Коньки любви.

Аделия медленно шла по коридорам арены. Всё закончилось. Она заняла шестое место. Она упала… и в её голове это означало только одно — она всё испортила. Аделия всегда была очень требовательна к себе. Не только на льду, но и в жизни. С детства она приучила себя работать на максимум. Если нужно — через боль, через усталость, через «не хочу» и «не могу». Она думала, что Олимпиада будет тяжёлой из-за прыжков, из-за техники, из-за физических нагрузок. Но оказалось, самое трудное — совсем другое. Давление. Ожидания. И страх подвести всех. Она уже почти дошла до своей комнаты, когда позади услышала знакомый голос. — Адель. Она остановилась и обернулась. — Привет, Петь. Он подошёл ближе и мягко улыбнулся. — Поздравляю с прокатом. Ты умница. Она опустила глаза. — Но я упала… Так что я не очень согласна с тобой. Но всё равно спасибо. Пётр покачал головой. — Главное, что ты собралась. И сделала это прекрасно. Он чуть наклонил голову, внимательно посмотрев на неё. — Знаешь… ты сегодня каталась так, будто кто-то дал тебе очень правильный разговор перед стартом. Аделия невольно улыбнулась и слегка покраснела. — Да… он говорил со мной. И это очень помогло. Пётр улыбнулся ещё шире. — Я рад, что вы нашли друг друга. Вы очень похожи. И очень нужны друг другу. Она тихо рассмеялась. — Без тебя вряд ли у нас вообще что-то получилось бы. — Нет, — мягко возразил он. — Я всего лишь немного ускорил процесс. Вы созданы друг для друга. Рано или поздно вы всё равно нашли бы путь быть вместе. Жизнь бы всё устроила. Она посмотрела на него с лёгким удивлением. — Я не знала, что ты веришь в судьбу. Пётр пожал плечами. — Когда дело касается любви… я во многое верю. Он вдруг посмотрел ей за спину и улыбнулся. — А вот и сама любовь. Аделия обернулась. По коридору быстро шёл Илья. Он почти не замедлил шаг — просто подошёл и сразу обнял её, крепко прижав к себе. — Ты молодец, — тихо сказал он. — Не смей винить себя. Пётр усмехнулся. — Я, между прочим, говорил то же самое. Он сделал шаг назад. — Ладно, парочка. Я вас оставлю. Не хочу мешать вашей великой любви. — Спасибо, Петь. Увидимся утром на тренировке для гала, — сказал Илья. Пётр слегка качнул головой. — Это вряд ли. — Почему? — Меня не пригласили. — Что? — удивился Илья. — Не знаю. Так решили. Аделия сразу подняла голову. — Петь, если меня пригласят, я попрошу комитет, чтобы мы выступили дуэтом. Если, конечно, ты хочешь. Пётр усмехнулся. — Они не разрешат. — Они не пустят, — одновременно сказали Пётр и Илья. Аделия упрямо пожала плечами. — Ничего. Я всё равно попробую. Пётр посмотрел на неё с тёплой улыбкой. — За это я тебя и люблю. Ладно, увидимся. Он ушёл по коридору, оставив их вдвоём. Илья и Аделия зашли в её комнату. Дверь тихо закрылась. И как только они остались одни, Аделия снова обняла его — крепко, почти отчаянно. Она тяжело дышала, словно только сейчас позволила себе почувствовать всё, что происходило внутри. Илья осторожно погладил её по спине. — Всё хорошо, Адель. Всё уже прошло. Ты справилась. Я горжусь тобой. Она тихо прошептала: — Я упала… — Это не главное. — Я всё испортила на первом прыжке. Он мягко покачал головой. — Нет. Она посмотрела на него. — Ты сделала то, что делают чемпионы. Она нахмурилась. — Упала? Он улыбнулся. — Нет. Встала. И поехала дальше. Он провёл рукой по её волосам, осторожно убирая прядь с лица. — Большинство после такого разваливаются. Даже