The Strange Tales of Huai’an Inn | Странные истории гостиницы Хуайань

Хозяин гостиницы и Чжунлю взывали к её чувствам и логике, убеждали её. Янь Лучжи, казалось, была потрясена, но всё равно лишь рыдала, не желая говорить. Наконец, Чжунлю произнёс: - Госпожа, если вы умрёте, рожая то, что находится в вашем животе, что станет с вашей дочерью, которой всего год? Вы позволите госпоже Ци стать её матерью? Когда она вырастет, она даже не будет помнить вас, свою настоящую мать, не будет знать, как вы выглядите, не услышит, как вы зовёте её по имени. Вы действительно готовы отдать драгоценную дочь, ради которой так усердно трудились? Словно это стало последней каплей. После этих слов Лучжи словно поразила молния. Она была как кусок гнилого дерева, внезапно вернувшийся к жизни. Она яростно замотала головой: - Нет! Нет! Она моя дочь, никто не может её забрать! Она схватила рукав хозяина гостиницы, её глаза вспыхнули необычно ярким светом: - Сэр, я хочу жить! Я хочу жить! Я хочу жить с Цяньцянь! Только тогда на лице хозяина гостиницы промелькнула тень улыбки. Он мягко похлопал её по тыльной стороне руки: - С такими словами я определённо сделаю всё возможное. После этого он повернулся к Чжунлю и сказал: - Принеси мою медицинскую шкатулку. Чжунлю быстро подал шкатулку. В шкатулке не было лекарственных трав, но был чёрный керамический кувшин. Хозяин гостиницы открыл кувшин и достал из густой маслянистой чёрной жидкости предмет длиной с палец, похожий на икринку рыбы. Эта штука была покрыта тонкими кровеносными сосудами, едва заметно пульсировала и извивалась в ладони хозяина. Под полупрозрачной оболочкой, казалось, содержалось бесчисленное количество яиц, которые вот-вот вылупятся. - Тот ваш гребень создан из бамбука, что растёт в горах Инь - бамбука, питающего духов. Этот вид бамбука стал таким из-за близости к зловещему пруду, где насыщенное Хуэй погубило немало людей. Из-за этого он сам пропитался злой энергией и начал расти как безумный, а вместе с ним и все окрестные растения с насекомыми стали размножаться сверх всякой меры. Однако в этом пруду выжила особая рыба-труп, которая питалась телами мёртвых людей и животных и могла зарываться в почву, поедая яйца насекомых и корни бамбука, став заклятым врагом этого бамбука. Хозяин гостиницы говорил, держа мешочек с икрой перед Янь Лучжи: - Это мешочек с икрой, взятый из брюха рыбы-трупа. Если бы вы съели саму рыбу-труп, после того как она уничтожит то, что находится в вашем животе, она могла бы начать повреждать ваше тело. Поэтому я даю вам только икру. Эти икринки вылупятся в вашем животе и превратятся в маленьких рыб-трупов. После того как они съедят то, что находится в вашем животе, они войдут в короткий период покоя, давая вам возможность изгнать их вместе с остатками из вашего живота. Весь процесс будет чрезвычайно болезненным и продлится около трёх дней. Вы должны выдержать это. Если нечистоты не будут полностью изгнаны, это может привести к серьёзным проблемам со здоровьем в будущем. Лучжи смотрела на мешочек с икрой, извивающийся в его ладони словно черви, её глаза были полны отвращения и страха. Но она всё равно протянула руку и взяла мешочек. Хозяин гостиницы напомнил ей: - Вы должны проглотить его целиком, не разжёвывая. - Как можно проглотить такое… - обеспокоенно спросила Сичжу. - Разве нельзя разбить его на кусочки перед проглатыванием? - Если разбить его на части, значительная часть икринок погибнет, и неизвестно, смогут ли они очистить её живот, - терпеливо объяснил хозяин гостиницы. - Как только оно пройдёт за корень языка и нагреется, они сами найдут путь вниз. После этих слов Лучжи испугалась ещё больше. Но у неё не было другого выбора. Чтобы выжить, она должна была следовать указаниям хозяина гостиницы. Она тихо приказала Сичжу: - Чжу-эр, принеси мне чашку воды. - Сейчас. Чжунлю и хозяин гостиницы наблюдали, как она запрокинула голову, широко открыла рот и с большим трудом протолкнула мешочек с икрой в горло, проглотив его. Сичжу поспешно принесла воду, и Лучжи некоторое время её глотала, но выражение её лица всё ещё не смягчилось. Она прижала руку к грудной клетке, снова и снова сглатывая слюну, явно чувствуя, что что-то застряло в пищеводе. - Не торопитесь, постепенно станет легче, - хозяин гостиницы медленно встал, успокаивая