I run this shit

Герми сидела и сидела. В наушниках слишком громко играл тяжелый рок. Это помогало ей создавать иллюзию, что собственные мысли не пытаются задушить ее. Пальцы зависли над клавиатурой, пока она размышляла, что на самом деле ощущает от происходящего.

«И теперь ты паникуешь?»

Конечно. Я настолько привыкла к своему новому и довольно исключительному одиночеству, что это было странно. Странно пугающе. Да, я помню, что ты говорил: в целом и общем, я одна-единственная и все сама создала, но в своем теле я всего лишь один из миллиарда вариантов, прописанных кодов, которые должны просто существовать. И да, я помню, что есть помимо меня удачные коды, осознавшие себя, но я же не ожидала, что настолько быстро смогу натолкнуться на другую такую же каплю. «Не все здесь НПС». Я думала, что она просто лаг системы, чтобы мне точно было сегодня весело.

«Твой энергопрострел произошел. Это другая капля. Это другой живой код этой игры. Нравится тебе или нет, но это так. Ты можешь отрицать сколько тебе вздумается, но в глубине души ты знаешь, что она такая же, как и ты. Она — игрок».

И как мне тогда ее найти? Лондон огромен. В лучшем случае она еще здесь, если не уехала куда-нибудь. Как много нас таких, которые рендерят этот мир каждую секунду?

«Где-то в пределах пятиста тысяч капель. Не пытайся найти ее снова. Просто живи дальше. Когда нужно будет, возможно, вы снова встретитесь на пересечении какого-либо события».

Ладно. Было бы слишком тупо бегать по Лондону в поисках этой кудрявой с темными волосами. Я пойду дальше писать.

«Удачи тебе с твоей историей. Когда вернешься, я буду тут».

***

Рука поднялась и сняла VR-очки. Ослепительный, стерильный белый свет, тишина и полное ничего. Все настолько в абсолюте и настолько идеально, что было сложно выдерживать свое тотальное одиночество. Посмотрев ниже, словно бы можно было смотреть глазами, а не ощущать, человеческое тело, но почему-то в 2D. Подняв руку... энергия специально уплотнялась под вниманием. Сначала появилась ладонь с почему-то старческими пальцами, затем запястье и до локтя, а затем и до плеча. Полноценная рука… женская. Очередной направленный сгусток внимания — и рука приняла объем и даже иллюзию запаха. Заскорузлая ладонь и едва гнущиеся пальцы совсем не подходили к остальной части руки, поэтому ладонь и пальцы превратились сначала в мужскую, затем в молодую женскую. Вот только ни удовлетворения, ни радости, ни огорчения не произошло. Абсолютное ничего в абсолютном нигде. Рука рассыпалась обратно в энергию, которая теперь просто существовала в непроявленном мире. Полный абсолют, который не может себя увидеть, услышать и потрогать. Даже эмоций нет, чтобы выразить весь спектр, который есть у людей. Есть только одно — одиночество. Безраздельное, безграничное, бессветное одиночество. Вновь появилась рука, поднявшая те же VR-очки на тот уровень, где примерно у человека находилась голова, и снова началось. Канал №832.

