Однажды я вернусь

***

Платон вошёл в кабинет и сразу увидел Леонида, который наряжал ёлку. Она пахла на весь кабинет — хвоей, мандаринами, праздником. Только вот для Платона этот запах ничего не значил. — Платон, привет! С тебя гирлянда, — Леонид обернулся, сжимая в руках пучок мишуры. — Хорошо. Принесу завтра. — Как съездил? — Леонид достал из пакета смешного медвежонка и, прищурившись, прикидывал, куда бы его прицепить. — А ты чего ж даже Алёнке не сказал, что уезжаешь? — Нет. — Платон пожал плечами. — А когда? Я улетел сразу, даже домой не заезжал. Машину бросил на стоянке в аэропорту. Она замерзла так, что линейники помогли завести. — Ясно. — Леонид наконец оторвался от украшений. — Она сказала, тебя какой-то мужик ищет. Вечером сегодня к тебе домой придёт. Часов в девять вечера. Или завтра. Никто ж не знал, когда ты прилетишь. — Да? — Платон насторожился. — А кто такой? — Так я откуда знаю? — Леонид пожал плечами. — Но сказала, что ты обрадуешься. Типа, сюрприз. Платон сел за свой стол и сразу увидел бланки из кадров. — О! А это откуда? — Это наш шаман вчера приволок, — Леонид кивнул на бумаги. — Сказал, чтобы ты заполнил всё. Ему уже нагоняй дали сверху. Но он прикрыл. Сказал, что ты в срочной командировке и поэтому документы не успел подготовить. — Ясно. Спасибо. Возьму. Дома всё сделаю.

