Сквозь миры

Наши ребята ближе подошли к Монастырю, разглядывая его со стороны, и не могли поверить своим глазам. Перед ними возвышалось здание, до мельчайших деталей повторявшее их родную обитель — те же башни, те же стены, те же витражи на окнах. Но что-то было неуловимо не так. Воздух вокруг него дрожал, переливался, словно само пространство здесь было живым и дышало магией. — Невероятно, — прошептал Коул, делая шаг вперёд. — Как наш монастырь мог здесь оказаться? Как такое вообще возможно? Мы же в другом мире, в другом царстве! Он толкнул тяжёлую дубовую дверь, и она с протяжным скрипом отворилась. Внутри их ждал сюрприз, от которого у всех перехватило дыхание. Внешне здание было точной копией, но внутреннее убранство оказалось совершенно иным. Вместо привычных каменных коридоров и строгих залов для медитаций здесь царило буйство волшебства. По стенам вились светящиеся лианы, с потолка свисали огромные, фосфоресцирующие грибы, отбрасывающие причудливые тени, а в воздухе кружились крошечные, похожие на светлячков существа, оставляя за собой мерцающие шлейфы. — Предполагаю, что это не наш монастырь, — констатировал Зейн, сканируя помещение своими оптическими сенсорами. — Архитектурное сходство поразительно, но материалы, энергетический фон, даже гравитационная постоянная здесь иные. — Ого, — выдохнула Т/и, оглядываясь по сторонам. — Снаружи один в один, а внутри совсем другой. — Точно! — воскликнула Костель, и все взгляды мгновенно устремились на неё. — Будто кому-то так понравился ваш ветхий монастырь, что они такие: "Ух, сделаю свой собственный!" — она театрально развела руками, но тут же смутилась под пристальными взглядами друзей. — Ну, то есть... ваш милый, замечательный монастырь. — Если Мистериум — это край волшебства, — задумчиво произнёс Коул, рассматривая светящиеся грибы, — то может, это иллюзия? Или какое-то заклинание, принявшее физическую форму? — Сканирование подтверждает его физическое существование, — возразил Зейн. — Это не иллюзия, а вполне реальное сооружение. Костель, чародейка создала тебя именно здесь? Коул тем временем отошёл от компании, рассматривая стены и проводя рукой по каменной кладке. — Ну да, — ответила Костель, нервно теребя край своей накидки. — Примерно в этом месте. Но тогда здесь не было никаких зданий. Просто поляна, окружённая волшебным лесом. Похоже, чародейка давно здесь не живёт. Она могла переехать, забыть обо мне... Я даже не знаю, захочет ли она вспоминать то, что создала много веков назад. Вдруг я для неё просто неудавшийся эксперимент? — После Слияния я проснулся в странном втором монастыре под Империумом, — задумчиво проговорил Зейн, подходя к фонтану в центре зала. Вода в нём переливалась всеми цветами радуги и, казалось, текла вверх, а не вниз. — Я до сих пор не знаю, как это объяснить. Просто оказался там, без всякой причины. Костель и Т/и подошли к нему, тоже разглядывая необычный фонтан. — А теперь у нас есть третий монастырь, — добавил Зейн. — И все они разные. — До Слияния тех пещер с монастырём никогда не было в Империуме, — начала Т/и, и в её голосе зазвучали аналитические нотки, которые всегда появлялись, когда она пыталась распутать сложную головоломку. — Значит, эти монастыри возникли уже после. И есть ли вероятность того, что они как-то связаны? Что это не просто совпадение, а... — Эй, вы! — перебил её Коул, крича откуда-то из дальнего угла. — Идите сюда! Смотрите! Они подошли и увидели, что Коул указывает на глубокую трещину в каменной стене, имеющую довольно странную, изогнутую форму. — Трещина в стене? — удивилась Т/и. — И что в ней особенного? — Да, обычная трещина, — поддержала Костель, недоумённо пожимая плечами. — Давным-давно, ещё в нашем, настоящем монастыре, — начал Коул с таким видом, будто собирался поведать великую тайну, — мы сцепились с моим товарищем Джеем. И виноват в этом был только он, заметьте, а я совершенно ни при чём! Он сделал драматическую паузу, ожидая реакции, но все лишь молча смотрели на