Смертный грех: твоё имя на губах

*** Пак поселился где-то на окраине Сеула, в тихом районе. Квартиру нашёл через объявление в подъезде - сдавал пожилой мужчина, что требовал за аренду небольшую сумму. Из собственных накоплений он смог оплатить квартиру на несколько месяцев. Не требовалось ни документов, ни лишних слов.  Внутри это выглядело как захудалая хрущёвка - кухня со старыми плитками на стенах, в ванной раковина с ржавыми подтёками, а окна гостиной и по совместительству спальни выходят во двор, где вечно сушится чьё-то бельё.  Мебели хоть и было мало, но достаточно для него. Единственное, что он тогда купил - пару тарелок, чашек и две плитки шоколада.  Шоколад он покупал всегда. Дешёвый, молочный, точно такой же, как Хан любила. Он ел его редко, стараясь экономить. Он клал пару квадратиков на язык и ждал, когда растает - вкуса он всё так же не чувствовал, но всегда вспоминал, как она, смеясь говорила: «Шоколад поднимает настроение, научный факт». И настроение поднималось, но лишь на пару минут.  Работу он нашёл почти сразу, как въехал в квартиру - старая библиотека в центре города. Днём там было не отбиться от студентов, а вечерами было лишь пару человек.  Ночной смотритель требовался срочно, ведь прошлый уволился из за низкой зарплаты и "давящей тишины". Пускай платили мало, но на аренду жилья хватало, больше ему не нужно было.  – Вы не боитесь темноты? - спросила старая бабуля что владеет этой библиотекой.  – нет.  Этого и было достаточно, чтоб Сонхуна приняли на работу.  Шесть ночей в неделю он сидел в библиотеке. Смена начиналась около девяти вечера и заканчивалась в шесть утра. Первый час он обходил этажи, выключал свет, где нужно, поправлял книги на полках, а всё остальное время сидел в комнате с камерами видеонаблюдения.  Ему было разрешено читать все книги абсолютно бесплатно, именно по этому он читал всё. Философию - пытаясь найти ответ, за что ему это наказание. Историю - убеждаясь в том, что мир всегда был жесток. Поэзию - от которой внутри что-то болезненно сжималось, потому что каждая строчка о любви отдавалась болью в его сердце. Иногда просто пялил на монитор старенького компьютера, часами рассматривая каждую комнату.  Как только часы показывали шесть утра, он уходил. Сменщик - молодой парень, который проходил практику тут - всегда встречал его на пороге. – привет, устал? - кивал юноша. - как ночь?  – привет, нет. Норм. - сухо отвечал Сонхун и проходил мимо, не оборачиваясь.  Сменщик постоянно пытался как сдружиться с Паком, даже звал его на кофе, но постоянно получал отказы, сухие ответы. После он перестал пытаться.                               *** Сонхун учился жить в социуме заново. Для сна ему зватало лишл пары часов, и, чтоб не проводить всё время в квартире, он выбирался в какие-то кафе, либо без цели ходил по улицам. Бывало, мог просто сидя на лавочке рассматривать людей. Рассматривал чаще всего влюблённых парочек, которые не боялись любить, держаться за руки, целовать друг друга.  Он завидовал всем. Завидовал молодым семьям с детьми, пожилым парам, у которых любовь длинною с большую часть их жизни.  Он учился контролировать свой взгляд, чувства, учился не смотреть на противоположный пол слишком долго. Но иногда - может раз в месяц, а может, больше - проклятие давало ему напомнить о себе.  Знакомый запах духов, силуэт, чей-то смех, что до боли похож на её. В тот миг весь мир останавливался. Центром его вселенной по сей день была Джуа, и хоть малейший намёк на неё отдавался болью в сердце, тело начинало напрягаться, руки дрожали, а по телу разливался жар.  