До того как нас не станет

Лорен       Утро понедельника началось неожиданно спокойно. После насыщенной недели и шумной вечеринки университет словно на время выдохнул. Кампус был залит прохладным осенним светом: солнце поднималось медленно, ещё не набрав силы, и мягко ложилось на фасады корпусов, окрашивая старый кирпич в тёплый золотистый оттенок. В воздухе пахло мокрыми листьями и свежим кофе из маленькой кофейни у главного корпуса. Иногда этот запах приносил лёгкий ветер — вместе с приглушённым звоном чашек и негромкими разговорами студентов, которые уже заняли столики у окна.       Лорен шла по дорожке к зданию факультета, держа в руках тетрадь и телефон. Под ногами мягко шуршали листья, рассыпавшиеся по асфальту тонким жёлто-оранжевым ковром. Где-то впереди кто-то смеялся, обсуждая лекции, кто-то спешил на пару, балансируя со стаканчиком кофе и стопкой конспектов.       Телефон в ладони коротко завибрировал. Экран загорелся. Сообщение от Каэля. «Ты уже у кампуса?»       Лорен невольно улыбнулась. Уголок губ поднялся почти автоматически, и она на секунду остановилась у кованой ограды перед корпусом. Она быстро набрала ответ. «Да. Иду на первую пару.»       Ответ пришёл почти сразу. «Жаль. Я надеялся украсть тебя раньше.»       Она тихо усмехнулась, слегка покачав головой, и продолжила идти ко входу. «Украсть?»       Несколько секунд тишины, потом новое сообщение. «Да. На кофе. Или прогулку. Или что-нибудь ещё.»       Она остановилась у ступеней корпуса. Вокруг проходили студенты, открывалась тяжёлая дверь, кто-то держал её для других.       Лорен на секунду посмотрела на экран, словно пытаясь представить его выражение лица, когда он писал это. Потом набрала: «После лекций.»       Сообщение отправилось. Несколько секунд ничего не происходило. Потом экран снова вспыхнул. «Договорились.»       Она убрала телефон в карман и поднялась по ступеням.       Сердце билось чуть быстрее обычного — не от спешки, а от тихого, почти детского предвкушения.

***

      Аудитория по международному праву постепенно наполнялась студентами. Кто-то занимал места ближе к окнам, раскладывая ноутбуки и тетради, кто-то продолжал тихо разговаривать в проходах, не спеша садиться. В воздухе стоял знакомый гул начала пары — приглушённые голоса, шуршание бумаги, скрип стульев по полу.       За высокими окнами медленно двигались ветви клёнов. Сквозь стекло просачивался мягкий утренний свет, ложась на ряды столов бледными полосами. Пахло кофе, холодным воздухом с улицы и свежей типографской краской от распечаток, которыми многие студенты всё ещё листали перед началом лекции.       Профессор Хартман уже стоял у доски, аккуратно раскладывая свои заметки. Он двигался спокойно и неторопливо, словно в аудитории уже наступила тишина. Его лекции всегда начинались без лишних вступлений — так, будто он просто продолжал мысль, начатую много лет назад и никогда по-настоящему не прерывавшуюся.       Лорен села ближе к середине ряда. Она достала тетрадь, открыла на чистой странице и быстро провела пальцем по краю листа, привычно выравнивая его. Этот маленький жест всегда помогал ей сосредоточиться — будто вместе с бумагой она выравнивала и собственные мысли. Через несколько секунд рядом с ней опустился на стул Дилан. Стул тихо скрипнул, когда он отодвинул его ногой. От него пахло свежим кофе и холодным воздухом улицы. — Доброе утро, — тихо сказал он.       Лорен повернула голову. Рядом с ним она ощущала себя немного неловко — не потому, что между ними была напряжённость, а скорее из-за того, что их разговор на вечеринке всё ещё оставался где-то на краю её мыслей. — Привет.       Он поставил на стол стакан с кофе и открыл ноутбук. Экран вспыхнул мягким светом, отражаясь в его очках. — Ты выглядишь подозрительно довольной жизнью для понедельника.       Она чуть улыбнулась, проводя ручкой по краю страницы. — А ты выглядишь так, будто не спал. — Я действительно не спал, — спокойно признался он. — Вечеринка оказалась… длиннее, чем я планировал.       Она тихо усмехнулась. — Да, я заметила.       В этот момент профессор Хартман поднял голову. — Сегодня мы поговорим о границах вмешательства государств, — сказал он, обводя аудиторию внимательным взглядом.       Разговоры постепенно стихли. Студенты начали поворачиваться к доске, закрывая ноутбуки или наоборот открывая новые документы для конспекта. Лорен начала записывать.       Хартман говорил медленно, чётко, иногда задавая вопросы аудитории, заставляя студентов вслух формулировать мысли. Он писал на доске выдержки из международных соглашений, время от времени останавливался, чтобы подчеркнуть особенно важные формулировки. Его почерк был ровным и строгим — таким же, как и его голос.       Лорен записывала автоматически, но через несколько минут почувствовала, как Дилан чуть наклонился ближе. — Можно задать неловкий вопрос? — тихо спросил он.       Она повернула голову. — Хорошо. Спрашивай.       Он на секунду замолчал, словно подбирая слова. — Ты исчезла с вечеринки.       Она чуть приподняла бровь, вздохнула и снова посмотрела на доску, где Хартман как раз писал длинную цитату из международной конвенции. — Я ушла раньше, — сказала она спокойно. — И не одна.       Он говорил без обиды, скорее с лёгкой иронией. — Я собирался пригласить тебя на танец, — добавил он. — Но, кажется, опоздал.       Лорен тихо усмехнулась. — Немного.       Несколько секунд они слушали лекцию молча. Только звук мела по доске и шорох страниц заполняли пространство между рядами. Потом Дилан снова сказал, уже тише: — Слушай… я надеюсь, что не поставил тебя в неловкое положение тогда.       Она повернула голову. — Когда? — Когда флиртовал с тобой.       Она на секунду задумалась, потом мягко покачала головой. — Нет. Всё нормально.       Он выдохнул, будто действительно переживал об этом. — Хорошо.       Она заметила, как он на секунду опустил взгляд на стол, а потом снова посмотрел на неё. — Но?       Он усмехнулся. — Но я подозреваю, что у тебя уже есть кто-то.       Лорен слегка улыбнулась, но ничего не сказала. Дилан посмотрел на неё несколько секунд, словно ожидая ответа, потом кивнул — будто понял его и без слов. — Ладно. — Ладно? — Да.       Он чуть откинулся на спинку стула. — Тогда предлагаю заключить мирное соглашение.       Она тихо рассмеялась. — Мы на лекции по международному праву. Это звучит уместно. — Отлично. — Он протянул руку. — Друзья?       Она посмотрела на его ладонь, потом пожала её. — Друзья.       Он улыбнулся. — И, кстати, — добавил он, — я всё равно считаю, что ты отлично танцуешь.       Она покачала головой. — Я танцевала пять минут. — И всё равно.       Лорен снова повернулась к тетради. Профессор Хартман в этот момент как раз задавал вопрос аудитории. — Итак, кто может назвать пример, когда вмешательство государства было признано легитимным?       Лорен подняла руку. А Дилан, сидя рядом, тихо сказал: — Вот теперь ты снова выглядишь как человек, который слушает лекцию.       Она не посмотрела на него, но уголок её губ всё же чуть поднялся.

