Допустимые потери

День был теплый, но не жаркий. Редкие облака то и дело закрывали солнце. Птицы пели в ветвях деревьев, и мир дышал покоем. Эми наслаждалась неспешной поездкой и редким перерывом между “Там” и “Тут”. Не сказать, чтобы она была завалена делами, но впечатлений за прошедшую неделю оказалось более чем достаточно. Вместе с Ирией, а иногда и одна, она исследовала замок и общалась с его обитателями. Подсознательно она ожидала увидеть или запуганных мобианцев, или суровых, преданных королю слуг, но большинство тех, кто обитал здесь, были вполне жизнерадостны и довольны. По крайней мере, у Эми ни разу не было повода усомниться в их искренности. Дел было много — штат оказался настолько мал, насколько это было возможно. Шедоу не любил ни лишнее присутствие, ни лишние траты. Но, по словам работников, и платили хорошо. Большая часть помещений замка была закрыта и законсервирована — первое, что сделал новый король, взойдя на трон — пояснил придворным, которые не могли дождаться окончания войны, чтобы зажить прежней жизнью, что еженедельных балов, постоянных пирушек и просто возможности пожить в замке на халяву не будет. — Он им так и сказал “Идите работать”! Представляете, мисс Роуз? — говорил Хамир, замешивая тесто на яблочный пирог. — Разогнал всех нахлебников, оставил только тех, кто был необходим. И вроде бы и быть скандалу, а все проглотили и не поморщились. Боятся. “Интересно, — думала Эми. — А я еще гость или уже нахлебник? Или статус пленницы — это что-то особенное?” Вот только пленницей она себя не то чтобы ощущала. Разум понимал, что если она покинет замок — случится беда, и беда большая. Но, как и говорила Ирия, никто за ней не следил, не запрещал ей куда-либо ходить. Один раз она, почти оскорбленная таким безразличием, даже ушла в лес через главные ворота на два часа гулять. Ее не просто не остановили, так еще и даже не искали, как выяснилось по возвращении. Девушка уже было подумала, что никто не заметил, но Шедоу вечером спросил, как она прогулялась. Как и обещал, он приходил каждую из проведенных в замке ночей, и воспоминания об этом заставляли девушку заливаться краской и нервно вздыхать в упорных попытках убедить себя, что это — лишь условия сделки. Но еще, несмотря на занятость, он всегда находил два-три часа в день, чтобы просто побыть с ней. Они обедали вместе, гуляли по саду, любовались закатом с высоких башен. Шедоу даже провел ей обещанную экскурсию по замку и несколько раз рассмешил ее едкими комментариями по поводу вычурной лепнины и позолоченных кранов в умывальниках. С упоительным упорством искала она в короле чудовище и не находила. И это и раздражало, и радовало одновременно. Но больше всего это вызывало растерянность и непонимание, будто какие-то внутренние установки давали трещину, не находя подтверждения. Однако девушка продолжала твердить себе, что Шедоу не такой, каким хочет ей казаться, и это помогало не терять связи с реальностью. Они почти не разговаривали о политике и делах королевства. Шедоу уходил от этих тем и один раз раздраженно сказал, что утомился от работы, и просто хочет отдыхать рядом с ней. Эми стало даже жаль его. Недостатка в новостях у нее не было — Ирия каждый день приносила ей свежие газеты, да и сама оцелот была как ходячая сплетня, очень любящая поболтать обо всём. Так что ежиха решила пока не надоедать черному расспросами. Хотя не сказать, чтобы дела государства обходили ее стороной. Как и обещал, Шедоу велел ей присутствовать на открытии новой больницы. Более того, заставил именно ее произносить речь. — Любимая героиня Мобиуса помогает сделать Нотхол лучше, это же так логично, не правда ли? Только давай обойдемся без лишних импровизаций, — сказал он, передавая ей листки с текстом. В голосе его не было угрозы, но Эми прекрасно понимала, что лучше не испытывать терпение короля. И хотя без импровизаций всё же не обошлось — непривычная к официальным выступлениям девушка забыла половину речи и многое говорила просто от себя, но, кажется, он остался доволен. А вот встреча в Римарио далась сложнее. Шедоу с самого начала относился к этой поездке не лучшим образом и тяжело вздыхал каждый раз, когда о ней заходила речь. Маленькое горное королевство держалось нейтралитета, и в войне не оказывало поддержку ни одной стороне. По крайней мере, официально. Но стране, основным ресурсом которой