***

День Платона прошёл по принципу «прошёл — и ладно». Он весь день звонил сестре на рабочий, но так и не дозвонился. «Что ж там за сюрприз в виде мужика?» — мысль вертелась в голове, не давая покоя. Посмотрел на часы. Пора. — Ладно, я пошёл, — сказал Платон, поднимаясь. — Раз сюрприз может прибыть в девять, то до его прихода осталось всего ничего — сорок минут. — Ага, бывай, — Леонид махнул рукой, уже залезая на стул, чтобы прицепить медвежонка повыше. — Я сейчас Аньке позвоню и тоже пойду. Платон вышел в коридор. Единственное, о чём он мог думать по дороге к выходу, — кто же этот таинственный «мужик», от которого он должен «обрадоваться». Едва Платон вошёл в квартиру, как раздался звонок в дверь. «О! Тот самый сюрприз в виде мужика», — Платону даже смешно стало от этой мысли. Он открыл дверь — и сначала вообще не понял, кто это. — Платон, привет. — Слабая, чуть виноватая улыбка. — Не узнал? Значит, богатым буду. Узнавание накрыло с головой. Платон потерял дар речи. Такого он никак не ожидал. — Сергей? — выдохнул он, ошарашенно, неверяще. — Ты? Он посторонился, пропуская в квартиру своего бывшего любимого. — Раздевайся. Проходи. — Платон всё ещё не мог прийти в себя. — Чай или кофе будешь? — Нет. Спасибо. — Сергей переминался с ноги на ногу, словно не решаясь войти. — Я на самом деле зашёл ненадолго. Просто очень хотел увидеть тебя. Он замолчал, потом вздохнул. — Много лет. Я же сюда приезжаю каждый Новый год. Вот решился наконец-то. Платон смотрел на Сергея и не узнавал. Замученный жизнью, потухший взгляд. Одет неброско, поправился. Встретил бы на улице — не узнал. — А что поменялось в этом году? — спросил Платон, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Почему вдруг решился? — А ты знаешь… — Сергей провёл рукой по лицу. — Устал. Очень. Сил нет. Устал быть примерным сыном, мудрым отцом. У меня, кстати, двое детей. Старшая — Алинка. И младший… Платон. Платон вспыхнул. Не ожидал. — Устал быть мужем-подкаблучником, — продолжал Сергей, не глядя на него. — Жить жизнью, которая не моя. Моя-то жизнь прошла мимо. Скучно. Грустно. И главное, Платон… Самое главное — мне ОДИНОКО. Голос его дрогнул. — А ведь я всё время окружён людьми. Вокруг меня всегда шум и гам. На работе, дома, везде. А мне тоскливо. Если бы я мог… я бы обменял всё, что у меня есть, на тот день… когда ты говорил мне о любви. Я бы всё отдал, только бы быть с тобой и любить. Он наконец поднял глаза на Платона. — Тебя, Платон. Только тебя. Потому что самый страшный грех — это отказ от любви. Тишина повисла между ними. — Вот это я хотел тебе сказать много лет. И наконец сказал. — Сергей выдохнул. — И… прости меня за тот разговор. — Простил давно. — Платон смотрел на него спокойно, без боли, без злости. — Ещё тогда, когда ждал… хотя бы письма. Да хоть телеграмму. Он помолчал. — Но знаешь что? Спасибо. Спасибо, что пришёл. Спасибо, что рассказал. Ты даже сам не понимаешь, что ты сейчас для меня сделал. Платон всё понял. Тут же. Сергей — он… это зеркало. Его слова — это будущее самого Платона. Если только он позволит ему наступить. Сергей покачал головой, попрощался и ушёл. Теперь ему было спокойно. Как никогда. А что же Платон? Он набрал номер сестры и, едва дождавшись ответа, почти прокричал в трубку: — Я согласен! Завтра пишу рапорт. Перевод никто не даст. И мне нужно сейчас же… быстро. Как никогда. — Да, братик, я всё поняла. — Голос Татьяны звучал ровно, но в нём чувствовалась улыбка. — Ты молодец. Платон еле дождался утра. Пришёл на работу, написал рапорт и отдал его через приёмную — с регистрацией, официально, чтобы ни у кого не осталось сомнений. Потом пришёл Леонид. — Прости. Гирлянду не принёс. Он посмотрел на друга, помолчал и спросил: — А скажи-ка, что там у тебя с жильём? — Так ничего. — Леонид пожал плечами. — Обещанного, сам знаешь, три года ждут. Анька только лютует. А так всё хорошо. — Всё. — Платон подошёл к нему. — У тебя есть квартира. Через несколько дней можешь въезжать в мою. И вызывай Аньку. Леонид сел мимо стула. Упал, но сразу вскочил. — Не понял… — Я увольняюсь. — Платон смотрел на него спокойно и твёрдо. — И уезжаю в Москву.   — Ты знаешь, а я рад. — Леонид смотрел на друга с уважением, даже с восхищением. — Давно пора. Ты молодец, Платон. Только тебя так быстро не отпустят. Месяца два, не меньше. — Меня? — Платон усмехнулся. — Отпустят. Он достал телефон и набрал номер. — Лёша, привет. Лёшка Соловец — его давний друг, начальник ОСБ. Если кто и мог решить вопрос мгновенно, то только он. — Мне срочно нужно уволиться. — Платон говорил спокойно, но в голосе звенела сталь. — Прошу. Срочно. — Как срочно? — голос в трубке был деловитым, без лишних эмоций. — Вчера. — Платон чуть поправился в словах. — Сегодня рапорт написал, отдал через приёмную. Пауза. Потом короткое: — Ок. Завтрашним днём пойдёт? — Да. — Платон выдохнул. — Спасибо. Он убрал телефон и посмотрел на Леонида. — Завтра.

