We're In This Together

Отдалённые голоса пытались вернуть его в сознание, но сон не отпускал. Как и тогда, в поезде, вспыхнул яркий зелёный свет, а женщина молила и кричала. Ощущение было ужасным. Зелёная вспышка пульсировала снова и снова. Но вскоре свет изменился: он остался зелёным, но стал мутным, тёмным. И тогда он увидел её — Пэнси. Она парила с закрытыми глазами. Он запаниковал и подплыл к ней. Она не могла быть мёртвой. Но сцена сменилась — и вот она уже стояла рядом с ним. Мутный зелёный свет пробивался сквозь огромное стеклянное окно, которое почему‑то казалось знакомым. Её рука в его руке, улыбки на губах у обоих. Он оказался в тёмной просторной комнате и снова увидел её. Она была вся в чёрном и танцевала с безудержной радостью и весельем. Вокруг неё кружились какие‑то тени, неясные силуэты, но его взгляд был прикован к ней, словно её освещал софит. Ритм музыки пульсировал, и он следил за тем, как её тело двигается в такт. Боже, как она была сексуальна. Затем они очутились в другой комнате — ещё более просторной, но светлой. Теперь на ней было более торжественное платье, и на этот раз они танцевали вместе, кружась среди других пар — чьи лица расплывались в нечёткие пятна. Она по‑прежнему оставалась самой сексуальной женщиной в зале, но теперь казалась ещё счастливее. И это значило для него всё. Он увидел их вдвоём: они сидели на диване перед камином, укрывшись одеялом, чтобы согреться. За окном падал снег. Они попивали горячий какао, а единственный свет в комнате исходил от разноцветных мерцающих гирлянд на рождественской ёлке. Той самой ёлке, которую они выбрали и украсили вместе. Они были одни и чувствовали умиротворение. Потом они оказались в Большом зале. Уверенно и счастливо шли по проходу — вместе. Больше никаких тревог из‑за врагов. Больше не нужно хранить секреты. Облегчение. Наконец‑то. Он услышал голоса друзей и медленно позволил себе очнуться. *** "Мы не против подождать." "Всё в порядке. Вам стоит пойти поесть. Выпейте горячего супа, чтобы согреться. Не хотите же подхватить простуду сейчас, правда?" Пэнси на этот раз даже не смогла разозлиться на этих двоих. Проклятые дементоры вымотали их всех. Но Патронус Гарри всё изменил. Даже сидя рядом с ним, ожидая, пока он очнётся, ожидая подтверждения, что с ним действительно всё в порядке, она всё ещё ощущала отголоски воздействия того прекрасного сияющего дракона. Он вытравил из неё большую часть горечи. Пэнси втайне была тронута тем, что друзья Гарри настолько беспокоятся о нём, что по‑прежнему сидят у его кровати спустя несколько часов. "Давай, Гермиона, она права. С Гарри всё будет хорошо — Помфри сказала, что он просто измотан. С ним ничего страшного; на этот раз он просто спит." "Мне невыносимо видеть его таким. Каждый год он оказывается в больничном крыле. Почему с Гарри всегда происходят эти ужасы?" "По крайней мере, ничего худшего не случилось. Эти дементоры были просто отвратительны." "Чудо, что никто не был поцелован." "Это не чудо — это Гарри." Пэнси посмотрела на его безмятежное спящее лицо. "В прошлом году он убил василиска. Каждый в этой школе обязан ему жизнью, а теперь ещё и своей душой." Друзья Гарри не знали, что на это ответить. Пэнси самодовольно усмехнулась про себя. Будет интересно посмотреть, согласится ли магия с её теорией о том, что вся школа в долгу перед ним. Но сейчас важнее всего было одно — она просто хотела, чтобы он очнулся. "Вам двоим не обязательно оставаться." "Тогда почему остаёшься ты?" "Потому что моё место — рядом с ним." В её словах крылось куда больше, чем было сказано вслух, и Грейнджер снова явно сгорала от любопытства насчёт истинной природы её отношений с Гарри. "Хорошо. Но мы вернёмся проведать его после ужина." С этими словами они наконец ушли. Пэнси