Дракон, который поглотил солнце

Королевская Гавань. Черноводный залив. Неделю спустя. Утро выдалось серым и ветреным. Низкие тучи неслись над Черноводной, гонимые резким западным ветром, и волны с шумом разбивались о причалы Королевской Гавани. Пахло солью, рыбой и мокрым деревом — привычный запах порта, который не менялся веками. На пристани, несмотря на неприветливую погоду, собралась небольшая процессия. Четверо всадников в богатых одеждах и полдюжины стражников в золотых плащах терпеливо ждали, глядя на горизонт, где медленно приближались корабли. Три судна под флагами Тироша — яркие, пёстрые, с высокими бортами, раскрашенными в пурпурные и золотые полосы. Такие корабли нельзя было спутать ни с чьими другими. Тирош любил роскошь даже в море. Дейрон сидел на своём коне — невысокий, хрупкий, но с той спокойной властностью, которая не требовала ни громких слов, ни эффектных жестов. Рядом с ним — Бейлор, чьё лицо было невозмутимым, но разноцветные глаза внимательно всматривались в приближающиеся суда. Джена чуть поодаль — в тёмно-фиолетовом платье для верховой езды, с непроницаемым лицом и прямой спиной. И Валарр. Валарр держался чуть позади отца, и его лицо было абсолютно спокойным. Только тот, кто знал его очень хорошо, мог бы заметить лёгкое напряжение в плечах, чуть более жёсткую, чем обычно, линию губ. Он знал, зачем приехала эта девушка. Знал, что его будущее решается здесь и сейчас. И знал, что ничего не может с этим поделать. — Подходят, — сказал Бейлор, когда первый корабль начал швартоваться к причалу. — Держись, сын. — Я в порядке, отец, — ответил Валарр ровно. — Ты никогда не бываешь не в порядке, — усмехнулась Джена. — Это и беспокоит. Валарр ничего не ответил. Трап с грохотом опустился на каменные плиты причала. По нему сбежали матросы, закрепили канаты, и через несколько минут на берег сошла процессия тирошийцев — ярких, шумных, пахнущих пряностями и благовониями. Последней, окружённая служанками и телохранителями, появилась она. Кира. Если бы кто-то попытался описать её словами, он бы запутался в эпитетах уже на первых же фразах. Она была высока — выше многих женщин, почти одного роста с Валарром. Тёмная кожа, гладкая и бархатистая, отливала золотом в сером утреннем свете. Но главным были волосы. Розовые. Нежно-розовые, как лепестки персиковых роз, что росли в дорнийских садах. Они ниспадали тяжёлыми локонами до пояса, обрамляя лицо, которое могло бы принадлежать богине — или демонице, смотря с какой стороны посмотреть. Глаза её были янтарными — яркими, почти светящимися, с хитринкой, которая читалась даже на расстоянии. Одежда — пурпурный шёлк, расшитый золотом, глубокое декольте, открывающее плечи и часть груди, массивные золотые серьги, браслеты на запястьях, кольца на каждом пальце. Она была воплощением Тироша — яркого, чувственного, чуть вульгарного и абсолютно неотразимого. Она шла по причалу, как по сцене — каждый жест был отточен, каждый шаг исполнен грации. Служанки суетились вокруг, но она не обращала на них внимания, глядя прямо на встречающих. Валарр смотрел на неё и чувствовал... ничего. Она была красива. Даже очень красива. Экзотична, ярка, притягательна. Но внутри у него не шевельнулось ничего. Ни интереса, ни любопытства, ни желания узнать её ближе. Только вежливое осознание того, что перед ним — его будущая невеста, и с этим придётся как-то жить. Кира подошла к Дейрону, присела в глубоком реверансе, который позволил всем присутствующим оценить и её гибкость, и декольте. — Ваша милость, — голос у неё оказался низким, чуть хрипловатым, с певучим тирошийским акцентом. — Какая честь — наконец ступить на землю Вестероса. Я так много слышала о вас от отца. Он передаёт вам самый тёплый привет и заверения в вечной дружбе. — Добро пожаловать, леди Кира, — Дейрон улыбнулся своей обычной доброй улыбкой. — Мы рады видеть вас в Королевской Гавани. Надеюсь, путешествие было приятным? — О, море было неспокойно, — она картинно вздохнула, прижимая