были залежи металла, зато плодородной земли почти не было, для выживания нужно было торговать. И она торговала, зарабатывая на обеих сторонах конфликта. Шедоу воспринял такую игру на две стороны, прикрытую позицией невмешательства, без энтузиазма и долгое время не хотел иметь с горными медведями ничего общего, хотя открытой неприязни не проявлял. Однако со временем стало очевидно, что железо королевству необходимо, и договориться с Римарио было самым простым и разумным способом его получить. В итоге он направил монарху Баркану предложение о переговорах, и тот принял его с поспешностью, говорящей о том, что он нуждался в Акорне не меньше — крупнейшее королевство Мобиуса было главным покупателем полезных ископаемых и поставщиком продуктов питания. Шедоу согласился на то, чтобы использовать солнечные колесницы для передвижения — просьба Баркана об этом напоминала одновременно и ультиматум, и мольбу. Его знать просто не поняла бы, явись король в зеленой вспышке прямо посреди тронного зала. А еще Медведь очень деликатно поинтересовался, не может ли Эми Роуз оказать им честь и посетить их в рамках дипломатической миссии. Сильная и при этом женственная ежиха почиталась в горной стране чем-то вроде звезды, и монарху очень хотелось видеть ее при дворе. Черный, прикинув, что это может стать козырем, с большой неохотой велел Эми собираться. И правильно сделал, потому что в переговорах девушка оказалась очень полезной. Если в способе передвижения король Акорна был готов пойти на уступки, то в условиях торговли явно нет. Несколько раз, когда переговоры грозили зайти в тупик, Эми аккуратно вставляла пару нужных слов, заставляя монарха-медведя чуть уступать, а Шедоу — быть чуть более снисходительным. В итоге договор был заключен и, после необходимых церемоний, посольство отправилось обратно в Нотхол. В Римарио они провели всего день, еще день ушел на дорогу туда, и столько же должен был занять обратный путь. Примерно половина его была уже позади и они давно ехали по территории родного королевства. Эми оглядела их небольшой караван. Всего три колесницы. В средней ехала она с королем и водителем — ехидной. Брать с собой в поездку медведей, которые пригнали колесницы из Римарио, еж отказался наотрез, и те наслаждались жизнью в Нотхоле в ожидании времени, когда нужно будет доставить устройства назад. В двух других повозках располагались бойцы Дарк Армз. Всего их, считая всех трех водителей, было десять. Если кто и оказался именно такими, какими она ожидала их увидеть — так это личная гвардия короля. Суровые, молчаливые, всегда натянуты, как звенящие струны, готовые в любой момент вступить в бой. Казалось, Шедоу выковал их по своему образу и подобию, и они гордились этим. В их действиях и движениях читалась абсолютная преданность королю и готовность последовать любому его приказу. И, если молодое поколение, пришедшее в организацию в самом конце войны и даже после нее, было достаточно разговорчивым, то боевые ветераны казались высеченными из мрамора. Именно такие каменные статуи, таящие в себе смертоносность, и сопровождали их в поездке — больше для престижа в глазах жителей Римарио, чем для безопасности, потому что кто мог противостоять королю? — Еще час в этой инвалидной коляске, и я сойду с ума, — пробурчал сидящий рядом объект ее мыслей. — Уже начинаю сомневаться, что контракт на поставку железа стоил таких унижений. — Я думала, у Его Величества выдержки больше, — с легким смешком сказала ежиха. — Почему бы тебе не воспользоваться моментом передышки и просто насладиться неторопливостью времени? Посмотри, как красиво вокруг. Однако ежа, похоже, красота окружающего мира не пронимала. — Я не люблю надолго покидать замок, мало ли кто решит устроить переворот,— сказал он с явной иронией, отчего Эми невольно надулась.— Кроме того, меня ждет очень много дел, не терпящих отлагательства. — А еще Совершенную Форму Жизни бесит, насколько медленное в этом мире всё, что не является им самим, да? — Не без того, — согласился Шедоу и перевел взгляд на кусты у дороги. Внезапно что-то показалось ему странным. Скрип ли деревьев, голос взлетевшей птицы или блик солнца там, где его не должно быть. Обостренные чувства дали о себе знать, вопя об опасности, и он вскочил, прикрывая собой Эми от неведомой угрозы. И лишь спустя мгновение увидел белую фигуру, выходящую на дорогу.

