come with knives

      Карл искренне пытается понять, какие именно выборы в жизни привели к тому, что он очутился во всей этой ситуации.       Машина мерно гудит, рассекая асфальтированную дорогу. Притихший Итан держит руль одной рукой, второй подперев подбородок, ветер из приоткрытого окна треплет его волосы. Новую машину, а вернее сказать, старую развалюху, они «позаимствовали» из запертого гаража в деревне, возле которой останавливались на ночь. Карлу пришлось повозиться, чтобы завести её, но, по крайней мере, никаких пулевых отверстий в лобовом стекле, что явно беспокоило Уинтерса настолько, что он решился на ещё один угон. Выглядел он при этом совершенно недовольным происходящим.       Они едут в сторону города, и обочины полны ярких магазинов, вывесок, мотелей, бензоколонок и кафе. Слишком много машин и людей одновременно. Слишком много всего одновременно. От тщетных попыток выцепить каждый кусок металла в округе у Карла начинает раскалываться голова. И это дико бесит, потому что на фабрике металла было в тысячи раз больше, но фабрика была самым надёжным местом в мире, которое он собственноручно возводил, достраивал и где он знал каждый сантиметр. А теперь ему приходится тормозить себя, останавливать от постоянного сканирования быстро меняющегося окружения, чтобы не сойти с ума от всех этих ощущений.       Карл сосредотачивается на развалюхе, в которой они находятся. В ней знакомо пахнет ржавчиной и сыростью и он почти уверен, что это её последнее путешествие. Пробегается по корпусу, обрисовывая очертания, ощупывает дышащий на ладан двигатель, трансмиссию, слегка притормаживает ходовую часть, вынуждая всё так же блуждающего в своих мыслях Уинтерса прожать педаль газа. С большим интересом изучает работу сломанного кондиционера, удовлетворённо хмыкнув, обнаружив причину поломки. Может, память ему и отбило, но мозги остались целы. Закончив с самой машиной, он принимается перебирать её содержимое. В багажнике, среди прочего, обнаруживаются инструменты и запасное колесо, в щели задних сидений — завалившиеся монеты, в обшаренном бардачке — очки в металлической оправе. К сожалению, не солнцезащитные, и полуденное солнце, отражающееся от дороги, совсем не способствует уменьшению мигрени. В кармане куртки Итана увесисто покоится уже виденный ранее пистолет. В кармане брюк — телефон. На первый взгляд ничего необычного, но много ли ума надо, чтобы догадаться спрятать что-то, заведомо зная способности Гейзенберга?       — Этот парень обещает организовать полную личность.       Уинтерс всё так же не отводит взгляда от дороги, но какие бы мысли не варились в его котелке, он явно решил ими поделиться.       — И что это должно значить?       «Полная личность» звучит для него как «полная херня», но пока что он воздерживается от комментариев.       — Тебе нужен не просто поддельный бумажный паспорт. Нужна запись в системе, — поясняет Итан, выпрямляясь и бросая, наконец, взгляд на Гейзенберга. — Без неё ты вызовешь больше подозрений, чем вообще без документов. Сейчас все базы данных стараются отцифровывать, даже архивные записи, так что твоя жизнь в глубинке оправданием не будет, — предупреждает Итан аргумент Карла ещё до того, как он успевает его озвучить.       — Деревенские как-то обходились без документов.       Не то чтобы он этим интересовался. Где-то точно были записи о рождении и смерти, но кому какое дело.       — Им и не было необходимости тайком покидать страну, — слабо огрызается Итан.       — Те, кто о таком задумывался, в пастве обычно надолго не задерживались, — многозначительно оскалившись, произносит Карл.       