её тихим голосом. - Следующие три дня будут непростыми, поэтому Сичжу должна будет хорошо о вас заботиться. Через три дня я вернусь проверить ваше состояние. - Спасибо… спасибо, господин Чжу! - Лучжи словно хотела встать с постели, но её живот сильно давил на неё, мешая даже дышать. Хозяин гостиницы и Чжунлю вместе покинули резиденцию Шэнь, и только тогда Чжунлю глубоко вздохнул. - Какая знатная семья, а положение женщин в ней ниже, чем у простой крестьянки в собственном доме! - Лю-эр, ты сегодня хорошо справился, - хозяин гостиницы протянул руку, держа небольшую горсть медных монет. - Возьми их, можешь использовать как хочешь. Я дам тебе полдня отдыха. Глаза Чжунлю загорелись, когда он это услышал: - Правда? - Однако я советую тебе сходить послушать представление в театре Тайхэ, - хозяин гостиницы искренне и тепло улыбнулся. - За последние два дня вышла новая пьеса под названием «Храм Утун». Тебе стоит её послушать. - «Храм Утун»… Разве это не последняя работа Отшельника из Лучжоу?! Чжунлю с подозрением посмотрел на хозяина гостиницы: - Босс… Если вам нужно, чтобы я собрал информацию, просто скажите об этом прямо… - Ничего подобного, просто сходите послушать и обратите внимание на людей вокруг и тех, кто на сцене… Но разве это не тоже самое, что просьба собрать информацию… - Если не хочешь идти, я пошлю Чжу И. - Нет-нет! Я пойду! Я внимательно послушаю! - Чжунлю поспешно взял деньги, словно опасаясь, что хозяин гостиницы передумает. - Вы пойдёте обратно с Сяо Шунем один? - Да, иди. Не задерживайся допоздна, Дин Буцюн может прийти забрать палочки после закрытия. - Хозяин гостиницы положил руку на плечо Чжунлю и повернулся, чтобы уйти. Чжунлю обнаружил, что количество физических контактов с ним за последние полмесяца намного превысило общее количество за последние три месяца… Он не мог не почувствовать себя немного довольным этим. Пьеса «Храм Утун» всё ещё была в стиле прошлых работ Отшельника из Лучжоу: начиналось всё вроде бы обычно и банально, но становилось всё более странным по ходу действия. Главный герой, учёный, укрывается от дождя в храме Утун, где встречает пять провожатых и двух путешествующих торговцев. Однако гроза становилась всё более странной: с неба падали личинки, а раскаты грома звучали всё ближе и ближе, всё больше напоминая рёв какого-то чудовища. Люди в храме дрожали от страха, и никто не осмеливался выйти наружу. В этот момент учёный сосчитал их и понял, что есть один лишний человек. Изначально, включая его самого, было всего восемь человек, но теперь их стало девять. Проблема заключалась в том, что никто не мог понять, кто был этим лишним человеком. Интересно, что даже зрители не могли определить, кто был девятым человеком и когда он появился на сцене. Чжунлю наслаждался пьесой, грызя семечки подсолнечника. Однако, помня наставления хозяина гостиницы, он время от времени оглядывался по сторонам. Болтовня и аплодисменты ничем не отличались от того, что он обычно видел в любом другом театре - оживлённые и шумные, они делали изначально пугающие сцены менее зловещими и страшными. Но во второй половине пьесы произошло нечто странное. Учёный снова сосчитал и обнаружил, что теперь в храме было десять человек. Чжунлю сам считал в начале второго акта, и на сцене было всего девять человек. При этом весь театр был ярко освещён на протяжении всего представления, а пространство вокруг сцены было открытым, без каких-либо препятствий. Так когда же появился десятый человек? Он слегка наклонился вперёд, прищурив глаза и внимательно разглядывая десять актёров на сцене. Пока он наблюдал, его зрение претерпело едва заметное изменение. Цвета стали более яркими, а фигуры актёров выглядели несколько… нестабильными. Словно их очертания слегка размылись. При более внимательном рассмотрении он понял, что это не размытость, а нечто похожее на тонкие волоски, плавающие по краям силуэта каждого человека. Большинство этих волосков были белыми или светло-розовыми, но один комедийный актёр¹ и один актёр - воин² выделялись среди остальных. ¹ Это комическая роль в китайской опере. Эта роль требует от исполнителя не только умения вызывать смех у публики, но и владения сложными физическими трюками, что делает её одной из самых технически требовательных в традиционном китайском театре. ² Это тип