удивилась, что желудок этого рыжего выдержал так долго. Услышав, как за ними закрылась дверь, она огляделась и заметила, что мадам Помфри находится в своём кабинете. До пробуждения Гарри делать было особенно нечего. "Эй, красавица." Прежде чем она успела осознать, что происходит, Гарри притянул её к себе и поцеловал. Она начала отвечать на поцелуй, но быстро отстранилась. "Ты не должен так делать там, где нас кто‑то может увидеть," прошептала она. "А ты думаешь, почему я ждал, пока они уйдут?" "Как давно ты в сознании?" "Не слишком долго, хотя мне понравилось, когда меня сравнивали с чудом." "Ты моё чудо, Гарри." Она коротко поцеловала его. "Давай посмотрим, сможем ли мы уговорить Помфри отпустить тебя отсюда." *** Удивительно, но им удалось покинуть больничное крыло — после того, как Гарри пообещал хорошенько отдохнуть этой ночью и все оставшиеся выходные. Обещание не проводить ночь в гуляниях с гриффиндорцами тоже сыграло свою роль. Идя по коридору, они завернули за угол и увидели Нарциссу Малфой, направлявшуюся прямо к ним. Пэнси едва удалось сдержать ухмылку на лице. "Лорд Поттер." "Леди Малфой." "Я надеялась поговорить с вами." "Надеюсь, вы не слишком долго ждали, миледи," он коротко улыбнулся ей в ответ. "После фиаско на квиддичном поле было много дел." "Могу себе представить." "Вы не против поговорить наедине?" "Конечно, нет," ответил он, но на всякий случай проверил, под рукой ли палочка — чтобы при необходимости быстро её достать. Нарцисса открыла ближайшую дверь, заглянула внутрь и повернулась к нему. "Здесь подойдёт." "Я подожду снаружи," сказала Пэнси, и Гарри обернулся к ней. Это было неожиданно, но он доверял её суждениям, хотя и удивлялся, почему она не хочет присоединиться к нему, как обычно. Он последовал за Нарциссой внутрь и наблюдал, как она накладывает чары приватности после того, как он закрыл дверь. Она прошла вглубь комнаты, и он последовал за ней. "Я хотела поблагодарить вас, Лорд Поттер. Я знаю, что у моего сына с вами не лучшие отношения, но от лица дома Малфой мы оба в долгу перед вами за то, что произошло сегодня." "Не за что, Леди Малфой. Я рад, что ничего худшего не случилось. Меня тревожит, что этих существ допустили так близко к школе." "Полностью с вами согласна, милорд." "Возможно, вы могли бы тогда помочь?" "О?" "Полагаю, нам нужно оказать давление на министерство, чтобы дементоров отправили туда, где им место. Поимка Блэка — задача авроров и боевых магов. Я более чем уверен, что никто из них не станет высасывать души у невинных учеников." "Это хорошая идея. Думаю, я могу связаться с несколькими людьми, которые помогут в этом деле. Будет разумно обратиться в «Ежедневный пророк»." "Я тоже так подумал." "Отлично. Ещё я хотела спросить: у вас есть какие‑то планы на предстоящие праздники?" "Пока ничего конкретного, миледи. Почему вы спрашиваете?" "Мы часто устраиваем приёмы на Новый год. В этом году я хотела бы пригласить вас. Особенно после того, что вы сделали для моей семьи сегодня, — для нас будет большой честью видеть вас среди гостей." "Понимаю," Гарри помолчал и на мгновение задумался. Сейчас ему очень пригодился бы совет Пэнси. "Я пока не уверен, получится ли у меня присоединиться к вам, но благодарю за приглашение. Возможно, я дам вам знать, когда разберусь со своими планами на праздники, леди Малфой." "Мои друзья зовут меня Нарцисса." "Так мы теперь друзья?" "Можем ими стать," ответила она с лукавой улыбкой. "Тогда, полагаю, вам стоит называть меня Гарри, Нарцисса." "Вы можете взять с собой гостя, если это вас беспокоит, Гарри. Пэнси или кого‑то ещё. Я понимаю, что может возникнуть проблема, если я приглашу лишь часть Дома Поттеров. Я буду крайне разочарована, если вы не сможете к нам присоединиться." "Что ж, я не хотел бы