Допустимые потери

Ирия оказалась отличной собеседницей. Чем дальше они уходили от покоев Салли, тем более расслабленно чувствовали себя обе девушки. Оцелот завела разговор, сказав, что для нее честь общаться с самой Эми Роуз, чем незамедлительно вогнала ежиху в краску. Спросила, чего бы та хотела на ужин, посоветовала, что выбрать, рассказала смешной случай, связанный с готовкой. Слово за слово, и вот они уже непринужденно болтают о чепухе и ерунде так, словно знакомы тысячу лет. Эми даже уговорила ее разделить ужин на двоих, тем более, она никогда бы не смогла съесть столько одна. А потом, заметив, что Ирия дергается и поглядывает на часы, сказала, что нет необходимости ее развлекать, и девушка может идти, если хочет. Та вскочила и начала горячо благодарить ежиху, немедленно рассказав, что у ее младшего брата день рождения и теперь она на него точно успеет. Розовая с улыбкой слушала, как девушка рассказывает о том, какие именинник любит игрушки, и что она выбрала ему большой набор для рисования в подарок, потому что у него талант. Оставшись в одиночестве, Эми подумала, что такой выбор сопровождающей был отнюдь не случаен и хотела надеяться, что девушка действительно была просто дружелюбной, а не старалась казаться такой по просьбе короля. Комната, которую ей выделили, была просторной и обставленной без королевского шика, но очень мило и со вкусом. К ней прилагались небольшая пустая гардеробная и ванная за отдельной дверью, где ежиха провела не меньше часа, остервенело оттирая себя щеткой, словно пытаясь смыть напряжение и накопившуюся злость. Закончив с водными процедурами, Эми вышла на огромный балкон, который поразил ее больше всего. Он находился на высоте шести этажей над землей и с него открывался просто потрясающий вид на лес и дальние горы, за которые прямо сейчас заходило солнце. Она притащила на балкон кресло, налила себе чашку чая и, глядя на закат, старалась ни о чем не думать, просто вдыхая этот безумный день. Когда окончательно стемнело и стало прохладно, а не думать уже не получалось, она вернулась в комнату. Мысли, темные и мрачные, как подступающие сумерки, роились в голове. На смену радости за друзей пришла тревога о собственном будущем. И, как не старалась Эми думать о том, какой будет ее жизнь в качестве лояльной королю героини, но снова и снова возвращалась к другой части их сделки с Шедоу. Не то, чтобы она ничего не знала о сексе. Сложно быть подругой Руж и ничего о нем не знать. Просто обстоятельства складывались очень уж неожиданным образом. Она пыталась понять, что чувствует по поводу этого, и не могла. В ней одновременно бушевали страх, злость, сомнение, покорность судьбе и где-то под всем этим, почти незаметное для нее самой пряталось какое-то томительное ожидание. Но Эми старалась его игнорировать, то ли потому, что было стыдно, то ли потому, что было страшно признаться себе в чем-то. Она представляла, как всё пройдет, с чего начнется, что она скажет. Привычка строить планы дала сбой — слишком много было неизвестного и непонятного. Шло время, за окном появились звезды, взошла полная луна. Эми не хотела зажигать свет, поэтому, забравшись в кресло с ногами, сидела у окна и довольствовалась полумраком ясной летней ночи. Она уже почти уверилась, что король не придет и всё это была просто жестокая шутка, когда в дверь раздался стук. — Войдите, — она постаралась, чтобы голос не дрожал. — Неужели ты разучился телепортироваться? — нервно пошутила она, когда Шедоу переступил порог. — Подумал, что невежливо будет просто вломиться, — голос ежа был спокоен, глаза горели ровным оранжевым огнем, приглушенным в ночной тьме. “У него хватает наглости строить из себя джентльмена, серьезно?” — подумала Эми, но вслух не сказала ничего. Молчал и черный. Он сел в кресло напротив, сцепил руки и внимательно посмотрел на нее. Казалось, он видит ее впервые. Она почти физически ощущала скользящий по ней взгляд — он ощупывал каждую иголку, каждую складку одежды и каждый сантиметр кожи. Почему-то