Волчья стая

Звонок раздался в одиннадцать утра. Сэм как раз раскладывал белье после стирки — огромную гору детских вещей, которая никогда не заканчивалась. Ди-Ди был в школе, близнецы — у Джоди на игровой, а Мэри с Эммой смотрели мультики. Номер был незнакомый, но местный. — Мистер Винчестер? — голос женский, официальный. — Это школа, секретарь. Вам нужно приехать. Ваш сын, Дин Винчестер-младший, устроил драку. Директор ждет вас. Сэм замер. — Что значит «устроил драку»? — спросил он спокойно. Слишком спокойно. — С ним все в порядке? — С ним все в порядке, но пострадал другой ученик. Приезжайте как можно скорее. Сэм положил трубку. Посмотрел на Мэри, которая таращилась в телевизор. — Мэри, я сейчас позвоню тете Джоди. Она за вами заедет. Мне надо в школу. — А что случилось? — Мэри насторожилась. — Ничего. Ди-Ди просто… В общем, я скоро вернусь. Он набрал Джоди, объяснил ситуацию, дождался, пока она забрала девочек, и сел в машину. Всю дорогу до школы он сжимал руль так, что костяшки побелели.

***

Дин-старший был в другом штате. Джоди попросила помочь с каким-то сложным делом, и он уехал на три дня. Сэм не стал его дергать — Дин и так знал, что Сэм справится. Но внутри уже закипало. Сын. Драка. Обвиняют. Сэм знал своего сына. Ди-Ди был упрямым, иногда вспыльчивым, но не жестоким. Он никогда не начинал первым. Этому их с Дином учили с пеленок: не бей первым, но если тронули — бей так, чтобы не встали. Значит, что-то случилось.

***

В школе его встретила секретарша — женщина лет пятидесяти с идеальным макияжем и фальшивой улыбкой. — Мистер Винчестер, директор ждет вас. Пройдите. Сэм прошел. В кабинете сидели: директор — полный мужчина в дешевом костюме, школьный психолог — молодая женщина с озабоченным лицом, и еще двое — родители какого-то мальчика. Судя по их надутым лицам, это были родители «пострадавшего». Ди-Ди сидел на стуле в углу. Вид у него был такой, будто он готов провалиться сквозь землю. Опухшая губа, синяк под глазом, но в глазах — не страх, а злость. Справедливая злость. — Мам, — выдохнул он, увидев Сэма. Сэм подошел, положил руку ему на плечо. Сжал. Всё, что нужно было сказать. — Расскажешь потом, — тихо сказал он. — Сначала разберемся здесь. — Садитесь, мистер Винчестер, — директор указал на стул. Сэм не сел. — Я постою, — сказал он. — Рассказывайте, что случилось. Директор откашлялся. — Ваш сын напал на Майкла Шелби. Нанёс ему телесные повреждения. Родители Майкла настаивают на исключении вашего сына и, возможно, обращении в полицию. Сэм посмотрел на Майкла. Сопливый подросток, старше Ди-Ди, крупный, наглый. Сидел с мамочкой, которая гладила его по голове. Ни царапины. Ни синяка. — Телесные повреждения? — переспросил Сэм. — Покажите. — У Майкла сотрясение, — вмешалась мать. — Он упал и ударился головой! — Упал? — Сэм перевел взгляд на Ди-Ди. — Он упал или ты его ударил? Ди-Ди поднял глаза. В них была мольба. — Мам, они врать будут. Всё было не так. — Заткнись! — рявкнула мать Майкла. — Ты избил моего сына! — Я никого не бил, — голос Ди-Ди дрогнул, но не сломался. — Они сами… — Кто — они? — перебил директор. Ди-Ди замолчал. Посмотрел на Майкла, на его родителей, на директора. — Никто, — буркнул он. — Забудьте. Сэм увидел это. Увидел, как сын сжался, как промолчал. Потому что боялся, что ему не поверят. Потому что уже привык, что взрослые всегда на стороне таких, как Майкл. В груди у Сэма что-то оборвалось. И вместо страха и боли оттуда полезло другое. Ярость. — Так, — сказал он тихо. — Давайте по порядку. Ди-Ди, что случилось на самом деле? Ди-Ди посмотрел на него с надеждой. — Майкл и его друзья приставали к девочке из моего класса. К Мэгги. Она маленькая, они ее толкали, обзывались. Я сказал им отстать. Они начали надо мной смеяться, потом Майкл толкнул меня, я упал. Я встал, он снова толкнул. Я не бил его, просто оттолкнул, чтобы он отстал. Он споткнулся и упал. Ударился головой о скамейку. Всё. Сэм кивнул. Повернулся к директору. — Вы проверили эту версию? Директор замялся. — Мэгги… она подтвердила, что мальчики приставали, но… — Но? — Сэм приподнял бровь. — Но она не видела, кто начал драку. — Потому что она убежала! — выкрикнул Ди-Ди. — Она испугалась! — А друзья Майкла? — спросил Сэм. — Они подтвердят его версию? — Они подтвердят, что Дин напал первым, — вмешалась мать Майкла. — Разумеется, — хмыкнул Сэм. — Круговая порука. — Мистер Винчестер, — директор нахмурился, — я понимаю ваши родительские чувства, но факты… — Факты? — Голос Сэма стал ниже, тверже, холоднее. — Вы хотите факты? Давайте поговорим о фактах. Он достал телефон. — У моего сына разбита губа. Синяк под глазом. У вашего «пострадавшего» — ни царапины. Кто на кого напал? Факт номер один. Он набрал что-то в телефоне. — Факт номер два: в этой школе есть камеры. Над входом в столовую, где это случилось. Я сейчас позвоню своему знакомому в полицию, и мы запросим запись. Хотите посмотреть, кто кого толкнул первым? Мать Майкла побледнела. — Факт номер три, — продолжил Сэм, и голос его звенел. — Мой сын — отличник. У него никогда не было проблем с поведением. А ваш Майкл стоит на учете за мелкое хулиганство. Я навел справки по дороге. Хотите, я зачитаю его досье? — Это… это незаконно! — взвизгнула женщина. — Что именно? То, что я защищаю своего ребенка от ложных обвинений? — Сэм шагнул к столу директора. — Знаете, я четыре года учился на юриста в Стэнфорде. До того как… обстоятельства изменились. Так что я очень хорошо знаю, что такое клевета, ложный донос и давление на несовершеннолетнего. И если вы продолжите настаивать на своей версии, я подам на школу в суд. На вас лично, — он посмотрел на директора. — На вас, — перевел взгляд на мать Майкла. — И на вашего сына. За систематическую травлю других учеников. Уверен, найдутся и другие жертвы. В кабинете повисла тишина. Директор побледнел. Мать Майкла открывала и закрывала рот, как рыба. Отец Майкла, который всё это время молчал, вдруг встал. — Мы… мы ни на чем не настаиваем, — буркнул он. — Просто хотели, чтобы разобрались. — Разобрались, — кивнул Сэм. — Я разобрался. Ваш сын приставал к девочке. Мой сын ее защитил. Ваш сын толкнул моего первым. Мой сын защищался. Если вы хотите извиниться перед моим сыном за ложные обвинения — я не против. Если нет — мы расходимся, но запись с камер я всё равно посмотрю. И если увижу, что мой сын врет, — я сам накажу его. Но я знаю своего сына. Он посмотрел на Ди-Ди. Тот смотрел на него с таким обожанием, что у Сэма сжалось сердце. — Пошли, сынок, — сказал Сэм. — Мы здесь закончили.

