We're In This Together

ДЕМЕНТОРЫ АТАКУЮТ ХОГВАРТС! Заголовок кричал с первой полосы над фотографией, на которой Гарри и его драконий Патронус отгоняли дементоров — те кружили вокруг учеников в гриффиндорской секции трибун. Надо отдать должное Колину: фото получилось действительно удачным. И хорошо, что у парня есть талант. Было бы жалко, если бы он так привязался к фотоаппарату и при этом не умел им пользоваться. Было время завтрака, и многие читали «Ежедневный пророк», чтобы узнать новости о дементорах. Похоже, весть о едва не случившейся трагедии разлетелась по округе. Впервые люди обратили внимание на учеников Хогвартса и на то, как те оказались в опасности. «Наконец‑то, — подумал Гарри про себя. — Было бы неплохо, если бы в прошлом году мне не пришлось практически в одиночку разбираться с василиском». Ему до сих пор было трудно поверить, что Дамблдор ничего не заподозрил насчёт василиска, хотя Гермиона, второкурсница, смогла до всего додуматься — да и сам директор был здесь, когда это случилось пятьдесят лет назад. Может, старик начинает терять хватку? Хорошая новость заключалась в том, что дементоров в тот день отзывали обратно в Азкабан. Негативная огласка нападения на школу оказалась достаточно сильной, чтобы перевесить решения Министерства магии, а точнее — его Отдела Ужасных Идей. Гарри был очень благодарен за это. После всего, что он увидел в этом году, его уже не убедили бы, что такого отдела не существует. Оказалось, что единственный аврор, который находился в Хогсмиде и якобы следил за дементорами, подвергся нападению — его душа была высосана, прежде чем твари вышли из‑под контроля и направились к школе. Какие бы заклинания или магические предметы ни использовало министерство, чтобы держать этих монстров под контролем, их явно оказалось недостаточно. Это наводило ужас. Гарри отогнал мрачные мысли, переключившись на более приятные воспоминания о том, как прошли остальные выходные. Пэнси уговорила его закончить все задания на неделю и провела с ним дополнительное время в постели — следуя совету Помфри. Возможно, целительница не назвала бы это «отдыхом», но Гарри от этого стало намного лучше. Пэнси очень хорошо о нём заботилась. Из‑за этого Гарри почти захотелось, чтобы ему снова пришлось спасать её жизнь. Впрочем, искушать судьбу не стоило — он это уже усвоил. Честно говоря, он даже не так сильно расстроился из‑за потери «Нимбуса‑2000». В любом случае, у него хватало денег, чтобы купить новую метлу. Мысль о деньгах напомнила ему ещё кое о чём. До Рождества оставалось чуть больше месяца. Впервые он планировал провести каникулы не в Хогвартсе, и это звучало весело. Но он задумался, что делать с подарками. Для него деньги не были проблемой, но средства, которые на самом деле принадлежали Пэнси, были очень ограничены. В конце концов, её родители никогда не дадут ей больше, и он беспокоился, что в будущем между ними могут возникнуть проблемы из‑за этого. Он вспомнил один из редких случаев, когда Дурсли спорили при нём — и, разумеется, речь шла о деньгах. Жадность этих людей не знала границ: Вернон и Петуния потратили больше, чем планировали, на поездку (в которую, конечно, не взяли Гарри), и им пришлось выкручиваться, чтобы хватило денег на тридцать с лишним подарков для дня рождения Дадли. Насколько помнил Гарри, этот маленький неблагодарный мальчишка сломал половину игрушек в течение недели. Подобное отвратительное поведение научило подсознание Гарри важному уроку — хотя тогда мальчик с грустью мечтал, чтобы они подарили ему хоть один подарок, хотя бы наполовину такой же хороший, как те, которыми баловали своего отпрыска. Богатство явно не приносит счастья. Гарри не думал, что Пэнси сможет купить ему что‑то более ценное, чем то, что