него. — Короче, — продолжил он, поняв, что пафос не работает, — во время той потасовки мы врезались в стену и проделали в ней трещину... — Коул и Джей решили, что трещина напоминает миску лапши, — закончил за него Зейн с абсолютно серьёзным лицом. — Они решили, что она выглядит аппетитно, проголодались, помирились и пошли вместе в лапшичную Чена. — Самый странный способ примирения, который я слышала, — согласилась Костель. — Дело в том, — торжественно произнёс Коул, — что это та самая трещина! Понимаете? Та самая! — Но как в этом Монастыре могут быть те же трещины в стенах, что и в нашем? — задал резонный вопрос Зейн. — Вероятность такого совпадения стремится к нулю. — Не знаю, — честно признался Коул, прижимая ладонь к трещине. — Но, глядя на неё, снова захотелось есть. И вспомнился Джей. Упрямый, вечно спорящий, но самый лучший друг. Кто знает, где он оказался после Слияния? Жив ли вообще? Вдруг неожиданно к нашей группе подлетел странный сгусток света, напоминающий огромного светлячка размером с человеческую голову. Он покружил над ними, словно разглядывая, а затем стремительно залетел вглубь Монастыря, растворившись в полумраке коридоров. Друзья переглянулись. — Вы тоже это видели? — осторожно спросил Коул. — В нашем монастыре мы тоже наблюдали похожее необъяснимое явление, — ответил Зейн. — После Слияния появилось столько тайн, что мой процессор перегревается от попыток их систематизировать. Ребята медленно направились к двери, ведущей в основное здание монастыря. Т/и, пытаясь разрядить обстановку, пробормотала: — Вот бы кто-нибудь явился и рассказал нам всё, что необходимо знать. Просто появился и выдал готовые ответы на все вопросы. И тут неожиданно дверь заискрила, засветилась ярким фиолетовым светом и с грохотом распахнулась. Из проёма выскочила странная девушка в огромной остроконечной шляпе, из-под которой выбивались растрёпанные разноцветные волосы. Рядом с ней парил тот самый сгусток света, довольно помаргивая. — Это вы! — воскликнула она, всплеснув руками. — Вы даже не представляете, как я рада наконец-то увидеть вас! Спрайт сообщил, что вы пожаловали! — она указала на светящийся комок, который довольно засветился ярче. Друзья застыли в полном недоумении, не зная, как реагировать на столь эксцентричное появление. — Ах, простите! — спохватилась девушка, заметив их непонимающие взгляды. — Я совсем забыла представиться! Я Гандалария, Верховная Чародейка Мистериума! — она сделала театральный реверанс, от которого её шляпа едва не свалилась. — Я уже давно жду вашего прибытия! Это изменит всё! Тем временем на тренировочной площадке Ледяных Пиков царила совсем иная атмосфера. Арин снова и снова пытался овладеть неподатливой техникой Кружитцу. Перед ним стояли три каменные колонны — его цель на сегодня. Он разбежался, выпустил вихрь энергии, и две колонны с грохотом рухнули, но третья, словно назло, отшвырнула его ударной волной. Арин кубарем покатился по снегу, потирая ушибленную голову. — Отлично, — раздался голос за его спиной. — Извини, Арин, я не собиралась шпионить за тобой. Он обернулся и увидел Сору, стоящую у входа на площадку. Рядом с ней примостился Райю, с любопытством склонив голову набок. — Я просто хотел попрактиковать Кружитцу в одиночестве, — буркнул Арин, отворачиваясь. — И у тебя классно получается! — с улыбкой сказала Сора, подходя ближе. Арин резко повернулся к ней спиной, не желая показывать лицо. — Сора, не издевайся. Ты же знаешь, что мой ранг понизили до Первого Клыка. Я теперь самый слабый здесь. — Я и не издеваюсь, — искренне возразила она. — Ты только что снёс две колонны. Две! Это прогресс. — Ах, — выдохнул Арин, сжимая кулаки. — Я пытался снести все три. Применить правильное Торнадо Кружитцу... хотя бы раз в жизни. А у меня не выходит. Снова и снова одно и то же. — Твоё Кружитцу было супер ещё при нашей первой встрече, — напомнила Сора. — Ты же можешь вовлекать предметы в Кружитцу. Никто из нас этого не умеет. Это уникальный дар. — У меня едва получается, — упрямо