я. Он чуть усмехнулся. — А ты — нет. Аделия опустила глаза. Голос стал совсем тихим. — Когда я упала… у меня на секунду всё внутри оборвалось. Я подумала: всё. Илья внимательно смотрел на неё. — А потом? Она чуть улыбнулась. — Потом я вспомнила, что ты сказал. — И что именно? — Что эти шесть минут — мои. Между ними на мгновение повисла тишина. Илья тихо усмехнулся. — Видишь… иногда я говорю умные вещи. Она слегка толкнула его плечом. — Иногда. Но её взгляд всё ещё был немного грустным. Илья осторожно взял её лицо в ладони. — Адель… посмотри на меня. Она подняла глаза. — Я видел твой прокат. И знаешь, что я подумал? — Что? Он мягко улыбнулся. — Что я безумно горжусь тем, что эта невероятная девушка — моя. И в этот момент она снова обняла его, уже не с отчаянием, а с тихим, тёплым спокойствием. - Спасибо Илья. — Тебе теперь нужно спать, — тихо сказал Илья. — Ты очень устала сегодня. Даже я устал от напряжения, пока смотрел. Он помог ей аккуратно снять платье. Аделия ушла в ванную. Тёплый душ немного успокоил её. Она вымыла волосы, надела мягкую пижаму и вернулась в комнату. Илья уже лежал в её постели и что-то быстро печатал в телефоне. Она тихо легла рядом и обняла его. Он поцеловал её в волосы, но продолжал писать. Аделия подняла голову и посмотрела на него. — Это мама, — сказал он. — Сейчас закончу. — Не спеши. Прошло ещё несколько минут. Илья отложил телефон на тумбочку, обнял её обеими руками и тихо сказал: — Всё. Аделия улыбнулась и поцеловала его в плечо. — Всё хорошо? Он немного помолчал. — Ну… как сказать. Я снова решил пойти против правил. Она подняла брови. — О чём ты? — На гала я должен был катать под другую музыку. Ту программу, которую мы поставили и тренировали несколько недель назад. Но я хочу выступить под другую композицию… и с другим прокатом. — И? Он усмехнулся. — Папа и тренер пытались меня отговорить. Не получилось. Тогда решили использовать тяжёлую артиллерию. — Маму? — улыбнулась она. — Именно. Она говорит, что после произвольной это слишком рискованно. Он посмотрел на неё. — А ты что думаешь? Аделия немного приподнялась на локте и внимательно посмотрела на него. — Я думаю, что ты точно справишься. Он тихо хмыкнул. — Очень объективно. Она слегка улыбнулась. — Если ты делаешь это только для того, чтобы доказать себя, что ты бог фигурного катания, и что тогда была просто минутная слабость — тогда делай. Она мягко коснулась его щеки. — Я буду рядом. Он на секунду задумался. — А если они правы? Она покачала головой. — Они не правы. Илья, ты феномен. Ты не просто спортсмен. Ты человек, который пишет историю. Ты справишься. Он улыбнулся — тихо и почти благодарностью. Он провёл рукой по её волосам. — Знаешь… я думал, что потерял золото. Что вся Олимпиада — провал. Я ехал сюда за золотом… а нашёл кое-что гораздо важнее — Тебя. Аделия мягко улыбнулась. Она чуть прижалась к нему. — А я ехала сюда и думала, что вообще ничего не возьму из-за политики. Но, похоже, я всё-таки увезу отсюда самое ценное, что есть сейчас в фигурном катании — тебя. В комнате стало тихо. Илья наклонился и нежно поцеловал её в лоб, потом притянул ближе и прошептал. — Тогда нам обим досталось приз поважнее - любовь. Мы победили всех. — Да, мы вместе. И это самое главное,- ответила она. Она закрыла глаза у него на плече. Впервые за весь этот долгий день Аделия почувствовала, что может просто… расслабиться. И наконец уснуть.