***

      Следующая лекция профессора Грейсона проходила в большом зале, где обычно собирался почти весь поток. Это была одна из тех аудиторий, где ряды поднимались амфитеатром, а звук голосов перед началом пары долго не стихал, отражаясь от высоких потолков. Студенты постепенно занимали места. Кто-то обсуждал предстоящую защиту проектов, кто-то листал распечатки, проверяя пометки на полях, кто-то просто разговаривал, пользуясь последними минутами перед началом лекции. Где-то хлопнула дверь, кто-то пронёсся по проходу, спеша занять свободное место ближе к друзьям.       Лорен вошла в зал вместе с небольшой группой студентов и на секунду остановилась у прохода, оглядывая ряды. И почти сразу заметила его.       Каэль сидел в середине аудитории, откинувшись на спинку кресла. Одна рука лежала на столе, другая держала ручку, которой он лениво постукивал по тетради. Он выглядел так, будто пришёл сюда не на лекцию, а просто посмотреть, чем закончится этот день.       Когда он увидел её, уголок его губ чуть поднялся. Это была едва заметная улыбка — короткая, спокойная, но она мгновенно отозвалась у Лорен где-то в груди.       Она прошла по ряду и села рядом. — Привет. — Привет.       Несколько секунд они просто сидели рядом, слушая шум аудитории. Профессор Грейсон уже раскладывал бумаги на кафедре, иногда поднимая взгляд на зал, словно оценивая, насколько быстро студенты готовы затихнуть. Вокруг ещё продолжались тихие разговоры, кто-то листал распечатки, делая последние пометки на полях.       Каэль чуть повернул голову к Лорен. — Ты когда-нибудь замечала, что Грейсон всегда начинает лекцию одинаково?       Она приподняла бровь. — В каком смысле?       Он слегка кивнул в сторону кафедры. — Сейчас он выровняет бумаги, потом проверит, чтобы маркер лежал ровно у края стола, потом посмотрит на часы.       Лорен на секунду перевела взгляд на профессора. Грейсон действительно аккуратно поправил стопку документов, потом положил маркер параллельно краю кафедры. Она тихо усмехнулась. — Ты за ним наблюдаешь? — Иногда.       Она улыбнулась и повернулась к нему. — И сколько ты уже ведёшь эти наблюдения? — Достаточно, чтобы понять, что через двадцать секунд он скажет «начнём».       Она склонила голову, будто проверяя его слова. — Уверен? — Абсолютно.       Пауза. Грейсон поднял взгляд на аудиторию. — Начнём.       Лорен тихо рассмеялась, быстро закрыв ладонью рот, чтобы не привлечь внимание. — Ладно, это впечатляет.       Каэль едва заметно улыбнулся. — Я же говорил.       Она посмотрела на него внимательнее. — Ты всегда так внимательно следишь за людьми? — Возможно. — Это немного пугает. — Почему? — Потому что я теперь думаю, сколько всего ты успел заметить про меня.       Он слегка повернул голову, глядя на неё чуть дольше обычного. — Достаточно.       Она прищурилась. — Например?       Он сделал вид, что размышляет. — Ты всегда выравниваешь тетрадь перед тем, как начать писать.       Она опустила взгляд на стол. Тетрадь действительно лежала идеально ровно. — Это привычка. — Ты слегка прикусываешь губу, когда пытаешься понять сложную мысль.       Она тихо выдохнула. — И ещё ты всегда начинаешь писать на секунду раньше остальных. — Почему? — Потому что заранее понимаешь, к чему ведёт преподаватель.       Она посмотрела на него, и в её взгляде мелькнуло лёгкое удивление. Она покачала головой, но уголок её губ чуть поднялся. — Тогда мне стоит быть осторожнее.       Он наклонился чуть ближе и тихо сказал: — Уже поздно.       В этот момент профессор Грейсон начал лекцию, и аудитория окончательно стихла. Лорен открыла тетрадь. И только теперь заметила, что все ещё улыбается. — Сегодня мы продолжим разговор о судебных аргументах и логике построения позиции, — сказал он, проводя ладонью по столу, будто расставляя невидимые акценты.       Студенты начали записывать. Лорен открыла тетрадь, но через несколько минут почувствовала, как Каэль слегка наклоняется ближе. Она повернула голову. — У меня есть идея.       Его голос был тихим, но в нём чувствовалось что-то настойчивое. — Пытаешься заинтриговать меня?       Он чуть склонил голову, наблюдая за её реакцией. — Получается?       Она чуть улыбнулась. — Пока да.       Он сделал небольшую паузу, словно обдумывая, стоит ли говорить дальше. — У меня есть квартира.       Она подняла бровь. — Квартира? — Да.       Она несколько секунд смотрела на него, пытаясь понять, к чему он ведёт. — Ты там живёшь? — Нет. — Тогда зачем она тебе?       Он на секунду задумался, будто подбирая более нейтральную формулировку. — Иногда полезно иметь место, где никто не мешает.       Лорен тихо выдохнула и снова посмотрела на доску, где Грейсон как раз начал писать схему аргумента. Но через секунду её взгляд снова вернулся к Каэлю. — И зачем ты мне это рассказываешь?       Он чуть наклонился ближе. Теперь между ними оставалось совсем небольшое расстояние — настолько маленькое, что она ощущала тепло его дыхания у виска. — Потому что я хочу, чтобы ты туда пришла. Мы могли бы поужинать вместе, посмотреть фильм.       Сердце Лорен ударилось чуть сильнее. Она опустила взгляд на свою тетрадь, но строчки на странице на секунду потеряли смысл. — Это приглашение? — Да.       Он сказал это спокойно, без тени сомнения. Она выдержала короткую паузу. За это время Грейсон уже начал объяснять новую тему, и по аудитории снова прокатился тихий шорох записей. — После лекции? — После лекции.       Он откинулся на спинку стула, будто вопрос уже был решён. Лорен снова посмотрела на доску, но мысли теперь упорно возвращались к тому, что ждёт её через час. И к тому, что её сердце почему-то билось быстрее, чем должно было во время обычной университетской лекции.       