у него уже было с ней. Тем не менее, откровенный разговор о деньгах, вероятно, был хорошей идеей — лучше обсудить это раньше, чем позже. Даже если они поссорятся из‑за этого, Гарри предпочёл бы разобраться сейчас, чем иметь надвигающийся конфликт где‑то в будущем. Он уже придумал подарки на день рождения Пэнси. Один из них, он знал, ей точно понравится. Другой, возможно, был немного глупым, но он надеялся, что она всё равно оценит его по достоинству. *** Через два дня после этого Дамблдор вызвал его к себе в кабинет после ужина. Пэнси предложила пойти одному. Они сошлись на том, что директор, скорее всего, хочет поговорить о дементорах и Патронусе Гарри — а значит, проблем возникнуть не должно. Ни один из них не доверял Дамблдору полностью: какие бы игры тот ни вёл, позволив Снейпу вести себя до нелепости отвратительно, всё это продолжалось и дальше. Впрочем, в последнее время этот сальный мерзавец избегал новых столкновений с Гарри. Он по‑прежнему был откровенно предвзят ко всем, кто не учился на Слизерине, а Пэнси слышала по слухам (то есть от Патил и Браун), что он замял как минимум три драки, начатые слизеринцами против гриффиндорцев, — и при этом снимал баллы и назначал отработки только ученикам из других факультетов. К сожалению, МакГонагалл в этих случаях снова ничего не предприняла, чтобы помочь своим ученикам. Пэнси это возмущало, но Гарри уже привык. Ему говорили, что факультет должен быть как семья; похоже, «родитель» Гриффиндора на самом деле недостаточно заботилась о своих подопечных, чтобы за них заступиться. МакГонагалл не была жестокой, но пренебрежение и несправедливые наказания были слишком знакомы и Гарри, и Пэнси. Гарри заставил себя сосредоточиться на предстоящей беседе с Дамблдором, вновь подходя к статуе‑стражу, преграждавшей лестницу в кабинет директора. Ледяные мыши — не то магическое лакомство, которое нравилось Гарри, но Дамблдор, похоже, был большим сладкоежкой. "Добро пожаловать, Гарри, присаживайся, пожалуйста." "Спасибо, директор." "Я хотел поздравить тебя с недавними событиями. Во‑первых, вызвать Патронуса в тринадцать лет — выдающееся достижение. Без твоего своевременного вмешательства я, возможно, не смог бы спасти всех. Признаюсь, я разочарован, что ни один из других учителей не был готов справиться с дементорами. Я месяцами опасался, что подобное может произойти." "Понимаю и чувствую то же самое, профессор Дамблдор. Как только я летом узнал о них и о Блэке, я начал учиться этому заклинанию. С моей удачей я просто знал, что что‑то обязательно случится. А после встречи с одним из них в поезде в начале года… Ну, то, что произошло на матче по квиддичу, стало лишь очередным ударом судьбы, так сказать." "Именно. Я рад, что в этом году ты стал более целеустремлённым; это определённо принесло свои плоды. Однако я хотел бы понять, почему именно твоё поведение так сильно изменилось. Полагаю, это как‑то связано с событиями в Тайной комнате в прошлом году?" Гарри внезапно понял, чего тот на самом деле хочет: заглянуть в его мысли. Он не мог рассказать Дамблдору слишком много — ещё не всё было решено, а то, сколько ему нужно скрывать от директора, оставалось одним из самых важных вопросов. Гарри решил говорить частями, обходя некоторые тёмные углы. "Тайная комната во многом повлияла на это. Но и всё, что случилось с Философским камнем. Два года подряд я был на волосок от смерти, играя роль героя." "Не думаю, что ты просто играл роль, Гарри. Ты проявил смелость, далеко превосходящую твой возраст. Уверен, твои родители были бы очень горды." «Это был удар ниже пояса», — подумал Гарри, и какая‑то часть его разума молилась, чтобы старик не стал упоминать Люпина. Он посмотрел через комнату на Фоукса — это могло послужить