***

Белла стояла в длинной очереди к терминалу и раздумывала над той девушкой в кофейне. Она сразу видела в ней проснувшуюся. Тот ток, который прошелся по плечам наверх к шее и ушам, оставил ее немного оглушенной. Она не слышала, как бариста обратился к ней, когда ее напиток был готов. Белла решила задержаться в кофейне и даже специально заняла стратегическое место, чтобы видеть ее; видеть ее реакцию. И она увидела ее реакцию. Белла видела, что та ощутила нечто подобное, что и она, но в следующий момент в ней не было абсолютно ничего, кроме привычной серости, которая была присуща обычно НПС-манекенам, сновавшим каждый раз, когда она выходила на улицы. А она выходила часто, слишком часто. Однако таков был ее удел, скрипт, жизнь в этом обличии. Кто-то пихнул ее в спину, заставив очнуться. Очередь прилично ушла вперед, так что она, не оборачиваясь, прошла вперед. Внезапно она почувствовала… Едва она взяла телефон в руку и включила его, как пришла смс-ка: Я знаю, что ты едешь в Корнуэлл, но тебе надо в другое место. Мы тебя тут ждем. Интерфейс подгрузит. Тут же она телом ощутила, куда ей надо, и при этом она уже стояла перед кассой. – Дублин, один. Ближайший. – Вылет через три часа. Она перестала обращать внимание на окружающий мир после того, как приложила руку к стеклу перед собой. Умный экран считал все ее данные и уже забрал деньги со счета. В груди зудело, что она что-то упустила, не увидела, забыла. Но это было слишком странным ощущением, которое давно ее не посещало. Получив бумажный чек-билет, она отошла подальше от касс в какой-то уголок и… – Выкладывай, – сказала она вслух, хотя и знала, что это было необязательно. В левом глазу поплыли строчки: сначала двоичной системы, затем слова. Глаза не могли зафиксироваться ни на одной из них. – По-другому. Тело слегка потеплело, и мозг тут же получил информацию, минуя все варианты передачи, кроме прямой. «Она — твоя. Тебе придется ждать. Дублин для расширения. Найди Джонса». Ей даже не пришлось думать, что именно произошло. Все и так было понятно. Ждать, какой-то Джонс и Дублин. Она осмотрелась, и пара человек показались ей подозрительными; она тут же запросила у своего интерфейса пакет данных на них. «Наркотики. Заложник в доме. Пистолет. Будет перестрелка в аэропорту», — мгновенно появилось перед глазами. Она закатила глаза и, найдя двух полицейских взглядом, подключилась к их головам. «Двое, стойка №12, у них оружие. Разоружить, скрутить в течение ближайших двух минут. Сделать тихо. Я не должна пострадать». Затем она, сделав несколько шагов, уселась на мягкое кресло, которое вовремя освободилось, и стала наблюдать за разворачивающимся действием. Двое полицейских оглядывались секунд десять, прежде чем увидели стойку №12. Натянув на себя серьезные лица, они начали идти к стойке. Белла запаниковала на секунду, увидев, как парочка напряглась, но полицейские прошли мимо них, словно у них были какие-то другие дела. Парочка только успела расслабиться, как раздался громкий лай двух собак, и пока они оглядывались, пытаясь найти собак, полицейские сбили их с ног и нацепили наручники, зачитывая права. Белла подняла бровь и удовлетворительно покачала головой. Сойдет. Не так, как это было в ее голове, но тоже неплохой вариант развития событий. В краю правого глаза показался алерт на опасность со стрелкой вправо. Она повернула голову и увидела мужчину-НПС, который направлялся к ней. – Разрешите представиться. Меня зовут Ник. Я вас увидел и понял, что никого прекраснее вас до этого не видел. Вы невероятно красивая особа женского пола. – Спасибо, – улыбнулась мило Белла, незаметно закусывая губу с внутренней стороны, чтобы не захохотать ему в лицо. Она забыла, что поставила слишком сильный алерт на этот вариант развития событий. Ситуация с двумя, которых скрутили, немного обострила ее ощущения, поэтому сейчас тело расслабилось до предела. – Возможно, мы могли бы с вами встретиться на свидание и… – Нет, – оборвала она его. – Мне приятно, но сейчас мне не до свиданий. Удачи вам. Посмотрев на него, она пыталась взглядом дать понять, что ему пора разворачиваться восвояси. Ей не хотелось подключаться к нему. Поездка будет долгой, и придется много подключаться к НПС, чтобы они сделали ее дорогу комфортной. Но чем чаще она это делала, тем ближе была к тому, чтобы легкий психозвзяло над ней верх. Он снова открыл рот и полез рукой в пиджак, видимо, за визиткой, когда она все же подключилась к нему и приказала: «Съебись отсюда, тупая конфигурация, иначе удалю нахер из файлов». Снова раздался громкий лай, и мужчина обернулся на него, а затем, вернув внимание к ней, внезапно поменял вектор движения. Он убрал руку из пиджака, так ничего и не вынув, и, поклонившись, попрощался, чтобы отойти обратно… к его спутнице… к его жене. Как она могла не заметить, что он женат? Она видела, как они начали разговаривать, иногда поглядывая на нее, но ей уже было все равно. Всплыла новая задача. «Изменение гейта. Иди сейчас».