***

      Квартира оказалась в тихом районе недалеко от центра. Когда они вышли из такси, улица встретила их спокойствием вечернего города. Здесь почти не было шума машин, только редкие шаги прохожих и мягкий свет фонарей, падающий на старую брусчатку. Деревья вдоль тротуара уже наполовину сбросили листву, и ветер время от времени перекатывал по дороге сухие листья.       Дом был старый, кирпичный, с узкими окнами и тихим подъездом. Внутри пахло пылью, старым деревом и чем-то слегка сладким — возможно, ароматом из квартиры на первом этаже. Каэль поднялся на второй этаж и остановился у двери. — Здесь.       Он достал ключи и открыл замок. Когда дверь квартиры распахнулась, внутри оказалось неожиданно тепло и уютно. Мягкий свет лампы освещал просторную гостиную. Большой диван стоял напротив низкого столика, вдоль стены тянулись книжные полки, на которых книги стояли вперемешку с какими-то старыми пластинками и парой фотографий в рамках. У окна был кухонный стол — простой, деревянный, с двумя стульями.       Лорен медленно огляделась, сделав несколько шагов внутрь. — Ты сказал, что здесь не живёшь. — Не живу. — Но здесь всё выглядит… обжитым.       Она провела пальцами по спинке стула, затем остановилась у полки с книгами. Он пожал плечами. — Иногда я прихожу сюда.       Она повернулась к нему. — Значит, это твоё тайное место?       Он чуть усмехнулся. — Можно сказать и так.       Лорен сняла куртку и аккуратно повесила её на спинку стула. Тёплый воздух квартиры постепенно снимал холод улицы, и она почувствовала, как напряжение дня начинает медленно уходить.       Каэль прошёл на кухню и поставил чайник, затем открыл холодильник. — Ты голодна? — Немного. — Тогда придётся довериться моим кулинарным способностям.       Она усмехнулась. — Я готова пойти на этот риск.       Он достал пасту и несколько ингредиентов. — Я постараюсь не разочаровать.       Она села на высокий стул у кухонного островка, наблюдая, как он готовит. Движения у него были спокойные, уверенные — будто он делал это уже много раз. Иногда он бросал на неё короткие взгляды. Иногда она ловила себя на том, что наблюдает за ним. — Ты часто здесь бываешь? — спросила она, опершись локтями о стол. — Не очень. — Тогда почему сегодня?       Он на секунду задумался. — Потому что хотел побыть с тобой там, где никто не будет мешать.       Она чуть опустила взгляд, пряча смущение.       Ужин получился простым — паста, которую он приготовил за двадцать минут, и бутылка вина, которую он нашёл в шкафу. Они ели за столом у окна. За стеклом постепенно темнело, огни города зажигались один за другим.       Разговор шёл легко. Они смеялись, дурачились, замирали, смотря друг другу в глаза и ждали кто из них первый сделает шаг на встречу.       После ужина Каэль убрал тарелки и вернулся в гостиную. — Хочешь фильм? — Только если он не слишком серьёзный.       Он нашёл что-то на стриминговом сервисе и включил. Лорен села на диван, поджав ноги под себя. Каэль устроился рядом. Сначала между ними оставалось небольшое расстояние. Они действительно смотрели фильм — по крайней мере, первые несколько минут. Потом он чуть повернулся. Его рука медленно легла на её талию. Лорен почувствовала это прикосновение сразу. Тёплая ладонь, осторожное движение, будто он давал ей возможность отстраниться. Но она не отстранилась. Наоборот — немного повернулась к нему.       Фильм продолжал играть на экране, но внимание Лорен уже давно было не там. Она повернула голову. И поцеловала его первой. Поцелуй сначала был мягким, почти осторожным — будто они оба на секунду проверяли, действительно ли это происходит. Но через несколько секунд он стал глубже.       Его руки притянули её ближе. Она почувствовала, как его ладонь скользнула по её спине, останавливаясь у талии. Она придвинулась ближе, её пальцы нашли его плечи, потом шею. Тепло его кожи, его дыхание рядом — всё это постепенно вытесняло любые мысли. Мир вокруг начал растворяться.       Отстранившись Каэль, посмотрел на запрокинутое розовое личико, на изящный овал лица, на сияющие зеленые глаза, на опухшие губы, которые целовал секунду назад и резко ощутил вспыхнувшее, отозвавшееся болью внизу живота, чувство. Наслаждение на грани боли. Чувства, которых он не ожидал от себя. Она снова притянула его ближе, возобновляя поцелуй. Каэль чуть оттянул ее. — Ло, подожди. Если мы так продолжим, я не уверен, что смогу сдержаться. Я не хочу сделать тебе больно. — Не сделаешь. Я тоже хочу этого. Не отталкивай, прошу. От этих слов жар внутри Каэля разросся еще больше. Посадив ее к себе на колени, он начал целовать ее с новой силой. Сжал ее ладонь крепче, ласково погладил подушечкой большого пальца запястье, и Лорен задрожала сильнее. — Знала бы ты что делаешь со мной.       Он говорил это, а губы спускались вдоль ее шеи, не прикасаясь, но обдавая горячим дыханием. Пальцы слегка сжались на ее бёдрах, привлекли ближе к его телу и заскользили вверх: провели по бокам и обнажённым рукам, прошлись по плечам и нежно погладили кожу в вырезе майки, едва ощутимо коснувшись ложбинки между грудями.       Отстранившись, он провёл большим пальцем по её нижней губе, слегка оттянул, а потом накрыл ее губы своими. Они сминали ее, лаская и обжигая, прикусывая и сжимая, вторгаясь глубже, так глубоко, что теперь они даже дышали друг другом. А там, внизу, Лорен уже ощущала разливающееся по бедрам тепло и как-то по-особому твердость его тела. И так хотелось прикоснуться, почувствовать и рука плавно двинулась туда, пальцы нащупали молнию.       Дрожащими пальцами она расстегнула ширинку обтягивающих брюк и потянула их вниз. Прикрыла глаза, набираясь смелости, и протянула руку к большому мягкому органу, сжимая его у основания. Каэль простонал, падая на спинку дивана, утянув Лорен за собой.       