повторил Арин. — Это нестабильно, ненадёжно. Я не могу на это положиться. — Не будь так строг к себе, — мягко сказала Сора. — Приближается Кровавая Луна! — выкрикнул Арин, и в его голосе зазвенели слёзы отчаяния. — На кону весь мир! Мы — единственные, кто могут её остановить! И мне нужно улучшить свои навыки ниндзя, стать сильнее, а у меня... у меня не выходит! Он резко развернулся и, не дожидаясь ответа, ушёл с площадки, скрывшись за снежной пеленой. Сора хотела что-то добавить, окликнуть его, но слова застряли в горле. Она чувствовала себя совершенно беспомощной. Рядом Райю встревоженно фыркнул, прижимаясь к её ноге. — Если бы здесь была Т/и, — прошептала Сора, глядя на то место, где только что стоял Арин. — Она бы смогла найти нужные слова, поддержать его. А я... какой из меня ниндзя, Райю, если я даже другу помочь не могу? Не дожидаясь ответа (да и какой ответ мог дать дракон), она развернулась и побрела обратно к основному лагерю, чтобы продолжить тренировку, но мысли её были далеко. Возвращаясь к Мистериуму, наши друзья всё ещё пытались переварить появление эксцентричной чародейки. — Будьте внимательны, это очень важно! — Гандалария заговорщически понизила голос. — Мне надо двадцать полосатых, пять красных маленьких и два экстра-склизских! Му-ха-ха! — она рассмеялась каким-то своим мыслям. — Простите, мы не понимаем, — вежливо вмешался Зейн. — Что тут непонятного? — искренне удивилась Гандалария. — Кстати, с крыльями у вас есть? Мне бы пригодились несколько крылатых! — Несколько кого... с крыльями? — переспросила Т/и, чувствуя, что разговор уходит куда-то не туда. — Слизняков конечно же! — всплеснула руками чародейка. — Разве вы не странствующие торговцы слизняками, которых я так долго жду? — Торговцы слизняками? — опешил Коул. — Но вы же сказали, что наше прибытие изменит всё! — Именно! — подтвердила Гандалария. — У меня практически закончились все редкие волшебные ингредиенты для зелий! Так что хорошенькая, разнообразная подборка слизняков могла бы изменить всё! — А слизняки довольно крутые, — неожиданно вставила Костель, и все удивлённо посмотрели на неё. — Может и так, — терпеливо объяснил Зейн, — но мы их не продаём. Мы вообще не имеем к слизнякам никакого отношения. — Ах, невезуха... — расстроенно протянула Гандалария. — И что мне теперь делать? — Она вдруг оживилась и подбежала ближе к ребятам, разглядывая каждого поочерёдно. — А вы не будете против, если я превращу вас в слизняков? — Она достала из складок своей мантии пузырёк с переливающейся жидкостью и плотоядно уставилась на Зейна. — Мы будем очень-очень против, — решительно вмешалась Т/и, вставая между чародейкой и Зейном. — Уверены? — Гандалария обошла их кругом, оценивающе прищуриваясь. — Из вас получились бы очень классные слизняки, это видно по вашим... — она замолкла на полуслове, остановившись как вкопанная перед Костель. Её глаза расширились, пузырёк выпал из рук и покатился по полу. — А! — выдохнула она. — Это ты! Несколько секунд она просто стояла, ошеломлённо глядя на девушку-скелета, а потом с криком радости бросилась её обнимать. — Моя дорогая! — восклицала Гандалария, прижимая Костель к себе. — Ты вернулась домой! Ты вернулась! — Вы... вы узнали меня? — прошептала Костель, и в её голосе слышались слёзы. — Даже в этой... в этой костлявой форме? — Оу-у-у, — протянула Гандалария, отстраняясь и беря Костель за подбородок, чтобы лучше рассмотреть её лицо. — Я вижу твою истинную суть в любой форме, дитя моё. Для меня ты всегда будешь той искоркой, что я зажгла много веков назад. — Я так боялась, — голос Костель дрожал. — Боялась, что вы не примете меня такой... какой я стала. Что для вас я так и останусь просто заклинанием, инструментом. — Ты шутишь? — Гандалария даже отступила на шаг, изображая обиду. — Я вкладываю сердце и душу в каждое из моих творений. Каждое заклинание — это частичка меня. И хотя потом они обычно исчезают, выполнив свою задачу, я всегда надеялась, что с тобой будет иначе. — Она снова подошла