Чужая. Всегда чужая. Никогда не родная. Не она. В моменты боли он моментально шёл домой, и в тех четырёх стенах пытался успокоиться, дабы не сойти с ума от боли.                              *** В какой-то из моментов, может, лет через двадцать после её смерти, он как обычно сидел вечером в парке. Мимо прошла девушка - красивая до невозможности, лёгкая улыбка, хрупкое телосложение. Она обернулась и встретилась с ним взглядом - всего лишь на секунду, этого хватило, и проклятие сработало мгновенно: жар под кожей, жжение в глазах, ощущение, что тело начало вибрировать, словно начало растворяться, руки дрожали.  Он вновь сбежал, а та девушка, наверное, решила что он сумашедший. Он и был сумашедшим от одиночества, тоски и вечности, что была дарована ему не наградой. Возвращался ли он обратно в парк? Да. Он надеялся, что однажды встретит там Джуа.                              *** Прошло так ещё около лет тридцати? За всё это время он до сих пор не обзавёлся новыми друзьями. Коллеги по работе менялись часто, никто долго там не задерживался, и каждый считал его странным. Пытались разговорить его, позвать на кофе, познакомить с кем то. – слушай, у меня сестра есть, симпатичная очень, одинокая, может, вас познакомить? – нет. – ну почему? Ты же вечно один, может... – нет. Зачастую, именно после таких холодных ответов с ним переставали пытаться контактировать.  Соседи по подъезду знали его в лицо, но не знали имени, для них он навсегда "тот бледный парень". Бабушки на лавочках всегда провожали его взглядом и фразами "Странный такой... Бледный весь, может больной?", и он не обижался, ему было всё равно.  Так и прошло около пятидесяти лет одиночества, тьмы, триггеров, надежды, существования.                              *** На сорок седьмом году году работы в этой библиотеке сменился владелец. Старушка, что работала тут раньше, решила передать своё дело внуку, что любил проводить время там. Это здание обрело вторую жизнь - библиотека работала круглосуточно, по выходным проводили дополнительные лекции для студентов университета по соседству, а по средам - поэтические вечера, когда юные писатели могли поделиться своим опытом и так же перенять его у других.  Сонхуну это не нравилось. Больше людей, больше шума, но он всё же остался. Стены библиотеки стали единственным местом, где он мог чувствовать себя в безопасности. Уйти он мог, но крайне не хотелось возиться с поиском новой работы, где можно было прятаться от постоянного социума.  В один из вечеров ничего не предвещало беды - он всё так же сидел в своей коморке с камерами, читал какую-то книгу. Мартовский дождь барабанил по подоконникам, посетителей почти не было. Около половины десяти вечера он решил сделать обход, убрать книги со столов предыдущих посетителей. А потом его сердце пропустило удар. Ударило в грудь с такой силой, что ноги подкосились, и он схватился за грудь. До боли знакомый шоколадный запах. И ещё что-то тёплое, неуловимо знакомое, отчего внутри всё перевернулось. Книга с его рук упала на пол. Он стоял посреди зала и вдыхал этот запах, который шёл со стороны входа. Медленно, как будто бы под гипнозом, пошёл туда. Каждый шаг давался с трудом, будто он шёл против сильного ветра, что сносит с ног. Ещё пару шагов - и он уже стоит за финальным стеллажом. Пак увидел её. Девушка стояла около стойки регистрации, спиной к нему. Тёмные волосы рассыпались по её плечам, мокрые от дождя. На ней был лёгкий плащ, с которого капала вода, и она сама пыталась стряхнуть капли с книги, которую держала в руках.  – чёрт, - протяжно сказала она с отчаянием. - только не промокла, пожалуйста, только не промокла.  Она обернулась назад на шум.  