его спокойный вид и молчание пугали ее. Она не понимала, что происходит и как себя вести, поэтому просто ждала. Когда пауза стала слишком затянутой и тревожной, Эми собралась было что-то сказать, но первым тишину нарушил Шедоу. — Встань, — короткий приказ прозвучал как щелчок кнута, заставив ее вздрогнуть. Соблюдая условия сделки, она не стала задавать вопросов, а медленно спустила ноги на пол и встала в полный рост, сделав шаг от кресла. Шедоу продолжал смотреть на неё, и она никак не могла понять, о чем же он думает, что же чувствует. Ни злорадства, ни вожделения, ни нежности не было на его лице. Только внимание. Внезапно она поняла, насколько неуместно смотрится в этой шикарной обстановке в боевом костюме. Шедоу похоже был того же мнения. Потому что после ещё минуты пристального изучения всё так же коротко бросил: — Разденься. Как Эми ни старалась подготовить себя ко всему, но это требование вогнало её в краску и она порадовалась, что в комнате царит полумрак. Она наклонилась, рванула липучки на ботинках и быстро скинула обувь. Потом уже куда менее решительно потянула молнию комбинезона и начала выбираться из него, от волнения делая это неуклюже. “Не очень похоже на приватный танец”, — злорадно подумала она, бросая одежду на спинку кресла и оставаясь в одном белье. — Полностью, — в голосе короля скользнула нотка нетерпения. Эми глубоко вдохнула и задержала дыхание. Руки, слегка подрагивая, потянулись к застежке бюстгальтера. Она понимала, что сопротивляться не имеет права, но всё-таки хотелось сделать что-то, что хотя бы частично вернуло ей контроль. — Надеюсь, ты позаботился о защите, — она постаралась придать голосу оттенок небрежности и безразличия. Ей хотелось выбить Шедоу из равновесия. Заставить его смущаться, оправдываться или сказать что-то резкое, хоть что-то, что дало бы ей ощутить почву под ногами, но черный всего лишь приподнял бровь. — Уверяю тебя, Совершенная форма жизни может контролировать подобные вещи без дополнительных средств. Напомню, что я не болею. И наследниками обзаводиться не собираюсь. Пока. Эми опустила глаза и негнущимися пальцами сняла последнее, что на ней оставалось. Она сделала это почти резко, и сразу выпрямилась, зло посмотрев на короля. Казалось, он никак не отреагировал на увиденное, однако она всё же неплохо его знала по прошлой жизни. Зрачки его расширились, корпус подался вперед, иглы чуть заметно приподнялись. Опыт девушки говорил, что внутри него бушевала буря, которую он прятал под маской спокойствия. Теперь стояла перед ним совершенно обнаженная. Ночной воздух чуть холодил тело, принося осознание собственной уязвимости. Оно усилилось, когда черный встал и подошел к ней, обойдя со спины. Еще через мгновение она ощутила, как острый коготь, едва касаясь кожи, проделал путь по позвоночнику от шеи до кончика хвоста, заставив девушку непроизвольно выгнуться. А потом сильные руки легли на плечи. Еж аккуратно уткнулся в ее затылок и тихо втянул воздух в легкие. От этого простого действия по коже побежали мурашки. Их стало больше, когда она почувствовала нежное прикосновение губ к шее. И, даже когда поцелуй прервался, его невидимый след остался на ней ощутимой меткой. Эми не шевелилась, но ощущения были настолько непривычными и сильными, что она едва подавила желание убежать или начать отбиваться. “Ты дала слово, он выполнил свои условия сделки, но всё может измениться. Помни о том, ради чего всё это”, — твердила она себе, пытаясь держаться за реальность. Тем временем ладони Шедоу огладили ее плечи, мягко спустились по телу и скользнули на бедра, нежно, но крепко их обхватив. Внезапно еж привлек к себе девушку, прижавшись грудью к ее спине. Жар, ощутимый даже сквозь его одежду, согрел ее. Почему-то захотелось взять его за руки и обхватить ими свою талию, чтобы оказаться в его объятиях, но она сдержалась. А еще почувствовала, как что-то твердое уперлось ей в поясницу. “Что-то? Эми, тебе что, двенадцать лет?” — со злостью на саму себя подумала