хорошим отвлечением и дать ему шанс успокоиться. Гарри встал и подошёл к фениксу. "Спасибо, что спас меня в прошлом году, Фоукс." Птица издала спокойную, радостную трель, когда Гарри погладил её перья. "В общем, профессор, я понял, что если хочу прожить ещё какое‑то время, мне нужно работать усерднее. Другие ученики могут просто быть учениками, но, похоже, судьба решила, что у меня будет куда больше забот, чем выучить заклинание на следующей неделе или закончить эссе по трансфигурации, которое я ещё не дописал." "Это понятно, Гарри, хотя мне хотелось бы, чтобы ты не чувствовал такого давления, особенно в твоём возрасте." "Если бы я не чувствовал такого давления, сегодня могло бы не хватать не нескольких учеников." "Действительно, к сожалению, это так. К счастью, твоя речь, похоже, сработала как надо. Убедить министерство отозвать дементоров в Азкабан, возможно, даже более значимое достижение." "Согласен." "Да, иметь дело с правительством и политикой никогда не бывает легко. Надеюсь, ты будешь помнить об этом в будущем." Гарри подумал, что это уж слишком, учитывая все разнообразные должности и посты, которые занимал Дамблдор. Он определённо мог бы передать часть этой власти другим, если бы действительно хотел, — и тот факт, что он этого не делал, даже жалуясь сейчас Гарри, вызывал серьёзное беспокойство. Недоверие Гарри усилилось, и он снова повернулся к Фоуксу, чтобы уделить ему ещё немного внимания. "Могу я спросить о твоём лете, Гарри?" "Что именно вы хотите узнать, сэр?" "Когда я узнал, что ты не вернулся к своей семье, я очень волновался." Гарри не ответил. В конце концов, это не был вопрос, а он уже выучил несколько приёмов у Пэнси. Он ждал, пока старик скажет что‑то ещё. К тому же не стоило начинать кричать об этих подонках. "Я говорил с твоими друзьями, мистером Уизли и мисс Грейнджер, пытаясь выяснить, куда ты мог отправиться. Уизли, в частности, были крайне недовольны, когда юный Рональд рассказал о решётках на твоём окне у Дурслей. Мне очень жаль это слышать. Насколько безопасно ты чувствовал себя в своём новом доме?" "Безопаснее, чем когда‑либо прежде." "Правда? Даже безопаснее, чем здесь, в Хогвартсе?" Гарри ответил ему саркастическим взглядом. "Мы только что обсудили Философский камень, Тайную комнату и теперь дементоров, сэр," Гарри с трудом сдержал более язвительные комментарии, но это потребовало немалых усилий. "Верно," Дамблдор вздохнул. "Я бы предпочёл, чтобы ты вернулся к своей семье. Там была мощная защита — жить с кем‑то, в ком течёт кровь твоей матери. Как ты должен помнить по тому, что произошло в первый год." "Эта защита того не стоила." "Думаю, ты сильно ошибаешься, Гарри." "Ну, вы не росли, когда с вами обращались как с рабом, так что мне всё равно, что вы думаете." Директор побледнел и выглядел потрясённым. "Неужели всё было настолько плохо?" "Вам стоит радоваться, что у меня нет желания убивать маглов, как у Тома Реддла. Мне не приходило в голову, что мы оба были сиротами, с которыми плохо обращались в магловском мире. Я слышал, что приюты были не слишком приятными местами, особенно десятилетия назад, но я бы с радостью поменялся с Реддлом местами." Альбус Дамблдор снова вздохнул, и когда Гарри посмотрел на него, тот выглядел намного старше обычного. Весёлый блеск в глазах на этот раз исчез. "Что ж, раз ты не вернулся прошлым летом, защита теперь всё равно не действует. Мне жаль слышать, что с тобой так плохо обращались." Гарри не был уверен, что может ему верить, учитывая всё, что знал, но кивнул в ответ и снова посмотрел на Фоукса, пытаясь успокоиться. Он заметил меч Гриффиндора в витрине и снова подумал о василиске. Он непроизвольно потёр предплечье. "Я планирую вручить тебе награду за спасение твоих сокурсников