Не прерывая поцелуя, он перехватил её запястье, потом его рука скользнула вниз и сжала кисть, а пальцы осторожно погладили тыльную ее сторону... От такого простого движения Лорен забыла обо всем на свете и, тихо простонав, сжала бедра, в попытке стать к нему ближе.       На ее движение Каэль ответил сдавленным стоном, и его свободная рука переместилась со спины ниже и нетерпеливым движением он прижал Лорен к себе. И снова, и еще... и глухой рык откуда-то изнутри, чтобы почти болезненно обхватить обеими руками ее талию в попытке прекратить это безумие.       Она целовалась, почти растворившись в нём, чувствуя, как смешалось их дыхание и без него ей не хватает кислорода, и тело дрожало в лихорадке желания. Она доверилась ему, раскрылась, позволила увлечь себя за грань реальности, устремилась за ним.       В какой-то момент руки Каэля заскользили по бедрам, обжигая теплом прикосновения, поднялись выше, чуть задержавшись на изгибах, скользнули выше, и майка была снята одним движением.       Его руки от талии скользнули выше, накрывая грудь, чуть сжали, и уже стало не важным и место, и время, и вой ветра за окнами, и дождь, сотрясающий стены. Весь мир сузился до них двоих, и в то же время накрыло четкое осознание происходящего. И так хотелось этого манящего, сладостного, от которого сладкой судорогой сводило напряженное от невыразимого ожидания все тело. И Лорен загорелась желанием увидеть его без рубашки, как видел он ее. — Лорен, - простонал Каэль, глядя в ее глаза, которые явно чуть расширились в момент, когда она нагло стаскивала с него рубашку.       И рубашку она все же сняла... Его руки опустились на ее талию, прижимая ближе, крепче, позволяя ощутить его кожу и выгнуться от невыразимого удовольствия, подставляя грудь жадным губам.       Лорен шептала его имя, чувствуя, как поцелуи спускаются ниже... Резко подхватив ее под бедра, Каэль встал и направился, как она догадывалась, в сторону спальни. Опустив ее на кровать, освободив себя и ее от остатков одежды, подмял ее под себя, накрывая всем телом, приникая к ее губам, чтобы целовать нежно, возбуждающе. То вторгаясь языком, то чуть прикусывая нижнюю губу, вызывая очередной хриплый стон. И ей казалось, что она горит под ним, под его натиском, под той волной невыразимого удовольствия, которое носило имя Каэль Морроу.       Пальцы сминали ткань простыни, ногти оставляли на спине Каэля кровавые росчерки, его плечи были искусаны ею же, но ему этого было мало! И в очередной раз его руки ласкали везде, обходя то, что так молило о прикосновении. И она не выдержала: — Каэль прошу, ты мне нужен…       И волна удовольствия нахлынула ее, заставляя содрогаться всем телом, выгибаясь и шепча его имя в полубессознательном состоянии.       Она горела в огне, бессвязно шепча что-то про него, любимого, о чем-то просила, чего-то требовала, что-то говорила, не слыша своих слов. Не слыша ничего, кроме его дыхания... Не ощущая ничего, кроме его прикосновений...       И когда Каэль был почти в ней, он замер, позволяя осознать, что готов остановиться даже сейчас, даже так, даже после всего, что было, она лишь выгнулась к нему навстречу, обнимая ногами и руками, не позволяя отстраниться, и только прошептала: — Не останавливайся.       Мучительно-восхитительное ощущение пронзило ее тело от его вторжения, такого желанного. Обвивая руками, притягивая к себе, впиваясь губами в плотно сомкнутый рот и чувствуя, как напрягаются его мускулы под руками. Он оторвал ее руки от себя и, прижав запястья к кровати, совершил первое, самое первое движение внутри нее. Осторожно, не утратив страха причинить ей боль, осторожно, но так сладко. И так мучительно... — Каэль, — простонала Лорен, выгибаясь вновь. — Мне мало...       Она чувствовала это всем телом, чувствовала столь отчетливо, что, отбросив смущение, простонала: — Я хочу сильнее... быстрее... и, — распахнув глаза, она взглянула на него, красивого, сильного, вспотевшего и прошептала: — Я хочу чувствовать всего тебя, прошу не сдерживайся.       Каэль усмехнулся и перестал сдерживаться, выпуская всю мощь своего тела. И если прежде это были волны наслаждения, сейчас все было иначе. Лорен горела, разрываемая нарастающим ощущением чего-то жизненно важного.       Не понимая ничего, кроме осознания, что ей никогда еще не было так хорошо. И ей хотелось обнять его, прижаться, разделить этот жар, но Каэль продолжал удерживать запястья, не позволяя своевольничать. И, распахнув глаза, она увидела его взгляд - напряженный, восторженный взгляд чуть сверкающих отблесками глаз, на секунду ей показалась что они сверкнули красным. В следующую секунду бастион его сдержанности пал к ее ногам. И пламя они разделили на двоих.       Несколько минут они просто лежали, пытаясь отдышаться. Затем Каэль с тихим стоном отстранился, лег рядом и сразу прижал к себе, не позволяя ощутить холод. — Я не сделал тебе больно? - тихо спросил Каэль.       Лорен прислушалась к своим ощущениям и отрицательно покачала головой. — Нет, все было замечательно.       Фильм продолжал тихо звучать где-то в гостиной. Свет лампы мягко падал на кровать, оставляя на стенах тёплые золотистые тени. За окном медленно двигались огни редких машин, иногда скользя по стеклу короткими полосами света.       Но они не замечали ничего, кроме друг друга. Лорен чувствовала тепло его рук на своей коже, его дыхание рядом — медленное, горячее, сбивающее её собственное. Каждое движение было осторожным. Её пальцы скользнули по его плечам, задержались на шее. Она чувствовала, как быстро бьётся его сердце — почти так же быстро, как её.       Каэль наклонился ближе, его лоб на секунду коснулся её виска. Он будто пытался запомнить этот момент — её дыхание, тепло её кожи, то, как она смотрит на него сейчас. Она тихо выдохнула, прижимаясь ближе.       В комнате стало почти невозможно различить звуки — фильм, город за окном, всё растворилось в этом тихом пространстве между ними. Остались только их дыхание, тепло рук и ощущение, что мир на несколько минут сузился до расстояния между их сердцами.

