с её нижним бельём. Впрочем, этот ящик Гарри просмотрел как можно быстрее: у него и без того хватало проблем. Пэнси сообщала, что её мать, к сожалению, ведёт себя слишком благопристойно. Прошлым летом она уже поступала так же: ограничивала употребление алкоголя и создавала видимость приличного поведения. Несколько других чистокровных матерей с детьми навещали их, а иногда миссис Паркинсон брала Пэнси с собой куда‑то. Письмо Пэнси после вынужденного дня с Малфоями вышло особенно язвительным. Оно могло бы показаться смешным, если бы Гарри не ужасался за неё. Впрочем, некоторые фрагменты письма подкинули ему пару идей. Люциус Малфой должен ответить за Тайную комнату. Тем временем Гарри справился с летними заданиями. Он вложил в них куда меньше усилий, чем понравилось бы Гермионе, но для него они казались не более чем пустой тратой времени. У Гарри было куда больше важных дел — в первую очередь как можно больше практиковаться в магии. После случайного открытия с заклинанием «Scourgify» он решил сосредоточиться сначала на нескольких заклинаниях. На первом месте в списке стояло «Accio» — заклинание призыва предметов. Это было универсальное заклинание, полезное в самых разных ситуациях. Но после того, как в Тайной комнате он уронил палочку, а призрак/дух/что‑то ещё Риддла поднял её и воспользовался ею, Гарри захотел научиться мгновенно призывать палочку обратно. Учитывая, что в прошлом году на единственном занятии дуэльного клуба их научили обезоруживающему заклинанию, возможность как можно быстрее вернуть палочку в руку казалась особенно важной — особенно с учётом того, как часто Гарри подвергался нападениям. Ему потребовалось несколько часов, чтобы освоить заклинание, но как только это произошло, палочка возвращалась к нему почти мгновенно. Может быть, выбор палочки волшебником значил больше, чем он думал изначально? Она словно стремилась к его руке, будто знала, что принадлежит именно ему. Гарри также немного ближе познакомился с Брайтвеллами. Пожилая пара оказалась очень приятной, а Руби, похоже, хотелось заботиться о нём как можно сильнее. Она всегда была готова поболтать с ним или предложить приготовить ужин. Он узнал, что её сын работает репортёром в «Ежедневном пророке». У них была подписка благодаря ему, и Гарри стал просматривать газету вторым. Казалось полезным узнать как можно больше о магическом обществе, хотя оно и выглядело устаревшим и, судя по всему, насквозь коррумпированным. Если такие «хорошие парни», как Дамблдор, не поступали правильно, Гарри боялся представить, на что способны остальные. Даже спустя месяц в газетах не появилось никаких новостей о том, что произошло в Хогвартсе. Историю с Тайной комнатой явно собирались замять. По крайней мере, Хагрида освободили из Азкабана — хотя он никогда не должен был там оказаться. Гарри также внимательно искал любые упоминания о себе. Пока что он освободился без каких‑либо последствий. Его паранойя немного утихла, но он всё равно продолжал просматривать газету. Кроме того, Гарри купил в Косом переулке несколько книг по магии и изучал их в поисках того, что важно освоить. Заклинания для боя стояли на первом месте в его списке, и после освоения «Accio» он приступил к отработке защитного заклинания. *** Невезение Пэнси продолжалось две недели, пока её мать наконец не вернулась к своему обычному распорядку — слишком много пить и жаловаться на всё подряд. Ледди теперь обращались куда лучше, чем раньше, и вскоре домовой эльф помогал Пэнси поддерживать мать в состоянии опьянения, чтобы та не мешала ей жить. Тёплым четверговым вечером Пэнси вызвала Добби и попросила привести Гарри. Гарри и Добби появились с хлопком, и Пэнси порадовалась, что не забыла наложить заглушающее заклинание. "Это куда приятнее, чем пользоваться портключом," сказал Гарри, оглядывая её спальню. "Добро пожаловать в моё скромное жилище." "Хорошая комната, даже больше, чем я ожидал." "Размер — не главное, по крайней мере, так говорят." Впервые за две недели он увидел эту ухмылку, и Гарри понял, что скучал по ней куда сильнее, чем предполагал. "Ну что, есть какие‑нибудь блестящие идеи для нашего маленького предприятия?" "Пока нет, но я немного расслабилась, пока отца нет." "Что ж, я в последнее