Разговор Миранды с теми, кто отказывался жить по её правилам, обычно был короток. Какого-то сочувствия к ним Гейзенберг не испытывает. Выживает не сильнейший, выживает тот, кто лучше адаптируется, а херачить поперёк чего-то, способного стереть тебя в порошок за считанные секунды — билет в один конец.       Этот урок ему пришлось выучить рано.       — Я уже предположил, — бурчит себе под нос Уинтерс. — Сраная секта.       Карл мычит в ответ нечто неразборчивое. Пожалуй, и секта. Альтернативы он не видел, сравнивать почти не с чем. Хотелось бы верить, что все эти проповеди не повлияли на него, но можно ли сказать наверняка? Вода точит камень, что уж тут металлу.       Итан достаёт из кармана телефон, сверяясь с картой.       — Почти приехали. Не разговаривай с ним. А если спросит что-то, отвечай коротко. И никаких сил, — бросает он предупреждающий взгляд. — Нам не нужно, чтобы кто-то ещё о тебе знал.       Приказные нотки в голосе Уинтерса Карлу совсем не нравятся.       — Так и быть, постараюсь вести себя хорошо, — язвительно произносит он, ненавидя себя за эту готовность поддаваться. И даже не самой Миранде, а лишь сраной потенциальной возможности Миранды, чёртовой её тени. — Но если он выкинет что-то хотя бы несколько подозрительное, я не стану церемониться.       Итан напрягается и на долю секунды возводит глаза к потолку.       — Постарайся не выделываться хотя бы на время разговора, — просит он в этот раз. — Дай мне несчастных десять минут.       — Всё в твоих руках, — невозмутимо отвечает Гейзенберг.       В скором времени они въезжают в город. И это оказывается хуже, чем дорога. Металла вокруг так много, что Карлу кажется, будто все его нервные окончания плавятся от перегрузки. Он пытается фильтровать поступающие сигналы. Это не составило бы проблем, будь у него больше времени и не находись он в движущейся машине, но в его условиях действовать куда сложнее. Заставляет себя снова сосредоточиться на машине: мерный механизм двигателя и слаженное действие систем позволяет убрать часть напряжения, и головная боль из становится чуть более рассеянной. Опять пробегается по салону, каталогизирует инструменты в багажнике, изучает строение пистолета и полный патронов магазин. С оружием Уинтерс управляться умеет, учитывая, как уверенно тот с ним обращался в лаборатории, в этом сомнений нет. Это не очень вписывается в теорию о Миранде. Вряд ли самоуверенная сука тратила своё драгоценное время на то, чтобы изучать нечто настолько плебейское, когда в её распоряжении были силы куда более эффективные. С другой стороны, кто её знает? Карл бы совсем не удивился.       Размышления об этом не помогают. Он стискивает зубы, ощущая себя запертым в горящем доме, держа в руках зажигалку. Всего слишком много одновременно и его беспрестанные попытки разгадать план человека на водительском сидении никаким образом не помогают облегчить ситуацию. К счастью, они, наконец, останавливаются. Это безлюдный закоулок между высокими домами. Здесь стоит стылая вонь от заполненных мусорные баков, стоящих неподалёку, а глухие стены изрисованы графичными бессмысленными рисунками.       Итан нервно осматривается вокруг, склонившись, пробегается взглядом по периметру крыш.       — Ты почувствуешь, если где-то рядом вооружённые люди?       — Ожидаешь засаду?       — Типа того.       Карл прислушивается к ощущениям, тянется по ближайшему окружению. Теперь, стоя на одном месте, это намного проще, пусть металла вокруг всё так же много. Но единственным оружием прямо сейчас является спрятанный в кармане пистолет самого Уинтерса. С другой стороны, металл-полимеры обнаружить-то он не способен.       — Не-а, — Карл оглядывается, надеясь заметить хоть что-то, но всё вокруг слишком новое и громкое. Если кто-то решит напасть, он может ни хрена не почувствовать просто из-за всей этой мешанины. — Ничего странного.       