***

      Позже комната стала тихой. Фильм в гостиной всё ещё продолжал играть, но звук был приглушён стеной и расстоянием — только редкие обрывки музыки и диалогов доносились до спальни. Лампа у кровати горела мягким тёплым светом, делая комнату почти нереальной — будто она существовала отдельно от всего остального мира.       Лорен лежала рядом, уткнувшись лицом ему в плечо. Её волосы рассыпались по его груди и руке, щекоча кожу лёгкими прядями. Она выглядела расслабленной и спокойной, словно все тревоги и мысли на время оставили её.       Каэль смотрел в потолок, слушая её дыхание. Оно было ровным, тихим, почти убаюкивающим. Иногда она чуть двигалась во сне или глубже вздыхала, и тогда её пальцы чуть крепче сжимали ткань простыни.       Он осторожно провёл рукой по её волосам. Она тихо что-то пробормотала и улыбнулась во сне.       Через несколько минут Лорен приподнялась. — Я сейчас… — тихо сказала она, чуть хриплым голосом. — Воды хочу.       Она медленно встала с кровати, потянулась за стаканом на тумбочке.       И в этот момент произошло это. Всего на секунду. Каэль увидел это так ясно, что сначала даже не поверил собственным глазам. Её силуэт словно стал прозрачнее. Так, будто свет прошёл сквозь неё. Как отражение в воде, когда поверхность на секунду дрогнула.       Он резко сел. Сердце ударилось о грудную клетку так сильно, что в ушах зазвенело. Но уже через мгновение всё исчезло.       Лорен стояла у кровати так же, как секунду назад — живая, настоящая, совершенно обычная. Она сделала глоток воды и повернулась к нему. — Что?       В её голосе было лёгкое удивление. — Почему ты так смотришь?       Он молчал. В голове вспыхнула цепочка воспоминаний. Короткие фрагменты, которые раньше казались случайными. Авария. Ноа. Странная слабость. Её редкие паузы, будто мир на секунду выпадал из фокуса. Моменты, когда она говорила, что просто устала, когда она на секунду теряла концентрацию.       Он смотрел на неё. На то, как она, поставив стакан обратно на тумбочку, спокойно поправила волосы. Она ничего не заметила.       И в этот момент всё в его голове сложилось в одну линию. Он медленно выдохнул. И наконец понял. Понял, какую ошибку допустил, позволив себе полюбить ее.

