We're In This Together

Впервые Гарри ехал к школе в карете, запряжённой странными крылатыми скелетообразными лошадьми. Он покачал головой, усаживаясь рядом с Пэнси, и постарался не показать дискомфорта, когда Джинни села с другой стороны от него. Она прижалась к нему чуть ближе, чем требовалось, но он промолчал. К счастью, к тому моменту, как поезд прибыл в Хогсмид, буря закончилась. Поездка к школе прошла в молчании — все ещё не оправились после появления дементора. Вскоре они добрались до замка. Пэнси коротко улыбнулась Гарри, прежде чем отделиться от группы у входа в Большой зал. Профессор МакГонагалл отозвала в сторону Гермиону и Гарри. Как непредвиденная, но весьма желанная привилегия статуса старосты факультета, Гарри получил собственные покои. Это радовало по нескольким причинам. Возможность уединиться — очевидный плюс. Ещё лучше было то, что он не будет слышать ужасного храпа Рона (да и Невилла, если уж на то пошло). Кроме того, у Гарри появится место, где можно встречаться с Пэнси или Добби так, чтобы никто не знал об этом, — а это может оказаться очень важным, особенно пока он не придумает, как обеспечить безопасность Пэнси. Профессор вскоре отпустила его — ей нужно было обсудить что‑то ещё с Гермионой. По пути в Большой зал, оставшись один, Гарри позвал Добби и велел маленькому эльфу после окончания пира проследить, чтобы с Пэнси ничего не случилось. Он направился к месту рядом с Роном, проигнорировав свободное место возле Джинни за гриффиндорским столом. В любом случае оно находилось напротив Рона, а Гарри уже понял: есть рядом с ним гораздо проще, когда его ужасные манеры лишь краем глаза попадают в поле зрения. Распределение уже началось. Гарри вежливо аплодировал новым ученикам, даже слизеринцам — Рон, как он заметил, этого явно не одобрял. Последней ученицей оказалась девочка по имени Ромильда Вейн, которая попала в Гриффиндор. Дамблдор предупредил всех о дементорах, размещённых вокруг школы, и Гарри пришлось заставить себя не качать головой из‑за глупости волшебного мира. Вокруг школы, судя по всему, находились десятки этих чудовищ — и всё ради поимки одного человека, у которого даже не должно быть палочки. Когда (а не если) на кого‑то из учеников нападут, он надеялся, что поднимется возмущение против того идиота в правительстве, который решил, будто держать пожирающих души монстров рядом с детьми — хорошая идея. К сожалению, Гарри знал: что с его везением, мишенью скорее всего станет он — поездка на поезде уже это доказала. И он совершенно не верил, что в следующий раз, когда он окажется в смертельной опасности, кому‑то будет до этого дело. В конце концов, раньше это никого не волновало. Гарри бросил взгляд на Пэнси: та закатила глаза, услышав жалкое предупреждение Дамблдора избегать дементоров. Он обрадовался, увидев, что она, похоже, вернулась к своему обычному язвительному состоянию. Для неё эти двадцать четыре часа были ужасными, и Гарри испытал облегчение, глядя на неё сейчас. Он почувствовал бы себя ещё спокойнее, если бы этой ночью она снова оказалась в его объятиях, но пока придётся довольствоваться тем, что есть. На мгновение он вспомнил, как сильно ему нужно убить её отца, но эти мысли отошли на второй план, когда Дамблдор объявил, что в школе появятся два новых преподавателя. Уже познакомившись с новым учителем Защиты от Тёмных искусств, Гарри заметил, что Снейп хмурится на профессора Люпина даже сильнее обычного. Гарри задумался, нет ли между ними какой‑то истории: здесь явно было больше злобы, чем он видел по отношению к Квиррелу два года назад или даже к Локонсу в прошлом году. Но самым большим сюрпризом стало то, что Хагрид стал новым преподавателем по Уходу за магическими существами. Гарри был искренне рад за своего очень крупного друга. Однако на мгновение он задумался: как Хагрид смог стать лицензированным преподавателем? Его исключили, когда он учился на третьем курсе, и у него даже не было палочки — по крайней мере, официально. Хотя Гарри знал, что Хагрид способен творить кое‑какие заклинания с помощью своего зонта. С другой стороны, разве стоило удивляться, что в волшебном мире может и вовсе не существовать такой вещи, как лицензия или диплом преподавателя? Безусловно, у Снейпа не было никаких педагогических способностей. Локонс оказался совершенно бесполезен. А о Биннсе‑призраке лучше и вовсе не говорить. Наконец появилась еда, и Гарри обнаружил, что проголодался сильнее