руку к груди. — Но что значит морская болезнь, когда впереди ждёт такая встреча? — Её янтарные глаза скользнули по встречающим, задержались на Бейлоре, на Джене, и наконец — на Валарре. На одно мгновение в её глазах мелькнуло что-то. Удивление? Разочарование? Интерес? Валарр смотрел на неё с вежливым вниманием, но без малейшего намёка на то волнение, которое, судя по всему, привыкла видеть у мужчин Кира. Она улыбнулась — шире, ярче. — А это, должно быть, мой жених? — спросила она, не отрывая взгляда от Валарра. — Принц Валарр, если не ошибаюсь? Мне говорили, что вы красавец, но чтобы настолько... — Леди Кира, — Валарр склонил голову в безупречно вежливом поклоне. — Добро пожаловать в Королевскую Гавань. Надеюсь, ваше пребывание здесь будет приятным. — Уже приятное, — она шагнула ближе, оказавшись почти вплотную к его коню. — Особенно теперь, когда я вижу, ради кого проделала этот долгий путь. Валарр не отшатнулся, не смутился, не покраснел. Он просто смотрел на неё сверху и ждал, когда этот спектакль закончится. — Позвольте представить вам моих родителей, — сказал он спокойно. — Принц Бейлор, десница короля, и леди Джена. Кира перевела взгляд на Бейлора, оценила его с головы до ног, улыбнулась. — Принц Бейлор! Ваша слава бежит впереди вас. Говорят, вы величайший рыцарь своего времени. Я в восторге от знакомства. — Леди Кира, — Бейлор кивнул с лёгкой улыбкой. — Добро пожаловать. Надеюсь, вы не устали с дороги? — Я никогда не устаю от новых впечатлений, — парировала она и тут же повернулась к Джене. — А вы, должно быть, леди Джена? Мне говорили, что вы красавица, но чтобы настолько... Ваше платье — просто восторг! Фиолетовый вам невероятно идёт. — Благодарю, — сухо ответила Джена. — Позвольте предложить вам экипаж до замка. Дорога неблизкая, а погода не располагает к верховым прогулкам. — О, я обожаю дождь! — воскликнула Кира. — Но если вы настаиваете, я, конечно, поеду в экипаже. — Она снова повернулась к Валарру. — А вы, принц, составите мне компанию? Мне так много хочется узнать о Вестеросе, а кто расскажет лучше, чем тот, кому суждено стать моим мужем? Валарр на мгновение замер. Потом спокойно ответил: — Я буду сопровождать вас до замка верхом. В экипаже... тесно. Кира рассмеялась — звонко, музыкально. — О, какой дипломатичный ответ! — Она не выглядела обиженной. Наоборот, в её янтарных глазах зажёгся азартный огонёк. — Хорошо, принц. Скачите рядом с моим экипажем, и мы сможем говорить через окно. Идёт? Валарр кивнул. — Как пожелаете, леди Кира. *** Процессия двинулась от пристани вверх по крутым улицам Королевской Гавани. Впереди — стражники в золотых плащах, расчищающие дорогу. За ними — Бейлор и Дейрон, потом Джена, потом роскошный экипаж с золочёными колёсами и пурпурным верхом, а вокруг — телохранители Киры, такие же яркие и пёстрые, как она сама. Валарр ехал справа от экипажа, как обещал. Кира высунулась в окно, подставив лицо ветру, и болтала без умолку. — Боги, как у вас тут серо! — восклицала она, оглядывая улицы. — В Тироше всё яркое — дома, люди, даже небо какое-то... золотистое. А у вас всё мрачно. И дождь. Вы всегда живёте под дождём? — Не всегда, — отвечал Валарр. — Бывают и солнечные дни. — Но не сегодня, — хихикнула она. — Ничего, я привезла с собой солнце. Видите? — она указала на свои волосы. — Розовый — это цвет счастья. Я всегда говорю: если хочешь, чтобы мир был ярче, начни с себя. — Мудрая мысль, — вежливо ответил Валарр. — Вы всегда такой скучный? — вдруг спросила она, глядя на него с прищуром. — Я такой, какой есть. — Хм. — Она задумалась на мгновение. — А вот мне говорили, что вы другой. Что вы остроумны, что с вами интересно говорить. А вы сидите на лошади и отвечаете односложно. Я вас разочаровываю? Валарр посмотрел на неё. Впервые за всё время — прямо, без вежливой отстранённости. — Вы меня не разочаровываете, леди Кира. Просто я не привык к... такой манере общения. — Какой? — она подалась вперёд, почти вываливаясь из