(Чисто)сердечное сожительство

Спал Леви ещё хуже, чем обычно — вертелся полночи, как блохастый кошак — и соскочил перед самым рассветом. Мало того, что он долго не мог нормально улечься из-за стоящего колом члена, так ещё и отрубившись, видел во сне полную херотень. Например, как Ханджи надула свой рыбий пузырь до размеров стола и расселась внутри, и как Леви с чего-то решил, что нужно срочно его проткнуть, пока очкастая не задохнулась… Она что, теперь будет торчать у него в башке не только днём, но и ночью? Признавшись себе, что дальше смотреть эту наркоманию желания нет, Леви решил подниматься. Он тщательно умылся ледяной водой, растерев щеки до боли и намочив чёлку так, что холодные капли стекали по вискам и щекотали шею. Поморщился и уставился в зеркало на свою небритую мятую рожу. Суетясь во сне, Леви, видимо, скукожил подушку, и теперь на его бледной щеке до самого подбородка красовался длинный розовый отпечаток от складок наволочки — как будто ему оторвали несуществующую бороду, да ещё и с одной стороны. Вот и повод для Ханджи оборжать его вместо пожеланий доброго утра… Леви хмыкнул, смахнул влажные волосы с глаз и уверенно вышел в общую комнату. В конце концов, хозяин здесь он, и все подъёбки Ханджи сможет обрубить одним строгим взглядом. Наверное. Только вместо храпа, сонного бормотания и сопения Леви встретила подозрительная утренняя тишина. Ханджи успела уйти. Или даже пошла ему наперекор и всё-таки потащилась в мокрой рубашке через весь замок. Ещё и коробку с подоконника прихватила — он сейчас заметил. Солнце только-только показалось из-за горизонта, но уже высветило жирный отпечаток пятерни прямо на стекле и чистый квадрат от коробки на тонком слое пыли на подоконнике. Откуда это дерьмо прилетает, чтобы засрать комнату всего за одну ночь? В закрытом помещении, где людей почти весь день не было? Если Леви разгадает эту загадку, буравящую его мозги всю жизнь, то даже сознается, что в чём-то понимает Ханджи. И признаёт её одержимость этими вонючими слюнявыми ублюдинами. Когда что-то проросло внутри тебя и облепило твои мысли, оторвать это не так-то просто. Леви устало вздохнул и потёр лоб. Ну вот он что — больше не нашёл, чем заняться с утра пораньше, кроме как придумывать для Ханджи оправдания? На какой хрен? Эта ведьма сама может оправдаться за что угодно и без защитников. А в случае надобности просто послать любопытных в жопу. Сам Леви туда был отправлен неоднократно, хоть и в мягкой форме. Но вот вчера Леви чётко увидел в глазах Ханджи страх. Он вспыхнул резко и выбил очкастую из колеи — настолько это было очевидно по тому, как она суетилась и отгавкивалась перед уходом Леви. Неужели заметила, как его заклинило рядом с ней? Очень вряд ли. Он ведь толком и не сказал ничего, просто обосрал её идею с шейным платком, но Ханджи не из обидчивых. Или углядела, что организм решил устроить ему подлянку? Да не могла, Леви так близко не подходил. А потом и вовсе старался стоять боком. Но даже если и заметила — Ханджи взрослая женщина, боевой офицер, и не станет пугаться не вовремя вскочившего члена. Она ведь понимает — Леви не тот, кто развлекается с девицами каждую ночь, вот и среагировал с голодухи, засмотревшись на её пухлые губы и тонкую шею. Подумаешь! Он ведь не набросился на несчастную Ханджи, размахивая своей писькой, как дубиной. Тогда что это за бзики? Хотя к закидонам Ханджи привыкли уже даже тараканы в столовой, а сам Леви тем более. Он огляделся и подметил, что дверца шкафа закрыта неплотно, и аккуратно её открыл. В ноздри сразу пробрался яблочный запах, совсем не приторный и душный, как вчера, а тонкий, сладковатый. Одеяло, которое каким-то образом теперь закрепилось за Ханджи, было неряшливо скомкано на одной из верхних полок и торчало в щели между дверцей и стенкой. От него-то и пахло. Значит, Ханджи всё-таки ночевала здесь, просто ушла раньше, чем Леви проснулся. Он удовлетворённо кивнул сам себе. Хотя ночёвка Ханджи и ранний уход никак не объясняли, почему вчера она с перепугу едва не снесла задницей свои стекляшки. Даже мелькнула мысль спросить её саму, чтобы не было между ними никаких недомолвок. Их с Леви боевое прошлое, к сожалению, давно стёрло привычные личные границы, и он не видел нужды рисовать их заново. Как бы он не фыркал, а Ханджи одна из немногих, кого он подпустил непозволительно близко. Скорее, она сама вломилась в его стальную скорлупу одиночества без спроса, а он смирился.