***

Сильвер всегда считал, что излишняя осторожность ведет к бОльшим последствиям, чем поспешность. Конечно, легко рассуждать о таких вещах ежу, силы которого едва не дотягивают до божественных, по крайней мере, так ему не раз говорили. И всё же он предпочитал жалеть о сделанном, чем о несделанном. Однако по поводу происходящего даже у него были сомнения. Особенно когда Руж заявила, что за разговором, конечно, понаблюдает, но в открытое противостояние не будет ввязываться ни в коем случае. — Пойми, красавчик, — томно говорила она возмущенному Сильверу. — Вы уже засветились в связях с Борцами, вам терять нечего. А вот я пока пользуюсь каким-никаким доверием короля. И мне бы не хотелось это доверие потерять. Особенно если учесть, что без способностей жизнь и свободу свою я продам не слишком дорого. “Ладно, — решил для себя герой будущего, делая шаг из тени деревьев на тропинку. — Я здесь, чтобы поговорить. Проблемы будем решать по мере их поступления.” Сильвер обладал быстрой реакцией, свойственной всем обладателям способностей, и всё же движение Шедоу, который закрыл собой спутницу, уловил не в процессе, а только осознав, как изменилось положение черного в пространстве. А вот действия ехидн, которые, считывая опасения своего короля, черно-красными тенями рванули в атаку, уловить уже смог, хотя для тех, кто способностями не обладал, Дарк Армз были невероятно быстры. Он без труда поймал всех пятерых нападавших в воздухе, а спустя мгновение к ним присоединились остальные пятеро. Если бы у него не было изумруда, ему пришлось бы гораздо сложнее, но сила, бушевавшая сейчас в его теле, была такой, что еж едва удержался, чтобы не начать жонглировать потешно висящими в воздухе суровыми бойцами. — Шедоу, вели своей страже постоять в сторонке, — вежливо сказал он и приветственно кивнул Эми, с которой, на первый взгляд, всё было в порядке. — Вижу, они — ребята серьезные, но могут и пораниться ненароком. — Сильвер, — Алые глаза короля недобро сузились. — Мне казалось, я ясно дал понять, что тебе и твоим друзьям не стоит лезть ко мне. Убирайся с дороги. Белый привычно взлетел в воздух, не отпуская мрачно смотрящих на него ехидн. — Признаю, выдержка у них — что надо. Кто послабее духом — орал бы и бессмысленно бултыхался. И всё же, я пришел поговорить с тобой и только. Вели им не вмешиваться, и я их отпущу. Шедоу скрипнул зубами. — Дарк Армз, всем оставаться на местах и не вмешиваться в нашу... беседу. Этот еж действительно опасен, — процедил Шедоу сквозь зубы. Послышался тихий гул, и аэроботинки подняли его в воздух. Еще пара секунд, и он оказался перед первой машиной, в двух метрах над землей и в трех — от белого ежа, глядя ему в глаза. Сильвер аккуратно опустил ехидн. Те явно пылали гневом, но ослушаться приказа короля не осмеливались и оставались стоять, изо всех сил буравя взглядами белого. Если бы кто-то задумался, то заметил бы, что поставил он их на довольно странные места, но, кажется, никто не придал этому значения. — Итак, здравствуй, Сильвер. Давно не виделись, — почти презрительно сказал король. — Вижу, к нашей встрече ты подготовился — не припомню, чтобы ты мог так легко держать в воздухе столько народу. Наверное, жалеешь, что на меня твой телекинез больше не действует. Что ж, ты заинтересовал меня. Выкладывай, зачем пришел, только быстрее. У меня очень мало времени и очень плохое настроение, а ты явно собираешься сделать его еще хуже. — Здравствуй, Шедоу, — еж искренне улыбнулся. Руж была права. Осознав, что у него, видимо, есть изумруд, черный не рискнул сразу влезть в драку. Появился шанс. — А ты не меняешься, всё такой же приветливый. Я вот пришел узнать, какие слухи о тебе правда, а какие — просто страшные сказки детей. А то, знаешь ли, я несколько растерян тем, как можно было за несколько лет превратиться в настоящего демона. — И поэтому ты решил сразу присоединиться к восстанию, чтобы уже потом, в приватной обстановке задавать мне вопросы, да? — Шедоу недобро оскалился. — Слухи не правдивы ни на грош. Я гораздо хуже, чем в них описывают. — Стараешься произвести на меня впечатление? Не стОит, я женат, а ты не в моем вкусе, — белый рассмеялся. — Признаю, войти в банду мятежников, не выслушав для начала обе стороны было не очень справедливо, но ребята были убедительны, и я все еще не увидел ничего, что бы противоречило их словам,— затем тон его стал серьезным. — Шедоу, ты всегда был угрюмым и нелюдимым, но сражался за правое дело, по крайне мере, с тех пор как я тебя знаю. Ты был надежным товарищем, опорой для тех, кто не может защитить себя, и считал своим долгом помогать и людям, и мобианцам. Что же изменилось? — Ты приходишь через столько лет отсутствия и с порога начинаешь взывать к моей совести? Ты тоже