Да, он убедился. Это была она. Те же глаза - большие, тёмные, с длинными ресницами. Тот же овал лица, чуть вздёрнутый нос. И те же губы, которые он целовал тысячу раз. Джуа. Это была его Джуа.  Пак застыл, вцепившись пальцами в рядом стоящий стеллаж так, что дерево слегка протрещало. В груди предательски быстро билось сердце и одновременно жгло проклятие, выжигая его изнутри.  – ой. - вздрогнула Джуа, заметив его. - Вы меня напугали! Она говорила что-то ещё, но Сонхун не слышал. Просто смотрел на неё, не веря своим глазам.  Он нашёл её? Сдержал обещание, получается? Или это она сама его нашла?  А она смотрела на него - и вдруг нахмурилась. Склонив чуть набок голову, вглядывалась в него. – а мы... Мы знакомы? А потом проклятие ударило с новой силой - жар под кожей, резь в глазах, всё тело тряслось, словно это было предупреждением, но оно ударило с такой силой, как никогда раньше.  – эй, вы в порядке? - девушка встревоженно сделала шаг навстречу. - у вас такое бледное лицо... Слишком белое, я бы даже сказала.  Он моментально развернулся и ушёл так быстро, насколько это было возможно, указывая пальцем куда-то в сторону других полок с книгами. – да... Да. Всё нормально, туда куда-то поставьте. - в спешке сказал Сонхун, отдаляясь куда-то в неизвестном направлении.                               *** С того дня прошло около трёх суток. И всё эти дни он не спал. Вообще не смыкал глаз. В голове постоянно крутилась картина её лица, улыбки, испуганных глаз. "Она жива? Переродилась всё таки? Удивительно..." - проносились мысли в его голове.  Вновь, в один из дней работы, примерно через неделю, он снова увидел её. Хан сидела в читальном зале с ноутбуком и стопкой книг по искусству. Рисовала что-то в блокноте, делая какие-то наброски, покусывая кончик карандаша - привычка, что была такой же, как и в прошлой жизни.  – о, это вы! - подняв свою голову и встретив с ним взглядом, произнесла Джуа. - я тогда не сдала книгу, - продолжила она, когда подошла с Сонхуну. - пришлось тогда с ней тащиться по дождю обратно домой, потому что не поняла, куда её всё таки положить. К счастью, она не промокла. - протягивая книгу, закончила она.  – спасибо. - коротко ответил Сонхун.  – вы всегда такой молчаливый? - спросила она, склонив голову и наблюдая за тем, как Пак возвращает книгу на место. Но ответа так и не последовало, он лишь сделал вид что не услышал её, и ушёл. Снова.                                *** Она стала приходить в библиотеку слишком часто и каждый раз была занята чем то новым.  Сонхун же перестал выходить в читальный зал. Сидел постоянно в подсобке, следя за камерами, и ждал, когда она уйдёт. Джуа уходила - и он выдыхал. Она возвращалась - и сердце начинало биться быстрее.  Пак за это время успел выучить её расписание: понедельник, среда, пятница - с двух до пяти. В остальные дни она приходила когда вздумается. Он продолжал следить за ней по камерам как одержимый. Как сталкер. И каждый раз при виде неё проклятие жгло где-то в районе грудной клетки. Всегда приказывал себе заняться чем-то другим и всегда не сдерживал этот приказ.  В один из дней, через камеры, он заметил, как Хан забыла свой телефон. Он лежал экраном вверх, а на экране блокировки была фотография - её автопортрет, нарисованный карандашом. Чёрт... Даже стиль рисования оказался таким же, как и в прошлой жизни.  – Блин, блин, блин... - раздался голос позади. - Я свой телефон забыла!! - Джуа влетела обратно в библиотеку запыхавшаяся. - Фух, спасибо. Я думала пиши пропало. - увидев свой телефон в руках того самого бледного смотрителя библиотеки, закончила она.  Она шагнула ближе, чтоб забрать свою вещь, и их пальцы соприкоснулись лишь на долю секунд. Но для вселенной Сонхуна этого оказалось достаточно...  