она, отдавая себе отчет в том, что происходящее ее ужасно смущает и заставляет дрожать из-за непонятных ей самой ощущений и желаний. А черный, видимо, не собирался торопиться. — Пожалуйста, сделай это побыстрее, — чуть слышно попросила она. Шедоу, казалось, затаил дыхание, а потом его руки соскользнули с бедер, снова взяли ее за плечи и развернули к нему лицом. Алые глаза смотрели всё так же внимательно, но теперь в них явственно горел огонь желания. — Эми, я ждал этого годами. Ждал, пока мы оба сможем понять, что чувствуем. Ждал, пока завершится война. Ждал, пока снова встречу тебя. Я не собираюсь закончить всё за три минуты и захрапеть, отвернувшись к стене. Мне не нужна просто разрядка. Мне нужна ты. И я собираюсь ощутить, что ты — моя. С этими словами он легко подхватил девушку на руки и понес ее на большую кровать, стоящую у дальней стены. Эми обняла его руками за шею. “Это чтобы не упасть”, — твердо сказала она себе. Она растерялась от его слов. Ждал? Много лет? Он что, действительно так сильно скучал по ней? Но почему же тогда он не попытался сказать об этом раньше? А почему она не сказала ему, что скучала? Мысли приходили, но отказывались задерживаться в голове, потому что всё её внимание было захвачено самим Шедоу. Почему-то именно в этот момент он казался особенно красивым. Глаза переливались теплыми оранжевыми бликами, шерсть в лунном свете отливала кровью и сталью. Под одеждой явственно проступал рельеф крепких мышц. Дурманящий запах лаванды окутывал, принося чувство какого-то теплого покоя и безопасности, которого не могло быть рядом с таким существом. Фигура жестокого короля в ее голове таяла, уступая место Шедоу, с которым она тренировалась, сидела у водопада, и который так эффектно выиграл для нее плюшевого медведя, составляющего ей компанию во сне все последние годы. И этот образ словно делал всё происходящее правильным, нужным, даже долгожданным, хотя разум всё еще отказывался это признавать. Еж бережно положил девушку на кровать, сделал шаг назад и снова на нее посмотрел. Только теперь она поняла, что означало его спокойное изучающее внимание. Поняла, потому что, наконец, испытала то же самое. Он любовался ею. От осознания этого стало очень приятно. Он поймал на себе взгляд ее изумрудных глаз и улыбнулся. Расстегнул пару пуговиц на груди черной рубашки и стянул ее через голову. Под тканью оказалось красивое крепкое тренированное тело, покрытое лоснящейся черной шерстью. Эми поняла, что совершенно неприлично рассматривает его, и потупилась. Шедоу, видимо, привыкший к тому, что вызывает такую реакцию, спокойно сел на кровать и провел пальцами по губам и по подбородку девушки. — Какая же ты красивая, — тихо сказал он и впервые в жизни ей показалось, что в его глазах горит не огонь, а звезды. Он наклонился к ней и коснулся её губ своими. Этот поцелуй был совсем не похож на первый. Осторожный, словно спрашивающий: “Ты не против?”. Эми ответила на него, чуть подавшись вперед. Шедоу тут же подхватил ее под спину и затылок, приподнимая над кроватью и вызывая чувство полёта. Поцелуй словно воровал её дыхание, кружил голову, оставляя во рту сладкий вкус давно забытой мечты. Когда Шедоу отстранился, Эми ещё оставалась в плену этого сладкого единения. Еж что-то увидел в её лице и словно сказал самому себе: “Можно”. Его руки заскользили по телу девушки, поглаживая плечи, запястья, живот и бедра. Он начал жарко покрывать её лицо и шею поцелуями. Вот они обвили ожерельем ключицы, скользнули по подъёму груди, восходящей спиралью подбираясь к её вершине. Когда губы Шедоу обхватили чувствительный сосок, а пальцы одной из рук сжались на втором, тело Эми прошила волна острых ощущений. Настолько, что она не смогла с ними справиться. Не отдавая себе отчёт в том, что делает, она вцепилась руками в иглы на голове Шедоу и с силой оттянула его от своей груди. Когда возбужденные чувства пришли в подобие нормы, она поняла, что всё ещё держит ежа, а тот, прекратив делать что-либо, смотрит на неё с