ближе, и её голос стал мягким, почти материнским. — Ты была самым сложным, самым совершенным из моих заклинаний. И первой, кто вернулся ко мне. — Самое сложное... — эхом повторила Костель. — Самое сложное, — подтвердила Гандалария и снова крепко обняла её. — И первая из моих творений, которая обрела душу. Костель, не выдержав, разрыдалась и обняла чародейку в ответ. Друзья с улыбкой наблюдали за этой трогательной сценой, чувствуя, как тепло разливается в воздухе. В тот же момент, в додзё на Ледяных Пиках, где воздух был острым от холода и запаха целебных трав, Ллойд и Ронту сидели за низким столом. Ллойд молча сжимал глиняную кружку, будто пытаясь извлечь из неё не тепло, а ответы на вопросы, терзающие его душу. Глаза его были прикованы к дымящейся поверхности чая, но видели они совсем иное — обрывки кошмаров, не дающих покоя. — Ты боишься, что видения сдерживают процесс постижения Техники Восходящего Дракона? — спросила Ронту не вопросом, а констатацией факта. Её мудрые глаза, казалось, видели его насквозь. — Я словно комок нервов, — выдохнул Ллойд, наконец оторвав взгляд от чая. — Такое чувство, будто я бреду куда-то в густом тумане, не видя дороги. Я не сплю по ночам, потому что боюсь того, что могу увидеть. Боюсь новых кошмаров. — Почему ты думаешь, что это плохо? — мягко спросила Ронту. — Потому что они зловещие! — воскликнул Ллойд. — Я вижу жуткие картины, вижу друзей в опасности, вижу смерть и разрушение. Это ужасно, Ронту. Это выматывает меня. — Не сомневаюсь, что это тяжело, — кивнула драконица. — Но эти видения — также важное предостережение, не так ли? Они показывают тебе то, что может случиться, дают шанс предотвратить катастрофу. — Ах, верно, — Ллойд провёл рукой по лицу. — Но они так мучают меня... Мастер Ву учил нас, что когда вокруг нет спокойствия, надо искать спокойствие внутри себя. Но внутри меня... внутри меня больше нет спокойствия. Оно исчезло, растворилось в этих кошмарах. — Ты обладаешь силой Дракона Истока, — тихо сказала Ронту. — Эта сила никогда не предназначалась смертным. Эти возможные сценарии будущего — последствия той силы. Ты видишь то, что обычным людям видеть не дано. — Возможные сценарии будущего? — переспросил Ллойд, впитывая каждое слово. — Драконы Истока проживают время иначе, чем мы, смертные, — объяснила Ронту. — Они видят, что было раньше, и то, что может наступить потом. Для них прошлое, настоящее и будущее — единая картина. Твои видения — это фрагменты этой картины. Обрывки вероятного будущего. — Но как я могу их остановить? — в отчаянии спросил Ллойд. — Как заставить их прекратиться? — Никак, — честно ответила Ронту. — Ты не сможешь заставить силу вселенной склониться перед твоей волей. Это не в твоей власти. Но ты сможешь найти своё место в потоке времени. Я думаю, только глубокая медитация поможет тебе обрести гармонию с этими видениями, перестать бояться их и научиться использовать их мудрость. Ллойд сидел, погружённый в свои мысли. Перед его внутренним взором возникла Т/и. Он вспомнил, как она справлялась с силой Первородного Дракона — силой, которая тоже не предназначалась смертным. Она носила в себе эту мощь, боролась с ней, боялась её, но в конце концов нашла в себе силы отпустить. Как ей это удалось? Как она не сломалась под тяжестью такого груза? — Нет, — твёрдо сказал Ллойд, сжимая кулаки. — Я должен остановить их. Потому что когда они приходят, я не могу... я не могу... — Ах! — вскрикнул он, и мир вокруг него поплыл. Видение нахлынуло внезапно, как ударная волна. Он увидел Зейна, Коула, Т/и и незнакомую девушку-скелет, стоящих посреди странного, переливающегося магией Монастыря. Картинка резко сменилась — воины в волчьих масках маршировали бесконечными рядами. Затем всё перенеслось к месту ритуала. Девушка-скелет была в руках у Раса. Раздался удар гонга — тот самый, леденящий душу звук из его кошмаров. — Но это же убьёт его! — донёсся откуда-то крик Коула. Картинка снова сменилась. Сора и Кай отбивались от волчьих воинов, их силы были