В воспоминаниях Пака вся его счастливая жизнь с Джуа в её прошлой жизни пронеслась от начала и до момента с её убийством.  Парень пошатнулся, будто вот-вот упадёт в обморок. Похоть взвыла, зажгла кожу калёным железом, мысли путались: «уходи», «спасайся».  – Вам плохо? - испуганный голос вырвал его из кошмара.  Джуа смотрела на него встревоженно. Её рука всё ещё была рядом - она отдёрнула её после касания, но теперь снова потянулась к нему.  – всё в порядке. - через силу выдавил он из себя. Голос прозвучал слишком глухо, чуть дрожа. - просто задумался...  – из-за моего телефона? Спасибо что отдали его, не переживайте. - она улыбнулась, пытаясь разрядить обстановку. - Там рисунок, вы видели? На экране блокировки. - попыталась она перевести тему. - Увлекаюсь рисованием. – я знаю. - вырвалось у него раньше, чем он успел подумать. – откуда? – видел, - соврал Пак. - Вы часто рисуете в читальном зале.  – а... Ну да. - расслабившись произносит Джуа. - Вы следите за мной? - выронив лёгкий смешок, добавила она. Сонхун промолчал. Да, он следил. Следил каждую минуту за ней, пока она была в библиотеке.  – Ладно, спасибо ещё раз, что сохранили мой телефон. - она положила его в карман. Уже развернулась, дабы уйти, но остановилась. Обернулась.  – слушайте. - сказала она. - Я вас часто тут вижу, и вы постоянно что-ли избегаете меня.. Часто молчите. Может, как нибудь выпьем кофе вместе? Или просто поболтаем?  – я работаю. - ответил тот первое, что пришло на ум.  – без выходных? - уточнил она с иронией. - я про ваши выходные говорю.  – выходные есть. – отлично!! - обрадовалась Джуа. - Значит, время найдётся.  Всё так же как и раньше: глупые шутки, настойчивость, та же интонация в голосе и нелепые смешки. Хан действительно была точь-в-точь такая же, как и в прошлой жизни. Каждая мелочь в её внешности, характере, поведении - всё. Абсолютно всё было идентично прошлой версии.  – меня, кстати, Джуа зовут. Хан Джуа. А вас?  Он смотрел на неё словно заворожённый. Смотрел на её протянутую руку, открытое, доверчивое лицо. На глаза, в которых не было ни капли страха - только любопытство и странное, едва уловимое тепло.  Проклятие? Ему стало всё равно на него. Боль уже не имела такого огромного смысла, его вселенная сузилась до одной точки - до Джуа, что стояла прямо перед ним. Он не игнорировал боль в теле, ему, прямо говоря, стало всё равно.  – Сонхун. - ответил он, взяв её руку в свою. - Пак Сонхун.  Она не отдёрнула ладонь, лишь крепче сжала свои пальцы, вглядываясь в его лицо.  – Сонхун... Красивое имя. Тогда договорились? Как-нибудь кофе?  Он в ответ лишь кивнул. Не потому что хотел и жаждал встречи с ней. Потому что не мог отказать. Ни тогда. Ни сейчас. Никогда.  Девушка улыбнулась напоследок и, развернувшись ушла. А он стоял посреди почти пустого зала, сжимая в руке невидимый след её тепла.                                *** Они встретились примерно через три дня.  Джуа сама нашла его - в той самой подсобке. Просто бродила по читальному залу и случайно наткнулась на это место.  – о, так вы здесь прячетесь!  Сонхун поднял голову. Сердце пропустило глухой удар от неожиданности.  – как ты... Как вы нашли меня?  – случайно вышло, если быть честной. - отпустив нервный смешок, тветила она. - Не выгоняйте, я ненадолго.  Она вошла без приглашения, уселась на стул напротив Сонхуна, поставив на маленький столик два стаканчика с кофе.  – это вам. - произнесла она, указывая на один из стаканов. - Американо без сахара. Я угадала?  – с чего вы решили что я пью американо? - Сонхун посмотрел на кофе, а за тем на неё. - Но всё равно угадали. - пришлось ему соврать, дабы угодить.  – просто показалось, что вы такой... Серьёзный какой-то, не сладкоежка и любите крепкий кофе.  