в эти выходные. В субботу вечером за ужином, пожалуйста, будь вовремя." "Я справлюсь, профессор." "Что ж, уже поздно. Ещё раз спасибо за отличную работу с Патронусом." "Было приятно, сэр. Доброй ночи, профессор." Когда Гарри покинул кабинет, Альбус Дамблдор задумался, насколько всё могло пойти не так и насколько его ошибка могла подтолкнуть молодого человека к гораздо более тёмному пути. *** Наступила и прошла субботняя ночь. Гарри по‑прежнему не чувствовал себя полностью комфортно в центре внимания. Годы с Дурслями научили его, что оставаться как можно более незаметным — лучший путь: оказаться в центре внимания означало крики и насилие. Он изо всех сил старался преодолеть эту выученную модель поведения. Пэнси, как обычно, была настоящим спасением. Она подарила ему превосходное завершение субботнего вечера в постели. Она всё лучше умела считывать настроение Гарри и точно знала, что сделать, чтобы помочь ему расслабиться — даже в тех редких случаях, когда секс не был решением. В этот раз он проснулся в её объятиях. Он вспомнил, как засыпал, положив голову ей на грудь, — после близости он сосал грудь, словно младенец. Когда Гарри открыл глаза, сосок всё ещё был прямо перед лицом — он облизнул и поцеловал его. Пэнси сонно застонала, но, окончательно проснувшись, они провели час, наслаждаясь обществом друг друга, прежде чем в конце концов приняли душ и приготовились к новому дню. Пэнси убедила его, что принимать душ вместе — не лучшая идея, если они хотят действительно, ну, знаете, вымыться и заняться своими делами. Не то чтобы это мешало ему как можно чаще пытаться уговорить её присоединиться к нему. "Эй, Пэнси, у тебя сегодня какие‑то планы?" спросил Гарри. "Нет, а что?" "После того, как на меня вчера все таращились, мне не хочется ни с кем общаться." "Конечно, так и есть. И что?" "И у меня появилась идея, чем нам заняться сегодня." "Только бы это не оказалось предлогом, чтобы провести весь день в постели." "Уже устала от меня?" уголок его губ дрогнул в зарождающейся улыбке, и она покачала головой. Пэнси знала: за эту реплику ей придётся заплатить. "Нам просто не нужен предлог. Полагаю, ты придумал что‑то ещё?" "О, да," сказал он, приближаясь к ней. Он размотал полотенце, которым она была обернута, и потянул её к кровати. "Но знаешь, мы почти не проводим время в твоей спальне, так что, думаю, это нужно исправить в первую очередь." "Гарри, мы только что привели себя в порядок." "Знаю, и ты должна быть благодарна, что я не заставляю тебя тратить время на то, чтобы одеться, а потом снова раздеваться." Она закрыла глаза и застонала, когда он поднял её на кровать, которая почти никогда не использовалась по назначению, а его губы прокладывали дорожку из поцелуев вниз по её груди. "К тому же мы сейчас станем куда грязнее," добавил он. Его руки уже делали всё то, что ей нравилось, так что она не стала жаловаться. Было проще — не говоря уже о том, что веселее, — просто позволить ему добиться своего. В конце концов, у девушек тоже есть гормоны. *** Час спустя… "И зачем мне было одеваться вот так?" недовольно спросила Пэнси. Гарри фыркнул от смеха: его забавляло, что Пэнси возмущена необходимостью надеть что‑то поношенное. Он пока не рассказал ей о своём плане на день и находил её раздражение восхитительным. Это почти наверняка сделает ночь, проведённую с ней, ещё интереснее. К тому же он думал, что стоит увидеть сюрприз, который он приготовил для Пэнси, и её реакцию на него. Когда они оказались в пустом коридоре, Гарри накинул на них мантию‑невидимку и повёл её к заброшенной девичьей уборной. "У тебя сегодня игривое настроение?" прошептала Пэнси, когда он вёл её внутрь. "Не более обычного," со смехом ответил он. "Кто здесь?" раздался