разочаровывать леди, не так ли?" усмехнулся он. "Я свяжусь с вами, как только окончательно определюсь с планами." "Буду ждать вашу сову, милорд." Она улыбнулась и направилась к выходу. Гарри внимательно следил за тем, как покачиваются её бёдра. Это было нарочито или раньше он просто не обращал внимания на её походку? В Нарциссе Малфой определённо было что‑то опьяняющее. Он взял себя в руки, когда она открыла дверь: ему не нужно, чтобы Пэнси это заметила. "Подожди, пока мы не окажемся в наших покоях," прошептала ему Пэнси. Гарри кивнул и бросил короткий взгляд на Нарциссу, исчезающую в конце коридора. "Ужин ещё не закончился?" спросил он. "Думаю, как раз подходит к концу. Мы можем попросить Добби принести нам что‑нибудь." "Хорошая идея. Пойдём." Погода по‑прежнему была кошмарной, пока они пробирались обратно к башне Гриффиндора. По пути им встретилось несколько человек, многие из которых смотрели на Гарри с откровенным восхищением. Он подумал, что это приятная перемена по сравнению с прошлым годом, когда в глазах людей читался страх. Некоторые даже благодарили его за то, что он защитил их во время матча по квиддичу. Впрочем, выглядел Гарри, должно быть, довольно измождённым — это помогло ему легко откланяться от дальнейших разговоров. Наконец портрет Полной Дамы распахнулся, и они вошли внутрь — в тот же миг вокруг раздались восторженные возгласы. Люди окружили Гарри, хлопали его по спине и засыпали сотней вопросов одновременно. Похоже, в башне всё это время царило некое волнение: все то ликовали, то ждали, пока Гарри присоединится к ним, чтобы веселье стало по‑настоящему бурным. Кто‑то протянул ему сливочное пиво, и Гарри поднял руки, призывая всех к тишине. Постепенно шум стих настолько, что его стало слышно. "Спасибо за столь тёплый приём, ребята," произнёс он. Раздались новые овации. "К сожалению, я очень устал после сегодняшнего дня и мне нужно ещё отдохнуть," продолжил Гарри. Послышался разочарованный гул. "Если Помфри узнает, что я веселился с вами, она прикуёт меня к кровати на неделю," рассмеялся он. В ответ раздался хохот. "Кстати, какой в итоге оказался счёт?" Вуд выкрикнул: «230–40!» "Я же говорил, что ни за что на свете не проиграю Малфою!" снова раздался смех. "Но мне действительно нужно прилечь. Надеюсь, вы отпразднуете за меня сегодня вечером." Гарри взял ещё одну бутылку сливочного пива и заметил, что Пэнси пробирается сквозь толпу позади него с пустыми руками. Приняв ещё несколько поздравлений, он наконец вошёл в их личные покои. Тишина, наступившая после того, как за Пэнси закрылась дверь, принесла огромное облегчение. "Добби?" "Хозяин Гарри! Чем может помочь Добби?" "Не мог бы ты принести нам что‑нибудь поесть? Желательно что‑нибудь горячее." "Эльфы Хогвартса приготовили на ужин тушёную говядину." "Звучит замечательно. А ты что скажешь, Пэнси?" "Да, спасибо, Добби." Эльф исчез, а Пэнси села рядом с Гарри — он протянул ей одну из бутылок сливочного пива. "За нас! Так… о чём хотела поговорить Нарцисса Малфой?" "О нескольких вещах. Она хотела поблагодарить меня — несмотря на то, что знает, как мы с Драко не ладим, — за то, что сегодня я спас их жизни. Она держалась довольно официально." "Думаю, это не так уж удивительно. Меня удивило, что она всё ещё в школе." "Меня тоже." Добби вновь появился и поставил перед ними на стол две тарелки с ужином. "Это из‑за Добби, хозяин," маленький эльф выглядел пристыженным и явно напуганным. Гарри и Пэнси начали есть, а Добби продолжил. "Старая госпожа спросила про Добби после того, как хозяин Гарри был у ведьмы‑целительницы. Старая госпожа сказала, что хочет поблагодарить хозяина Гарри за его великое волшебство. Старая госпожа не была злой, как старый хозяин, поэтому Добби сказал ей, когда хозяин Гарри очнулся. Добби