на исходе. Т/и кричала, протягивая руку, словно умоляя о помощи: — Ллойд! Портал разверзся, и из него начали появляться тёмные фигуры — Запретная Пятёрка. А над всем этим нависала багровая, зловещая луна, заливающая мир кровавым светом. — Ах! Кровавая луна! — закричал Ллойд, вырываясь из видения. — Она приближается... она уже здесь! Все друзья, услышав его крик, сбежались к нему. Кай, Ния, Сора, Арин, Вайлдфайер — все были здесь, с тревогой глядя на своего лидера. — Если мы не остановим его, — выдохнул Ллойд, тяжело дыша, — то Лорд Рас принесёт кого-то в жертву. А Коул и Зейн... они обречены. Я видел это. — Не будем терять время! — скомандовал Эгальт, выходя вперёд. — Возвращайтесь к тренировкам немедленно. Если вы не научитесь Технике Восходящего Дракона, всё будет потеряно! Кровавая Луна не ждёт. Тем временем в странном двойнике Монастыря в Мистериуме атмосфера была иной, но не менее напряжённой. Друзья, немного оправившись от шока воссоединения Гандаларии и Костель, наконец перевели дух и приступили к делу. — Эм... Чародейка? — осторожно начал Коул, привлекая её внимание. — Прошу, зовите меня просто Гандалария! — та отозвалась, оторвавшись от созерцания Костель, словно от редкой бабочки, которую боялась спугнуть. — Конечно, Гандала... Гала... — Коул запнулся, сбитый с толку её энергией и длинным именем. — Ладно, Чародейка. Мы пришли сюда, потому что Костель в смертельной опасности. За ней охотятся солдаты в волчьих масках, слуги Лорда Раса. Он хочет использовать её, чтобы выпустить на мир древнее зло и подчинить себе все Объединённые Земли. — Понятно, — задумчиво протянула Гандалария. — Хотя, надо признать, последние пару сотен лет я не сильно следила за новостями внешнего мира. Так что такое Костель или этот ваш Лорд Рас? — Костель — это я, — тихо сказала девушка, опуская взгляд. — Я выбрала это имя, когда... когда стала собой. Когда обрела душу. Гандалария снова улыбнулась той самой тёплой, материнской улыбкой, и в её глазах была бездна нежности. — Вау. Прекрасное имя. Оно тебе очень идёт. — Лорд Рас — злодей, с которым мы сталкивались раньше, — вмешалась Т/и. — Он намерен освободить Запретную Пятёрку. — Тех бандитов, для уничтожения которых я и создала Костель? — уточнила Гандалария, и в её голосе послышались стальные нотки. — Именно, — подтвердил Коул. — Пф-ф, — отмахнулась чародейка. — Тогда никаких проблем. Их же больше нет. Они в вечной ссылке, откуда нет возврата. Я сама об этом позаботилась. — Вы уверены? — осторожно спросила Т/и, чувствуя, что всё не может быть так просто. — Абсолютно! — воскликнула Гандалария. — Во-первых, надо совершить невероятно сложный ритуал, и никто не помнит, как его делать. Все знания о нём были уничтожены. А во-вторых, это всё делается в Кровавую Луну, которая восходит раз в тысячу лет! А до следующей ещё... Наши друзья переглянулись. По их лицам пробежала тень. — Тогда у нас плохие новости, — мрачно произнёс Зейн. — Лорд Рас нашёл описание ритуала в архивах Облачного Королевства. Мы видели это своими глазами. Летописцы под принуждением переводили древние тексты. — И совсем скоро взойдёт Кровавая Луна, — добавил Коул. — Очень скоро. Может быть, даже сегодня. — Ого... — выдохнула Гандалария, и её самоуверенность мгновенно улетучилась. — Ничего себе... Это в корне меняет ситуацию. Если этот ваш Рас всё сделает правильно и обратит силу заклинания вспять... ну, то есть Бонзал... то он вполне может освободить Пятёрку. — И как мы понимаем, — подхватил Коул, — если они окажутся на свободе, то всех себе подчинят. — Подчинят? — переспросила Гандалария, и её голос дрогнул. — Да они всё в пыль сотрут! Им не нужно подчинение, им нужно уничтожение! Их нельзя освобождать! Ни в коем случае! — Мы надеялись, что вы поможете нам, — сказала Т/и, стараясь говорить спокойно и рассудительно. — Что вы сможете где-то спрятать Костель, чтобы Рас не нашёл её во время Кровавой Луны. Чтобы провести её через ритуал. — До переезда сюда я жила в разных местах, — задумчиво произнесла