голос. "Привет, Миртл" ответил Гарри, снимая мантию. "О, Гарри," призрак покраснел. "Ты вернулся, чтобы увидеть меня!" "Да, как твои дела сегодня?" "Просто думаю о смерти," мрачно ответила привидение. "Естественно," улыбнулся Гарри. "Если ты не слышала хороших новостей в прошлом году, я убил василиска, который частично повинен в твоей смерти — там, в Тайной комнате." "Что значит «частично повинен»?" "Ты помнишь Тома Реддла?" "О да," на лице Миртл появилось мечтательное выражение. "Он был таким красивым мальчиком. Староста Слизерина, но я бы не стала из‑за этого его отвергать, если понимаешь, о чём я". "Да, ну, это он управлял василиском, так что…" "О нет. Зачем ты разрушаешь мои мечты, Гарри?" "Прости, Миртл. Тебе станет легче, если я скажу, что он вырос и стал Волдемортом?" Призрак пронзительно вскрикнул и исчез в унитазе. "Это было обязательно?" Пэнси посмотрела на него и увидела, что Гарри ухмыляется. "Вероятно, нет," сказал он, подходя к раковинам и шипя на них. Пэнси забыла, насколько тревожно было слышать, как он говорит на парселтанге, — но это также вызывало странную дрожь у неё по спине. Гарри снял мантию и позвал Добби: "Добби, можешь отнести наши мантии в комнаты, а потом сразу вернуться?" "Да, хозяин Гарри!" Пэнси тоже отдала ему свою мантию. Гарри улыбнулся, глядя на её наряд: длинная юбка и блузка были далеко не такими нарядными, как обычно, но он чувствовал, что она скоро будет раздражена тем, насколько грязной станет одежда. И, конечно, одна мысль о том, что они с Пэнси могут испачкаться, вызвала реакцию, которую даже утренние события не смогли предотвратить. Ах, подростковые гормоны… Добби вернулся через мгновение, и Гарри встал над отверстием, появившимся там, где несколько секунд назад была раковина. "Пэнси, Добби, вы двое будете четвёртым и пятым людьми, которые увидят Тайную комнату — возможно, со времён самого Слизерина." Несмотря на то что Пэнси мало заботили большинство её однокурсников, это взволновало её. Гарри достал палочку и наложил очищающее заклинание (Scourgify) в отверстие: "Подождите несколько секунд, прежде чем следовать за мной." Гарри скользнул вниз по тоннелю и кувыркнулся. Он попытался наложить амортизирующее заклинание перед приземлением, но не успел достаточно быстро. Зато успел сделать это до того, как следом за ним спустилась Пэнси. Он помог ей подняться, и они услышали, как Добби визжит от восторга, спускаясь последним. "Это было так весело, хозяин Гарри!" Добби так радовался, что Гарри не смог сдержать смешок: во‑первых, это был такой нелепый контраст с тем, как он чувствовал себя здесь в прошлый раз. Во‑вторых, он был отчасти согласен с Добби — хотя поездку на вагонетке в Гринготтсе он, пожалуй, любил больше. Гарри решил, что в следующий раз возьмёт Добби с собой туда. "Рад, что тебе понравилось, Добби. Скоро мне, возможно, понадобится твоя помощь здесь." Гарри повёл их по тоннелю, пока они не дошли до места, где Локхарт устроил частичный обвал. Добби быстро принялся за работу, убирая камни и обломки. Гарри и Пэнси тоже помогали, но домовой эльф был мастером в этом деле, и усилия его людей его особо не смущали. Работы здесь было много — настолько, что Добби не возражал делиться ею. Вскоре они продвинулись дальше по пещере, мимо сброшенной змеиной кожи, которая заставила Пэнси и Добби остановиться. "Боже мой, Гарри. Этот василиск, должно быть, огромный," сказала Пэнси. "Да," ответил он, не став упоминать, что настоящая змея была как минимум на пятьдесят процентов длиннее этой старой линьки. "Добби может собрать сброшенную змеиную кожу. Кожа настоящей змеи будет ещё лучше!" "Полагаю, она может пригодиться для самых разных зелий и прочего," заметил Гарри. "Определённо," добавила Пэнси. "Василиски невероятно редки, а