***

      Комната общежития была наполнена мягким вечерним светом. За окном медленно темнело, и огни кампуса уже начинали загораться один за другим. Лорен сидела на кровати, поджав ноги под себя, листая что-то в телефоне. Алия лежала поперёк своей кровати, свесив руку вниз и лениво покачивая ногой в воздухе.       Несколько секунд в комнате стояла спокойная тишина — только тихий гул голосов из коридора и редкий смех из соседней комнаты. Алия вдруг резко перевернулась на живот. — Ладно, — сказала она, глядя на Лорен. — Мне нужно кое-что рассказать.       Лорен подняла глаза от телефона. — Звучит интригующе.       Алия прищурилась. — Только не смей смеяться. Алия села, подтянув к себе подушку и обняв её. — Сегодня на нашей совместной паре… — С потоком? — Да.       Она на секунду замолчала, будто всё ещё прокручивая момент в голове. — В общем… Аарон сел рядом со мной.       Лорен медленно улыбнулась. — И?       Алия тут же ткнула в неё подушкой. — Вот именно поэтому я и сказала не смеяться. — Я даже ещё ничего не сказала. — Ты уже улыбаешься.       Лорен примирительно подняла руки. — Хорошо. Продолжай.       Алия вздохнула, но на губах у неё всё равно появилась улыбка — немного смущённая. — Сначала я вообще не поняла, что происходит. Просто почувствовала, что рядом кто-то сел. Повернулась — а это он. — И? — И он сказал: «Надеюсь, ты не против компании».       Она закатила глаза, но в голосе звучало явное тепло. — Я, конечно, сказала, что нет. Но внутри… — она тихо засмеялась. — Внутри я немного растерялась. — Ты растерялась? Похоже Аарон и мистер Грейсон – единственные кто могут выбить тебя из колеи.       Алия снова бросила в неё подушку. — Лорен!       Та рассмеялась. — Ладно-ладно, молчу.       Алия продолжила, уже спокойнее: — В общем, мы просидели вместе всю пару. Он шутил, иногда комментировал лекцию… знаешь, не так, чтобы громко, а тихо, только для меня. И это было… странно. — Странно — в плохом смысле? — Нет. — Она покачала головой. — В хорошем.       Она на секунду задумалась. — Он вообще оказался совсем не таким, каким я его представляла. — Каким же? — Я думала, он немного… — она поискала слово. — Самодовольный. — А на деле? — На деле он оказался довольно внимательным. И смешным. Очень.       Лорен мягко улыбнулась. Алия чуть наклонилась вперёд. — А после пары он предложил прогуляться.       Лорен подняла брови. — Просто так? — Просто так.       Алия покрутила в руках уголок подушки. — Мы вышли из корпуса и пошли в парк за библиотекой. Там уже почти никого не было — только пару студентов на лавках, и кто-то выгуливал собаку.       Она на секунду замолчала, вспоминая. — И о чём вы говорили?       Алия тихо усмехнулась. — О всякой ерунде. О музыке, о фильмах, о еде.       Лорен рассмеялась. — А потом мы просто шли молча какое-то время. И это не было неловко. Понимаешь?       Лорен кивнула. — Понимаю.       Алия слегка смущённо пожала плечами. — В какой-то момент он рассказал, как в детстве пытался научиться играть на гитаре и разбил струнами окно в доме родителей.       Лорен засмеялась. — Это звучит очень в его стиле. — Да. — Алия тоже рассмеялась. — И он рассказывал это так серьёзно, будто это величайшая трагедия его жизни.       Она на секунду замолчала, затем тихо добавила: — Было… приятно.       Лорен внимательно посмотрела на неё. — Ты рада?       Алия задумалась. — Да.       Потом чуть тише добавила: — И немного смущена. — Почему? — Потому что я не ожидала этого.       Она опустила взгляд на свои руки. — Но, знаешь… мне правда было хорошо.       