Сверх того, что происходит прямо сейчас.       — Есть риск, что на нём будет микрофон. В фильмах их обычно крепят под одеждой. — Уинтерс касается ладонью груди. — Так что если почувствуешь что-то, говори сразу. — Задумчиво добавляет: — С другой стороны, транслировать можно что угодно и через телефон в кармане, да и где-то вокруг просто могут быть камеры или микрофоны. — Итан, наконец, замечает направленный на него взгляд Карла. — Что?       — Фильмы? — с злой насмешкой интересуется он. — Серьёзно? Твой источник информации — это сраные фильмы?       Это настолько же смешно, насколько тупо. Если бы это действительно была операция по получению документов, он бы серьёзно взбесился от такого уровня подготовки.       — Я похож на человека, который покупал когда-нибудь личность на чёрном рынке? — указав на себя, спрашивает Уинтерс.       — Туше, — склабится Карл, выждав небольшую паузу.       — Ладно. — Итан открывает дверь водительского сидения. — Идём. И ради бога, молчи, — умоляюще повторяет он.       — Мгм.       Карикатурно подозрительного вида мужчина встречает их в переулке у соседнего здания. Карл разглядывает окружающие стены в поисках камер наблюдения, но место явно выбирали предусмотрительно. Никакой засады он тоже не обнаруживает. Сканирует самого мужчину, но у того с собой оказывается только выкидной нож в заднем кармане, и никаких подозрительных устройств, даже телефона при нём нет.       Итан мешкает несколько секунд не решаясь заговорить. Карл ловит его полувопросительный взгляд и кивает.       — Ты — Янко? — спрашивает Уинтерс, обращая уже всё своё внимание на незнакомца.       — Смотря кто интересуется, — вальяжно отвечает парень.       — Мы по делу. Мы говорили по телефону.       «Янко» выжидающе на них смотрит. Итан тяжело выдыхает.       — По поводу «индивидуального пошива», — выдавливает он.       Карл фыркает, не сдержавшись. Секретный код? Серьёзно?       По крайней мере, это срабатывает и Янко кивает, удовлетворённый.       — Да-да, вас я и ждал. На кого ищем? — тот, казалось, наслаждался происходящим.       — На него. — Большим пальцем Итан указывает в сторону Карла. — Может, есть что-то… примерное?       Янко придирчивым цепким взглядом изучает Карла, делая шаг вперёд, заставляя его напрячься.       — Не знаю, — корчит он рожу. — Лицо больно заметное. Даже если мы его моргалы линзами закроем, что у тебя с глазами, чел, боженьки, всё равно хер найдешь что-нибудь примерно похожее. — Теперь Итан бросает на Карла предупреждающий взгляд. — Шрамы ещё эти. Бездомные, конечно, тоже обычно коцаные, но чтоб настолько… Ты что, с росомахой подрался? — Парень точно так же оценивающе оглядывает Итана. — Ты вот — другое дело. У тебя такое лицо… непримечательное что ли? Не могу понять. — Он склоняет голову на бок. — Тебе хоть прям сейчас найду документы. Кажется, у меня даже лежит кто-то на тебя похожий.       — Мне не надо, — отрезает Итан. — Неужели нет никакого способа?       Парень беспокойно крутится на месте, снова переключая внимание на Карла. Нервничает сученок. И правильно.       — Ладно, — произносит он наконец. — Есть у меня одна мысль. Но это влетит вам в кругленькую сумму, потому что не совсем мой профиль.       — Сколько?       Парень ещё раз пристально оценивает Карла, но в этот раз демонстративно.       — Тысяч тридцать и я займусь этим.       Итан нерешительно замирает. Из денег Гончих они насчитали десятку с небольшим. Что ж, теперь они могут покончить с этим фарсом, дружно послать друг друга нахер и разойтись в разные стороны.       — Ладно, — соглашается вдруг Уинтерс. Лезет в карман за заготовленной заранее стопкой, завёрнутой в целлофановый пакет. — Держи предоплату, здесь треть в разной валюте. Остальное — когда сделаешь документы.       — Не-е, — забрав пакет и заглянув внутрь, тянет парень не без самодовольства в изогнувшемся уголке рта. — Так не пойдёт. Дело тонкое, понимаешь-ли, мне нужна минимум половина вперёд.       В следующий момент, ещё до того, как Карл успевает сориентироваться, в одно плавное и слитное движение Итан оказывается прямо перед лицом хитрого утырка.       — Считаешь, что это отличная идея, держать за яйца человека, который находится в настолько безвыходном положении, что обращается к кому-то вроде тебя? — спрашивает он низким и спокойным тоном.       Карл не может видеть его лица, но что бы ни увидел на нём Янко, это работает.       — Ладно-ладно, я готов войти в чужой положняк, что я, изверг, что ли, — тараторит он, отступая назад и одновременно с этим пряча деньги во внутренний карман. — Возвращайтесь в четверг, всё будет готово.       Итан кивает и, когда парень скрывается в здании, молча направляется в сторону машины. Карл нагоняет его в пару шагов.       — Вау. Я аж завёлся.       — Иди нахер, — устало бормочет Уинтерс, в голосе которого уже не осталось ни следа прежней угрозы.       — Кого ты планируешь ограбить теперь?       Признаться, ему самому интересно, куда заведёт их всё происходящее. Это всё ещё какая-то часть плана? Его мозги закипают, безуспешно пытаясь найти хоть какую-то логику в каждом последующем шаге Уинтерса. Ещё безуспешнее оказываются любые попытки просчитать, к чему это всё должно привести. В чём основная идея.       — У нас с Мией был неприкосновенный запас в доме, — отвечает тот. — Перестраховывались на случай, если придётся экстренно уходить без помощи БСАА.       — И ты считаешь, что деньги всё ещё на месте? — недоверчиво дёргает бровью Карл.       — Проверим, мы как раз неподалёку. Если нет, придумаем план «Б». Это меньшая из наших проблем, объективно говоря. Теперь, когда с документами всё более-менее решено. Надеюсь, — добавляет он, бросая хмурый взгляд в сторону здания, в котором скрылся Янко.       Они подходят к машине. Карл снова скользит взглядом по краю крыш. Их действительно преследуют? Или вся эта свистопляска с побегом и документами — попытка только сильнее сбить его с толку? И Итан планирует сейчас отвезти его в западню, где Гейзенберга уже поджидают? Но зачем тогда, чёрт возьми, нужен весь этот цирк с Янко? Неизвестность и запутанность происходящего только сильнее бесят. Мало того, что он нихера не помнит, так его ещё и держат за идиота!       Карл делает шаг ближе, хватая Итана за плечо, отчего тот непроизвольно морщится.       — Не пытайся наебать меня, Уинтерс, — предупреждающе произносит он.       Мужчина хмурится, его рот изгибается в яростной гримасе. Он резко отталкивает от себя Гейзенберга, заставляя того отступить на несколько шагов. Ого.       — Как же ты меня заебал! — восклицает он, приближаясь, несмотря на созданную им самим же дистанцию. — Если прямо сейчас тут окажется тот ебанутый снайпер с транквилизаторами. — Он снова пихает Карла в плечо, в этот раз с меньшей силой. — Я самолично помогу ему запихать тебя в багажник! Просто потому, что ты абсолютно невыносим!       Карл обнаруживает, что не может сдержать наползшей на лицо усмешки.       Если, если, всё, что тот рассказывал, действительно оказалось бы правдой, он в принципе мог понять прошлого себя, решившего объединить силы с Уинтерсом.       Ему даже почти хочется в это поверить.       — Ну ладно, ковбой, — цедит он. — Но ты меня услышал.       — Ты меня тоже, — отрезает Итан, хлопая дверцей машины.       Что ж, зато впервые за долгое время ему совсем не скучно.