этот, вероятно, был самым большим из всех, если он действительно жил со времён Слизерина. Я даже не знала, что они могут жить так долго." "Я тоже. В каком‑то смысле жаль, что мне пришлось его убить. Было бы интересно поговорить с ним — ну, при других обстоятельствах." "Теперь я понимаю, почему ты так любишь Хагрида," фыркнула Пэнси. "В основном потому, что он был первым человеком, который по‑настоящему хорошо ко мне относился, насколько я помню. Ну и ещё потому, что он проклял моего толстого кузена, наградив его свиным хвостом, когда тот съел торт на день рождения, который Хагрид принёс для меня." "Было бы забавно это увидеть. В любом случае, надо посмотреть, в каком состоянии василиск. Яд почти бесценен, если там что‑то осталось." "Логично," ответил Гарри, увидев, что дверь в саму Тайную комнату уже видна. "Именно им я воспользовался, чтобы уничтожить дневник Реддла." Он снова прошипел «откройся» и вошёл внутрь, подняв палочку с заклинанием Lumos, чтобы осветить путь. Они подошли ближе, и Гарри точно понял, когда Пэнси увидела останки василиска: она вцепилась ногтями в его руку и остановилась. "Всё в порядке, он уже мёртв," успокоил он её. Он приподнял её подбородок, чтобы она посмотрела на него, отвлекая от вида трупа чудовища. Внезапно она неистово его поцеловала. "Пообещай мне, что больше не будешь сражаться с такими монстрами." Гарри усмехнулся в ответ. "Обещаю, что буду сражаться с монстрами только в случае крайней необходимости." "Пожалуй, этого достаточно." Пэнси пошла вперёд, её краткий приступ ужаса прошёл, и она начала внимательно изучать василиска. "Добби, что ты можешь нам сказать об этом создании?" "Добби видит много работы! Добби может снять кожу со змеи, Добби может слить яд, Добби может разделать мясо. Глаза плохой змеи все исцарапаны, Добби ничего не может с ними сделать." "Будь очень осторожен с ядом, Добби," предупредил Гарри. "Добби будет осторожен, хозяин Гарри!" Гарри задумался: есть ли вообще что‑то, что не приводит его маленького друга в восторг? Пэнси заметила, что он рассеянно потирает руку. "Покажи мне, Гарри". "Ммм?" "Твою руку," она указала на его движения, и он остановился, закатав рукав. В другой руке он держал палочку и показал ей шрам от укуса василиска — не особенно большой, просто выцветший круг, но полгода назад это чуть не стоило ему жизни. Затем он заметил, что они почти стоят там, где это произошло. Сломанный клык лежал на земле в паре футов от них, а на полу всё ещё виднелись пятна чёрных чернил. "Думаю, с меня хватит этого места," сказал Гарри. "Добби," позвала Пэнси эльфа, глаза которого всё ещё горели от восторга при виде огромного трупа змеи. "Можешь перенести нас обратно в наши комнаты отсюда?" "Да, мисс Пэнси." И с этими словами Гарри снова покинул Тайную комнату. *** "Я хотел бы поблагодарить вас всех за то, что пришли," Гарри оглядел собравшихся студентов Гриффиндора. Все его однокурсники присоединились к нему, а также команда по квиддичу и ещё несколько человек. Пэнси, разумеется, тоже была здесь — стояла в задних рядах и незаметно наблюдала за происходящим. Гарри заметил, что она держит палочку в ладони, большая часть которой скрыта рукавом. Нужно будет потом спросить её об этом. Добби выкопал небольшую яму в земле неподалёку от хижины Хагрида. Он наотрез отказался позволить Гарри помочь: «Гарри должен произносить речи, пока Добби выполняет весёлую грязную работу», — и эльф был непреклонен. "Дорогие друзья, мы собрались здесь, чтобы предать земле старого друга," сказал Гарри, укладывая обломки своего «Нимбуса‑2000» в тёмный деревянный ящик, служивший импровизированным гробом. "Эта метла принесла мне много удачи. Наша команда не знала поражений, когда я летал на ней. Но что ещё важнее — последние три года мы с ней вместе сталкивались с опасностями во всех трёх матчах против Слизерина. В первый год Квиррелл наводил на нас заклятия прямо посреди игры. На второй год нас пытался размозжить шальной бладжер." Никто, кроме Пэнси, не заметил, как Добби пристыженно потупился. Даже Гермиона не обращала внимания на маленького эльфа. "К сожалению, этот мошенник Локхарт сделал всё ещё хуже после игры," продолжил Гарри. "Когда‑нибудь я обязательно отплачу ему за то, что он стёр все эти кости." Люди рассмеялись, но Пэнси поняла: Гарри на самом деле злился на этого глупца. Предательство Локхарта в конце года подвергло Гарри ещё большей опасности. Тот факт, что он пытался украсть воспоминания Гарри, вызывал у Пэнси желание ворваться в больницу Святого Мунго и хорошенько проучить мерзавца — пусть даже тот и потерял память. "Наконец, мы добрались до этого года. Дементоры, из всех существ на свете, решили попытаться прервать игру и сотворить ужасные вещи с каждым из нас. Моя верная «Нимбус‑2000» заплатила высшую цену в тот день. Но, думаю, все мы рады, что она стала единственной потерей. Её жертва не была напрасной. Я буду вспоминать о ней с теплотой — даже в будущем, когда найду новую девушку для полётов на матчах по квиддичу," добавил Гарри. Некоторые студенты рассмеялись, другие лишь покраснели от рискованного замечания Гарри. Он заметил, что Пэнси наложила какое‑то заклинание за спинами по меньшей мере трёх собравшихся, и решил продолжить, пока никто этого не увидел. Гарри повернулся и левитировал гроб в яму. Она была всего в пару футов глубиной, но даже мёртвые мётлы разлагаются не так, как человеческие тела. "Прощай, дорогая леди. Пусть ты обретёшь покой, летая в небесах метлорайского рая. Аминь." Один из близнецов Уизли шагнул вперёд и вылил сливочное пиво на могилу после того, как Добби засыпал яму землёй. "Это магловская традиция," пояснил старший из парней, " но я не готов был тратить огневиски." Все снова рассмеялись. Вуд тут же подошёл к Гарри и спросил, когда тот собирается купить новую метлу. Гарри пообещал отправиться за покупками на каникулах — и собирался использовать этот предлог как можно дольше. Вуд неохотно отменил все тренировки после матча, а с ухудшением погоды остальные члены команды втайне благодарили Гарри, когда одержимый капитан не мог их услышать. До следующего матча оставалось ещё три месяца. Собравшиеся начали расходиться в сторону замка, передавая друг другу бутылки со сливочным пивом; близнецы Уизли делились флягой, которую то и дело предлагали охотникам. Гарри подумал, что лучше бы дать глоток Вуду — ему бы точно не помешало немного расслабиться. Он отстал от основной группы и неторопливо пошёл рядом с Пэнси. Был пасмурный день конца ноября, и хотя время едва перевалило за полдень, ветер усиливался и заметно холодал. "Что ты там колдовала?" шёпотом спросил он у неё. "Просто проверяла кое‑что. Расскажу позже," ответила Пэнси *** "Так," Гарри пытался восстановить дыхание, которое всё ещё сбивалось после бурных минут. Он уговорил Пэнси разогреться самым весёлым способом, и теперь они, потные и обнажённые, лежали в постели. "Что там было с заклинаниями, которые ты наложила на людей на похоронах?" Пэнси усмехнулась. "До сих пор не могу поверить, что ты уговорил столько людей прийти на похороны твоей метлы." "Ну, она была отличной метлой. И, возможно, после того представления с Патронусом, отогнавшим дементоров, у меня стало чуть больше влияния, чем обычно." "Это правда, и это связано с тем, что я делала. Помнишь, что я говорила в больничном крыле? Я думаю, все, кто был на матче по квиддичу, обязаны тебе своими душами — после того, как ты спас их от дементоров." "Дамблдор, возможно, тоже смог бы спасти всех своим