~

Леви медленно опустился на лавку в самом дальнем углу столовой. Положил ладони по обе стороны от подноса и обвёл глазами остальные столы, хотя и без того уже осмотрел каждый угол, когда зашёл сюда. На противоположном конце зала сидели его новые соседи — молодая парочка, визжащая по ночам, как поросята, которых оторвали от материнской титьки. Девчонка гладила парня по руке и смотрела такими осоловелыми глазами, словно хотела завалить прямо на этом столе. Тот в ответ лишь масляно лыбился и то заправлял ей волосы за ухо, то тёрся носком сапога о её лодыжку. Леви резко опустил глаза в свою тарелку. Это вот это вот пыталась изобразить Ханджи в прошлый раз? Он снова поднял взгляд и принялся рассматривать остальных, тщательно избегая этих двоих. Новички, как всегда, зубоскалили и тыкали друг дружку локтями под рёбра. Петра и Оруо уже заканчивали завтрак, лениво переговариваясь и зевая. Пухлый щекастый пацанёнок надраивал пустые столы мокрой серой тряпкой. Видно, мелкий успевает не только смахивать крошки себе в фартук, но и продукты с кухни себе в рот. А вот Ханджи нигде не было. До сих пор дрыхнет у себя? Или уже управилась, а с Леви они просто разминулись? Да какого ж чёрта! Не насрать ли ему, куда запропастилась эта безголовая? С голоду уж точно не помрёт, а вечером сама всё расскажет, стоит только дать намёк, что он готов послушать её трескотню. Расправившись с завтраком, Леви поставил локти на стол, подпёр руками подбородок и прикрыл глаза. С Эрвином они уже всё обсудили. Идти и проверять свою старую комнату смысла нет — вряд ли за ночь там что-то изменилось. Ещё раз посмотреть план предстоящей вылазки? Он всё равно не сможет прокрутить в голове все варианты — это забота командира, а Леви будет действовать по ситуации. Да и лишний раз рассматривать эти бездушные квадратики с именами живых людей желания нет. Схема построения и так впечаталась в мозги. Ночью пни его, и Леви доложит, кто за кем скачет. — Да козлы они все! — слух кольнул заносчивый, визгливый выкрик, и Леви чуть приподнял одно веко. Трое новичков проходили мимо его тёмного угла, так бешено размахивая руками и пуча глаза, будто и не заметили задумчивого капитана. — Хотят потеплее устроить свои жопы, а гонору сколько! Зачем тренировались так? Чтобы воришек на базаре укладывать мордой в землю? Так им же ружья выдают! Ткнул любого урода в пузо, и тот сразу в штаны наложит! — распалялся Кирштайн. — Да ты же сам хотел пойти в полицию! — язвительно повысил голос Эрен. — Все должны быть готовы к нападению титанов, и чем больше сильных людей внутри стен, тем лучше! — Да я не спорю, — рыкнул Жан, схватив Йегера за локоть. — Но называть нас мясом, это чё, нормально? Даза вон до слёз довёл! Это хорошо, что я ему по роже не съездил за такие слова! Долбанная крыса! Думает, он король теперь, раз у него лошадь на спине нарисована? — Так съездил бы! Чего на меня орёшь, придурок? — взвился Эрен, вцепившись в плечо Жана и стиснув зубы. — Или обиделся, что они с твоим портретом на куртках ходят? — Ребята, хватит, — пробормотал их белобрысый друг с девчачьим лицом. Кажется, его зовут Армин Арлерт, если Леви верно запомнил. — За драку вам точно влетит, а уж за стычку с полицией тем более. И, Жан… там не лошадь, а единорог, так что не злись… — Единорог! Писькорог! Пофигу мне! Ещё хоть одна скотина только вякнет что-то про Разведкорпус, точно сопли будет подбирать! — А ну, заткнулись, — грозно процедил Леви и поднялся. — Вы в разведку пришли меряться яйцами? Если так, то пошли на хер сразу. В городе полно работы для ваших длинных языков, можете устроиться поломойками. Троица мгновенно выпрямилась, перепуганно зыркая друг на друга и побледнев так, словно собирались угостить сапоги Леви тем, что съели на завтрак. — Ну я чё, не прав? Вы же сами терпеть их не можете, — сипло пробурчал Кирштайн и поднял на Леви свои наглые глаза. — Прав. Только вот тебя это ебать не должно, — протянул Леви замогильным голосом. Он медленно прорезал ледяным взглядом ровную линию поверх их бестолковых голов. Шагнул вперёд и выбросил руку, впиваясь пальцами в ухо самого длинного и борзого. — Не рано ли вы хвосты распустили? Пока от этих надутых говноедов толку всё равно больше, чем от вас, — шикнул он и потянул Жана вниз, отчего тот болезненно скривился и согнулся. Леви недовольно отпихнул поганца от себя, заметив, что тот уже вспотел и едва сдерживает рвущиеся изо рта матюки. — Простите, капитан, — сдавленно всхлипнул Жан, растирая ладонью покрасневшее ухо и швыряя в Леви обиженные злющие взгляды. — Куда намылились? — Хотели потренироваться в рукопашной, — спешно отчитался Арлерт, взволнованно разглядывая то поджавшего губы Леви, то трясущего своей тупорылой башкой Кирштайна. — Ну, пошли. Покажешь на мне, как ты хотел отмудохать того урода из полиции, — Леви мотнул подбородком в сторону выхода, не поменявшись в лице, и отвернулся. Лошадиноголовый аж закашлялся, словно ему уже прилетело под дых. А мышцы рук и ног Леви требовательно заныли — как будто ему стало необходимо вымотаться до усрачки. Может, это даже поможет отвлечься.

