Гурман из подземелий

Тошнило. И, если честно, было немного обидно. Чем больше я ел, тем сильнее падало настроение. Если бы хотя бы соус оказался восхитительным — у меня осталась бы надежда. Но чего ждать от захолустного сельского трактира? О каких изысканных специях могла идти речь? Я молча доедал, глядя в тарелку. Я не чувствовал ничего. Мясные шарики были сделаны из какого-то неопределённого мяса. Соус не впитался — он просто стекал, оставляя ощущение, будто я жую пересушенную говядину. Кусочки мяса крошились во рту, как давно залежавшаяся пища, а консистенция напоминала плохо размоченную сушёную закуску. Сказать, что это было неприятно, — значит соврать. Это было пусто. — Как вообще мясо может быть без вкуса?.. — прошептал я. Чем больше я жевал, тем тяжелее становилось на душе. Я доел всё до последней крошки — не потому, что хотел, а потому что надо было жить. И только когда тарелка опустела, я понял, насколько странно это выглядело. Я ел, будто машина. Без эмоций. Без удовольствия. Я хотел сказать, что «всё было вкусно», но слова застряли в горле. Я слишком устал, чтобы злиться. Я просто решил лечь спать. Желудок тянуло, но сон всё же пришёл. Завтра будет лучше. Обязательно. Я попытался убедить себя в этом — и уснул. На следующий вечер я понял: что-то пошло не так. Следующий вечер Я провёл день спокойно. Почти. Я выспался, умылся, немного привёл себя в порядок. Аппетит вернулся — и довольно резко. Хорошо… значит, тело работает нормально. Я вышел в деревню. Сегодня я решил попробовать другое место. Вчерашний трактир назывался «У Онжона». Сегодня я выбрал другую харчевню — и к вечеру оказался в новом постоялом дворе. Комната была простой, но чистой. Цена — приемлемой. Однако меня волновало не это. Я заказал еду. Сэндвич. Хлеб — плотный, слегка подсушенный. Мясо — тонко нарезанное. Овощи — свежие, с характерным запахом. Я внимательно осмотрел блюдо. На вид — всё идеально. Я откусил. … Ничего. Совсем. Не то чтобы мерзко. Не то чтобы плохо. Просто — никак. Будто я жевал кусок бумаги. Я сделал ещё укус. Результат был тем же. — …Чёрт. Сэндвич был нормально приготовлен. Я это понимал. Текстура была правильной. Хлеб хрустел. Мясо жевалось. Но вкуса не было. Я сидел и смотрел на еду, чувствуя, как внутри поднимается тихая паника. Это уже второй раз. Третий приём пищи за день. И ни разу — ни малейшего вкуса. — Не может быть… Я сглотнул. Неужели у всех в этой деревне еда такая? Я попытался найти оправдание. Может, это местная кухня. Может, я просто не привык. Но разум отказывался в это верить. Я вернулся в комнату. Сэндвич остался наполовину съеденным. Я сел на кровать и тяжело выдохнул. Это плохо. Я был уверен в этом. Я вспомнил прошедший день. Завтрак. Обед. Лёгкий перекус. Всё безвкусное. Я снял шапку и провёл рукой по лицу. — …Что со мной не так? Я не хотел думать о худшем, но мысли сами лезли в голову. Если я больше не чувствую вкуса… Это значит, что я… Я не стал заканчивать мысль. Я открыл Статус. Имя: Шарлот Уровень: 247 Раса: человек Возраст: 117 лет Класс: воин Атака: 2745 Защита: 2962 Сила: 358 Интеллект: 73 Ловкость: 217 Удача: 76 Свободные очки: 100 Титулы: — Наследник магии волка — Преемник мага — Зарегистрированный рыцарь среднего ранга Числа были… безумными. Уровень 247. Когда я впервые пришёл в тот лес, мой уровень был около девяноста. Даже среди людей это считалось бы элитой. Я нахмурился. Человек становится сильнее, убивая чудовищ. А я… Я отвернулся от этой мысли. Я задумался над распределением очков. Раньше я всегда вкладывал силу и ловкость примерно в соотношении два к одному. Это работало. Значит, и сейчас так же. Сила — 250. Ловкость — 150. Удачу — оставить. Я подтвердил выбор. [Вложить очки характеристик?] — Да. Звяк. [Распределение завершено.] Статы изменились. Тело стало ощущаться… крепче. Но я всё ещё держал в руке сэндвич. Я сделал ещё один укус. … Ничего не изменилось. — …Серьёзно? Я сжал кулак. Это не физическая проблема. Я чувствовал боль. Усталость. Голод. Но не вкус. Я откинулся на кровать. Я хочу жить. Но не так. Я не хотел существовать, как чудовище, которое просто заправляет топливо в тело. Я закрыл глаза. — Я… человек. Сказал это вслух, будто проверяя. Ответа не последовало.