Алый Фронт

Мы лежали с Маей в кровати в одинаковых пижамах. Мая постоянно пыталась скинуть одеяло во сне. А мне не спалось. Так непривычно — лежать с кем-то так рядом, слушать, как она дышит, чувствовать её тепло. Убила бы я её сейчас, если бы захотела? Запросто. А Жанн с Леоном? Жанн — не сразу, он более человечный. Леон, начавший новую жизнь, — без колебаний бы сделал. Не знаю... Такое приятное чувство — находиться так рядом с живым и беззащитным человеком. Фарион появился: — Больше Финимы не появлялись в этом мире. — Пауза. — Мои предположения: тот бутыль с глазами отправляет человека в случайный мир. — Он подошёл к окну. — А если брать в расчёт теорию бесконечных вариаций, либо многомировую интерпретацию... — Пауза. — То их шансы попасть именно в этот мир стремятся к нулю. В входную дверь постучали: — Доставка суши для Лилит Мали! — Доставка, от Ле Серво, — кратко сказал Фарион. Жанн открыл дверь, забрал доставку. Потом приоткрыл дверь в мою комнату и взглянул на нас с Маей. Мая тихо сопела. — Шестьдесят две тысячи евро пришло, — шепотом сказал Жанн и закрыл дверь. Я тихо вышла из комнаты, закрыла дверь, сходила в туалет. Потом вышла на кухню, где на диване развалился Леон и курил сигару, а Жанн составлял какие-то документы. — Купи виноградники, — начала я, набирая воду из-под крана, стоя на носочках. — Составь Леону кредитную историю на пять лет до сегодняшнего дня. — Я сделала глоток. — И оформи документы на владение виноградниками на Леона. Жанн полистал бумаги, поклацал в телефоне, посчитал: — Кредитную историю сделать через «Ле Серво» — около двух пластинок выйдет за услуги. — Задумался. — А почему виноградники? Леон подхватил: — И почему на меня? — Это первичный продукт, — начала я и запрыгнула на стол рядом с Жанном. — Дальше подумайте сами. Мозговой штурм вам на ночь. — Я сделала глубокий глоток, поставила стакан на стол и добавила: — Леон. Имя восстанавливается постепенно. — Спрыгнула со стола. — Сначала владелец виноградников, а после — владелец своего имени. Я сделала паузу и, держась за ручку своей комнаты, сказала: — Жанн, найди такого же, как Леон. — Бомжа? — кратко спросил Жанн. В этот момент в него полетела пепельница Леона. Жанн схватил её, не поворачиваясь. — Давайте лучше я, — начал Леон, вставая и забирая пепельницу с руки Жанна. — У меня есть знакомые солдаты с такой же историей, как моя. — Нет. Скажи имена Жанну, — продолжила я. — Тебя сейчас не существует в этом мире. Ты — бездомный Леон. Я начала заходить в комнату, увидела, как Леон отворачивается, и кинула ему в спину кинжал. Жанн мгновенно остановил кинжал и нацелил на горло Леона. А тот из-за пояса достал пистолет и нацелил в лоб Жанна. Я закрыла дверь и плюхнулась в кровать рядом с Маей. Лежала и размышляла. Можно прикинуть. В моём мире население — около миллиарда людей. Даже если Финимы будут отправлять каждого, учитывая, что миров бесконечное множество... И веря Фариону в том, что тот бутыль с глазами отправляет в случайный мир, — всё равно вероятность того, что сюда попадёт Финим, стремится к нулю. Даже если они где-то возьмут сотни миллиардов людей, вероятность не изменится. Мая закинула на меня руку и повернулась во сне. Начала горячо дышать мне в шею. Я глянула на неё. Спящая Мая с открытым ртом, одеяло полностью скинуто на пол. Закинула на меня ногу. Задумалась. Но я и Финим попали в этот мир. В разные точки и в разное время. Он появился через пару недель после меня. Совпадение? Совпадений не существует. Предполагаю, они