понял, что старая госпожа не лгала." "Ты слышал, что Нарцисса сказала мне, Добби?" "Да, хозяин Гарри." "Малфои часто устраивают новогодние вечеринки?" "Почти каждый год, да, хозяин Гарри." "Я была на паре таких в прошлом," добавила Пэнси. "И какими они были?" "Довольно официальными, но не такими чопорными, как некоторые другие вечеринки чистокровных семей, на которых я бывала. Взрослые обычно пили чуть больше обычного — этого следовало ожидать. От детей требовали вести себя наилучшим образом, но в зависимости от того, как вели себя их родители, многие нередко начинали шуметь — ну, насколько это возможно в таком кругу. Малфои, как правило, вели себя сдержаннее. Леди Малфой не славится тем, что пьёт сверх меры. А вот Драко, конечно, всегда вёл себя как избалованный мальчишка и позволял себе куда больше, чем остальные дети. Я поняла, что он унаследовал высокомерие отца, ещё задолго до того, как поступила в Хогвартс." "Тогда это полезно знать. Нарцисса пригласила меня — или, скорее, нас, полагаю, — на новогоднюю вечеринку, которую устраивает в этом году." "Ты принял приглашение?" "Я сказал ей, что должен уточнить свои планы на праздники и дать ей знать. Кажется, пойти туда может быть интересно. Возможно, даже полезно. Но я хотел сначала обсудить это с тобой — у тебя явно больше опыта в подобных делах. Пойдём?" "Ты же понимаешь, что она будет использовать тебя, если ты пойдёшь?" "Я предполагал, что что‑то в этом роде может быть правдой. Но как именно?" "Ну, влияние Малфоев сильно пошатнулось после того, как Люциуса отправили в Азкабан. Особенно из‑за скандального характера этого дела. А с учётом старых слухов о том, что он был Пожирателем смерти, Малфои естественным образом стали врагами «мальчика, который выжил». Так что если Леди Малфой сумеет заполучить тебя в гости, это привлечёт много внимания. Это значительно улучшит её репутацию и репутацию семьи. А поскольку Люциус всё ещё за решёткой, это сыграет ей только на руку — она будет выглядеть великой дипломатом, сотрудничающей с кем‑то из враждебного семейства. Тебе придётся быть осторожным: некоторые могут счесть тебя слабым, если покажется, что она одурачила наивного юного лорда Поттера. Поэтому нужно быть начеку и вести себя особенно уверенно — общаться со многими людьми, а не просто присутствовать в качестве её гостя." "Понятно, я всё это понимаю. Но стоит ли нам идти?" "А ты сам хочешь?" она пристально посмотрела на него. Гарри откусил довольно большой кусок, чтобы дать себе время подумать над ответом. "В каком‑то смысле — да. Как я уже сказал, кажется, это может быть полезно — пообщаться с верхушкой магического общества, завести связи с влиятельными людьми и всё такое. Мне, конечно, понадобятся твои уроки этикета. Разумеется, нам придётся, как обычно, скрывать наши отношения, и я не знаю, как это будет выглядеть. Будет ли плохой идеей мне появиться там с моей предполагаемой служанкой? И каково будет тебе? Потому что если для тебя это будет невыносимо, то мы не пойдём." "Это очень мило, Гарри. Но для меня это не будет слишком неловко. Я вижу другую проблему для нас. А именно — столкнуться там с моим отцом." "Возможно, я смогу узнать, будет ли он там, и избежать встречи, если он придёт. Возможно, я даже смогу попросить Нарциссу не приглашать его — она, похоже, очень хочет, чтобы я согласился прийти. Полагаю, я буду чем‑то вроде почётного гостя." "Это правда." Разговор на мгновение затих, пока они продолжали есть. "Я заметила, что теперь ты называешь её Нарциссой." Гарри чувствовал, что она его оценивает, хотя и не смотрела на него, а продолжала есть. "Она предложила мне так её называть — мол, так поступают её друзья." "То есть теперь вы с ней друзья?" "Я тоже её об этом спросил. Думаю, она стала относиться ко мне