время был довольно продуктивен. Практиковаться в магии летом оказалось куда полезнее, чем в прошлом году." "Это действительно несправедливо по отношению к тем, кто живёт с магглами. Я могу тренироваться здесь сколько угодно." "Почему так?" "Министерство не следит за старыми чистокровными домами вроде этого. Люди вроде моих родителей никогда бы такого не потерпели. У власти почти все — богатые чистокровные. Они не против того, чтобы к волшебникам «пониже рангом» применялись другие правила." "И почему я не удивлён?" "Вот именно. Хочешь показать мне, над чем ты работал?" "Позже," ответил Гарри, стараясь небрежно оглядеть Пэнси. Она ещё не готовилась ко сну и была в светло‑голубом платье, доходившем лишь до середины бёдер. Так он ещё никогда не видел её ног — и, боже, Гарри обожал её ноги. Она кашлянула, заметив, что он её разглядывает, и ему пришлось на мгновение отвести взгляд, чтобы собраться с мыслями. "У меня появились идеи насчёт того, как разобраться с Люциусом Малфоем." "Продолжай…" "В твоём письме упоминались слухи о его неподобающем поведении. Если бы мы смогли поймать его на чём‑то особенно непристойном, возможно, мы бы добились его заключения в Азкабан." "Мне это интересно, но такое уже пытались сделать. Малфой просто подбросит золота Фаджу. Министр, как известно, у него в кармане." "Может, и так, но что, если «Ежедневный пророк» случайно окажется там, когда Малфоя поймают? И история случайно просочится в печать до того, как Малфой начнёт всех подкупать?" "Это настолько коварно, что достойно Слизерина, мистер Поттер," с хитрой улыбкой сказала Пэнси. На мгновение ему показалось, что она тоже его разглядывает, но если и так, то она делала это куда незаметнее. "Похоже, ты всё‑таки работаешь над тем, чтобы стать моим помощником в отделе мозгов." "Твоя сияющая похвала согревает моё скромное сердце, миледи," ответил Гарри с напыщенным акцентом. "Но не будем забегать вперёд." "Конечно, нет. Добби?" Эльф появился в поле зрения, и Гарри догадался, что тот не уходил, а просто прятался, чтобы дать им уединение. "Добби здесь." "Добби, ты можешь вернуться в дом Малфоев?" "Да, но, мастер Гарри, пожалуйста, не отправляйте Добби обратно к плохим хозяевам," со слезами на глазах сказал Добби. "Я никогда этого не сделаю, Добби. Я не это имел в виду. Можешь сходить туда и посмотреть, не делают ли плохие хозяева чего‑то плохого? В частности, не делает ли чего‑то плохого Люциус Малфой. В прошлом году он пытался убить меня и моих друзей. Он не должен уйти от ответственности. Он должен быть в тюрьме, чтобы больше никого не смог обидеть." "Добби может посмотреть, что делает старый плохой хозяин." "Хорошо, только будь осторожен, чтобы тебя не поймали, Добби." Эльф исчез. "Добби рассказал мне о секретной двери, ведущей в подземелья Малфоев, и скрытой комнате, где хранятся «тёмные магические вещи». Нам просто нужно одновременно предупредить прессу и авроров. Особенно если мы сможем привести их туда, когда у Люциуса будет какой‑нибудь неразрешенный гость или пара гостей." "О‑о, мне это нравится. К тому же это унизит Драко — увидеть, как дорогой папочка попался со спущенными штанами. Не могу дождаться, когда увижу, как этот мелкий гад будет извиваться, поняв, что больше не может угрожать всем тем, что пожалуется папочке." "Отчасти мне даже жаль, что я не в Слизерине." "Только отчасти?" "Ну, большинство твоих однокурсников кажутся довольно неприятными. Хотя мне очень понравился вид общей комнаты. Окна, выходящие в озеро, и тусклый свет, просачивающийся внутрь, — это было красиво в каком‑то мрачном, угрюмом стиле." "Когда ты был в общей комнате Слизерина?" "В прошлом году на Рождество. Гермиона сварила оборотное зелье, чтобы мы могли пробраться внутрь и расспросить Малфоя насчёт всего дела с Наследником Слизерина — он тогда очень важничал. Мы с Роном замаскировались под Крэбба и Гойла и разговорили его. Конечно, оказалось, что Малфой знал меньше, чем хотел заставить всех думать, но его отец явно знал больше. Я просто не выяснил, насколько больше, до конца года. И это чуть не стоило мне жизни. Хочешь знать кое‑что смешное?" "По твоему тону кажется, что это вовсе не смешно." "Ну, скорее это чёрная комедия. Когда я освободил Добби от Люциуса, тот