отправили тысячу солдат. Безуспешно. А после начали разрабатывать и улучшать этот бутыль. Но они так же уткнутся в то, что сами не знают, на какой мир его настраивать. Если они ещё этого не сделали. — Фарион, — тихо сказала я. — Какой прогресс по блокировке мира от бутыля с глазами? — Пауза. — И сколько данных собрано по бутылю с глазами и Финиму, которого... в Великобритании? — Семь процентов блокировка мира, — Фарион сделал паузу. — Минимум. Финим был раб. Думаю, они бросили всех рабов на попытки найти определённый мир. Он был голый. Ничего не было. — Понятно, — тихо сказала я. Прошло десять минут. Я лежала и размышляла. Сонная Мая приподнялась и глянула на меня, зевая: — Лилу, а ты чего не спишь? — И улеглась поближе, касаясь меня телом, закинув руку и ногу. — Не спится? — Да. Думаю о вероятности мультивселенной, — спокойно ответила я. Мая зевнула, тихо посмеялась: — Это же всего теории из скуки учёных. — Положила голову мне на грудь. — А что, хочешь в другой мир? — Нет. Не хочу, чтобы другой мир пришёл сюда, — спокойно ответила я. Мая затихла, а после сказала: — Твоё сердце так медленно бьётся. Ты всегда такая спокойная? — Чуть приподнялась с моей груди, глянула в глаза и сонно добавила: — Вот мне, когда я думаю про миры, такое волнение появляется. Жуть. Там же могут быть монстры. Фарион, стоя у окна невидимый и неслышный для Маи, сказал: — Живи по-другому, Лили. Попробуй принять человека. Может, даже погладить по голове. — Пауза. — Ты была императором сотни лет. Попробуй побыть человеком с подругой. Я глянула на него, потом на затылок Маи, лежащей на мне. — Это же теории учёных. Монстров нет. Я аккуратно погладила Маю по голове. — Мая? — тихо сказала я. — Спишь? — А? Нет, — очень сонно ответила Мая. — Буди меня только касанием в ногу, — спокойно сказала я. — Запомни это и запиши в телефоне. — Эмм... — сонно и неуверенно начала Мая. — Хорошо? — Запиши, — спокойно сказала я. Мая сонно потянулась через меня к столу за телефоном. Яркий свет. Мая прикрыла глаза, начала печатать. Положила телефон обратно и заснула на мне. Я тоже заснула. ... ... Утром я увидела правым глазом, что через пять секунд проснусь и увижу, как Мая трогает меня за ногу. Я спокойно проснулась. — Доброе утро! — радостно крикнула Мая и набросилась на меня, только поднимающуюся с кровати. — Доброе, — спокойно сказала я в объятиях Маи. Хотела оттолкнуть, но глянула на Фариона и тоже обняла — очень аккуратно. На меня нахлынули необычные эмоции. Желание отдёрнуть руки — и наоборот, не убирать. Я осмотрела комнату. Ничего необычного. Только чувствовала запах духов Маи и жареных яиц, сосисок, хлеба в тостере, пот Жанна, запах сигарет и кофе. Мая вскочила и открыла шторы. Комнату заполнил яркий солнечный свет. — В колледж пойдём? — спросила Мая, переодеваясь обратно в свою одежду. Я поднялась, взяла из шкафа свою одежду и тоже начала переодеваться. — Поедем, — сказала с улыбкой. — Девочки! — крикнул Жанн. — Завтрак готов! Мая и я вышли. Я хотела зайти в ванную, но Мая с улыбкой забежала и закрыла дверь. Я встала у стены и начала ждать под шум воды. Мая выскочила через десять минут — с мокрой головой и феном в руках. Я зашла в ванную. Умылась, почистила зубы, помыла голову. Вышла. Зашла на кухню, где у плиты стояла Мая с феном и сушила волосы. Я постояла, попила чай и дождалась, пока Мая передаст мне фен. В это время Жанн сидел на диване, погружённый в бумаги, с калькулятором в руках, постоянно с кем-то говорил по телефону по поводу документов. А