дружелюбнее из‑за сегодняшнего. Возможно, это ещё и часть её попытки умаслить меня, чтобы я принял приглашение." "Хорошо, что ты это понимаешь." Гарри с огромным удовольствием доел тушёное мясо. Для этого вечера блюдо подошло идеально — сытное, питательное и тёплое. Он откусил кусок хлеба и запил остатками сливочного пива. Пэнси не испытывала такой же потребности наесться до отвала и ещё не закончила трапезу. "Если мы сможем убедиться, что мой отец не будет там, думаю, нам стоит пойти," наконец ответила она. "Ладно. Но я пока не стану ей писать. В конце концов, не хочу выглядеть слишком нетерпеливым." "Да, не стоит." Гарри расслабился и откинулся на спинку стула, дожидаясь, пока Пэнси закончит есть. "Почему бы тебе не пойти принять душ, Гарри?" предложила она. "Что, от меня так плохо пахнет?" усмехнулся он. "Чары сушки и согревания не дают такого ощущения свежести, как хороший тёплый душ. К тому же у тебя сегодня победа — ты заслужил награду. Мы же не хотим, чтобы ты уснул слишком рано, правда?" Гарри не потребовалось больше убеждений. В конце концов, отчасти ради этого он и стремился покинуть больничное крыло. Вода оказалась освежающей. Пэнси, как обычно, была права. Он пробыл под душем гораздо дольше, чем планировал, — после такого выматывающего дня это было невероятно приятно. В конце концов он вышел и вытерся. Оставил полотенце в ванной, слегка разочарованный тем, что Пэнси не присоединилась к нему. Гарри всё ещё был обнажён, когда вошёл в спальню и увидел Пэнси — она его ждала. На ней снова был тот чудесный шёлковый халат, который почти ничего не скрывал и лишь намекал на изгибы её тела под тканью. Он и правда был чертовски сексуален. "Мне нравится этот халат," сказал он ей. "Эта старая вещь?" отозвалась она с лукавой улыбкой и соблазнительно крутанулась на месте. "Похоже, ты надеваешь его только по особым сексуальным поводам. И я обожаю эти особые поводы." "Ложись в постель, Гарри. Сегодня тебе нужно отдохнуть, помнишь?" Он откинул одеяло и сел на кровать, с ожиданием глядя, что она присоединится к нему. "Полагаю, сначала мы должны устроить частное празднование победы." "Ну, ты ведь победил," снова появилась её сексуальная усмешка, пока она играла с поясом халата и подступала ближе. "Может, ты даже заслужил бонус — с учётом того магического представления и всего остального. Думаю, какая‑то награда за спасение моей души от тех монстров вполне положена." Она толкнула его назад, так что он откинулся на подушки, и наконец — о, так медленно — сняла халат. "Твоя душа для меня бесценна," произнёс он, когда она забралась на него сверху и поцеловала. "Так же бесценна, как и все остальные твои чудесные части." Он обхватил руками её груди и втянул губами один из сосков. Пэнси слегка хихикнула, прежде чем снова толкнуть его на спину. "Тебе нужно отдыхать, мой Лорд," почти промурлыкала она. Её ноги обхватили его талию, и она потянулась вниз, направляя его в себя. "Сегодня я позабочусь о твоих нуждах." Она опустилась на него, и он снова оказался в состоянии блаженства. "Просто откинься назад и наслаждайся поездкой." *** На следующий день Гарри проспал допоздна, и даже Пэнси, наслаждавшаяся завтраком в постели (который принёс Добби), не смогла разбудить его почти до полудня. К тому времени, как они оделись и направились в Большой зал, обед уже начался. Впервые Гарри хотел, чтобы его появление привлекло внимание: сегодня у него была цель. Двери были открыты, столы заполнены учениками, когда Гарри вошёл — Пэнси, как обычно, следовала за ним чуть поодаль. Она внимательно начала изучать лица вокруг. При виде Гарри раздались восторженные возгласы, почти овация стоя. Многие слизеринцы присоединились, несмотря на давнее соперничество и проигрыш в матче. Очевидно, сохранение собственных