Гандалария. — Большая часть моих магических материалов и артефактов на хранении. Здесь, в Мистериуме, у меня только самое необходимое. — Так у вас ничего нет, чтобы нам помочь? — разочарованно спросил Коул. — Здесь нет, — покачала головой чародейка. — Но в моём хранилище — да. Оно находится в месте, которое зовётся Вайлднесс. Дикие, необжитые земли, полные опасностей. Пешком будет далековато, конечно — Хорошая новость! — лицо Коула озарилось надеждой. — Наш самый быстрый дракон припаркован прямо за воротами! Джиро мигом домчит нас куда угодно! — Уууу! — Гандалария всплеснула руками, и на мгновение снова стала той самой безумной, эксцентричной волшебницей. — Какая прелесть! Я не летала на драконе целую вечность! Это же настоящий дракон? С чешуёй, крыльями и всё такое? Её восторженные воспоминания прервал чёткий, настойчивый стук в массивные дубовые ворота монастыря. Все замерли. — Неужели волчьи маски нашли нас и здесь? — прошептал Коул, сжимая кулаки и принимая боевую стойку. — Маловероятно, — возразил Зейн, подходя к окну. — Их методы обычно более... прямолинейны. Они бы просто ворвались, не тратя время на стук. Однако прежде чем открывать, стоит выяснить, кто там. — А вдруг это торговец слизняками! — не унималась Гандалария. — Спросите, есть ли у него экземпляры с крыльями! Мне очень нужны! Зейн, не говоря ни слова, ловко взобрался по лестнице на крышу, бесшумно подкрался к парапету и осторожно заглянул вниз, во внутренний двор. — К сожалению, это не он, — донёсся сверху его спокойный, чуть разочарованный голос. Вскоре все, включая Т/и и Гандаларию, сгрудились на стене, выглядывая во двор. Там, у ворот, стояли двое людей в безупречно отглаженных, но до абсурда скучных, унылых серых костюмах. У них были одинаковые портфели и абсолютно пустые, ничего не выражающие лица, словно маски. — Внимание! — произнёс один из них, мужчина с идеально подстриженными усиками и зализанными назад волосами. — Меня зовут агент Родерик Алан. А это мой партнёр, агент Суф Хандервуд. На основании всеобъемлющих полномочий, предоставленных Администрацией Воссоединённых Земель, мы требуем немедленного открытия ворот для проведения плановой инспекции. — Мы разыскиваем утраченное высокотехнологичное оборудование, обозначенное в каталоге как «Зейн», — монотонно добавила женщина, Суф, даже не поднимая глаз от своего планшета. — Которое незаконно покинуло зону нашего контроля и должно быть возвращено для утилизации. Коул и Зейн переглянулись. На лице ниндзя-камня отразилось полное недоумение, а ниндзя льда... слегка смутился. — Коул, — тихо начал Зейн, понизив голос до шёпота, — я же говорил тебе, что был... кратковременно задержан обществом бюрократов из Края Безумия. Которые, кстати, заставили меня работать на почте. На его лице промелькнула тень смущения, которая тут же сменилась странной, почти человеческой гордостью. — Где я, должен отметить, внедрил меры, повысившие эффективность доставки внутрикорпоративной корреспонденции на девять целых три десятых процента! — Ты... это серьёзно? — не поверил своим ушам Коул. — Совершенно, — кивнул Зейн. — Практически девять с половиной! Я уверен, мог бы довести до десяти, но Ллойд, Т/и и Арин спасли меня до того, как я закончил оптимизацию почтовых потоков, — добавил он с лёгкой, едва уловимой грустью. — Бюрократы? — фыркнула Гандалария, презрительно скривившись. — Пф. У них наверняка не будет хороших слизняков. Слишком скучные для такого занятия. На Ледяных Пиках, после ухода Арина и мрачных предсказаний Эгальта, царило тягостное, гнетущее молчание. Кай, раздражённый собственными неудачами в новом, невероятно сложном упражнении на синхронизацию, с силой пнул подвернувшийся камень, отправив его в полёт. — Что же это такое! — воскликнул он. — Это невозможно! Это... выше моих сил! — Разве я тебе не говорил, что это невозможно для тех, кто слаб духом? — раздался ледяной голос Эгальта. — Кто это слаб духом? — Кай резко обернулся, готовый к перепалке. — Я?! Ха-ха! Надеюсь, ты