Лорен мягко улыбнулась. — Тогда это хороший знак.       Алия посмотрела на неё. — Ты думаешь? — Думаю, — спокойно сказала Лорен. — Иногда самые неожиданные прогулки оказываются самыми приятными.       Алия улыбнулась шире и снова легла на кровать, уставившись в потолок. — Посмотрим, что будет дальше.       В комнате снова стало тихо, но теперь в этой тишине было что-то лёгкое и тёплое — как будто их маленький мир становился чуть больше.       Лорен легла рядом с ней. Через пару минут Алия начала листать фотографии на телефоне, показывая Лорен снимки с очередной импровизированной фотосессии, которую ей устроил Луис. Экран телефона мягко освещал их лица. Они лежали рядом на кровати, плечом к плечу, и Лорен чувствовала тепло ее руки у себя под боком. За окном уже окончательно стемнело, и свет в комнате был приглушённым — только настольная лампа у письменного стола освещала пространство тёплым жёлтым кругом. Алия лениво пролистывала фотографии. — Вот это с той вечеринки у Луиса… — сказала она, усмехнувшись. — Боже, посмотри на его лицо.       Лорен тихо рассмеялась. На экране мелькали кадры последних недель: университетский двор, кофейня, какие-то случайные селфи в коридорах общежития, смешные фотографии Луиса, который вечно делал странные выражения лица. — О, подожди, — сказала Алия. — Тут есть хорошая.       Она нажала на папку «Избранное». Фотографии открылись крупнее. Лорен сначала смотрела на экран рассеянно, просто перелистывая взглядом знакомые кадры. И вдруг замерла. На той самой первой их совместной фотографии были трое. Алия. Луис. И… пустое место.       Лорен помнила этот день очень чётко — солнечный, шумный, полный новых лиц и разговоров. В тот день они заставили ее танцевать. Луис шутил, Алия пыталась поставить телефон так, чтобы все поместились в кадр.       Она точно помнила, как стояла между ними. Но на фото… Её не было. — Алия.       Её голос прозвучал тише, чем она ожидала. — М?       Алия всё ещё листала экран, не сразу заметив, что Лорен перестала двигаться. — Почему меня нет на этой фотографии?       Алия остановилась. — Что?       Лорен протянула руку и коснулась экрана. — Смотри.       Она увеличила изображение. — Это же наше первое совместное фото.       Алия нахмурилась, приподнявшись на локте. Её лицо приблизилось к экрану. Несколько секунд она просто смотрела. — Подожди…       Она ещё раз приблизила изображение, потом отдалила. — Я… не помню такого снимка.       Лорен повернула голову. — Что?       Алия растерянно посмотрела на неё. — Я серьёзно. Я не помню, чтобы мы делали это фото. — Но мы делали.       Лорен чувствовала, как внутри начинает нарастать странное напряжение. — Это было в нашей комнате, мы готовились к вечеринке. Вы заставили меня танцевать…       Она замолчала. На фотографии действительно были только двое. Алия и Луис. Между ними оставалось пространство — чуть слишком большое, будто кто-то должен был там стоять. Но никого не было. Алия нахмурилась сильнее. — Может, ты просто не попала в кадр?       Лорен медленно покачала головой. — Нет.       Она помнила. Слишком чётко. Она стояла между ними. Алия тогда ещё сказала что-то вроде «Лорен, не двигайся, иначе фото размажется». Это воспоминание было ясным. Но на фотографии её не существовало.       В голове пронеслось их обещание. «Никогда не удаляйте это» «Никогда»       Лорен почувствовала, как мурашки медленно пробежали по спине. Холодные. Неприятные. Не свойственное ей, мерзкое, липкое чувство страха вдруг сжало грудь.