обычного. Разумеется, в этом году Дурсли почти не морили его голодом. К тому же борьба с дементорами наверняка разожгла аппетит. Он и не подозревал, насколько сильно это лето изменило его. Забота Добби, магия рода Поттеров, вливающаяся в него через кольцо, и упорный труд — всё это сделало нынешнего Гарри Поттера совсем не таким, каким он был в конце второго года обучения. За лето он вырос почти на полфута и заметно набрал вес. Но главное изменение касалось его магии. Скоро он в этом убедится. В конце концов пир завершился. Гарри смотрел, как Пэнси уходит вместе с остальными слизеринцами, и почувствовал комок в желудке. Он надеялся, что Добби сумеет её защитить. После прошлой ночи он уже не мог надеяться, что на неё не нападут. Мысли разбегались, пока он шёл в гриффиндорскую гостиную. Когда они наконец добрались, он опустился в кресло и уставился в огонь. Он не замечал, что Рон и Гермиона пытаются с ним заговорить. Очнулся он, только когда Гермиона потрясла его за плечо. "Что?" "Что с тобой, Гарри? Ты какой‑то отстранённый с самого пира," сказала она. "Я очень устал. Думаю, я отправлюсь спать пораньше. Увидимся завтра, ребята." Гарри подошёл к портрету в углу гостиной. Элегантно одетый волшебник приподнял бровь, глядя на него, пока Гарри не поднял руку, показав фамильное кольцо. Рон и Гермиона наблюдали за ним, недоумевая, что происходит, а Гарри тем временем исчез в проёме — портрет скрывал за собой дверь. Комната, в которую он попал, напоминала гриффиндорскую гостиную, хотя явно была меньше. Справа от входа в стене находился камин, перед ним стоял диван. Напротив Гарри увидел большое окно и дверь, ведущую, похоже, на балкон, но не обратил на них внимания — слева обнаружилась дверь в спальню. Его сундук уже стоял внутри, так что Гарри быстро разделся и приготовился ко сну. Выйдя из ванной, он увидел Добби, ожидавшего у кровати. "Как Пэнси?" "Мисс Пэнси в порядке, мастер Гарри, сэр. Мисс Пэнси отправилась в свою комнату. Добби установил защитные чары вокруг её кровати — на случай, если какие‑нибудь злые ведьмы попытаются её потревожить." "Спасибо, Добби. Я за неё волнуюсь." "Добби знает, сэр. Добби будет присматривать за мисс Пэнси, возлюбленной мастера Гарри." "Я иду спать, Добби. Тебе тоже стоит отдохнуть. У нас обоих выдались непростые пару дней." "Спокойной ночи, мастер Гарри." *** Гарри спал как убитый — настолько он был измотан. На следующее утро он с удовольствием воспользовался собственной ванной и пришёл на завтрак раньше обычного. Гермиона тоже уже встала, но хотела подождать Рона в гостиной. Гарри был голоден (и втайне надеялся урвать несколько минут наедине с Пэнси, если получится), поэтому сказал ей, что займёт для них места в Большом зале. Когда они к нему присоединились, Гарри почти закончил завтракать. Пэнси тоже пришла к слизеринскому столу раньше обычного, и он уже успел несколько раз украдкой на неё посмотреть. Она выглядела немного уставшей, и он задумался: плохо ли она спала? Впрочем, он знал, что она и не самая бодрая по утрам. Его размышления прервали расписания занятий, которые начали раздавать. Первым у него стояла Нумерология — предмет, к которому он пока относился с сомнением, но, по крайней мере, на нём он будет с Пэнси. Рон что‑то пробурчал про то, что первым уроком у него Прорицания— и это посреди нескольких кусков еды, — но был слишком занят едой, чтобы заметить чрезмерно загруженное расписание Гермионы. Похоже, в 9 утра у неё стояло сразу три разных занятия. Может, учителя ещё безумнее, чем он думал. Он надеялся, что это не передастся его лучшей подруге: её ум не раз помогал ему выжить, и он совсем не хотел потерять одного из немногих людей, на которых мог положиться. Он извинился и встал из‑за стола, как только увидел, что Пэнси поднимается, чтобы уйти. Он последовал за ней на почтительном расстоянии вверх по лестнице, пока они не оказались в пустом коридоре. Затем он подбежал к ней — она обернулась, и они быстро юркнули в чулан для мётел. Она оказалась в его объятиях, он целовал её, и всё в мире было правильно. "Думаю, мы первая пара, которая оказалась в чулане для мётел в этом году," хихикнула она. "Ты в порядке?" Она приподняла бровь. "Ты выглядишь какой‑то уставшей сегодня утром." Взгляд превратился в сердитый. "Я… я просто волновался о тебе прошлой ночью и надеялся, что никто не потревожил тебя в общежитии или ещё где‑то." " Я плохо спала," холодно ответила Пэнси. "Мне