говоришь не обо мне! — Как ты быстро злишься, — спокойно констатировал дракон. — Неудивительно, что ты не можешь обрести гармонию с движением вселенной. Гнев застилает тебе глаза. Вскоре все драконы и ниндзя собрались вместе, чтобы проверить способности каждого и понять, кто хоть немного продвинулся к заветной технике. Но всё было безнадёжно. Один за другим они терпели неудачу. И тут Нию озарила идея. — А что если мы потренируемся вместе? — предложила она. — Что? — удивился Кай. — Ты сказал, что обретение Техники Восходящего Дракона зависит от нахождения гармонии, — пояснила Ния. — Значит, и гармонии друг с другом, верно? — Да, — неохотно подтвердил Эгальт. — В теории это возможно. — Тогда позволь мне попробовать вместе с моим братом! — воскликнула Ния. — Такого ещё не бывало, — задумчиво протянул дракон. — Но... почему бы и нет? Хотя, скорее всего, это закончится провалом. Как и всё остальное. Ния и Кай вышли в центр площадки. Кай, понизив голос, прошептал сестре: — Ты чего? Я могу и сам, Ния. Не надо меня жалеть. — Пока у тебя получается лучше всех, — ответила она так же тихо. — Но я знаю, что тебя сдерживает. — Что? — нахмурился Кай. — Ты сам, — твёрдо сказала Ния. — Перестань думать о себе, о своих неудачах. Начни думать о контрударе! Помнишь, как мы играли в детстве? — Это та игра, в которую мы играли в кузнице отца? — глаза Кая потеплели. — Ха. Да уж. Я скучаю по тем денёчкам. Мы просто веселились... не переживая о спасении мира, о всяких злодеях. — И кто был твоим лучшим напарником по контрудару? — с улыбкой спросила Ния. Кай открыл рот, чтобы ответить, но Эгальт нетерпеливо рявкнул: — Начинайте! Они вдвоём, используя Кружитцу и вспоминая детство, начали двигаться в идеальном, отточенном годами игр танце. Они перепрыгивали препятствия, помогали друг другу, подстраховывали, лупили по очереди по светящимся магическим фонарям, разбивая их в щепки, или проскальзывали мимо, уворачиваясь от встречных атак. И вдруг, в какой-то момент, Кай почувствовал это. Его тело само, без усилий, взмыло в воздух, описало идеальный круг и плавно опустилось на землю. Техника Восходящего Дракона. У него получилось. Все заворожённо смотрели на него. Тишину нарушало лишь потрескивание магической энергии в воздухе. Ния первой бросилась к брату и крепко обняла его. — Получилось! — закричал Кай. — Я смог! Ния, большое тебе спасибо... Ох, ты была абсолютно права! Он подхватил сестру и закружил, а потом поставил на землю. Все остальные подбежали, поздравляя Кая, хлопая его по спине. Через несколько минут они уже стояли перед Ронту и Эгальтом. Впереди всех гордо вышагивал Кай. — Теперь Кай официально признан ниндзя Третьего Клыка! — торжественно провозгласила Ронту. — В самом начале я был настроен крайне скептически, — неожиданно заговорил Эгальт, и в его суровом голосе послышались нотки, которых никто раньше не слышал. — Я пострадал и устал за эти годы. Я был лишён вдохновения, потерял веру в учеников. Теперь я вижу, что недооценил вас. Вы достойные ученики. Вы подарили старому дракону надежду на то, что Техника Восходящего Дракона будет жить в поколениях. — Что происходит с небом? — вдруг встревоженно заметил Арин, указывая вверх. Все подняли головы. Небо, только что ясное и голубое, стремительно окрашивалось в зловещий, кроваво-красный цвет. Луна, висящая над горизонтом, набухала, увеличивалась, заливая всё вокруг багровым, пульсирующим светом. Ллойд поднял голову. Холодный ужас, знакомый по бесчисленным видениям, сковал его сердце ледяными тисками. — О нет, — выдохнул он. Его голос звучал плоско, обречённо, лишённо всяких эмоций. — Давайте же... мы не можем терять время! Помогите остальным обрести технику! Быстрее! — Мы не можем, — прозвучал голос Ронту, и в нём впервые за всё время зазвучала глубокая, щемящая печаль. — Простите. Мы думали, у нас будет больше времени. Кровавая Луна — проклятие и для нашего вида. — Да пребудут с вами Драконы Истока, — сказал Эгальт, и его голос стал тише, словно доносился из глубины