все тот же наглый мальчишка, — фыркнул черный. — Но я отвечу тебе. Я устал смотреть на массовые самоубийства, прикрывающиеся гуманизмом. Твои друзья рассказали тебе о Ванилле, Чарми и остальных? — Рассказали, что они погибли, — голос белого стал печальным. — Мне жаль, что я не смог с ними попрощаться. — А они рассказали о том, что те погибли, потому что Борцы за свободу двумя месяцами ранее отпустили целый отряд молодых бойцов Царства Дракона, поскольку те “раскаялись и осознали, что так поступать нельзя”? — последние слова король сказал с таким сарказмом, что у Сильвера появился на языке горький привкус. — Тюрьмы и так были переполнены, следить за ними было некому, заставлять врагов работать в кандалах на шахтах тогда считалось негуманным. А они так убедительно обещали, что больше никогда не будут. И вот им пригрозили напоследок и выкинули подальше через границу. Только раскаяния хватило на 2 месяца. А потом эта банда устроила мародерское нападение на небольшую деревню. По несчастливому стечению обстоятельств, там жили Ванилла и Крим, а Хаотиксы у них гостили. Вектора и Эспио тогда взяли в плен, уже потом они наврут, что им удалось сбежать. А из остальных выжить удалось только Крим. Причем одной из всей деревни — Ванилла просто успела спрятать ее в маленьком погребе, который никто не заметил. Три десятка погибших, мать, умершая практически на глазах своего ребенка. Так скажи мне, ищущий правду, стоили ли милосердие и чистые руки Борцов за свободу такой жертвы? Сильвер не знал, что ему ответить. Он не был в курсе этой истории целиком, и из уст Шедоу она звучала очень тревожно и печально. И, хотя он понимал, почему борцы отпустили пойманных, но и не мог хотя бы немного не согласиться с черным — цена оказалась очень высокой. — Но, Шедоу, война давно закончилась, — наконец собрался он с мыслями, чтобы продолжить разговор. — И вокруг тебя не враги, а друзья и соратники. Почему же ты с ними так обращаешься? Почему так жесток к тем, за кого боролся? — Жестокость? Когда-то для тебя не было проблемой убить незнакомца, чтобы спасти мир, за который ты боролся. Я просто делаю то же самое. Если оставить это королевство тем, кто отпускает очевидно опасных врагов гулять без присмотра, то через месяц от него не останется ничего — всё разнесут по кирпичу и враги, и собственные жители. Восстановление после войны занимает годы. Скажи, бурундучиха готова к тому, что ей придется вести политику строгой экономии и ограничивать своих подданных? — увидев сомнение в глазах оппонента, он продолжил. — Вот и я думаю, что не готова. А значит, в кратчайшие сроки она своим милосердием и добротой разрушит все, за что умирали акорнцы. — Но ты-то точно не из тех, кто отпускает опасных врагов гулять без присмотра, — не упустил шанса подколоть Сильвер, памятуя, что король всего неделю назад освободил всех Борцов за свободу. Шедоу ответил на это такой самодовольной улыбкой, что по спине ежа пробежали мурашки. — Ты прав, когда-то я считал, что убийство одного — достойная жертва за жизнь многих. Именно ты показал мне, что сначала нужно разобраться в происходящем, а потом уже рубить головы. И я благодарен тебе за это. Почему же ты сам не следуешь своим словам? Ты мог бы попросить у друзей совета, они бы помогли тебе прийти к равновесию между тиранией и чрезмерной мягкостью. Прислушиваться к чужому мнению — это не слабость, а проявление благоразумия. — Набрать себе советников, прислушиваться к ним — это прекрасная идея. Но ты женат на принцессе, Сильвер. Ты должен понимать, что такое королевская власть. Если бы я официально допустил себе в советники Тейлза или Наклза, они, будучи героями Мобиуса, получили бы слишком много влияния. Своими словами и действиями они могли бы, сами того не понимая, изнутри подточить королевство. И даже я заметил бы это слишком поздно. — В этом весь ты, Шедоу, — скептично сказал белый. — “Никому не доверяю, до конца все буду делать сам”. Можно и позабыть, что в бою ты отлично работаешь в команде. — Ты сам сказал, война окончилась. И теперь я сражаюсь не против, а за. Почему-то эта его уверенность в собственной правоте ужасно разозлила героя будущего. Он начинал понимать, что друзья были правы, и воззвать к голосу разума короля не получится — он был абсолютно уверен в своей правоте и хуже того, умел привести достойные аргументы в ее поддержку, но это не давало ему право творить что вздумается. — Бороться за что? — нервно спросил он. — За то, чтобы казнить за малейшую провинность? За то, чтобы держать в заложницах подруг? За то, чтобы приговаривать ни в чем не повинные семьи бунтовщиков к ссылке? Всего несколько дней назад я наблюдал одно такое представление прямо в Нотхоле. Ты за это борешься, за страх и ненависть к себе?