Леон стоял у окна и курил сигарету. — А можно и мне сигаретку? — смущённо, с феном в руках, спросила Мая. Леон глянул на меня, сбросил пепел в окно, потом с улыбкой сказал: — А родителям не расскажешь, что дядя Леон сигаретами тебя угощает? — Пауза, затянулся. — И вообще, тебе есть восемнадцать? — Вообще-то мне скоро девятнадцать! — сказала Мая, отдала мне фен, взяла расчёску и начала причёсывать свои длинные чёрные волосы. — Дядя Леон, — начала весело я, включив фен. — А ты знал, что неприлично спрашивать возраст у девушки? — И с улыбкой добавила: — Это неэтично. — Да! — сказала Мая. — Ладно, держи, — сказал Леон и хотел кинуть пачку сигарет, но я кинула быстрый взгляд — и Леон аккуратно подкинул пачку навесом. Мая словила. Мая закурила, взяла расчёску и сказала весело: — Давай я тебя буду расчёсывать. — А давай, — с улыбкой сказала я и положила фен. Леон за спиной Маи кинул мне пепельницу, я поставила её на столешницу рядом с Маей. Мая удивилась, глянула на пепельницу и сказала, параллельно расчёсывая меня: — Откуда ты её взяла? — Магия, — кратко с улыбкой сказала я и развела руками. — Я так восхищаюсь твоими волосами, — начала Мая, расчёсывая. — Алые в начале и потихоньку бледнеют к кончикам, становятся прям белыми. Это, наверное, дорого стоит — так покраситься. Жанн, не отвлекаясь от бумажек с телефоном у уха, сказал: — Да-а, десятки парикмахеров обошли. — Круто, — кратко и с удивлением сказала Мая. Мы стояли у столешницы. Мая расчёсывала мои волосы, пока я смотрела на Жанна и за спиной Маи без слов ознакомилась с его прогрессом. — Ну вот, отлично, — сказала Мая, погладила меня по голове и начала отступать назад. Зацепилась за провод от удлинителя и начала падать. Я словила её и вернула в равновесие. — Лилу! — начала Мая и набросилась на мою шею. — Я такая неловкая... — Отпустила меня и начала смущаться. — Извини, пожалуйста. Я глянула на удивлённого Жанна, Леона. Потом на Фариона. Медленно подошла и аккуратно обняла Маю. Мая тоже меня обняла и начала тихо говорить, гладя меня по голове: — Знаешь... Мы знакомы с тобой мало... — Мая начала волноваться и покраснела. — Но не знаю... Мне нравится находиться с тобой... — Она сглотнула. — Ты спокойная... У тебя классный папа... Классный дядя... Все отвлеклись от своих дел и начали слушать. Почему-то пришли ещё семьдесят всадников и смотрели на это. Что происходит? Я не совсем понимаю, почему все пришли? Мая тихо продолжила: — Ты мне нравишься со своими странностями... — Она вытерла слезу, отошла и молча смотрела на меня. Я глянула на комнату, забитую всадниками, Жанном, Леоном, Фарионом. Все будто ждали, что я скажу. Наступила тишина. Только капли из крана звучали и эхом разносились по комнате. Я размышляла. Что произошло? Что такого она сказала? Почему все собрались и ждут? Я могу закончить это либо мгновенной смертью Маи. Но мои друзья-всадники точно обидятся на это. Могу промолчать или уйти — обидится Мая. А мне есть дело до её обиды? Могу ли я её убить? Я завела руку за спину. Фарион медленно, не спеша, растягивая каждый шаг, подошёл и положил мне в руку короткий кинжал. Тишина. Мая смотрит на меня смущённо. Я прокручивала жизнь и размышляла, глядя на Маю не моргая, со спокойным лицом, держа за спиной кинжал. Близость? Я вспомнила похожие моменты. Первым стал близким Фарион. Мы сражались бок о бок полвека. Мы были невероятно близки. Я подняла революцию в королевстве и переименовала его в Алый Фронт. Это было начало пути — и мы с Фарионом начали