недоумением и волнением. Эми ойкнула и разжала руки. — Я сделал тебе больно? — спросил ёж. Она помотала головой. — Нет, наоборот, то есть... Это было слишком ярко... — лепетала она смущенно. На лице Шедоу отразилось понимание, а потом глаза его сощурились и выражение лица стало хищным. — Так не пойдет, — он чуть отстранился от ежихи, расстегнул и снял с пояса мягкий ремень, завязав его на конце. Потом аккуратно взял девушку за запястья, поцеловал каждое и свёл их вместе, накинув получившуюся петлю. Ещё миг — и руки Эми, оказались за её головой, а Шедоу тщательно привязал свободный конец пояса к спинке кровати. — Что ты делаешь? — Эми воззрилась на него с недоумением и тревогой. Оковы не причиняли боли и почти не стягивали руки, но воспринимались как-то странно. — Я не буду сопротивляться, это было случайно. Кроме того… — она позволила себе чуть улыбнуться. — Ты же не думаешь, что это ремешок меня удержит? — Нет, не думаю, — Шедоу хитро улыбнулся. — В этом-то и проблема. Ты такая нежная, такая красивая, такая милая, а всё же боец. Боец, привыкший защищать себя, даже когда этого совершенно не нужно. Этот “ремешок” будет служить тебе напоминанием условий нашей сделки, которые ты сама и озвучила. Кроме того, — он склонился к ее уху и чуть прикусил за острый кончик, — мне надо соответствовать образу. Я ведь чудовище, которое принуждает тебя делать то, чего ты совершенно не хочешь? Это, — он нежно провел когтем по запястью девушки там, где проходила граница ремня, — даст тебе оправдание. Завтра ты будешь говорить себе, что не получала удовольствие, а просто не могла сопротивляться. А теперь, Эми Роуз, расслабься. И просто чувствуй. Он продолжил с того самого места, где прервался. Обвел языком напряженный сосок, лизнул его раз, другой и обхватил губами, жадно прижавшись к розовой плоти. От этих прикосновений тело Эми выгнулось, руки рванулись, но ремень сдержал порыв. Рука ежа скользнула с талии ко второму соску и мягким круговым движением погладила его. Эми ощутила нарастающее напряжение во всем теле. Хотелось и немедленно остановить всё происходящее, и продолжать. Остановить она не могла, потому, по совету Шедоу просто расслабилась и отдалась ощущениям. Они захлестывали с головой. Пока рот и одна из рук уделяли внимание груди, вторая гладила живот и бедра. Нежные прикосновения вызывали чувство невесомости, от пальцев Шедоу волнами по телу расходилась сладкая дрожь. “Этого не может быть, — уговаривала она себя, сжимая зубы. — Это просто сделка, я просто выполняю ее условия”. Внутренний голос стыдливо замолчал, когда рот ежа отпустил грудь и запечатлел жадный поцелуй на ее губах. Сквозь чарующую дымку она ощутила, как его рука скользнула по бедру и нырнула между её ног, туда, где начинал разгораться настоящий пожар. Ноги непроизвольно сжались. Шедоу прервал поцелуй и с усмешкой посмотрел на нее. — Ты снова защищаешься. Не надо. Он встал и запустил обе руки между ее бедер, с легким усилием раздвигая их. Выдвинутый коготь, едва касаясь тела, проделал путь по внутренней стороне бедра до места, где оно переходило в мягкие складки, вызвав у девушки трепет. Шедоу опустился на кровать, оказавшись между ее ног. Он обхватил ее бедра руками и его губы коснулись колена. Цепочка поцелуев повторила путь когтя. Шедоу чуть помедлил, а затем его язык начал нежно ласкать трепещущие складки. — Что ты делаешь? — дрожащим голосом прошептала Эми, пытаясь сохранить способность мыслить ясно. Ответом ей был довольный смешок — еж явно не собирался прерываться. Всё происходящее было настолько смущающим, что, если бы она могла, она бы точно сбежала, или свернулась бы калачиком или сделала хоть что-то. Но она не могла. Прямо сейчас она могла только чувствовать, и оттого всё, что делал с ней Шедоу, казалось нестерпимо острым. С губ Эми сорвался стон. Тело задрожало от сводящего с ума огня, который начал разливаться по нему. Если бы не ремень, она бы точно постаралась прервать это — настолько сильным и всепоглощающим было это