***

“Что значит, несколько дней назад наблюдал представление?” — хотела было спросить Эми. Она сидела в повозке и, хотя появлению Сильвера она обрадовалась и помахала рукой ему, но не вмешивалась в разговор между ежами. Может быть, потому, что это казалось неуместным, может потому, что сказать ей было особенно нечего, но больше всего потому, что, несмотря на то, что до них было рукой подать, они выглядели невероятно далекими. Даже среди обладателей способностей были сильные и слабые. И были трое, перед кем все остальные казались лишь игрушками. Один из них два с половиной года назад пропал во вспышке, двое других сейчас парили над дорогой и вели неспешную беседу. И, хотя находились они на высоте пары метров, казалось, они невообразимо высоко — настолько сейчас никто не мог сравниться с ними по силе и говорить на равных. И оттого лезть к ним казалось совершенно бесполезным. Острой болью отозвалась в ежихе история смерти Ваниллы. Именно после того случая она взяла опеку над Крим и, хотя та никогда никого не винила в смерти матери, но как избавиться от чувства вины внутри себя? Девушка уплыла в печальные воспоминания, но слова о том, что что-то произошло в городе, почти заставили ее переступить через себя и вмешаться в беседу. Однако именно в этот момент позади нее раздался тихий шепот. — Эми, не оборачивайся, это Блейз. Как ты?

***

Так вот, если бы кто-то задумался, то заметил бы, что Сильвер поставил воинов Дарк Армз на довольно странные места. Странность эта заключалась в том, что все они оказались чуть впереди машины с Эми, которая осталась в одиночестве. И, если еще саму ежиху они могли увидеть, если бы повернули головы, то вот что происходило позади колесниц не видели совершенно. Потому и не заметили, как ловкая кошка перебралась из придорожных кустов и затаилась за задней стенкой открытой повозки. Она ужасно не хотела брать на себя эту роль, говоря, что ей по душе сжигать, а не красться, но, поскольку Руж отказалась от участия, выбор был невелик. — Блейз, что вы тут делаете? — так же тихо шепотом спросила пораженная Роуз, которой большого труда стоило сделать вид, что она продолжает следить за разговором впереди — на случай, если кто-то из ехидн обернется. — А на что это похоже? — удивилась кошка. — Сильвер пытается убедить Шедоу встать на сторону добра. Я — хочу узнать, в порядке ли ты, и понять, как тебе помочь сбежать. Эми нервно вздохнула. В этом были все ее друзья. Верить в то, что падшего демона можно спасти и переживать о товарищах настолько, чтобы рисковать жизнями в попытке узнать, всё ли у них хорошо. И она любила их за это. Но прямо сейчас это было совсем не к месту — слишком опасно. — Я чувствую себя отлично, честно, — как можно убедительнее сказала она. — А теперь, пожалуйста, уходите, вам не стоит… Блейз не дала ей закончить. На глаза огненной принцессы внезапно попались открытые участки шеи девушки, не покрытые иглами или шерстью. Из-за сбившегося шарфа она явственно увидела синие отметины. — Откуда эти синяки, он что, бьет тебя? — с ужасом спросила она. — Пытает? Эми, ты не должна скрывать, если это происходит. Он обещал тебе не трогать и, если нарушил обещание… Ежиха сначала растерялась, а потом до нее дошло, что речь идет о следах чересчур страстных поцелуев. Она начала заливаться краской и быстро прошептала: — Нет-нет, никто меня не бьет, это не от ударов, — она выпалила это, чтобы успокоить подругу. Поначалу ей показалось, что идея сработала. Блейз замолчала, словно задумалась. Розовая продолжила, — послушай, ты должна уйти, пока он тебя не заметил, вы делаете только хуже! — Вы с ним… Погоди, он тебя… — голос Блейз начал приобретать очень злые нотки, и ежиха отчетливо услышала треск огня. — Да нет же! — ежиха поняла, что идти на попятный и пытаться соврать уже поздно, и решила говорить правду, главное — быстро, потому что кошка была скора на действия, особенно в моменты злости. — Он ничего не делает со мной насильно. Это просто условия сделки! — Ты понимаешь, что вообще не делаешь лучше? — голос за повозкой стал напоминать скрип металла — принцесса находилась в одном шаге от того, чтобы броситься в атаку. — Какой такой сделки? Ты хочешь сказать, что такой ценой купила ребятам свободу? Вот погоди, они узнают… — Нет! — Эми едва не забыла, что должна шептать и не дергаться. — Нет, Блейз, поклянись мне, что никому не расскажешь! Если кто-то узнает, я просто сгорю от стыда. А еще все неправильно поймут! Поклянись, что будешь молчать. — Хорошо, — голос кошки прозвучал твердо. — Я клянусь солнечными изумрудами, что никому не скажу. Потому что ты скажешь сама всё, что посчитаешь нужным. Мы немедленно уходим! Эми ощутила на своем запястье сильную хватку — принцесса решила во что бы то ни стало увести подругу. Сейчас была важна только ее безопасность, с последствиями они разберутся потом. К ее удивлению, ежиха начала сопротивляться. “Не надо, ты не понимаешь, я должна вернуться в замок! Уходи, пока тебя не заметили!” — шептала она и прилагала все свои недюжинные силы, чтобы остаться в повозке. Блейз уже начала думать, не стоит ли ее оглушить. Она встала в полный рост, но в этот момент…

