Глава 10
25 февраля 2026 г., 17:22
Примечания:
Предупреждение: упоминание жестокого обращение с детьми
I'm sorry I haven't been myself
And something's got me down
What it is, I cannot tell
I won't be satisfied with anything I've earned
Fear is just a part of love
And one thing I found
Is love is what you deserve
- Briston Maroney, Freakin' Out On the Interstate
Честность выливается предложениями, вырывающимися из самих легких. Непроизвольно, словно вой на Луну. Римус чувствует себя побитым. Но на этот раз не волк терзает его тело. Нет никаких следов когтей, которые можно зашить и не существует такой мази, которую можно нанести на его порезы. Вместо этого, только больше ран и свежей плоти. Расковырянные струпья, которые все кровоточат и кровоточат. Он чувствует себя отчужденным от мира. Он готовит ужины. Он играет с Гарри. Он выскальзывает во двор покурить. Сириус наблюдает за ним, как несчастный призрак прошлого. Они оба - предатель и преданный. Что хуже, то, что Римус и вправду верил, что Сириус убил Джеймса и Лили, или же то, что Сириус когда-то мог подумать, что Римус был способен предать их всех? Возможно, они и впрямь стоят друг друга. Возможно, они одинаково согрешили и раскаялись за свои грехи. Только это не ощущается искуплением. Наоборот, и в сумерках вечера, когда стрелки часов бесконечно и неумолимо бегут вперед, а огонь в камине дымит и потрескивает, Римус бездумно водит пальцем по краю стакана с виски и наблюдает, как отраженные огоньки пламени танцуют в янтарной жидкости. -Это было из-за предрассудках об оборотнях? - спрашивает он. И Сириус изгибает свою длинную шею, чтобы получше разглядеть его оттуда, где он сидит на полу возле камина. Словно собака, любопытный и настороженный. Его глаза темные. Его губы влажные от пива. Он поднимает бровь. -Это было из-за предрассудков о Блэках? - отвечает вопросом Сириус.***
Римус никогда не видел Гарри настолько воодушевленным, как посреди этой суровой снежной бури, окрасившей весь город белыми красками. Он радостно носится по дому, развешивая гирлянды из апельсинов и остролиста. Он настоял на том, чтобы Римус включил Магловское радио, поэтому весь дом наполнен Рождественской музыкой. Да он вылитый Джеймс, думает Римус. Вылитый Джеймс, до краев наполненный радостью. Но это не он, напоминает себе Римус. Но когда черные волосы мальчика торчат во все стороны, как у… и глаза в точности как у… Ох, Римус обнаруживает, что злится на тех людей, на кого у него определенно нет права злиться. Но ему так тяжело смотреть на Гарри. И еще тяжелее смотреть на… Сириус ухмыляется уголком губ - как в юности - пока левитирует в гостиную маленькую перевязанную елку, которую они нашли в лесу. Она то и дело врезается в мебель. Со сверкающими глазами он бормочет извиняющееся уупс, но по его выражению видно, что ему ни чуточки не стыдно. Гарри визжит от восторга, наблюдая за этим и упрашивает Сириуса, чтобы тот посадил его себе на плечи. Вместе, они быстро развешивают трансфигурированные украшения на разлапистые ветви дерева, под бесконечные расспросы Гарри, а точно ли Святой Николай найдет меня. -Да, Гарри, - терпеливо отвечает Сириус, в то время как Гарри дергает его за волосы. Сириус рычит и притворяется, что укусит его за пятку. Гарри хихикает и уворачивается, едва ли не сваливаясь с шеи Сириуса. -Мистер и Миссис Дурели говорили, что он не знает про детей в чулане, - говорит Гарри, - Но Рон сказал, что Святой Николай знает всее… Римус сглатывает через ком в горле. Он опускает взгляд на свечи в своих руках. Он вспоминает, как когда Гарри был еще совсем младенцем, Лили заставляла их всех танцевать вокруг его колыбели, чтобы тот смог понаблюдать за их горящими сердцами. Ох, если бы она была здесь… если бы она только услышала… Сириус замирает, - Гарри, - произносит он несвязным тоном. Он глубоко вздыхает, - Гарри, Святой Ники собственнолично знает про тебя. Я обещаю. Вот настолько ты блин замечательный. -Правда? - Гарри свешивается из-за плеча Сириуса, чтобы взглянуть на Римуса. Римус улыбается ему. Улыбка пронзает его сердце уколом боли. -Правда. Позже, когда Гарри уже в постели, Сириус и Римус встречаются