ощущение. С каждой секундой тревожный колокольчик, напоминающий о том, что она в руках тирана, получившего ее угрозами, звенел всё тише. “А почему, собственно, я не имею право получать удовольствие? — подумала она. — Он много лет мне нравится, он скучал по мне. Он такой нежный, что я даже мечтать не могла. Почему я должна убеждать себя, что мне неприятно?” Эти мысли проносились в ее голове почти незамеченными, но по капле окончательно гасили ее внутреннее сопротивление. Еж продолжал ласкать ее. Когда кончик его языка добрался до чувствительного пучка нервов, Эми, не выдержав, вскрикнула и изогнулась. Шедоу с довольным рыком ускорил движение. Как девушка ни пыталась себя контролировать, но ее била дрожь, а дыхание стало частым и прерывистым. Сдерживаться стало еще сложнее, когда его палец мягко и неглубоко проник внутрь нее, аккуратно поглаживая чувствительное нутро. Напряжение накрывало ее горячими волнами, требуя продолжения этой сладкой пытки. Удовольствие нарастало внутри лавиной. Ощущения достигли своего пика, и Эми показалось, словно по ее телу разбегаются разряды молний. Это было почти болезненно, но до того приятно, что она не выдержав, закричала в голос. Она билась в экстазе, забыв обо всем, полностью отдавшись ласкам Шедоу. Когда тело перестало судорожно подергиваться, и вернулась способность мыслить если не ясно, то хотя бы немного осознанно, она почувствовала, что теплая щека Шедоу прижимается к внутренней стороне ее бедра. Девушка опустила глаза и увидела, что еж смотрит на нее с нежной и немного довольной улыбкой. — Как ты? — спросил он, отпуская ее бедра и вставая. — Я... ну...я, — она долго пыталась подобрать слова. Отвлекало еще и то, что Шедоу выбрал именно этот момент, чтобы снять оставшуюся на нем одежду. — Я в порядке... наверное... вроде бы, — проговорила она, запинаясь. Увидев его полностью обнаженным, Эми снова порадовалась, что комнату освещает лишь луна, и еж вряд ли может видеть, насколько она покраснела. Она поспешно отвела глаза, чтобы не начать совсем уж откровенно таращиться, чем вызвала у него легкий смешок. Он протянул руку и распустил ремень, освобождая ее руки. — Теперь ты будешь знать, чего ждать и, думаю, не станешь защищаться. По крайней мере, неосознанно, — ответил он на невысказанный вопрос. Он лег рядом с Эми и начал мягко ее поглаживать, едва касаясь кончиками пальцев. Легкие прикосновения пробегали по всему телу, нигде не задерживаясь. Эми казалось, что ее ласкает весенний ветер, и возбуждение снова стало подниматься в ней. Она протянула руку и, повинуясь порыву, начала гладить грудь и живот Шедоу. От этой ласки по его телу прошла дрожь, он глубоко и немного нервно вдохнул. Его пальцы задержались на груди, немного подразнив чувствительные бугорки, а потом рука, мягко пропутешествовав по животу, снова оказалась между ее бедер, настойчиво поглаживая влажные складки. Эми застонала, но ее стон прервал поцелуй — жадный, горячий, проникающий. Она обхватила Шедоу за шею, притягивая его к себе и чуть выгибаясь от его ласк. Его пальцы нащупали влажное лоно, и она вновь ощутила их внутри — неглубоко и безболезненно, но настойчиво ласкающие и распаляющие желание. Шедоу чувствовал ее возбуждение. Он рывком переместился по кровати, его бедра оказались между ее ног, и девушка чуть заметно вздрогнула, ощутив, что в том месте, которое только что ласкала рука, к ней прижался его горячий член. Это было немного пугающе, потому что должно было стать чем-то новым, неизведанным и необратимым. Ощутив ее трепет, еж чуть выше приподнялся на локтях, нависая над ней и внимательно посмотрел на нее. В его глазах бушевало неистовое пламя желания, но голос его оставался спокойным и нежным. — Эми. Я бы умер раньше, чем причинил тебе боль, но сейчас буду вынужден. Потому что хочу тебя больше всего на свете. Эта забота, это ласковое переживание так тронули ежиху, что она притянула его к себе, поцеловала и ответила. — Я понимаю. Просто сделай это. Она ощутила, как он медленно, но