***

Они вышли из школы. Сэм молчал, пока не сели в машину. Ди-Ди сидел на пассажирском сиденье и смотрел на него круглыми глазами. — Мам, — выдохнул он наконец. — Ты… это было… ты просто… — Что? — Сэм повернулся к нему. — Ты их размазал, — выдохнул Ди-Ди. — Ты… я не знал, что ты так умеешь. Сэм улыбнулся. Устало. — Я много чего умею, сынок. Просто обычно не показываю. — Но как ты узнал про камеры? И про то, что Майкл на учете? — Я не знал, — признался Сэм. — Про камеры я просто предположил. В каждой школе есть камеры. А про учет — блефовал. Такие, как Майкл, обычно уже попадались. Ди-Ди рассмеялся — нервно, облегченно. — Ты блефовал? Мам, ты серьезно? — А ты думал, я только кашу варить умею? — Сэм подмигнул. — Я охотник. Я убивал демонов, спасал мир, вел переговоры с ангелами. Школьный директор и пара истеричных родителей — это не уровень Винчестеров. Ди-Ди смотрел на него и не мог насмотреться. — Мам, — сказал он тихо. — Ты самая крутая. — Я знаю, — улыбнулся Сэм. — Но спасибо. — Нет, серьезно. Папа крутой, потому что стреляет и водит машину. А ты… ты крутая потому, что… ну, ты просто заходишь, и все понимают, что с тобой лучше не спорить. Сэм потрепал его по голове. — Это называется «быть мамой», Ди-Ди. Когда дело касается моих детей — я горы сверну. — Ты сегодня свернул. — Это только начало. Если они еще раз тронут тебя или твоих друзей — я покажу им настоящую ярость. Ди-Ди улыбнулся во весь рот, несмотря на разбитую губу. — Я тебя люблю, мам. — И я тебя люблю, сынок. А теперь поехали домой. Надо приложить лед к твоей физиономии и позвонить папе. — Папе скажешь? — Скажу. Пусть знает, какой у него сын герой. Ди-Ди зарделся, отвернулся к окну, но Сэм видел, как он улыбается.

***

Вечером, когда Дин-старший позвонил, Сэм коротко рассказал историю. Дин хохотал в трубку. — Сэмми, ты гений! — Я просто сделал, что должен. — Ты моя мамочка-волчица, — голос Дина стал мягче. — Самая лучшая. Ди-Ди там как? — Сияет. Ты ему только скажи, что гордишься. — Скажу. И тебе скажу: я тобой горжусь. Сэм улыбнулся в темноту. — Я знаю. Возвращайся скорее. — Буду завтра. Обними там всех. — Обниму. Он положил трубку и зашел в комнату Ди-Ди. Сын уже спал — разбитая губа, синяк под глазом, но на лице улыбка. Сэм поправил одеяло, поцеловал в лоб. — Спи, герой, — прошептал он. — Мама рядом. И вышел, тихо прикрыв дверь. Мамочка-волчица показала зубы. И школа запомнит это надолго.