роли в китайской опере, предназначенный для изображения «грубых» или «могущественных» мужских персонажей. Волоски вокруг них были красными, кроваво-ярко-красными. Но в мгновение ока странное видение исчезло. Чжунлю невольно выпрямился, пытаясь разглядеть этих двух актёров получше. Но в этот момент он внезапно почувствовал, что что-то не так. Звук… Когда-то шумный зал театра теперь был абсолютно тихим. Ни болтовни, ни звуков еды или звона чашек, ни окриков разносчиков чая, ни аплодисментов. Весь театр был тих, как кладбище. Чжунлю застыл на месте, не смея даже повернуть голову, чтобы увидеть, какие выражения были на лицах других гостей в этот момент… Дрожь пробежала по его спине, а глаза метнулись в сторону. В одно мгновение каждый волосок на его теле встал дыбом. Все люди, которые ещё мгновение назад болтали и ели закуски - теперь смотрели на него пустыми глазами. Потому что он раскрыл секрет. Крик страха застрял у него в горле. Но в мгновение ока все звуки, которые необъяснимым образом исчезли, внезапно вернулись. Люди возобновили свои разговоры и смех, словно ничего не произошло. Дети бегали между столиками, словно никто не осознавал, что только что случилось. Всё выглядело так, будто события шли непрерывно, без какой-либо паузы. Как будто этот короткий момент тишины был только у Чжунлю, и для остальных его никогда не существовало. Когда Чжунлю снова посмотрел на сцену, там было уже… Одиннадцать человек. И комический актёр смотрел прямо на него. Он внезапно не смог больше выносить это зрелище. Поспешно оставив деньги за чай, он бросился обратно в гостиницу. Он не был до конца уверен, что именно произошло в театре… но знал, что это было далеко не нормально. Неужели именно это хозяин гостиницы хотел, чтобы он увидел? Знал ли хозяин что-то заранее? Некоторое время он бродил по улицам, пока не успокоилось колотящееся сердце. После того как первоначальный страх прошёл, его начало охватывать слабое чувство возбуждения. Новый секрет был прямо перед его глазами. Он чувствовал опьяняющий аромат этой тайны. После того как он доложит хозяину гостиницы, он обязательно запишет всё это сегодня вечером. По пути обратно в гостиницу он зашёл в «Шуй Фан Чжай» и купил на свои деньги пирожные и сладости. Как только он вернулся в гостиницу, пришла волна гостей, и заведение было занято до закрытия. Он не видел хозяина гостиницы до общего ужина. Сегодня мастер Ляо приготовил паровые булочки с кислой начинкой и рубленой свининой, а также подавал каждому по миске тыквенного супа. Чжунлю вынес купленные в «Шуй Фан Чжай» пирожные и поделился ими со всеми. Все были потрясены. Чжу И первым схватил торт «Цветок сливы» и запихнул его в рот. - Лю-гэ, почему ты сегодня такой щедрый! Даже щёки Сяо Шуня были набиты едой, из-за чего он был похож на белку. Пока Фуцзы и Цзю Лан дрались за масляные пирожные с морским ушком, наконец появился хозяин гостиницы. На этот раз он снова сел рядом с Чжунлю и, увидев пирожные на столе, улыбнулся. - Кто сегодня такой щедрый? Чжунлю почесал голову и улыбнулся, затем тихонько протянул хозяину гостиницы нераскрытый пакет из промасленной бумаги. Хозяин Чжу был ошеломлён. - Что это? Чжунлю наклонился и прошептал: - Это торт с желатином из ослиной кожи. Я специально спрашивал, и помощник в магазине сказал, что он помогает питать кровь и ци. Хозяин гостиницы на мгновение остолбенел, осознав, что Чжунлю специально купил это для него, потому что тот выглядел больным… Внезапно он расхохотался - чисто и ярко, непохоже на любой смех до этого. Внимание всех было приковано к этому смеху, за исключением мастера Ляо, который неторопливо попивал чай. - Босс, над чем вы смеётесь? - невнятно спросил Чжу И, его рот был набит пирожным. Хозяин Чжу взглянул на Чжунлю, чьё лицо теперь покраснело, и сказал: - Ничего, просто у меня хорошее настроение. - С этими словами он незаметно забрал пакет в промасленной бумаге из-под стола. Чжунлю почувствовал себя так, словно съел целую банку засахарных личи. - Босс, сегодня в театре… Он не успел закончить фразу, как в дверь постучали. Подумав, что это, возможно, гость, ищущий ночлег, Чжунлю встал, чтобы открыть. Но за дверью стоял не гость, ищущий ночлег - это был фермер Дин Буцюн, сжимавший в руках тканевый свёрток, а на его лице читалась смесь надежды и беспокойства.