окна. — Живой? Искренней? Прямой? — Такой быстрой, — поправил он. — Вы задаёте вопрос за вопросом, не давая времени подумать. — Ой, подумать! — она закатила глаза. — Мужчины вечно хотят думать. А надо чувствовать! Вот вы — вы чувствуете что-нибудь сейчас? Валарр помолчал. Потом сказал: — Я чувствую холодный ветер и запах рыбы с порта. Кира расхохоталась — искренне, заливисто, откинув голову назад, так что розовые волосы рассыпались по плечам. — А вы забавный! — выдохнула она. — Я думала, вы будете скучным, как все эти северные лорды, о которых мне рассказывали. А вы — забавный! — Рад, что смог вас развлечь, — сухо ответил Валарр. Она смотрела на него, и в её глазах горел тот самый огонёк, который зажигался, когда она встречала достойный вызов. Этот мальчик ей не поддавался. Совсем. Его не волновала её красота, не трогали её улыбки, не смущали её провокации. Он был вежлив, но абсолютно, непроницаемо холоден. И это было... интересно. Очень интересно. — Скажите, принц, — спросила она, меняя тон на более серьёзный. — А вы вообще хотите на мне жениться? Валарр замер. Вопрос был прямым до неприличия. В Вестеросе такие вещи не обсуждали вот так, с коня, на улице, под дождём. Но Кира была из Тироша. Для неё не существовало запретов. — Этот брак — воля наших отцов, — ответил он осторожно. — Я уважаю их решение. — Я не спросила, уважаете ли вы их решение. Я спросила, хотите ли вы этого сами. Он посмотрел на неё долгим взглядом. В её янтарных глазах не было кокетства — только любопытство. Настоящее, живое любопытство. — Я не знаю вас, леди Кира, — сказал он наконец. — Как я могу хотеть брака с незнакомым человеком? — О, это легко! — она снова рассмеялась. — Я, например, уже хочу за вас замуж. Потому что вы красивый, умный и не падаете к моим ногам, как все остальные. А это — лучшая рекомендация. — Вы... странная, — сказал Валарр, и в его голосе впервые мелькнуло что-то, похожее на улыбку. — Я знаю! — она захлопала в ладоши. — Это самое лучшее, что во мне есть. Странность — это свобода. Это возможность быть собой, не оглядываясь на дурацкие правила. Вы когда-нибудь пробовали быть собой, принц? Валарр молчал. Потому что не знал, что ответить. — О, — сказала Кира тихо. — Понимаю. Вы даже не знаете, кто вы на самом деле. Вас с детства учили быть кем-то другим. Наследником, принцем, идеальным мальчиком. А настоящий Валарр... где он? Она ткнула пальцем ему в грудь, насколько позволяло расстояние. — Там, внутри. Я чую его. Он есть. Просто вы его глубоко спрятали. Валарр смотрел на неё и чувствовал, что эта странная девушка с розовыми волосами видит то, что другие не видели никогда. — Вы опасны, — сказал он тихо. — Конечно! — она улыбнулась ослепительно. — Самые интересные люди всегда опасны. *** Экипаж въехал в ворота Красного Замка, когда дождь наконец усилился, превратившись в настоящий ливень. Слуги сбежались с зонтами и накидками, укрывая прибывших от потоков воды. Кира выпрыгнула из экипажа, не дожидаясь помощи, и задрала голову к небу, подставив лицо дождю. — Леди Кира, прошу вас пройти внутрь, — Джена стояла под зонтом, глядя на гостью с непроницаемым лицом. — Вы промокнете. — Я уже промокла! — Кира рассмеялась и отряхнулась, как кошка. — Но это даже приятно. Она наконец соизволила войти под навес, и слуги тут же окружили её, предлагая сухие плащи и горячее вино. — Сначала — покои, — твёрдо сказала Джена. — Вы отдохнёте с дороги, переоденетесь, а вечером будет ужин в вашу честь. Король Дейрон приглашает вас разделить трапезу с семьёй. — С семьёй, — Кира посмотрела на Валарра. — С моей будущей семьёй. Как волнительно! Валарр поклонился. — Я провожу вас до покоев, леди Кира. Позволите? — О, целых пять минут в вашем обществе? — она театрально прижала руки к груди. — Я счастлива! Они пошли по коридору — впереди Кира, чуть позади Валарр, за ними — служанки с вещами и стража. — Знаете, принц, — сказала она, не оборачиваясь. — Я всё думаю о том, что вы сказали. О том, что не знаете