на кухне. Она едва освещена. Светлые огоньки переливаются на уставших, темных лицах. Сириус потягивает пиво, Римус моет посуду, медленно. И потом… снова время для правды. Колющей правды. -Почему ты не забрал его раньше? - спрашивает Сириус. Римус корчится от этого вопроса. Закрывает глаза. Этот вопрос - палка о двух концах. Он не забрал Гарри раньше, потому что он не мог. Ему было слишком больно думать об этом ребенке. А когда он все таки думал - в перерывах между выпивкой, мужчинами, зельями и когтями - Римус просто предпочитал верить, что у Гарри была счастливая новая жизнь, мечты о которой разбилась о суровую реальность, что без Джеймса и Лили она окончательно опустела. Но это не тот вопрос, который задал Сириус. Нет. И это не тот ответ, который он хочет получить. Почему ты не забрал меня раньше? -Ты знаешь почему, - безучастно произносит Римус. Наступает длинная тишина. Он слышит стук, с которым Сириус опускает пивную кружку на стол. Скрип стула. -Конечно, ведь очень тяжело пожалеть кого-то другого, - говорит Сириус. Его голос шаткий и грубый, - … когда ты слишком занят, жалея себя. Он вылетает из комнаты. Римус домывает тарелки, одну за другой.***
В полуночной тьме, Римус пытается вспомнить их последний с Джеймсом разговор. И с Лили. Смеялись ли они? Сказал ли он им, что любит их? Конечно, в разгар войны Римус точно помнит, как выходя за порог, он никогда не забывал говорить, что любит их. Ответили ли они тогда, что тоже любят его? Он не может вспомнить. Он не может… блять, он не может этого вспомнить.***
За два дня до Рождества, они сталкиваются в коридоре и Сириус загоняет Римуса в угол. Его взгляд устремлен куда-то в районе уха Римуса. Его рот сжат в тонкую линию. Они не произнесли ни слова с того разговора на кухне. Каждое слово слишком похоже на обвинение. Это и есть… это и есть теперь их новая жизнь? -Мне нужно в Лондон, - говорит он, - Там… Рождественский подарок для Гарри. В квартире. Я только… ты не против? -Я не против… чего? - говорит Римус в замешательстве. -Чтобы я съездил туда, - заканчивает за него Сириус, - Я только… заберу подарок. И Римус потрясен этой скомканной искренностью, - Сириус… ты же понимаешь… ты же понимаешь, что ты не обязан все время быть здесь, так? Ты можешь уходить и приходить, как тебе… мы не… я не… это не тюрьма… Все это время, когда Сириус притаившись бродил по дому. Не спал до глубокой ночи. Вставал с первыми лучами солнца. Он думал, что он был взаперти? Слишком занят жалея себя, думает Римус. Сириус усмехается, но его плечи заметно расслабляются, - Я понимаю. И потом он смотрит прямо на Римуса. Наверное замечает что-то, в том как Римус не может встретиться с ним глазами. Он отвечает более уверенно, - Я понимаю это, окей?***
-Гарри, надевай ботинки, - говорит Римус позже в этот же день, когда Сириус отправился в Лондон и они остались только вдвоем, - Пойдем сходим навестить Нерис. Гарри так спешит, что бежит всю прогулку. Прошло слишком много времени… слишком много времени с тех пор, как кто-либо из них выбирался из дома. Римус уже успел нарушить все обещания данные самому себе и Гарри. Не скрываться. Не быть аутсайдерами. Интересно, настанут ли в его жизни времена, когда он перестанет ощущать, что проваливает все, за что бы он ни взялся. По дороге Гарри топает по снегу и не выпускает руки Римуса. Римус не отводит с него глаз. -Гарри, - говорит он. Мальчик уже подрос. Когда он успел так вырасти? Когда он перестал быть тем маленьким, запуганным малышом, который прятался под кроватью? Слова Сириуса звенят у него в ушах. Может он и вправду недостаточно обращал на него внимание? - Тебе… тебе нравится Сириус, ведь так? Гарри улыбается, - Сириус просто лучший. И Бродяга. -Хорошо, - отвлеченно бормочет Римус, - и тебе нравится… жить так всем вместе? -О да, - говорит Гарри. И останавливается. Неуверенно смотрит на Римуса, - Это нормально? Сириус… он же тоже наша стая, да? -Да, - сглатывает Римус, - Он стая, - слова тяжело падают в морозном воздухе. -Хорошо, - отвечает Гарри. Когда они доходят до дома Нерис, они видят, что он весь украшен к Рождеству. Яркая искорка света посреди улицы. Она