душ значило многое даже для таких людей, как бывшие соседки Пэнси по комнате — Гринграсс, Дэвис и Булстроуд. Она заметила, что Малфой и его прихвостни даже не похлопали. Некоторые просто лишены воспитания. Гарри улыбнулся в ответ на такой приём. Дав толпе немного успокоиться, он поднял руки и дождался тишины. "Спасибо всем. Я рад видеть нас всех здесь сегодня — вчера могла произойти ужасная трагедия. Я счастлив, что смог внести свой вклад в устранение той неразберихи, которую создало министерство. Я хочу попросить каждого из вас тоже внести свой вклад в исправление ситуации. Напишите родителям, старшим братьям и сёстрам, друзьям — всем, кого сможете вспомнить. Напишите в «Ежедневный пророк». Напишите в министерство, если знаете там кого‑то, кто готов выслушать. Дементоры не должны находиться рядом со школой. Эти монстры с радостью убили бы нас всех. Сириус Блэк, возможно, убил дюжину людей, — при упоминании сбежавшего заключённого в зале повисла особенно тяжёлая тишина, но Гарри продолжил. — Но эти монстры вчера могли убить сотни. Они опаснее одного волшебника — даже такого, как Блэк. У нас есть авроры и боевые маги не просто так. Выслеживать тёмного волшебника — вот за что им платят. Министерство должно понять это. Отправьте их обратно в Азкабан, где им и место, подальше отсюда. Спасибо." Гарри прошёл чуть дальше и сел — как обычно, рядом с Гермионой, к некоторому разочарованию Пэнси. Дамблдор поддержал аплодисментами речь Гарри, и учителя, похоже, одобрили сказанное. Даже Снейп похлопал — правда, не слишком воодушевлённо и с привычной гримасой на лице. Некоторые вещи никогда не меняются. "Ты точно не имеешь злого близнеца?" с улыбкой спросила Гермиона. "Вполне уверен в этом, Гермиона." "Тот Гарри, которого я знаю, ненавидел бы произносить подобные речи." "Может, и так. Но тот же Гарри ненавидел бы снова и снова отбиваться от дементоров весь год. Избавиться от них стоит того." "Полагаю, в этом есть смысл." "Гарри, дружище, у нас плохие новости," вмешался Рон. "Ладно, в чём дело?" "Ну…" Рон замялся, явно не желая озвучивать то, что его беспокоило. "Да?" "Ох, честно, Рональд, это всего лишь метла," раздражённо сказала Гермиона. "Когда ты потерял сознание после создания Патронуса, твоя метла улетела, потеряв управление. Похоже, ей не повезло направиться к Гремучей иве." "Ай," поморщился Гарри. "Насколько всё плохо?" "Сломалась на несколько частей, боюсь. Сомневаюсь, что её получится починить, хотя мы ещё не успели спросить кого‑нибудь проверить." "Понятно. Но кто‑то смог её найти?" "Да, я пошёл искать её с Фредом и Джорджем, когда узнал, что с тобой всё в порядке," ответил Рон. "Погода немного прояснилась, слава Мерлину. Думаю, мы собрали все части, но, боюсь, метле конец, Гарри." "Плохо дело. Придётся, видимо, подумать о новой метле к Рождеству," Гарри удивил окружающих внезапной улыбкой. "Зато теперь у меня есть оправдание, когда Вуд захочет заставить нас тренироваться часами напролёт." Несколько человек рассмеялись вместе с ним, и остальная часть обеда прошла в приятной атмосфере. Все Уизли согласились написать родителям, и Гарри с радостью разрешил им одолжить Хедвигу, чтобы отправить письма. Колин Криви, как никто и не сомневался, фотографировал матч и считал, что у него получилось несколько отличных снимков Гарри, Патронуса и дементоров. Он был в восторге от возможности помочь своему герою, особенно после вчерашнего, и с радостью собирался отправить копии в «Ежедневный пророк». Гарри надеялся, что фотографии получатся хорошими: увидеть — значит поверить. Избавление от дементоров было его главной задачей на данный момент, и он хотел завершить это дело как можно скорее. У него были и другие планы, а предстоящие каникулы, похоже, обещали быть весьма насыщенными.