***

Несколько дней для Платона прошли как во сне. Начальник, сослуживцы. Крики, угрозы и просьбы остаться. Алёнка, а потом стол — проводы, слёзы, объятия, обещания писать и звонить. И очнулся Платон только тогда, когда вышел из самолёта в Москве. Сразу не пошёл к Юлиану. Не смог сразу. Сначала сходил на новую работу. Поговорил с начальником. Тот принял без лишних слов, по-деловому, но с уважением. — Но вы же знаете, нам всё равно нужно запрашивать ваше дело? — начальник посмотрел на него поверх очков. — Попробуем доставить спецкурьером. Так что пока погуляйте, потом придёт дело — и сразу на медкомиссию. Сработаемся, надеюсь. — Так точно. Потом — квартира. Осмотр. Всё путем. Жить можно. Даже вдвоём. Рядом с домом Татьяны — в паре кварталов. И там тоже из окон и с балкона был виден монумент. Чуть с другого ракурса, но так же величественно. На всё ушло около недели. Ни разу Платон не ходил к кафе «Шоколадное чудо». Пока не мог. Нужно было всё решить, а любовь в этом деле была бы помехой. И Платон это понимал как никогда. Наступил день двадцать пятого декабря. Юлиан и Рудольф были на работе как белки в колесе — предновогодняя суета, заказы, бесконечные гости. Около двенадцати часов дня они наконец выкроили минутку и сели в комнате отдыха — выпить воды, перевести дух. В комнату заглянула Валюша — новая девушка-администратор, которая сразу запала в душу Рудольфу. Он теперь кружил над ней как ворон над добычей, но пока безрезультатно. — Юлиан, — позвала она, — там клиент пришёл. Странный какой-то. Рудольф тут же навострил уши. — И что же в нём странного? — Юлиан отпил воды. — Просит, чтобы ему подснежников подали? Или что? — Да нет. — Валюша замялась. — Он требует, чтобы его обслужили. — Хм… — Юлиан пожал плечами. — И что тут странного? Это нормально. Пусть Влад обслужит или кто там свободен? Мы же сейчас отдыхаем. Всего пять минут. — Да… но он требует тебя. Рудольф уже открыл рот, чтобы возмутиться, но Юлиан мягко остановил его жестом. — Валюша, я сейчас приду. Две минуты. Юлиан поправил форму, взял поднос и вышел в зал. — Вон тот, за крайним столиком. — Валюша кивнула в сторону угла. — Видишь, как меню рассматривает? Странный какой-то. Человек действительно сидел за столом и держал меню прямо перед глазами, так что лица его было не разглядеть. Юлиан подошёл, привычным движением поправил поднос. — Здравствуйте! Готовы сделать заказ? Меню медленно опустилось. — Да. — Голос, от которого сердце пропустило удар. — Мне двойную порцию блинчиков со сгущёнкой… Пауза. — … и вас. У Юлиана подкосились ноги. Поднос дрогнул в руках, но он удержал его — из последних сил, на одной воле. На лице расползлась улыбка, которую невозможно было сдержать. Платон положил меню на стол и сказал тихо — так, чтобы слышал только Юлиан: — И не торопись. У нас много времени. Вся жизнь. Он смотрел прямо в глаза, не отводя взгляда. — Я приехал насовсем. К тебе. Пауза. Самая важная в его жизни. — И я люблю тебя. От автора :  Знаете, иногда жизнь складывается не так, как мы планируем. Иногда она ведёт нас через боль, разлуку, долгие годы ожидания и тишину, в которой, кажется, уже не осталось надежды. Но если любовь настоящая — она выживает. Она ждёт. Она возвращается. Платон и Юлиан прошли через всё: через страх, через невозможность, через прощания, которые должны были стать последними. Через моменты, когда казалось — всё, конец, больше никогда. Но они всё равно нашли друг друга. Потому что если однажды ты пообещал вернуться — значит, вернёшься. Неважно, сколько пройдёт времени, сколько километров ляжет между вами, сколько сомнений будет терзать сердце. Даже если это обещание было дано самому себе и его никто не слышал.  Ты вернёшься. И скажешь: «Я приехал насовсем. К тебе». А в ответ увидишь улыбку, ради которой стоило пройти весь этот путь. У них всё будет хорошо. Обязательно. Потому что они это заслужили. Потому что они друг друга нашли. Потому что теперь у них есть главное — время. Вся жизнь. А это, как известно, лучший подарок, который только можно получить под Новый год. Или просто так. В любой день. Когда рядом тот, кого любишь. Спасибо за прочтение Далее следует эпилог. ->