приветствует их с улыбкой на лице, обнимает Гарри и впускает их побродить по ее дому. Он заставлен фотографиями семьи, изящным фарфором и керамическими статуэтками танцующих женщин в нарядных платьях. Гарри осторожно дотрагивается до всего вокруг. -Прошло много времени с нашей последней встречи, - говорит Нерис, наливая Римусу чай, - Как вы поживали? Римус вежливо улыбается ей, - Хорошо, мы оставались дома, со всем этим… снегом. -Ох, да, - говорит Нерис, - на улице нынче настоящий кошмар. И пока Римус пьет чай, наступает долгая, неловкая пауза. Он скрещивает ноги. Выпрямляет их. Снова скрещивает. Нерис наклоняется к нему. Нежно кладет руку Римусу на колено, - Дитя, я думаю, что это не просто дружеский визит. Как бы приятно мне ни было снова увидеть Гарри, кажется у тебя есть ещё что-то на уме. Римус вздыхает, - У меня… у нас кое-кто остановился. Старый… друг из школы. Он многое пережил. Он… что ж, он недавно освободился из тюрьмы. Не то чтобы он был опасен! Я имею ввиду… Мерлин, я все испортил. Нерис заливается смехом. Она поднимает бровь, - То есть прошел весь этот пусть, чтобы просто сказать, что у вас дома остановился достопочтенный джентельмен? -Все не так! Я имею ввиду… его имя Сириус. О нем недавно писали в газетах… -Сириус Блэк… - выдыхает Нерис, - О да, мы все слышали о его побеге. И то закрытое слушание потом, не так ли? Невиновен, они сказали. После стольких лет. Ужасная история, просто трагедия. Если честно… -Он остановился у меня. И мы в какой-то мере… мы как бы скрывались дома. Но я не хочу, чтобы ему приходилось прятаться. И чтобы Гарри… я надеялся, что может вы сможете, я не знаю… распустить о нем пару слов? Нерис снова смеется, - ах, так ты пришел, чтобы запустить колесо сплетен. Я видела, ты как-то говорил с Джеммой, моей внучкой. Она обычно хороша в подобных вещах. Римус смущенно смотрит в пол, - я просто думал, может мы могли бы уже завтра выйти в город. Я просто… я не хочу никого напугать. -Не беспокойся, - бодро говорит Нерис, - Я все улажу.***
В канун Рождества город кипит жизнью. Каждый магазин переливается всеми цветами радуги. Кованые фонари освещают улицу теплым светом, будто сами звезды спустились с небес, чтобы поприветствовать жителей города. За углом поют колядующие. Воздух пропитан радостью, настоящей светлой радостью. И эта атмосфера праздника разительно отличается от их тихих вечеров в доме. Гарри держит Сириуса за руку. Окруженный жизнью и яркими цветами улицы, Сириус снова выглядит моложе. Его волосы заправленные за уши. Он избавился от своей щетины и идёт, укутавшись в длинный черный плащ и шарф, плотно обнимающий его шею. Он разительно отличается от того, каким его напечатали на страницах газет, но это не мешает прохожим поглядывать на него. Когда они проходят мимо, они оборачиваются вслед за ними. Или перешептываются друг с другом. Но никто не кажется встревоженным. -Мне стоило пойти как Бродяга, - бормочет Сириус, - Безопасней. Проще. -Это наш дом, - твердо говорит Римус. Сириус искоса смотрит на него. В его взгляде есть что-то сердито нежное. -Спасибо тебе, - говорит он. Гарри тянет их во все стороны, куда ему только вздумается. В магазин сладостей, где ему дают в подарок рождественскую шоколадку и все дамы воркуют рядом с ним, старательно не смотря в сторону Сириуса. В благотворительный магазин, где Гарри сразу бежит к Пожилому Джу и они вместе идут смотреть новую коллекцию шарфов. Пока Гарри исследует пополнения, Джулиан приветствует Римуса и Сириуса. -Паршивая история, та неразбериха с копами, - ворчливо говорит он, - рад видеть тебя здесь, парень. А после на улице они встречают Джемму с Нерис. Они медленно прогуливаются, держась за руки. Когда они замечают Римуса, Сириуса и Гарри, они направляются в их сторону. Джемма выглядит восторженной до неприличия. -Что ж, Римус Люпин, ты все таки появился. Кто бы мог подумать, что ты принесешь в наш маленький городок больше драмы, чем мне удалось за все эти годы? - ухмыляется Джемма, протягивая руку, чтобы потянуть за новый шарф Гарри, - Хэй, приятель, - и затем она смотрит на Сириуса, - Нет нужды в представлениях, Бабуля рассказала мне о новеньком в