Эффект плацебо
25 апреля 2026 г., 20:45
«Если любишь, то ты все ещё живой»
***
Пара шла по олимпийской деревне. Руки сплетены, плечи плотно прижаты друг к другу. Холодный ночной воздух Милана больше не казался враждебным — он лишь заставлял теснее прижиматься к источнику тепла рядом. Фигуристы обсудили всё на свете. У них оказалось столько общего: от любимых треков до страха подвести тех, кто в них верит. Иногда Илья смешно зависал, подбирая слова на русском, и в итоге говорил на английском, сопровождая это активной жестикуляцией и виноватой улыбкой. Аделия лишь улыбалась. Ей было хорошо, как никогда. Хотя бы сегодня она позволила себе ни о чём не думать, не переживать, а просто быть в моменте. Быть с любимым человеком, чувствовать его тепло и поддержку, ощущая себя не «стабильным номером сборной», а просто счастливой девушкой. Илья проводил Аделию до номера. В последний момент он закинул что-то в карман толстовки Аделии и оставил лёгкий поцелуй на её щеке. Этот мимолетный жест обжег кожу нежнее любого пламени. Оставшись одна, Петросян ещё какое-то время просто глупо улыбалась, прислонившись спиной к закрытой двери, а потом запустила руку в карман. Нащупав небольшой значок, отдававший холодом, она вытащила находку на свет. Переливаясь в лучах лампы, на Аделию смотрела одинокая белая лилия. Металл был холодным, но подарок грел сердце. Девушка, не думая, сразу прицепила значок на свою аккредитацию, где уже были остальные значки с Олимпиады. Среди пестрых эмблем разных стран лилия выглядела по-особенному — как тайный шифр, понятный только им двоим. Сходив в душ и переодевшись в пижаму, Аделия плюхнулась на кровать. На лице всё та же глупая улыбка, а в голове — моменты вечера: вкус поцелуя на высоте, горячая рука Ильи и огни Милана под ногами. Ей правда это было нужно. Быстро набрала сообщение Илье.Спокойной ночи😘₀₀.₁₂
Сладких снов❤️₀₀.₁₂ Ответ пришёл моментально. По телу прошли мурашки, и, завернувшись в одеяло с головой, Аделия быстро уснула. Сны и правда были сладкие. Аделия идеально приземляла четверные, а на неё с трепетом смотрел Илья. Они были одни в пустом зале, но он казался до верха полным. Его наполняла их любовь, вытесняя страх, холод и бесконечные ожидания судей. Утром проснулась ещё до будильника, что уже казалось обычным делом. Но теперь она проснулась с другими эмоциями. Сегодня она была рада предстоящему дню, чувствовала, что готова ко всему. Солнечный свет, падающий на подушку, казался золотой медалью, которую она уже выиграла у самой себя. Достала с дальней полки весы, на которые в первые дни было страшно смотреть. Теперь они были просто вещью, ничего не значащей — лишь прибором из металла и пластика, не имеющим власти над её настроением. Цифры на дисплее порадовали. На тренировку надела лучшую свою одежду, чувствуя, как каждая линия костюма подчеркивает её уверенность. Сегодня всё чувствовалось по-другому. Путь до арены Аделия даже не заметила, как и не заметила, как уже стояла на весах, а потом резко оказалась на катке. Лёд был сегодня тоже в хорошем настроении. Он будто подталкивал, а не тянул вниз, как обычно. Скольжение было мягким, почти невесомым. Прыжки были высокими, с запасом. Удачных попыток тулупа сегодня было намного больше. Даже каскад с четверным получался так легко, словно гравитация на мгновение забыла о её существовании. В глазах Этери не было обычного презрения. Была гордость, которую она пыталась скрыть за строгостью. Даниил же был прямолинеен, он похвалил девушку. Хотелось такого настроя и на прокатах. В полдень была сухая тренировка, а после — обед. Столовая олимпийской деревни в час пик напоминала растревоженный муравейник. Аделия стояла с подносом, оглядывая бесконечные ряды столов, когда услышала знакомый смех. В дальнем углу, у панорамного окна. — Эй, Адель! — Илья, только что взявший свой обед, оказался рядом так вовремя, будто специально поджидал её. — Там Алиса всех собрала. Некоторых чуть ли не за руку притащила. Мы не можем это пропустить. Аделия увидела, как Каори машет ей рукой, и как Изабо уже пододвигает лишний стул, освобождая место. Это не было спланировано — просто в какой-то момент границы между сборными стерлись, и осталось только желание обсудить что-то, кроме прыжков и баллов. Когда они подошли, Илья