***

      Ночью Лорен плохо спала. Она ворочалась и долго не могла уснуть. Ее тело было напряжено. Утром, еле разлепив глаза, первым делом она решила написать Каэлю, но сообщение не отправилось. Она попробовала снова. Ошибка. Она открыла его профиль. И поняла. Он её заблокировал. Она проверила ещё раз. Экран не изменился.       Сообщение не отправлялось. Профиль Каэля был пуст. Ни фотографии, ни статуса — только короткая надпись, которая не оставляла пространства для сомнений.       Вы не можете отправлять сообщения этому пользователю.       Лорен медленно опустила телефон. Сначала она решила, что это ошибка.Плохая связь. Сбой приложения. Она закрыла чат. Открыла снова. Ничего не изменилось. В груди стало неприятно пусто. — Что случилось?       Алия сидела на кровати, скрестив ноги, и внимательно смотрела на неё. Лорен подняла взгляд. — Ничего.       Алия прищурилась. — Это самое не убедительное «ничего», которое я когда-либо слышала.       Лорен попыталась улыбнуться. — Просто… странно. — Что странно? — Каэль. Он меня заблокировал.       В комнате стало тихо. Алия медленно опустила телефон. — Подожди. — Я тоже сначала подумала, что это ошибка. — Вы же вчера…       Она не договорила. Лорен провела рукой по волосам. — Да.       Алия нахмурилась. — Это не имеет смысла. — Я знаю. — Вы поссорились? — Нет. — Он что-нибудь сказал? — Нет.       Алия некоторое время смотрела на неё. — Тогда мы найдём его и спросим.       Лорен покачала головой. — Нет. — Почему? — Потому что я сначала хочу понять сама.       Она встала с кровати.       Внутри появилось странное ощущение. Мир перед глазами поплыл, но она резко взяла себя в руки. Сейчас не время, нужно найти Каэля.

***

      Лорен вышла из здания и остановилась у лестницы ведущую в кампус. Она почти сразу увидела его. Каэль стоял у дорожки перед общежитием. Рядом с ним были несколько студентов — Аарон и ещё двое с их курса. Он выглядел так же спокойно, как всегда. Но когда он заметил её, его взгляд стал холоднее. Лорен почувствовала, как внутри всё сжалось. Она подошла. — Каэль.       Он даже не попытался улыбнуться. — Лорен.       Несколько человек вокруг замолчали. Она сделала ещё шаг. — Нам нужно поговорить.       Он слегка наклонил голову. — О чём?       Она посмотрела на него. — Ты заблокировал меня.       Вокруг стало тихо. Кто-то из студентов сделал вид, что очень занят телефоном, но никто не ушёл. Каэль пожал плечами. — Да.       Лорен замерла. Она ожидала объяснения, оправдания, чего угодно, но не этого. — Почему?       Он посмотрел на неё спокойно. — Потому что так проще. — Проще?       Он чуть усмехнулся. — Да.       Она почувствовала, как внутри поднимается холод. — Я не понимаю. — Это нормально.       Он сделал шаг ближе. Голос стал тише, но достаточно громким, чтобы его услышали. — Иногда люди просто… используют ситуацию.       Лорен смотрела на него, не двигаясь. — Используют? — Да.       Он пожал плечами. — Ты была рядом. Мы работали вместе. Всё было довольно… удобно.       Несколько человек вокруг переглянулись. Лорен почувствовала, как кровь отливает от лица. — Ты серьёзно?       Он смотрел на неё совершенно спокойно. — А ты думала, что это что-то большее?       Каждое слово будто колом вонзалось прямо в сердце. — После всего, что было?       Он тихо усмехнулся. — Лорен.       Он сказал её имя так, будто разговаривал с наивным ребёнком. — Это университет. Не роман. Секс – это просто секс.       Она почувствовала, как пальцы сжимаются. — Значит… всё это было ложью?       Он посмотрел прямо ей в глаза. — Я получил то, что хотел.       Секунда. Вторая. Она не поверила. Не могла. — Ты врёшь.       Он чуть наклонился ближе. — Хочешь правду?       Она молчала. Он тихо сказал: — Ты была интересной. Умной. Красивой. Но не настолько, чтобы продолжать.       Слова ударили сильнее, чем она ожидала. Вокруг кто-то тихо выдохнул. Лорен стояла неподвижно. — Тогда почему… — её голос стал тише, — почему ты это говоришь сейчас?       Он на секунду замолчал. И только Лорен заметила, как напряглась его челюсть. Но потом он снова стал спокойным. — Потому что мне надоело притворяться.       Он сделал шаг назад. — На этом всё.       Он развернулся и ушёл. Аарон смотрел на Лорен несколько секунд, явно не зная, что сказать. Потом все же собравшись духом тихо начал: — Лорен…       Но она уже не слушала. Она стояла на ступенях, чувствуя, как мир вокруг становится слишком громким. Слишком ярким. Слишком реальным. Она не плакала. Пока нет. Но внутри что-то медленно треснуло.