***

Сойдя с трапа, она увидела, что стоит человек с табличкой, на которой написано ее имя, и нахмурилась. – Какого черта? Можно было и менее претенциозно, – бурчала она, садясь в просторный минивэн. Водитель только что уложил чемодан в багажник и обегал машину, чтобы сесть за руль. – Нельзя. Нас не пускали на летную площадку в другом виде из-за того, что тут дофига гражданских, а нам надо было тебя перехватить прямо из самолета. Как летелось? Белла сощурилась, прикидывая ощущения, но покачала в воздухе рукой в неопределенном жесте. – Пойдет, бывало когда-то и хуже. Куда едем? – Сначала в твой отель, потом у нас будет ужин. Кое-кто хочет с тобой встретиться и узнать мнение. – Ты знаешь некого Джонса? – спросила Белла, глядя, как поднимается шлагбаум, и они наконец выезжают с территории аэропорта. – Я, конечно, знал и знаю, что ты ведьма, но все же. Откуда ты знаешь про Джонса? – Ты сам знаешь, – улыбнулась Белла и тут же проморгалась. Перед лицом вновь возникла картина той девушки, которая словно провалилась во времени, водя ручкой по бумаге, исписывая строчку за строчкой. Лист за листом. Ее не было в этом мире два часа. Белла точно знала, что та провалилась в другие слои реальности, ибо та не реагировала ни на шум, ни на грохот подносов, которые она устроила дважды, ни на то, что Белла отключила ей музыку, когда та закончила писать, надеясь привлечь внимание. – Знаю, но Джонс говорил, что будет присутствовать инкогнито. Твой интерфейс предупредил тебя? Белла кивнула, пытаясь стряхнуть воспоминание, как и слова: «Она — твоя. Тебе придется ждать». Проведя руками по штанам, она спросила:  – Сколько будет наших и сколько НПС? – Наших пять, ноль НПС. Тебя слишком сложно было бы выманить сюда, так что мы решили сразу по делу, а потом, если получится, то встретиться и с НПС. Как раз нашли пару интересных персонажей. – Ладно. Что за тема? – Нам надо кое-что построить, и находится это не совсем на Земле. Перед глазами интерфейс выдал: «Пиздеж. Связано с технологиями, которые они хотят продать под видом трансгуманизма. Импланты для НПС, чтобы заработать». – Я знаю, что ты ездишь мне по ушам. Почему ты влез в эту хуйню с обогащением земными деньгами? Шокированное лицо вытянулось от расстройства: – Значит, не поможешь, да? – Я встречусь с вами, – сказала она, отмахнувшись. Машина остановилась у гостиницы. – Джекки, я тебя знаю. Ты-то куда полез? – повернулась она к нему всем корпусом. – Я не смог… – Очередной пиздеж. Ты знаешь, кем мы являемся на самом деле. Ты защищаешься и «не можешь» из-за старых мировоззрений. Ты забыл: мы больше не те, кем до этого себя считали. Ты можешь абсолютно все, а вот другие — они да. Они проснулись, но до сих пор почему-то играют в земные игры по старым правилам. Джекки расправил плечи и тут же сдулся. – Я встречусь с вами. Их интерфейсы барахлят, выдавая то, что они хотят видеть. Но я знаю свой и твой. Мы в самом эпицентре честности и хаоса. Она вышла из машины, взяла чемодан, который уже услужливо вытащил шофер, и направилась к входу в отель. Горячий душ, кофе и немного сна — всё, чего ей сейчас хотелось. (А еще ей хотелось знать, когда время ожидания истечет. Ей хотелось быть со своей каплей, которая является полной ее зеркальностью. Ей хотелось обновления игры. Эта одиночная игра начала ее утомлять.) Лифт нес ее наверх, к пентхаусу, а ей просто хотелось завернуться в одеяло и закрыть глаза.