жаль." "Вчера ты был достаточно умён, чтобы не говорить, что я выгляжу уставшей по утрам." "Ты и сегодня прекрасна, но прошлой ночью я не мог за тобой присмотреть. Ненавижу, что ты так далеко от меня в этом замке." "Было бы приятно снова уснуть в твоих объятиях," вздохнула она. "Мне приснился кошмар прошлой ночью." "Хочешь рассказать о нём?" "Нет, не волнуйся." Гарри заметил, что у неё снова появился загадочный вид. "Пока никому не говори о нас." "Почему?" "У меня кое‑что запланировано." "Я думал, в этом году мы будем всё планировать вместе?" "Это только первый день. Я — мозг, помнишь, Гарри?" "Как пожелаете, миледи." Он поцеловал тыльную сторону её ладони и был вознаграждён смешком, прежде чем она притянула его к новому поцелую. "В любом случае, сегодня не стоит строить планы. Всё‑таки нужно уделить внимание новым урокам." "Что у тебя после Нумерологии?" "Травология с когтевранцами," ответила она с отвращением. "Мои соболезнования. Ничего не имею против профессора Спраут, но я ненавижу садоводство — магическое или нет." "Я тоже." "У меня Трансфигурация. Я, наверное, закричу, если МакГонагалл задаст нам домашнее задание в первый же день." "Тогда я буду прислушиваться, не закричишь ли ты." "А ещё я немного волнуюсь из‑за Ухода за магическими существами сегодня днём." "Почему?" "Ну, я очень люблю Хагрида, но у него довольно странные представления о магических существах." "Я удивилась, когда его сделали профессором. Я знаю, что он твой друг, но…" "Да, но как он вообще подходит для преподавания? В смысле, его исключили из Хогвартса на третьем курсе, а теперь он учит других. У него даже нет своей палочки. Но главная проблема в том, что я уже видел, каких существ Хагрид держит в качестве питомцев. Просто будь готова спрятаться за мной, когда одно из его чудищ попытается нас убить." "Как галантно с твоей стороны, Лорд Поттер," фыркнула она. "Я ведь должен быть героем, так что и вести себя нужно соответственно. Особенно с моей девушкой." "Что ж, твоя девушка говорит, что нам лучше пойти на занятия, пока мы не опоздали в первый же день." Гарри нехотя согласился, и вскоре они пришли на Нумерологию за несколько минут до начала урока. В основном здесь были когтевранцы, но Гермиона уже сидела за пустым столом — Гарри и Пэнси присоединились к ней. Профессор Вектор начала занятие с повторения основ геометрии и алгебры, которые, к счастью, Гарри в основном помнил. Похоже, хорошая математическая подготовка здесь пригодится — и обычные магловские уроки математики оказались не так уж далеки от этого. Он не удивился очевидным успехам Гермионы, но задумался, насколько хорошо Пэнси справляется с материалом. Надо будет не забыть спросить её, какое образование получают магические дети до поступления в Хогвартс. На Нумерологии задали столько работы, что у них всё равно не осталось бы времени строить планы — даже если бы Пэнси была к этому расположена в тот день. Время пролетело незаметно, и вскоре Гарри отправился на Трансфигурацию, а Пэнси — к теплицам. *** Если бы Гарри внимательнее следил за работой Пэнси, он мог бы заметить, что она делает какие‑то дополнительные расчёты. Выйдя наружу, она подняла взгляд на основные части замка. Астрономическая башня — одна из самых высоких точек школы — нависала над третьей теплицей. Её план почти созрел. Теперь она определилась с идеальным беспристрастным свидетелем, который поможет ей всё осуществить. *** Казалось, все остальные гриффиндорцы его курса выбрали Прорицание — это заставило Гарри покачать головой. Когда они пришли на урок к МакГонагалл, все были мрачны, но она быстро взялась исправлять ситуацию. Предзнаменование смерти Рона сойдёт за оправдание не сданных заданий только в том случае, если хоть одно из предсказаний Трелони действительно сбудется — а такого, заверила их профессор МакГонагалл, ещё никогда не случалось. Гарри заметил, что Гермиона тоже записалась на этот предмет, и это заставило его забеспокоиться. Перед обедом Добби передал ему записку от Пэнси: она просила встретиться позже днём, когда занятия закончатся. Урок Ухода за магическими существами начался довольно интересно — Хагрид представил гиппогрифов. Непредвиденная поездка Гарри на Клювокрыле даже оказалась довольно весёлой. Но, конечно, Малфой должен был всё испортить в своей обычной невыносимой манере. Он принялся вопить так, будто случилось нечто ужасное, — хотя, по мнению Гарри, рана была совсем незначительной. Прежде