настойчиво входит в нее, и в следующий момент ее затопила боль. Она привыкла к боевым ранам, но это было что-то иное, что-то внутри, пронзительное и не столько сильное, сколько непривычное. Эми вскрикнула, сжавшись и закрыв глаза. Когда через несколько мгновений боль отпустила, она поняла, что не ощущает Шедоу внутри себя. Она подняла веки и увидела, что еж замер и всматривается в ее лицо. — Почему ты остановился? — спросила она. Ее руки погладили его спину, убеждая, что всё в порядке. — Я просто не собираюсь тебя мучить больше, чем нужно, — он смотрел на нее с такой заботой, что девушке даже не верилось, что кто-то может так к ней относиться. — Не хочу, чтобы свой первый раз ты запомнила неприятным. Прошло? Эми прислушалась к себе и поняла, что боль утихла. — Да, — кивнула она, — кажется, всё в порядке. Услышав это, Шедоу наклонился и припал к ее губам. В этот же момент он снова вошел в нее. Эми ждала, что боль вернется, но этого не случилось. Ощущения были странными, непривычными, но не болезненными. Шедоу двигался плавно и не спеша, давая ей время привыкнуть, и постепенно проникая все глубже. С каждым его движением по телу разливалось тепло. Он продолжал целовать ее губы, шею, чувствительные уши, а она гладила его спину, отдаваясь ощущениям. В какой-то момент ее бедра стали двигаться навстречу его толчкам, потому что она наконец разрешила себе отдаться происходящему без остатка. Почувствовав ее отзывчивость, Шедоу глухо застонал и ускорил темп. Его руки обхватили ее плечи, глаза засверкали огнем глубокого вожделения. Волны возбуждения накатывали на Эми, заставляя забывать обо всём на свете. Только она, только он и то, что сейчас происходило, имело значение. Она обхватила его за шею, крепче прижимая к себе. — Эми, Эми, Эми, — шептал он ей на ухо, — как же долго я тебя ждал. Протяжный стон сорвался с губ девушки, когда она ощутила, что снова приближается к пику удовольствия. Заметил это и ее партнер. Он начал проникать еще глубже, его тело напряглось, дыхание участилось. Эми почувствовала, как ее захватывает волна экстаза, сметая все на своем пути. Она застонала громче, содрогаясь всем телом, и на это глухим рычанием отозвался Шедоу, тоже близкий к разрядке. Еще несколько толчков — глубже и сильнее, чем все предыдущие, и обоих поглотила яркая вспышка абсолютного счастья. Когда удовольствие отступило, оставив после себя легкость и покой, Эми поняла, что глупо улыбается. Шедоу лег рядом с ней и теперь аккуратно гладил ее живот и бедра, словно проверяя на реальность ее присутствие здесь. — Как тебе твой первый раз? — лениво спросил он, явно наслаждаясь моментом. — Нууууу... — девушка в который раз ощутила, как ее щеки горят, хотя казалось бы, стесняться было совсем уже нечего. — Значительно лучше, чем я боялась. Слишком хорошо, если честно, даже не верится. И уж точно дольше, чем три минуты, через которые ты НЕ собирался отвернуться к стенке и захрапеть. Еж удивленно взглянул на нее. — Ты правда думаешь, что мы закончили? — казалось, он пребывает в искреннем недоумении. Он взял ее запястье, положил на свой пах, и она с ужасом и восторгом ощутила, как его член снова начинает твердеть прямо под ее рукой. — Во-первых, я могу обходиться без сна неделями. А во-вторых, дорогая моя Эми Роуз, эта ночь только начинается, и я собираюсь получить от нее всё.

***

Через два часа вконец вымотанная Эми забылась счастливым и спокойным сном у него на плече. Шедоу лежал, обнимая ее, и тихо гладил по голове. Эти минуты покоя и абсолютного счастья хотелось продлить навсегда. Он так долго мечтал об этом, что прямо сейчас разум отказывался верить в реальность происходящего, но любого, кто посмел бы попытаться развеять это наваждение, король убил бы на месте. Никому и никогда он не отдаст то, что досталось ему с таким трудом. Он слушал дыхание спящей Эми, чувствовал ритм ее сердца, синхронизированный с его собственным, и просто наслаждался жизнью. Убаюканный нежным теплом девушки, он и сам не заметил, как задремал.