попытался на меня напасть. И это прямо возле кабинета Дамблдора, заметь, сразу после того, как директор отпустил его с предупреждением — хотя Люциус прямо сказал ему, что стоял за повторным открытием Тайной комнаты и нападениями. Мы были меньше чем в пятидесяти футах от его кабинета, а Дамблдор ничего не сделал — хотя, по идее, он знает обо всём, что происходит в школе. Интересно, может, за всем следят портреты и докладывают ему?" "Возможно, ещё и домовые эльфы Хогвартса," предположила Пэнси. "Или и те, и другие. Я чуть не погиб в Тайной комнате, а потом на меня напал один из верных последователей Волдеморта прямо возле его кабинета. И ни разу всемогущий Дамблдор и пальцем не пошевелил, чтобы мне помочь. По крайней мере, его питомец меня любит." "Чёрт, Гарри, когда ты рассказываешь мне такое, я начинаю волноваться ещё сильнее. Неужели все взрослые в нашем мире — глупцы?" "Эй, некоторые из них просто откровенные злодеи. Или и то, и другое." "Не надо мне это напоминать." "Да, прости. Так как твои дела?" "Я скучала по тебе. Интриговать веселее вдвоём. Мне нравится эта идея с Малфоями. Убрать с дороги великого Лорда Малфоя — это поможет защитить меня от того, чтобы меня не сосватали с Драко, и это для меня самое главное. Хотя отправить его в тюрьму за то, что он чуть не убил тебя, — это тоже недалеко от первого места по важности." Гарри усмехнулся, и Пэнси присоединилась к нему, прежде чем продолжить "Это шаг в правильном направлении, но нам нужно сделать больше, чтобы найти постоянное решение." "Жаль, что этим летом пока не было никаких ситуаций на грани смерти." "Если бы какой‑нибудь волшебный зверь напал на поместье, и ты мог бы меня спасти. Может, дракон как‑нибудь днём заглянет на чай. Мама, возможно, даже не заметит, если он придёт попозже." "Может, тебе просто нужна удача. В последнее время меня рядом не было, чтобы с этим помочь," сказал Гарри с возбуждённым блеском в глазах. "Ты что, делаешь мне предложение, Лорд Поттер?" "Только если ты заинтересована, миледи." "Думаю, мне стоит проверить, не растерял ли ты навыки." "Кто сказал, что я их растерял?" "Что, кто‑то ещё вытворял неподобающие вещи с магглами? Или Добби помогал тебе в чём‑то, о чём я не хочу знать?" Гарри со смехом покачал головой "Нет, Добби — не мой тип." "А какой у тебя тип?" спросила Пэнси с вызовом в голосе. "Мне нравятся девушки с острым умом и саркатичным, даже горьким взглядом на мир. Тёмные волосы — плюс, как и озорные глаза, намекающие, что со мной могут случиться неприятности. И невероятные ноги — это всегда плюс," сказал Гарри, приближаясь к ней. Пэнси немного отступила назад, пока не упёрлась в край кровати. Затем она оказалась в его объятиях, скользнула руками по его спине и притянула его к себе для поцелуя. Ощущение было обжигающим: её желание выросло сильнее, чем она думала с момента их последней встречи. Пэнси на мгновение осознала, что Гарри, должно быть, вытянулся — теперь он был немного выше неё. Но все мысли быстро улетучились, когда она провела языком по его губам, и его рот открылся навстречу ей. Тело Гарри прижалось к ней, и она упала на кровать. Её руки всё ещё были обвиты вокруг него, и он оказался сверху. На секунду он отстранился, прежде чем поцеловать возле уха, затем спуститься к шее. Его губы были мягкими, но настойчивыми: они скользнули от шеи к ключице, затем переместились на другую сторону и снова поднялись к шее. Она ахнула от удовольствия и инстинктивно обхватила его ногами. В ответ Гарри опустил руку и медленно погладил её ногу. Пэнси впервые почувствовала настоящее вожделение и застонала ему в рот, когда его губы снова вернулись к её губам. Прежде чем она потеряла контроль полностью, ей удалось отстраниться. "Подожди, подожди," её дыхание было тяжёлым. "Мне пока не нужно разрывать помолвку." "Прости," ответил Гарри, отстраняясь и слезая с неё, пока она убирала ноги с его талии. "Похоже, я немного потерял контроль." "Похоже, ты всё‑таки практиковался." "Нет, просто немного подучился." "Подучился чему именно?" "Немного того, немного этого," ответил Гарри с хитрой улыбкой. С помощью чар гламура и поддельного удостоверения личности Гарри начал своё изучение всего, что связано с женщинами. Эротика принимала множество