~

Леви упёр ладони в колени и тяжело дышал. Завалить этих зелёных балбесов оказалось не так просто. Видно, что тренировались они, не жалея сил, и многому научились. Но его мышцы натурально горели и звенели, как стальные пружины, когда он уворачивался от ударов и ловко атаковал сам. Пару раз даже слышал, как хрустнули суставы у Эрена, и замедлился, хотя вот уж кого-кого, а этого недотитана жалеть вообще бессмысленно. Отрастит и новые зубы, и вторую голову, если понадобится. А вот во время спарринга с Кирштайном Леви на миг уловил в его глазах вспышку концентрированной злости, словно тот и правда придушил бы его, будь такая возможность. А ведь Леви толком и не общался с этим дылдой… Как всегда, дурная слава бежала впереди него. А обормоты и уши развесили, слушая страшилки про грозного капитана Леви, вместо того, чтобы сложить собственное мнение. Хотя он признавал — навались паршивцы на него все втроём, и наградить его поджопником вполне успели бы. Но сейчас они лишь сбили ему дыхалку. — Ну? — рыкнул Леви, вытирая пот со лба. — Даже меня своими оглоблями достать не смог. — Мы обычно тренировались не так! Чё вы лупите нас, как будто это мы вашу комнату взорвали? — вскинулся Жан, потирая опухший подбородок. — А что, мне расцеловать вас надо было? Или по задницам похлопать? — Леви скрипнул зубами и развернулся спиной. При упоминании его ободранной комнаты кожу на лице опять начало жечь, и он решил свалить, пока мелкие не распустили свои тупые языки. — Условились драться нормально — так и надо было делать. А не скакать вокруг меня, как кобели вокруг текущей суки, — прохрипел он, широкими шагами направившись в сторону замка. — Спасибо вам за тренировку! — Армин поспешил следом и быстро обошёл Леви сбоку. Он заглянул ему в лицо, часто моргая и жалобно морща свои белёсые брови. С годами они точно разрастутся, как у Эрвина, и будут походить на двух разжиревших седых гусениц. — Если возможно, объясните, что не так, и покажите, как правильно, — уже тише добавил Армин, нервно покусывая губы. Леви лишь сердито заглянул через плечо и зачесал назад слипшиеся волосы, пока пот не залил глаза. Что ни говори, а мелкота знатно его заездила. Но почему-то он не мог послать на хер этого ребёнка с кукольным лицом и невинным взглядом. Да и остальные стояли в стороне и ссыкливо переминались с ноги на ногу. Длинно выдохнув, Леви молча развернулся и кивнул. В конце концов, заняться ему и правда пока нечем, так почему бы не помочь? Естественно, он не собирался учить мелочь драться на ножах один-против-пятерых, но кое-какие хитрости рассказать можно. Он задрал голову и оценил, сколько ещё есть времени — несколько часов точно, ведь солнце даже не в зените. Леви сбавил шаг, делая вид, что продолжает рассматривать редкие облака. На деле же его уши едва не встали торчком, как у собаки, когда он услышал приглушённый бубнёж со стороны Эрена и Жана. А особенно одно имя, которое у него уже в печёнках засело. — Да все же думали, что он подобреет, раз они с Ханджи-сан… А он нервный какой-то. Долбит нас, как будто мы деревяшки…. — Хрен знает, чё с ним. Может, не перепало ночью? Да и на завтраке я Ханджи-сан не видел. Случилось, что ли, чего… — Необучаемые говнюки, — фыркнул Леви и качнул головой, на что Армин лишь громко сглотнул и запнулся о кочку. — Не ссы. Не так всё паршиво, нормально вас натаскали в кадетке. Но этим двоим языки я сейчас укорочу, — низко протянул он.