***

— Страх и ненависть, — надменно отвечал Шедоу, — удобные инструменты, Сильвер. Они позволяют держать всё под контролем. А если ты никому не доверяешь, то и предавать тебя некому — очень удобно. Именно поэтому я решил забрать ту семью — чтобы все знали, что милость короля закончилась, и больше выйти сухими из воды не получится. Надеюсь, эта демонстрация удержит остальных от глупостей, и мы избежим новых жертв. Что же до заложниц, то Салли — вынужденная мера, ты должен понимать, на каких условиях действует королевская власть. А Эми Роуз — всего лишь гарантия того, что твои друзья не будут делать глупостей. И, как я посмотрю, не очень надежная. Ты-то здесь. Может быть, стоит предъявить ей счет за ваши грехи? — Нет, ты не посмеешь! — воскликнул не на шутку испуганный Сильвер. Он видел, что в повозке, где сидела ежиха, происходило что-то странное, и думал о том, как подольше отвлекать Шедоу и ехидн. — Послушай, если тебе так нужен заложник — возьми меня вместо нее. Обещаю, буду вести себя как паинька! Уверен, я смогу ее заменить! Брови Шедоу полезли вверх. Впервые за очень долгий срок он, казалось, был по-настоящему удивлен. А потом с совершенно искренним весельем коротко рассмеялся. — О, нет, — сказал он ничего не понимающему ежу. — Сомневаюсь, что ты сможешь ее заменить. Слышите, мисс Роуз, тут есть претенденты на ваше место? — он обернулся назад ровно в тот момент, когда Блейз встала, чтобы попытаться стащить Эми с повозки. Его лицо мгновенно стало злым, в руке сформировался зеленый заряд и полетел в сторону кошки. Сильвер едва успел отразить его псионическим щитом. — Взять ее, но осторожно, она — сильный пирокинетик! — зарычал Шедоу. Часть получивших разрешение Дарк Армз немедленно бросилась в лобовую атаку, часть быстро зашла с флангов, отрезая возможности для бегства. Блейз приняла боевую стойку, в ее руках пылал огонь. — Надо было догадаться, что вы не ходите поодиночке, — с презрением произнес черный, повернувшись к Сильверу и формируя в руке еще одно хаос-копьё. — Вы явились в мое королевство, — зеленый сгусток рванул в грудь белому и тот едва успел увернуться, заметив, что между пальцами в перчатке уже появился новый заряд. — Попытались свергнуть меня с трона, — бросок, уворот. — Притащились ко мне без приглашения, — бросок, уворот. — Решили, что имеете право судить меня и мои поступки, — бросок, уворот. — А теперь еще и пытаетесь украсть у меня ее! На этих словах сразу несколько зарядов с невероятной скоростью полетели в Сильвера. Тому приходилось непросто. Пока Шедоу обстреливал его хаос-копьями, он параллельно выводил из строя бойцов Дарк Армз, которые угрожали Блейз. Он успел как следует приложить головой об деревья пятерых, прежде чем черный взялся за него всерьез. Оставалось лишь надеяться, что с остальными его супруга справится сама. Внезапно Шедоу возник прямо перед ним и ударил в челюсть. Белый отлетел в ближайшее дерево, неплохо приложившись спиной о ствол. И тут же это дерево, охваченное голубым свечением и вырванное с корнем, полетело в оппонента. — Наконец-то кто-то меня развлечет, — с веселой злобой прорычал тот. Уйдя от столкновения и бросив хаос-копьё, он переместился Сильверу за спину, чтобы ударить его ногой в корпус. Готовый к чему-то подобному, белый ушел вниз, увернувшись одновременно и от копья, и от удара, и бросил в Шедоу придорожный булыжник. Не ожидавший такой прыти король не успел среагировать достаточно быстро и поймал камень плечом. Впрочем, казалось, это его даже не отвлекло. Глаза его пылали гневом и мрачным кровожадным весельем, уши были прижаты, кулаки сжимались. — Ты многому научился, мальчишка, — почти уважительно сказал он. — Жаль, это тебе не поможет. — У меня был хороший учитель. Пока не поехал крышей, — мрачно огрызнулся Сильвер и приготовился к новой атаке.