меня. И я решила: это легко исправить. — Каким образом? — Я расскажу вам о себе всё. Прямо сейчас. Слушайте. И она начала. — Меня зовут Кира, мне девятнадцать лет, я старшая дочь главы Тироша, у меня две младшие сестры и один брат, который, к сожалению, полный идиот. Я обожаю яркие цвета, терпеть не могу серое, люблю танцевать до упаду, петь, когда никто не слышит, и ездить верхом быстрее ветра. У меня есть три любимые лошади, две собаки и один попугай, который ругается по-тирошийски так, что краснеют даже матросы. Я умею играть на лютне, но делаю это ужасно, поэтому предпочитаю слушать других. Я обожаю сплетни, но никогда не вру сама. И я очень, очень хочу узнать, кто вы такой на самом деле, принц Валарр. Она резко остановилась и повернулась к нему. Он едва не налетел на неё. — Ну? — спросила она, глядя прямо в его разноцветные глаза. — Что скажете? Валарр смотрел на неё и чувствовал, что привычный мир даёт трещину. Эта девушка была ураганом. Смерчем. Явлением природы, которое невозможно игнорировать. — Я скажу, — ответил он медленно, — что вы, леди Кира, самое необычное существо, которое я когда-либо встречал. — Это комплимент? — Это наблюдение. — Хорошо, — она кивнула, словно принимая вызов. — Наблюдайте дальше. Я обещаю, будет интересно. И она пошла дальше, оставив Валарра стоять в коридоре с чувством, что только что произошло что-то важное. Что-то, что изменит всё. *** Через полчаса Кира стояла у окна своих новых покоев, провожая взглядом удаляющуюся фигуру Валарра который направился в сад. Дождь барабанил по стеклу, но она не замечала его, погружённая в свои мысли. — Интересно, — прошептала она одними губами. Служанки суетились вокруг, раскладывая вещи, но Кира не обращала на них внимания. Её янтарные глаза были прищурены, на губах играла лёгкая, почти незаметная улыбка. Она знала этот взгляд. Знала эту отстранённость. Знала эту вежливую пустоту, которой мужчины награждают женщин, когда их сердце уже занято. Валарр смотрел на неё, но не видел. Он слышал её, но не слушал. Он отвечал на вопросы, но думал о чём-то — вернее, о ком-то — другом. И это было... восхитительно. Кира не привыкла проигрывать. С детства она получала всё, что хотела — просто потому, что умела хотеть достаточно сильно. Мужчины падали к её ногам, даже не задумываясь. Красота, богатство, положение — у неё было всё, чтобы кружить головы. И вдруг — этот мальчик. Красивый, умный, благородный. С глазами разного цвета, в которых пряталась такая тоска, что у неё самой сердце сжималось. Он смотрел на неё и ничего не чувствовал. Потому что чувствовал к другой. — Кто же ты? — прошептала Кира, глядя на серое небо. — Кто та, что заняла твоё сердце до меня? Ей было не больно. Нет. Ей было любопытно. Азартно. Интересно. Она всегда любила вызовы. А этот мальчик — этот холодный, вежливый, недоступный принц — оказался самым интересным вызовом в её жизни. Но, прежде чем бросаться в бой, нужно узнать противника. Кто она? Красивая — иначе Валарр не смотрел бы так. Умная — иначе он не говорил бы с ней часами. Сильная — иначе она не удержала бы его внимание. Кира улыбнулась. Ей вдруг захотелось увидеть эту девушку. Познакомиться. Посмотреть в глаза той, что смогла то, что не удавалось никому — завоевать сердце принца, который даже не знал, что у него есть сердце. — Леди Кира, — робко позвала служанка. — Ванна готова. — Отлично, — Кира оторвалась от окна. — И принесите мне вина. Самого лучшего, что есть в этом замке. Я хочу пить за здоровье той, с кем мне предстоит... познакомиться. Служанка не поняла, но кивнула и выскользнула за дверь. Кира осталась одна. Она подошла к зеркалу, посмотрела на своё отражение — розовые волосы, янтарные глаза, тёмная кожа. Она была красива. Очень красива. И она умела быть не только красивой. — Посмотрим, — сказала она своему отражению. — Посмотрим, кто ты. И посмотрим, сможешь ли ты удержать то, что я захочу отобрать. Она улыбнулась — хищно, азартно, предвкушающе. Игра начиналась.