Не сладкоежка? Если бы она только знала, сколько шоколада было съедено за пятьдесят лет. Сколько плиток у него до сих пор хранится в холодильнике. Сколько раз он пытался хотя бы почувствовать ощущение её заботы.  – спасибо. - сказал Пак из вежливости. Пить он этот напиток будет, даже не смотря на то, что вкуса он как не чувствовал, так и не чувствует. – а почему у вас руки такие холодные?  – что? - замер парень от неожиданности. – Руки, - повторила она. - холодные. Помните, когда я забирала телефон, вы меня коснулись? И когда руку пожала? Пальцы ледяные были. Прямо как... Ну не знаю... Как у мертвеца что-ли. - вывалила она без малейшего стеснения. Сонхун молчал. Он не знал, как реагировать на такой неожиданный вопрос. – и цвет лица, - продолжала она. - Вы очень бледный. Не в плохом смысле. Просто... Необычно. Прямо как фарфоровый. Вы вообще на солнце выходите?  – редко.  – а еду какую любите? Ни разу не видела, чтоб вы заходили в столовую.  – не голоден.  – всегда? – почти. - вновь соврав, ответил он.  Джуа прищурилась, всматриваясь в него. В её глазах сверкали смешинки - те самые, от которых у него когда-то останавливалось сердце. – Слушайте... Почти не едите, на солнце тоже на выходите, работаете тут чуть ли не круглосуточно, руки ледяные... Вы случайно не вампир?  Тишина. Абсолютная тишина. Пак смотрел на неё и не мог пошевелиться: она знает? Помнит? Или всё же шутит?  – ой, я шучу. - отмахиваясь и смеясь говорит она. - извините, я часто глупо шучу.  – всё в порядке, не переживайте.  – правда? А то бывает как ляпну, а потом сижу думаю: зачем я это сказала? – ты всегда так делала, - вырвалось у него шёпотом. – всегда? Мы же знакомы пару дней лишь.  – в смысле... - он запнулся, пытаясь хоть как-то оправдаться. - Мне кажется, что мы знакомы дольше.  – знаете, - сказала она тихо. - Мне тоже иногда так кажется.  – как именно? Вы видели меня где-то? Или что? – да... Как будто-бы видела где-то раньше, до библиотеки. - выражение её лица нахмурилось, пытаясь поймать ускользающие воспоминания. - Сны ещё какие-то странные снятся... Там часто фигурирует парень, похожий на вас.  – какие сны? - нервно сглотнув спросил Сонхун.  – разные.. - пожала Джуа плечами. - иногда это обычные прогулки. Иногда вы мне шоколад дарите. А иногда... - она запнулась. - снится, как я умираю, вроде бы, меня кто-то убил, а вы были рядом. - девушка посмотрела на него. - странно, да?  – нет. - ответил он. Голос дрогнул от неожиданности услышанного. - не странно.  – Сонхун, а вы... Хан не успела договорить, как Сонхун перебил её. – может на "ты" перейдём?  – Да, хорошо. А ты веришь в прошлые жизни?  – верю. - смотрел он ей в глаза, отвечая на глупый вопрос.  – правда? – правда.  – тогда, может, в прошлой жизни мы были знакомы?  – может.  – и что? Как думаешь, я была такой-же, как и сейчас? Ну, внешне или характером.  – точно такой же. - сказал Пак твёрдо. - Ни капли не изменилась.  – ты говоришь так, будто и правда помнишь. - Рассмеявшись, ответила она. – помню. - сказал Сонхун так тихо, дабы она не услышала. – ладно. - встав со стула резко прервала она. - я пойду, устала чутка. - продолжила девушка, направляясь к двери. - Сонхун!!! – да? - отозвался тот. – давай чаще встречаться? Не каждый день, но иногда. Чтоб тебе не было так скучно.  Он хотел отказаться. Хотел сказать, что это плохая идея, что она не понимает масштаб последствий, во что ввязывается, что проклятие... – давай.  – договорились! - с яркой улыбкой на лице ответила она. И ушла. А Пак так и остался сидеть в подсобке, держа в руках уже остывший кофе.                           *** Они стали видеться чаще. По началу это был лишь кофе в подсобке. Джуа приносила два стаканчика - себе сладкий латте, а ему американо. Она болтала без умолку: о учёбе, о преподавателях, о университете, о случайных моментах жизни. Хан всегда находила темы для разговора, а Сонхун в ответ лишь слушал, изредка добавляя что-то от себя.  Потом она начала заходить просто так. Без повода, как к себе домой.  – скучно. - говорила она, заглядывая в его подсобку в один из дней. - не против, если с тобой побуду? Ты сидишь, молчишь, мне нравится. – заходи. Почему тебе нравится, что я такой молчаливый?  – не знаю. Ты спокойный, а я шумная, мы как инь и янь. С такими людьми мне интереснее, чем с такими же "ураганами" как я.  Он лишь в ответ смотрел и думал: я существую лишь из-за тебя.  Но вслух это так и не сказал. Проклятие уже стало постоянной его проблемой. Оно было с ним без перерывов и выходных. Всегда. Кожа горела, глаза слезились, руки дрожали. Иногда Сонхуну казалось, что он вот-вот испепелится прямо на её глазах.  Но он не исчезал. Жил. Точнее, существовал. Жизнью это не назовёшь. – ты такой напряжённый всегда. Спина как струна. Что-то произошло?  Джуа коснулась его руки. Всего лишь на секунду, но этого хватило для того, чтоб по телу Пака пробежалась волна, как при ударе током. А он улыбался.  – нет. Всё хорошо. – врёшь. - сказала она просто. - Ладно. Если захочешь рассказать - я рядом, хорошо? – да, хорошо. Спустя месяц таких встреч, Джуа, не выдержав позвала его гулять. – хватит сидеть в этой зашарпарной подсобке, ты так плесенью скоро покроешься. - смеясь сказала она. - Пошли гулять, на улице погода такая хорошая. – я не особо люблю гулять. – ты всё не любишь. Мне всё равно, уровняй свой график так, чтоб мы могли гулять днём. - твёрдо произнесла Джуа. - Я тебя мороженым угощу, хочешь? – я не люблю мороженое. - смеясь, ответил Сонхун. – ты бесишь. – хорошо-хорошо, сделаю график чуть свободнее.  – раз мороженое не любишь, то будешь смотреть как его ем я. Это тоже развлечение.  И Пак всё же решился тогда разгрузить свой график. В тот же вечер руководство было осведомлено о смене рабочих дней. Если раньше он работал днём и ночью почти без выходных, то теперь расписание было плавающим, и свободного времени днём было больше. Сонхун попросту не смог бы отказать Джуа. Её счастье и улыбка стоили любой боли.                             *** Солнце жгло, было довольно жарко, и хотя парень смог найти какую-то скамейку в парке в тени, лучи всё равно пробивались сквозь кроны деревьев, припекали его кожу, напоминали, что он "чужой" в этом мире.  Джуа вновь болтала без остановки. Рассказывала о мечтах, планах на будущее. Рассказывала всё без исключения.  – тебе первому это всё рассказываю. - призналась она. - Даже подруги столько не знают, сколько знаешь ты. – почему? – не знаю. - задумала она, откусывая своё мороженое. - Ты не осуждаешь, не жалеешь меня. Просто слушаешь.  – это плохо? - поинтересовался Пак. – это хорошо. - улыбнулась она. - Я же говорила что мне нравятся такие люди как ты.  Так и сменялись дни: работа, Джуа, выходной, Джуа, работа.  Они стремительно сближались. Она рассказывала всё без утайки, а он слушал, впитывая каждое слово, словно вновь знакомится с ней, хотя всю её историю он знал ещё с прошлой жизни. О себе же почти ничего не рассказывал, иногда даже позволял себе врать, дабы Джуа не узнала о его природе.  – слушай, - неожиданно произносит девушка. - Я тебе тут полностью свою душу изливаю, а о тебе ни черта не знаю.  – нечего рассказывать. – врёшь. – с чего взяла? – у тебя глаза... - запнулась она. - Глаза, которые видели многое. Слишком многое для обычного библиотекаря.  – ты слишком догадливая. – ну если ты не хочешь - не говори, я подожду. - девушка улыбнулась напоследок и резво перевела тему. Проклятие? Проклятие было с ним до сих пор. Он не умирал, не исчезал не смотря на то, что вот она, рядом, его Джуа теперь снова с ним. Сонхун чувствовал эту боль всегда, на постоянной основе. Впервые за пятьдесят с лишним лет он научился с ней жить. Раньше он шугался каждого человека противоположного пола при малейшем намёке на его клеймо, но Хан Джуа стала исключением. Именно она заставила его научиться жить так, чтоб эта пронзительная боль стала фоном, привычкой. Да, переодически он думал о том, что может исчезнуть в любой момент, но какое ему было дело до этого? Пока любимый человек рядом - не страшно ничего. Даже собственная смерть.  "Как сделать так, чтоб Джуа не заметила о его исчезновение" - было последней мыслью, о которой он хотел думать. И именно это стало его роковой ошибкой. Словно бомба замедленного действия - постоянно в напряжении от того, когда же наконец эта бомба взорвётся, стерев собой всё хорошее.                               *** Мучительные и одновременно любимые пол года с повторного знакомства с Хан прошли очень быстро. Эта девушка стала в прямом смысле его лучшей подругой. Несомненно лучшей, но она так до сих пор и не узнала о его настоящей сущности. Он наконец начал рассказывать ей какие-то моменты своей жизни, но большинство из них были с небольшим враньём. Джуа была для него всем. Вновь.  Девушку же не смущало то, что она до сих пор не знает его возраста - она видела его доверие и это было важнее всего.  Балкон её дома. Вечер. Город освещали уличные фонари и пёстрые вывески кучи магазинов, кафе и ресторанчиков неподалёку. Джуа была укутана в его толстовку. Они стали настолько близки, что некоторая одежда Сонхуна была у неё дома. Она любила его запах, который был на одежде - отличался от других.  И его тоже любила.... – слушай, - сказала она вдруг. - Можно личный вопрос? – можно. – ты когда-нибудь любил?  Пак замер. – почему ты спрашиваешь? – не знаю... Странно это всё. Я сижу в твоей одежде у себя дома. Ты рядом. Но я мало чего о тебе знаю. - она пожала плечами. - Может, тебя кто-то ранил? По этому ты такой отстранённый.  – любил... - тихо ответил парень. - один раз. – и что случилось? – она умерла. Её убили. Джуа замерла от неожиданного ответа. Это явно не было тем, что она хотела услышать. – прости, - упустив голову вниз, сказала она. - Я не знала. – ничего. Откуда тебе было это знать? – прости за этот вопрос, но... Как давно это было? – около пятидесяти лет назад. – Что? - выражение её лица мгновенно изменилась. - Может, "около пяти лет назад"? – нет. Пятьдесят.  – тебе же на вид... – я старше, чем кажусь. Она смотрела на него с огромными глазами. «Пятьдесят лет? Быть такого не может.» - именно эти мысли были громче всех остальных в ее голове. – Сонхун... - сказала она тихо, прервав напряжённую тишину. - Ты вообще человек? Вопрос повис в воздухе. Он мог бы соврать. Отшутиться. Это было бы безопаснее для него, для неё, наверное, тоже... Но он устал врать, молчать, недоговаривать.  – нет. Тишина. Абсолютная, звенящая тишина между ними двумя, лишь отдалённый шум с улицы мог заполнить эту пустоту. Джуа смотрела на него, в её глазах читалось огромное любопытство и недоумение.  – ты шутишь? Ты кто вообще, Сонхун?! - серьезным голосом произносит она. – ты испугаешься. – блять, нет, Сонхун. Что вообще за тупые шутки? Я тебе серьёзные вопросы задаю, а ты мне что-то за пятьдесят лет втираешь. Просто скажи, как есть на самом деле. - девушка отвернула своё лицо в сторону, скрывая вырывающееся раздражение и злость. - либо не говори вообще ничего. – я вампир.  – что?