городе. Газетчики конечно тебя не пощадили, вживую ты гораздо симпатичней. Сириус изгибает бровь, пока Римус спешит все объяснить, - Это Джемма и Нерис. -Рад познакомиться с вами обеими, - вежливо произносит Сириус. Нерис смеется, похлопывая Сириуса по щеке, - О, не нужно быть таким… -Серьезным? - ухмыляется Сириус, - Не волнуйтесь, эта шутка уже стара как мир, - и Римусу приходится сдерживаться, чтобы не выдать что-то глупое по типу, блять, как же я скучал по этому. Потому что это прозвучало так похоже на Сириуса до войны, когда они еще не использовали слова как оружие, а только ради простого удовольствия рассмешить друг друга. Позже, Гарри замечает детей, с которыми он привык играть раньше. Они лепят снеговика. Сваливают руками снег. Гоняются друг за другом. Взгляд Гарри мечется между Римусом и площадкой, но он не осмеливается спросить. Только от неуверенности плотнее сжимает руку Сириуса. -Беги к ним, - бормочет Римус, подталкивая его в сторону детей. Гарри ухмыляется и довольно уносится играть вместе с ними. Сириус и Римус усаживаются вместе на скамейку под деревом. На другой стороне парка стоит группка мам. Они настороженно поглядывают на Сириуса, но не подходят к ним. Римус тянется к карману и достает сигарету из пачки. -Мне кажется я уже и забыл, - неожиданно говорит Сириус, - что за пределами всего это есть мир. Даже до… Азкабана. Во время войны. Я не помнил, что все еще были люди, живущие своей обычной жизнью. -Мы все забывали об этом, - говорит Римус. Он затягивается сигаретой. Тогда казалось, что не будет никакого после. Только бесконечные дни сражений. -Он счастливый ребенок, - бормочет Сириус, - ты… ты проделал отличную работу. -Я ничего не сделал, это все его собственная заслуга. -Римус, я тут вообще-то пытаюсь сделать тебе чертов комплимент, окей? Римус вздыхает. Он смотрит на сигарету в его руке. Пепел темными пятнами опускается на заснеженную землю. Сириус морщит нос. Холод пузырится вокруг них, город суетится и дети смеются. Но для Римуса все отходит на второй план. Эта реальность и эта жизнь, это все не может остаться с ним навсегда. Римус знает это лучше других. Хорошее исчезает. Пока не наступает одиночество и пустота. Он наблюдает как Гарри падает спиной в снег. Отряхивается и снова встает. -Джеймс и Лили не хотели бы, чтобы он был со мной, - говорит Римус. Та рана, на которую он еще не сыпал достаточно соли, боль, которую просто невозможно исцелить, - если они не доверяли мне… он, он должен быть с тобой. Взгляд Сириуса наполняется злостью, - он и есть со мной. И с тобой -Может мне не стоит… -Даже блять не смей… Он чувствует как Луна поднимается в его костях. Сириус тяжело дышит. -Это было не из-за предрассудков об оборотнях, - говорит Сириус. Он запускает пальцы в волосы. Он смотрит прямо на Римуса, - Я… Все было так херово во время войны. Тебе не было там. И блять, я не говорю это чтобы… как бы то ни было, я говорю это, потому что ты не понимаешь какими они были под конец войны. Какими мы все были. Боялись собственной тени. Сомневались во всем. В каждом… -Они не сомневались в тебе, - Римус затягивается. -Потому что я был рядом. Большую часть времени я был в их поле зрения. Единственное чему они доверяли - тому что видели собственными глазами. Блять, большую часть времени когда ты возвращался, ты даже не мог посмотреть нам в глаза. Он останавливается, - Мне… Мне жаль, Римус. И я знаю… им бы тоже было бы жаль. Больше, чем ты можешь себе представить. Ты так хорошо с ним ладишь, ты любишь Гарри. Не сдавайся только из-за этой чертовой войны. Даже не смей. Сириус из прошлого в этот момент бы просто отшутился. Начал бы хлопать глазами и уговаривать, пожалуйста пожалуйста Лунатик. Но они изменились. Тяжелое бремя прошлого давит на них, давит на Римуса. Оно просачивается в его кости прямо как оборотень. Разрывает его так же безжалостно. Оно тянет с такой же болью. Как бы он хотел, чтобы у него еще оставались силы на скорбь. Может тогда это все могло бы вылиться наружу. -Прости меня, - Римус давится словами, - за… -Я знаю, - говорит Сириус. -Это не было из-за того что ты Блэк, - говорит Римус. -Я знаю, - отвечает Сириус.