Патронусом." "Возможно, но ты был быстрее, Гарри. Я уверена, он помог. Но я проверяла свою теорию." "Какую теорию?" "Что все, кто там был, теперь обязаны тебе долгом жизни." "О‑о…" "И я почти уверена, что права. По крайней мере, Патил, Браун, Томас и Лонгботтом точно обязаны. Я не стала проверять Гермиону или ту девочку Уизли — они и так уже в долгу перед тобой. К счастью, пока все шли в замок, я успела проверить и Джонсон — она тоже тебе обязана, хотя и находилась не в той же зоне. Это может очень пригодиться в будущем." "Вау, это…" "Знаю." "Нам нужно проверить людей из других факультетов." "Особенно из Слизерина." "Точно. Если Малфой будет мне что‑то должен…" "Нарцисса тоже была там. Возможно, она даже знает об этом; может, именно поэтому она и пригласила тебя на новогоднюю вечеринку — хочет войти в милость, чтобы защитить свою семью." "Нам нужно всё это обдумать. Тщательно. Это должно означать, что мы в большей безопасности, пока находимся здесь, в Хогвартсе." "Да. Вот бы мы были так же в безопасности везде, где бы ни находились…" Гарри посмотрел на неё и заметил мрачное выражение в её глазах. Она снова думала об отце — он это понял. Он собирался поговорить об этом раньше. Часть его волновалась. Другая часть просто хотела уже с этим покончить. Он решит спросить Добби сегодня вечером. *** Было уже поздно, когда Гарри почувствовал, как Добби тычет его своими длинными пальцами. Он очнулся, медленно высвободил руки из объятий Пэнси, замер на мгновение и прислушался — убедился, что не потревожил её сон, — а затем последовал за эльфом в гостиную. "Были какие‑то проблемы, Добби? Надеюсь, никто тебя не заметил?" "Нет, хозяин Гарри. Добби был очень осторожен. Но Добби нашёл проблему." "Какую?2 "Добби не смог найти Ледди. Добби проверил весь дом, все комнаты. Даже следов домового эльфа нигде не было. Добби волнуется, что могло случиться с Ледди." "Чёрт. А что насчёт родителей Пэнси?" "Злой папа мисс Пэнси был там, спал. Но мамы мисс Пэнси тоже не было. Добби искал везде." "Это действительно плохо." Гарри глубоко вздохнул и посмотрел на огонь в камине. "Мне следовало отправить тебя ещё несколько недель назад, Добби. Возможно, это всё моя вина." "Нет, хозяин Гарри. Хозяин Гарри хороший. Спасти мисс Пэнси — это хорошо. Плохой старый мистер Паркинсон плохой — это не вина хозяина Гарри." "Спасибо, Добби, но…" Гарри просто не был готов спорить сейчас. "Ты устал, Добби?" "Совсем нет, хозяин Гарри." Посмотрев на эльфа, Гарри увидел, что тот явно возбуждён. Должно быть, ему было очень весело красться повсюду, словно шпиону. Гарри был просто рад, что Добби вернулся в целости и сохранности. "Хочешь выпить со мной чаю? Мне не помешает компания. Мне нужно будет какое‑то время подумать." "Добби с радостью выпьет чаю с хозяином Гарри!" Эльф отправился на кухню, а Гарри остался наедине со своими мыслями. Через несколько минут Добби сел на диван рядом с Гарри, предварительно вручив ему чашку чая. "Ты уверен, что ничего из того, что ты сделал, не сработало как сигнал тревоги или что‑то в этом роде, Добби?" "Нет, хозяин Гарри. Волшебники не ставят сигнализации для домовых эльфов." "С их стороны это очень глупо. Они тебя недооценивают." "Ну, Добби, наверное, рассказал хозяину Гарри больше секретов, чем следовало бы. Большинство домовых эльфов не рассказывают своим хозяевам много всего." "Для нас это, пожалуй, только к лучшему." Гарри отпил чая и уставился на тлеющие угли в камине. "Пэнси волнуется, Добби. Она переживает из‑за своего отца. Боится, что он попытается нам навредить. Но я никогда не позволю ему снова причинить ей боль." "Добби знает, и Добби поможет хозяину Гарри." "Ты хороший друг, Добби. У меня есть план, и, думаю, я знаю, что тебе нужно будет сделать…"