вместе. Фарион был профессионалом. Мастером катаны, тактики, стратегии, лингвистики. Но в тот день, когда мы попали под обстрел в море, Фарион получил смертельную рану, спасая меня. Нас выбросило на берег. Фарион был при смерти и еле дышал. Я забрала его в тень. Он стал первым из тени. Стал моим другом, наставником, правой рукой и отцом. Но умер из-за меня. Из-за того, что привязался ко мне и, спасая меня, умер сам. Я посмотрела на Маю. Посмотрела на Жанна — он выбрал. Посмотрела на Леона — он выбрал. Всадники — тоже выбрали. И Фарион тоже... Это было их решение. Они могли не идти ко мне в тень. Могли умереть — но выбрали. Могли изначально сделать другой выбор. Фарион мог уклониться. Жанн мог остаться с Ле Серво или оставить меня, когда я умирала. Леон мог не прийти в парк. Теперь — мой выбор. Если я её убью — я сделаю выбор. Но Мая не сможет сделать выбор. У неё не будет и секунды успеть. Сотни тысяч людей я лишила выбора. Жалею? Нет. В те времена это был мой выбор и мой путь. Но если Мая останется рядом — это будет её выбор. Тишина. Я посмотрела на Маю и убрала пустую руку из-за спины. — А ты не боишься умереть? — тихо сказала я. Мая задумалась. Потеряла бдительность. Но никто не сдвинулся — все стояли и ждали теперь её ответа. Был бы это Жанн или Леон — их бы уже за такое убили. Был бы это всадник — так же. Была бы это я — само собой разумеется, у меня у горла уже было бы семьдесят мечей, два пистолета и одна катана. — А ты... хочешь меня убить? — тихо сказала Мая. — Я боюсь... Все боятся... — Она шепотом поправила волосы. — Но я буду сражаться за свою жизнь. Я глянула на неё. — Я тоже сражаюсь за свою жизнь, — сказала я. — А готовы мы с тобой сразиться за эти чувства? Мая подошла ко мне, взяла мои руки и сказала тихо: — Хорошо... И комната наполнилась звуками, неслышимыми только для Маи. Одни всадники хлопнули, другие облегчённо вздохнули, третьи ушли в тень. Жанн глянул и с добротой сказал: — Девочки, завтрак остывает. Мая схватила меня под руку и потащила к столу. Мы сели. Я задумалась: мне стала дорога эта девочка. Но и — ахиллесова пята. Я весело сказала: — Мая, а хочешь последнюю модель телефона с собственным дизайном? — И улыбнулась, жуя сосиску. Мая в шоке глянула на меня: — Конечно! Конечно хочу! Это моя мечта! — А знаешь, что за мечту нужно сражаться? — спокойно сказала я, запихивая в себя кусок яичницы. — Конечно! — вскрикнула Мая и залпом выпила чай. — Жанн подарит тебе телефон, — я сделала паузу и добавила: — если ты одержишь победу над ним на мечах. Я запихнула всю яичницу в рот. — Чего? — хором сказали Жанн и Мая. Но в отличие от Маи, Жанн мгновенно получил удар от Леона ногой в голову. Будто Леон целый день ждал этого момента и радостно вздохнул. Мая была повёрнута к ним спиной. Она обернулась на шум — но Жанн уже сидел как обычно, только почесывал голову. А Леон стоял с улыбкой и курил у окна. Пока Мая была отвернута, я положила в угол стола у доски деревянный тренировочный меч. — А дядя Жанн будет поддаваться? — тихо спросила Мая. — Я же маленькая. Я отрицательно кивнула. Мая глянула на Жанна, который сидел, уткнувшись в бумаги, потом увидела деревянный меч и, тихо, как могла, скрипя по полу, начала подкрадываться. Жанн показательно зевнул — будто вообще не ожидает удара. Леон тихо наблюдал. Мая замахнулась. В миллиметре от головы Жанн схватил деревянный меч, резко потянул — и Мая перелетела через диван, упав на кучу бумаг. — Урок первый, — начал Жанн и погладил Маю по голове. — Не расслабляйся.