по-хозяйски сел рядом с Аделией, создавая для неё то самое ощущение защищенности, которое не покидало её с самого утра. За одним столом собралась большая компания. Алиса, Эмбер, Изабо, Миша, Джунхван, Софья, Петя, Каори — все эти люди за столь короткое время стали очень родными. Они сидели, сдвинув подносы, образуя свой собственный шумный мир посреди огромного зала столовой. Петя о чем-то увлеченно спорил с Джунхваном, активно рисуя схемы прямо на салфетке, а Каори со смехом пыталась научить Эмбер правильно держать палочки, подбадривая её на ломаном английском. В этом хаосе голосов, шуток и звона приборов не было места протоколам и баллам. Ну и, конечно же, Илья, который сидел рядом. Его колено иногда случайно касалось её колена под столом, и эти короткие переглядки отдавались теплом в груди. Каждый раз, когда их взгляды встречались, Аделии казалось, что между ними протянута невидимая нить, защищающая её от всего внешнего мира. Разговоры за столом не были никак связаны с фигурным катанием, которое, казалось, было их единственным связующим. Они обсуждали музыку, любимые места в своих городах и глупые мемы, которые Софья находила в телефоне и пускала по кругу. В эти минуты они не были соперниками, делившими пьедестал, они были просто группой спортсменов, которым наконец-то позволили выдохнуть. Но на самом деле жизнь же не останавливается на спорте. Она намного шире, намного ярче. — Beautiful pin, Adele, — подмигнула Алиса, которая сидела напротив. Петросян опустила взгляд на аккредитацию, думая о каком значке говорила американка. — I'm talking about the lily. It's very delicate and reminds me a little of you, — по улыбке Лью было видно, что она говрит искренно. Щёки брюнетки залились еле заметным румянцем. Аделия не привыкла к такой прямолинейности. — Thank you... Чтобы понять друг друга, не требовалось идеального знания языка. Хватало простой искренности, которая иногда казалась роскошью в этом мире жесткой конкуренции. Аделия поймала себя на мысли, что запомнит этот обед ярче, чем многие свои медали — этот вкус общей свободы был слаще любого призового шампанского. Вечерняя тренировка тоже не могла не радовать. На ней был он. Илья смотрел прямо на неё, не следил за чистотой элементов, а просто наслаждался красотой девушки. Его взгляд был её личным допингом, заставляющим выкладываться на двести процентов. Выслушав наставления тренеров, Аделия понеслась в раздевалку. На выходе уже ждал Илья. Фигуристы вместе дошли до корпуса. Расставаться не хотелось. Но обоим завтра рано вставать. С грустью в сердце спортсмены разошлись по своим номерам. Короткая переписка перед сном придавала сил на следующий день. — Всё-таки правду говорили: «Любовь — лучшее лекарство»... — Аделия зевнула и наконец уснула.***
День был довольно необычным. На утренней тренировке Аделия приятно удивила своей собранностью, но не была лишена эмоций, как это обычно было. Похоже, сегодня катание и вправду приносило ей удовольствие. И Этери знала причину. Видела своими глазами. Из окна её номера открывался отличный вид на парк возле корпуса. Надо было закрыть окно на ночь, но тренер остановилась, увидев знакомый силуэт. Думала, показалось, но нет. Пригляделась — и вправду Аделия, в куртке на пару размеров больше. Рядом с ней парень, американский флаг на рукаве не давал засомневаться — Илья Малинин. Они стояли слишком близко для просто «коллег», и то, как Илья коснулся её щеки, говорило громче любых признаний. — Интересно... — Тутберидзе закрыла окно и наконец отошла от него. Её лицо оставалось непроницаемой маской, но в голове уже выстраивались новые комбинации. Вечером Этери убедилась в их отношениях. Аделия буквально полетела в раздевалку. Илья пошёл в ту же сторону почти сразу, даже не стараясь особо скрывать своё нетерпение. — Аделия сегодня хорошо поработала, — Даниил был доволен, закрывая блокнот с замечаниями. — Надолго ли... Мне не очень нравятся их взаимоотношения с Малининым. Слишком много отвлекающих факторов перед самым важным стартом, — голос Этери прозвучал как ледяной упрек. — Что будешь делать с этим? — Посмотрим. Пока что это приносит нам выгоду, — Тутберидзе бросила короткий взгляд вслед уходящей Аделии. — Не будем трогать, пока работает... Но как только даст сбой — я это прекращу.