чем класс успел запаниковать, инстинкты Гарри снова сработали. "Малфой, может, перестанешь орать как младенец и встанешь? Гиппогриф едва тебя задел, трус." Он добавил саркастическую ухмылку для пущего эффекта. И, конечно, дурак попался на удочку — вскочил на ноги. "Как ты смеешь, Поттер! Я в два раза лучший волшебник, чем ты!" "Ну, зато в два раза больший дурак, это точно. Спасибо, что доказал: ты всё это разыграл своим жалким представлением." Гарри продолжал ухмыляться, пока на лице Драко не отразилось осознание, что вспыльчивость его выдала. Он начал что‑то говорить, но остановился; Гарри был почти уверен, что первыми словами должны были стать «Когда мой отец об этом узнает…». Хагрид всё равно отправил его в больничное крыло, чтобы Помфри осмотрела царапину, и Гарри был весьма доволен, что больше никаких проблем на уроке не возникло. Он понимал, что Хагрид чудом избежал неприятностей, и остался после урока предупредить великана: Малфой почти наверняка попытается создать проблемы в будущем. Во время занятия Гарри незаметно наблюдал за Пэнси. Он заметил, как она немного поговорила с другими слизеринками. Стоя в дальнем конце группы учеников, она улыбнулась и подмигнула ему, когда он спешился с Клювокрыла, — но в остальном держалась отстранённо. Гарри решил, что это как‑то связано с её планом, хотя ему это всё равно не нравилось. Покинув урок Хагрида, он направился к теплицам, гадая, почему Пэнси выбрала это место для встречи. "Добрый день, мистер Поттер," сказала профессор Спраут, вернув Гарри к реальности. "Здравствуйте, профессор." "Я слышала, вы столкнулись с дементором в поезде. Отвратительные создания, им не место рядом со школой, полной детей," покачала головой она. Гарри изумился: вот ведьма с здравым смыслом! "Не могу не согласиться. В министерстве, должно быть, одни идиоты, раз притащили сюда этих тварей. Лучше бы прислали авроров. У Блэка даже нет палочки, а они посылают пожирателей душ туда, где дети нашей страны учатся магии." "Совершенно верно, мистер Поттер." Их разговор прервало внезапное появление Добби. "У мастера Гарри есть палочка, сэр?" "Да, она со мной," ответил Гарри, доставая её. "Хорошо. Добби принёс метлу мастера." "Мою метлу? Зачем?" Гарри начал оглядываться по сторонам. «Пэнси уже должна была быть здесь». "Кто‑то на Астрономической башне," сказала Спраут, привлекая внимание Гарри наверх. "О боже, нет…" У него перехватило дыхание. Он схватил метлу и взмыл в воздух так быстро, как только смог. *** Пэнси увидела появление Добби и улыбнулась. Маленький эльф в точности следовал её плану — она заметила, как он уговаривает Гарри достать палочку. Она ждала, пока группа не посмотрит на неё. "Я никогда не вернусь," произнесла она. Гарри уже пришёл в движение. Она прыгнула. *** Это были самые долгие секунды в его жизни. "Arresto Momentum!" выкрикнул он, и силы магии, которую он вложил в заклинание, хватило бы, чтобы остановить слона. Но у Гарри не было времени замечать, сколько его силы вырвалось наружу, чтобы поймать Пэнси. Он рассекал воздух, заставляя метлу лететь быстрее, чем когда‑либо прежде. Чуть изменив угол — чуть больше вверх, — он убрал руки с метлы. *** Воздух, хлещущий по ней во время падения, дарил удивительное ощущение. Вот она — свобода, наполнявшая её распростёртые руки. Где‑то в глубине сознания мелькнула мысль: теперь она вдали от отца — даже если Гарри не справится. Но она знала: он не подведёт. Гарри дал ей обещание. И это обещание наполняло её радостью, когда она увидела, что он протягивает руки, чтобы поймать её. *** Помона Спраут провела в Хогвартсе десятки лет — сначала как ученица, потом как преподаватель. Она знала, что Гарри Поттер — потрясающий лётчик, но то, что она увидела в тот день, было самым невероятным зрелищем в её жизни. У неё замерло сердце, когда она увидела, как девушка прыгает с башни. Но прежде чем она успела хоть как‑то отреагировать — даже вскрикнуть от ужаса, — Мальчик‑который‑выжил уже мчался по воздуху, полный решимости сделать так, чтобы эта девушка тоже осталась в живых. *** Он увидел, что она улыбается. Каждая клеточка его тела кричала от ужаса — а она улыбалась ему. Даже посреди падения. Но этот ужас закончился, когда она снова оказалась в его объятиях. Руки у обоих немного побаливали по сравнению с тем, что было раньше, — из‑за столкновения в воздухе двух мчащихся подростков. На этот раз он не подвёл её. И в мире снова всё стало на свои места.