~

Леви вылез из ванной, потянулся и расправил плечи. Усталость после возни с мелкотой приятно покалывала мышцы, и он с горечью признавал, что солдат — это призвание или даже приговор. Размахивать кулаками — это то, что он умеет лучше всего, и давать этому выход время от времени — просто тупая необходимость. Заодно и напряжение последних дней будто перегорело внутри. Леви опустился в кресло у камина и закрыл глаза. Давненько в его комнате не было так тихо. И эту тишину хотелось слушать, смаковать, как горячий чай. Не сидеть сторожем и подскакивать от любого звона и треска, а быть уверенным, что на другом конце комнаты ничего не взорвётся. Даже воздух будто стал чище. Запах яблок и чернил за день выветрился, и теперь тут пахло как и должно — заваркой и мылом. И немножко гуталином. Леви откинул голову. На миг даже показалось, что можно вот так и уснуть, но подголовник кресла был слишком высоким. Он либо давил на затылок, либо — если Леви поднимался выше — щекотал шею. Хотя с чего он вообще надумал завалиться спать в кресле, когда у него есть нормальная кровать, а на дворе всего лишь поздний вечер? Сонный и тихий, да, но не ночь ведь. Да и чуйка разведчика начала скрести Леви нервы. Тишина теперь казалась неправильной и зловещей, как гул перед раскатом грома. Даже мурашки набрались наглости и пробежались по спине — быстро и с краю, но всё же. Он двинулся к окну и осмотрелся. Прислушался к соседям за стеной, вышел в коридор. Ничего, достойного внимания. Наоборот, глазу, слуху и мыслям было тупо не за что зацепиться, но сидеть в кресле и потягивать горячий чай отчего-то расхотелось. Леви шумно выдохнул, громче, чем следовало, закрыл за собой дверь и встал в центре комнаты. Крутанул головой влево и вправо, свёл брови вместе и уставился на свой стол, хотя «своим» он его считать давно перестал. Не сказать, что Леви нарочно запоминал, где и какие приблуды Ханджи там расставила, но судя по тому, что свободного места стало больше, упёрла она не только одну коробку. И раз времени до отбоя куча, а Ханджи сегодня, очевидно, уже не явится, Леви мог заняться чем-то важным. Он подошёл ближе и провёл пальцем по столешнице. И здесь блядская пыль. Всего за день. Леви схватил тряпку, налил воды в ведро и принялся уничтожать это проклятье человечества — на столе, на подоконнике, в шкафу. Не забыл и про отпечаток от пальцев Ханджи на стекле. Как она, интересно, его оставила? Ну не прыгала же с горя из окна, в очередной раз что-то испоганив? А ведь на ужине Леви видел, как Моблит трещал о чём-то с поваром и смеялся, а потом завернул в кулёк сразу несколько булочек. Точно побежал подкармливать начальницу. Чем же она так сильно озадачена, что забросила свои исследования с ловушкой, от которой и сон пропал, и зад пекло? Или всё же дошлялась в мокрой одежде по сквозняку и лежит теперь, захлёбываясь соплями? Хотя больше на бред похоже. У Ханджи звериное здоровье, за исключением слеповатых глаз и дурной головы, и свалить её не так и просто. Тогда где она всё-таки застряла? Неужели решила бросить его один на один с крысами и ворами, раз он зарубил её идею? — Вот же срань, — буркнул Леви, выжимая мокрую тряпку так усердно, что кожу на ладонях засаднило, и бросил её обратно в ведро. Он снова распахнул шкаф и прихватил свой старый шейный платок. Пожелтевший от времени, но накрахмаленный и отглаженный. Если очкастая растяпа так хочет ловить воров на живца, пусть ловит. А ещё пусть в глаза Леви скажет, какого хрена заперлась в своей дыре на весь день, даже не предупредив.