бесконечной, холодной пещеры. И прежде чем кто-либо успел сказать хоть слово, тела двух великих драконов начало охватывать странное, переливающееся свечение. Их плоть, чешуя, одеяния — всё теряло цвет и текстуру, превращаясь в серый, пористый, безжизненный камень. Через несколько секунд на площадке стояли две величественные, но абсолютно неподвижные статуи, обращённые лицами к багровеющему, зловещему небу. Тем временем в Мистериуме, наши друзья с удивлением и страхом наблюдали, как привычный мир окрашивается в кровавые тона. Т/и взглянула на луну, и что-то внутри неё болезненно сжалось — не от страха за себя, а от леденящего предчувствия. Она посмотрела на Костель, на её испуганное, беззащитное лицо, и дала себе безмолвную, нерушимую клятву: она сделает всё, что угодно, но не даст никому забрать это хрупкое, обретшее душу создание. — Прошу прощения. Но нам необходимо решить несколько важных процедурных вопросов. Будет ли лучше для моих союзников, если я просто сдамся? — спросил Зейн, решив прощупать почву. — Строго говоря, ты не можешь сдаться, — поправила агент Суф, даже не поднимая глаз. — Сдаются только люди. Ты — робот-ниндроид, так что классифицируешься как оборудование... а не персонал. — Что означает, — подхватил Родерик, — что ты будешь выведен из строя в нашем сжигателе для утилизации неликвидной техники. Это предусмотрено протоколом 47-Б. — Но это же убьёт его! — возмутился Коул, выступая вперёд. — Поправочка, — невозмутимо возразил Родерик. — Это убило бы его, если бы он был человеком. Он же просто оборудование. Так что ничего страшного. Процедура стандартная. — Но если я вам сдамся, — спросил Зейн, просчитывая варианты, — мои друзья будут свободны? Вы их отпустите? — Нет, — отрезала Суф. — Разве ты не в курсе положения, дополнение 47-А, параграф третий? Любой, кто оказывает помощь беглому оборудованию, будет наказан в соответствии с самыми строгими правилами. Такое трудно истолковать иначе. Соучастие, пособничество, укрывательство. Спектр наказаний широк. — Да плевать! — взорвался Коул. — Давайте просто прыгнем на дракона и свалим отсюда! Надоело слушать этот бред! — Неплохо придумано, — меланхолично заметил Родерик. — Но в данный момент ваш дракон конфискован как транспортное средство, не имеющее регистрации в Едином Реестре Летающих Объектов! И правда, выглянув во двор, они увидели, что Джиро опутан энергетическими сетями, из которых бил слабый ток, не давая ему пошевелиться. — Эй! — крикнула Т/и, в её голосе зазвенела ярость. — А ну-ка отпустите Джиро немедленно! — Обсудим это по пути к сжигателю! — отмахнулся Родерик. — Ломайте эту стену, коллега! — Стоп! — вдруг выкрикнул Зейн, и в его голосе появились незнакомые раньше, уверенные нотки. — Есть ли у вас форма 35-СИ-91, подтверждающая одобрение намерения сломать стену или заграждение на чужой земле? Без неё ваши действия будут классифицироваться как незаконное вторжение и порча имущества, что карается по статье... Агенты переглянулись. В их пустых глазах впервые мелькнуло что-то, похожее на замешательство. — Ты только что придумал это? — шёпотом спросил Коул, изумлённо глядя на друга. — Нет, — так же тихо ответил Зейн. — Моя работа на почте предоставила мне огромный доступ к внутренним справочникам и бюрократическим кодексам. Мои знания об их дурацких правилах теперь просто огромны. Я изучил всё, к чему имел доступ. Агент Суф тем временем достала из портфеля пухлый талмуд и принялась лихорадочно листать страницы. — Намерения пройти через стебель... намерение пройти через стекло... а, вот оно! — пробормотала она. — Намерение пройти через стены! Да, он прав. Нам нужна форма 35-СИ-91. — Гхм, — кашлянул Родерик, его идеальный пробор слегка растрепался. — Ладно. Дайте нам минутку, мы подготовим документацию! Не расходитесь! Агенты синхронно открыли портфели и принялись с важным видом перебирать бумаги, что-то выписывать и сверяться с талмудами. Наши герои переглянулись, понимая, что получили небольшую, но драгоценную передышку.