***

Блейз понимала, что ей придется нелегко. Даже с учетом того, что с половиной ехидн расправился муж, другая половина казалась очень опасной. Хуже того, у них был огнестрел. Блейз впервые пожалела, что не взяла с собой хотя бы один солнечный изумруд — здесь бы он точно пригодился. Между тем ехидны окружили повозку и медленно сжимали кольцо, наставив на нее дула пистолетов. — Мадам, — уважительно сказал один из них, видимо, старший. — Давайте вы просто сдадитесь, и мы обещаем, что не причиним вам вреда. — А колыбельную тебе не спеть? — огрызнулась кошка и бросила в него сгусток пламени. То увернулся, однако огонь чуть подпалил ему иглы. — Ладно, вы сами спровоцировали, — сказал он, явно прицеливаясь. — Подождите, не трогайте ее! — внезапно раздался крик Эми. Через мгновение девушка уже стояла между ним и принцессой. Бойцы Дарк Армз растерялись. У них был четкий приказ ни в коем случае не причинять ей вреда. Даже если бы они стреляли Блейз в спину, не было гарантии, что пуля бы не попала в ежиху. Все прекрасно понимали, что за такое король их по голове не погладит. Разве что против игл. — Блейз! — нервно и зло сказала Эми подруге, воспользовавшись их замешательством. — Убирайся немедленно! Вы всё портите! Вы вообще понимаете, почему борцов отпустили, а вас не тронули, и на каких условиях держалось перемирие, которое вы только что разрушили? — Понимаю, — глаза Блейз сузились, по ее ушам пробежали лепестки пламени, говорящие о том, что девушка всерьез раздражена. — Понимаю, что тебе пришлось за это заплатить непомерную цену, какую не должен платить никто! И именно поэтому я заберу тебя сейчас же! — Что ж всё так непросто, — вздохнул глава отряда ехидн. — Простите, мисс Роуз, но у нас приказ, и эта девушка уже никуда не пойдет. Возможно, у вас получится уговорить ее сдаться без боя? Тогда будет меньше проблем. У всех нас. Хищный оскал Блейз говорил о том, что шансы на такой исход нулевые. — Почему ты не хочешь просто уйти? Я ведь сказала, что со мной всё в порядке! — почти умоляюще спросила Эми у кошки. Она не собиралась позволить ей попасть в тюрьму — понимала, что на этот раз пощады мятежница не получит. — Эти ехидны специально обучены драться с такими как мы, ты не справишься со всеми. — Я всё сказала Эми. Я уйду только с тобой. Или уходим сейчас, или отойди и дождись, пока я сделаю шашлык из Дарк Армз. — Отрезала Блейз. — Она права, мисс Роуз, — вежливо сказал глава. — В том смысле, что вам бы нужно отойти и дать нам сделать свое дело. Мы не хотим причинять вам вреда. Вообще, никому не хотим, но приказ у нас есть, и мы его выполним. Ежиха глубоко вдохнула. Пара мгновений ей всё же потребовалось, чтобы принять решение. Ей очень хотелось самой избить Блейз, а заодно и Сильвера за упрямство, за то, что они лезут не в свое дело, и за то, что пытаются решать за нее. Но прямо сейчас речь шла уже не об этом. Перед глазами девушки встала темная комната, в которой она явственно представила три, а скорее всего, четыре светящиеся зеленые капсулы. И допустить этого просто не могла. — Простите, командир Рао, — сказала она, тяжело выдохнув. — Но вы правы, просто не будет. В ее руках появился огромный молот, и она, приняв боевую стойку, спокойно посмотрела на главу отряда. — Жаль, я надеялся на ваше благоразумие, — сказал он и обратился к ехиднам. — Ладно, давайте по старинке. Отставить стрельбу. Вяжите обеих. Под мою ответственность. Но Эми Роуз должна остаться целой и невредимой. Те кивнули и бросились на девушек. Ежиха ощутила, как кошка спиной уперлась в ее лопатки. “Как в старые добрые времена,” — подумала она с грустной усмешкой и метнула молот в первого ехидну. Второго пришлось пытаться достать кулаком, но тот ушел от удара и едва не перехватил её руку. Теперь уворачиваться пришлось уже девушке. Она слышала, как позади нее тумаки и пламенные приветы трем оставшимся ехиднам раздает Блейз. Хотя ситуация была ужасной и еще более ужасной грозила стать после окончания битвы, если Шедоу доберется до них, но прямо сейчас она, несмотря ни на что, испытывала опьянение от уже позабытой радости сражения бок о бок с товарищем. Слаженные движения принцессы и ежихи напоминали сложный танец. Не менее синхронно действовали и их оппоненты, однако у них не было способностей, и против довольно сильной Эми и невероятно сильной Блейз их шансы были примерно равны. В какой-то момент розовой повезло — молот, появившийся над головой одного из ехидн, таки отправил того в долгий сон. Одновременно с этим огненная волна кошки хорошо впечатала в землю двух других, тоже лишив сознания. Оставшиеся двое действовали осторожно, но девушки слишком давно друг друга знали, и в этом было их преимущество. — Феникс? — напряженно спросила Эми, не отводя взгляда от того, кто стоял перед ней. — Давай, — в голосе Блейз скользнула усмешка. Этот прием, основанный на эффекте неожиданности, они