форм, и Гарри жадно впитывал всё это. Его гормоны тоже были целиком «за». Но он также изучал всё, что мог, о женщинах в целом. Он хотел знать всё, чтобы лучше понимать Пэнси — в конце концов, она была его напарницей. Даже проведя два года в компании Гермионы, он по‑прежнему находил девушек загадкой. "Что ж, продолжай учиться. Возможно, мне всё‑таки придётся стать твоим ассистентом в практической части," сказала Пэнси. "Звучит как достойная цель," ответил Гарри и встал. Он никак не мог отвести от неё взгляд: платье задралось, и он видел почти всю длину её ног. Пэнси поймала его взгляд и рассмеялась. "У меня действительно невероятные ноги, не так ли?" "Да," просто ответил Гарри. "Моё лицо здесь, Лорд Поттер." "Верно, но ты явно коварная искусительница. Ты приглашаешь меня в свою комнату, затем подманиваешь к кровати и обвиваешь себя вокруг меня. Ты явно пытаешься меня соблазнить, а я, бедный наивный юный Лорд, не в силах противостоять твоим чарам." Пэнси рассмеялась "Приятно это знать. Значит, я смогу управлять нашим партнёрством так, как захочу." Гарри заставил себя отвести взгляд. Она была потрясающей. За последнее время он видел немало женщин в разной степени раздетости, но ни одна из них не захватывала дух так, как она в этот момент. Он мысленно усмехнулся. "Возможно, у меня ещё найдутся другие применения. К тому же ты сама недавно сказала, что я могу быть твоим «мозговым» ассистентом." "Ты выглядишь здоровее, так что назначить тебя ответственным за физическую силу было определённо хорошей идеей." "У меня было много работы, а Добби отлично меня кормит." "Придётся поблагодарить его за это. А теперь, пока ты снова не потерял контроль над собой, почему бы тебе не показать мне, над какой магией ты работал?" *** Остаток ночи пролетел быстро: Гарри объяснял Пэнси свои открытия о природе магии. Он рассказывал, что всё, похоже, строится на концентрации и силе воли, а палочка служит лишь инструментом для фокусировки. Гарри показал, как освоил заклинание призыва, и помог Пэнси разобраться в процессе — попытался научить её применять это заклинание и без палочки, и без произнесения слов вслух. Пэнси без особого труда удалось освоить беззвучный призыв, но призвать предмет без палочки у неё пока не получилось. Гарри посоветовал ей продолжать тренировки и объяснил, почему это заклинание так важно: умение вернуть палочку к себе, если потеряешь её в бою, — очевидно, крайне полезный навык. Пэнси осознала: сближение с Гарри, судя по всем неприятностям, в которые он попадал за первые два года учёбы, скорее всего, будет время от времени подвергать её опасности. Впрочем, у неё уже появились идеи о том, как уберечь его от стольких передряг в будущем. В конце концов, если позволить ему погибнуть, он будет ей совсем ни к чему. Кроме того, Гарри продемонстрировал ей ещё раз тот «другой вид магии», над которым он работал, — и Пэнси определённо одобрила его изыскания в этой физической области. После продолжительного поцелуя они пожелали друг другу спокойной ночи и оба увидели невероятно приятные сны. *** Ещё несколько дней Гарри посвятил отработке заклинаний, которые планировал освоить. Пэнси тоже подкинула ему пару идей, а Добби помогал тренироваться в применении защитного заклинания: каждый день по часу он магически швырял в Гарри разные предметы из квартиры. Это заодно пригодилось и для отработки заклинания «Reparo»: после того как предметы отскакивали от щита, Гарри часто приходилось их чинить или приводить в порядок. Однажды вечером, после приятного ужина с Брайтвеллами — Руби оказалась потрясающей поварихой, при этом она вовсе не была такой властной, как миссис Уизли, — Гарри вернулся в свою квартиру и обнаружил, что Добби снова куда‑то ушёл. Он сел и несколько минут почитал, пока Добби не появился с хлопком, буквально подпрыгивая от возбуждения. "Мастер Гарри, сэр! Старый плохой хозяин опять творит непотребства! Это именно то, чего ждал великий Гарри Поттер, сэр!" Гарри расплылся в коварной улыбке, пока Добби пересказывал все неблаговидные дела, которыми занимался Люциус Малфой. К концу рассказа маленького домового эльфа Гарри рассмеялся почти маниакально. Настало время мести. Он достал несколько кусков пергамента и начал писать.