разработали много лет назад, и он не раз спасал им жизнь, когда враги брали их в клещи. Внезапно Эми сделала выпад кулаком в сторону шедшего на нее врага, заставив того шарахнуться и отвлечься. Одновременно с этим она материализовала Пико-Пико в руках кошки. Та сделала точно такой же выпад, и ехидна, не ожидавший, что она сможет до него дотянуться, получил молотом по голове и прилег отдохнуть. Эми в этот момент ушла в перекат, и развернувшаяся подруга ударила огненной волной в последнего ехидну. Он отлетел в дерево и тоже лишился чувств. Девушки радостно, но очень коротко обнялись. — А теперь, Блейз, — сказала, отстраняясь, ежиха, и лицо ее стало серьезным, — ты уходишь. Я улажу всё с Шедоу, пока не знаю, как, но улажу. Но оставаться здесь тебе больше нельзя. Бери мужа и катитесь — вы уже натворили дел. — Извини, подруга, — сказала ей Блейз, глядя за спину ежихе, туда, откуда доносились звуки боя. — Во-первых, я сказала, что без тебя не уйду, и мое решение остается неизменным. А во-вторых, не думаю, что ОН даст нам уйти просто так. *** Шедоу заметил, что битва с Блейз пошла не по плану из-за того, что сердобольная Роуз решила помочь подруге, но отвлечься, чтобы исправить это, не мог. Белый еж занимал всё его внимание. Уже несколько здоровенных дубов валялись, вывороченные с корнем, а часть была просто разбита в щепки кулаками обороняющегося короля. Сильвер тяжело дышал, было видно, что даже с изумрудом ему уже приходилось нелегко, слишком много сил он потратил. Однако он был еще не просто на ногах, но в воздухе, и драка, так порадовавшая короля, продолжалась. — Не хочется сдаться? — в отличие от собрата, черный еще был полон сил. — Обещаю вполне комфортабельную камеру с возможностью досрочного освобождения лет через двадцать. — А колыбельную тебе не спеть? — в точности как жена огрызнулся еж и, подняв своей силой повозку, метнул ее в Шедоу. Тот в полете перехватил транспорт и с разворота кинул его в оппонента. Цели своей он достиг лишь частично — снаряд зацепил ногу укрывшегося щитом нападавшего и врезался в деревья, разбившись вдребезги. — Мне все равно не нравились эти гробы со скоростью больной улитки, — задумчиво сказал тиран, проводив его взглядом. — Скажем Римарио, что это — дорожные издержки, — и тут же, засмотревшись на обломки, он пропустил прямой удар в челюсть. Его здорово отбросило, но он сгруппировался в воздухе и, оттолкнувшись от дерева, быстро переместился Сильверу за спину, ответив четким ударом по голове. Белый начал терять концентрацию, и, хотя он всё еще оставался очень опасным противником, Шедоу понимал, что, скорее всего, выиграет эту битву. До момента, пока ему в спину не прилетел огненный заряд. Король развернулся и увидел, что ехидны лежат в отключке, а Эми и Блейз стоят и смотрят на него. И, если Эми заставила молот исчезнуть из рук, словно демонстрируя, что, пока подруге не грозит опасность, она собирается соблюдать условия договора, то у кошки явно были иные намерения. Шедоу сформировал очередное хаос-копье, с удивлением отметив, что это получилось на сотую долю секунды медленнее, чем обычно, а значит, и его собственные силы в отдаленном, но обозримом будущем достигнут предела. Но, едва он бросил заряд в кошку, как на его пути снова встал щит, а снизу на ежа полетело одно из поваленных деревьев. Разбив его, король едва успел увернуться от очередного огненного залпа. Дело принимало серьезный оборот. Справиться с Сильвером, который был на пределе, было несложно, но на них двоих, с учетом того, как слаженно они работают, придется потратить время. Время, за которое они могут увести Эми. Этого еж допустить не мог. Он отбил очередной камень и лишь поморщился оттого, что спину обожгло пламя. Боль сейчас была не важна. Важна была цель, и для этой цели стоило использовать необходимые средства. В его руке появился зеленый изумруд, в глазах засияли алые молнии, по иглам пробежали разряды. Всё заняло меньше секунды, но Эми успела понять, что происходит. Много лет они сражались вместе с черным, и она кое-что знала о его способностях. Телепортация была одной из них, благодаря ей еж мог мгновенно переместиться в любое место. Но более сильная форма Хаос-контроля позволяла ему искажать само время, останавливая его для всех, кроме него самого, пусть и совсем не надолго. За эти несколько коротких мгновений король, не терявший при этом скорости, мог сделать с окружающими всё что угодно. И, судя по его злому взгляду, в случае Сильвера и Блейз это “всё, что угодно” могло быть чем-то по-настоящему ужасным. Он пользовался этой силой только в исключительных случаях, Эми и сама толком не знала, почему. Но, видимо, сейчас исключительный случай настал. — Шедоу, прошу! — закричала она, глядя на него полными страха и мольбы глазами. Он услышал ее, но не среагировал. Рука Совершенной формы жизни сжала изумруд, и время остановилось.