The Strange Tales of Huai’an Inn | Странные истории гостиницы Хуайань

Услышав слова Сяо Шуня, Чжунлю бросил одеяло на землю и поспешно побежал вниз по лестнице. Группа солдат уже ворвалась во двор - все в чёрных официальных одеяниях с красной отделкой, совершенно непохожих на форму солдат из окружного управления. Они были хорошо обучены и перекрыли входы в северное и восточное крылья. Как только Чжунлю вышел, высокий и крепкий офицер остановил его: - Кто вы? Гость или работник? - Сэр, я официант. Я знаю господина Лю. Пожалуйста, позвольте мне пройти и выразить ему почтение, - умоляюще произнёс Чжунлю, натянув на лицо самую смиренную улыбку. Однако офицер остался непреклонен и официальным тоном произнёс: - Господин Лю приказал никому не позволять свободно перемещаться. Мы занимаемся задержанием подозреваемого, и скоро всё закончится. Возвращайтесь и подождите. Внезапно Чжунлю упал на колени, чем поразил окружающих солдат, которые все повернулись, чтобы посмотреть на него. - Сэр! Пожалуйста, просто позвольте мне пройти и поприветствовать господина Лю! Я обещаю, что не создам никаких проблем. Мне нужно всего лишь сказать несколько слов! - Цк, зачем вы устраиваете сцену? Вставайте! Это вас не касается! - Сэр, пожалуйста, проявите милосердие. Мне нужно услышать от нашего хозяина, что делать с гостиницей после его ухода! - Если вы продолжите создавать проблемы, мы арестуем и вас! Глаза Чжунлю забегали, и он быстро сказал: - Сэр, это тоже подойдёт! Пожалуйста, заберите и меня! Офицер посмотрел на него так, будто считал Чжунлю сумасшедшим, и пнул его на землю: - Убирайтесь отсюда! Все в этой гостинице просто сумасшедшие. В этот момент Чжунлю заметил фигуру в светло-розовой одежде, которую толпа выводила через центральный двор. - Босс!!! - закричал Чжунлю во весь голос. Яркая фигура остановилась, затем обернулась. С такого большого расстояния он не мог чётко разглядеть выражение его лица, но Чжунлю знал, что босс улыбнулся ему, покачал головой, а затем отвернулся. Чжунлю ничего не мог сделать. Он был всего лишь скромным официантом - ни боевых навыков, ни влияния. Он смотрел, как уводят босса, и был бессилен что-либо предпринять. Однако солдаты сразу не ушли. Он видел, как много людей вошло на задний двор - вероятно, чтобы обыскать небольшой дворик, где жил хозяин. Сердце Чжунлю пылало. Он давно, очень давно не испытывал такого сильного разочарования, паники и едва уловимого гнева, который невозможно было игнорировать. Он понимал, что сейчас ничего не может сделать. Сяо Шунь стоял рядом с покрасневшими от тревоги глазами, а Чжу И и остальные всё ещё были заперты в вестибюле. Если он потеряет самообладание сейчас, проблем станет ещё больше. Это всё его вина… именно он спас Сюй Ханькэ… Он не ожидал, что спасение людей тоже может быть неправильным. Солдаты наконец ушли, и вскоре после этого гости из разных комнат выбежали проверять ситуацию. Ещё до закрытия вся гостиница Хуайань опустела. Перед хаотичным и грязным главным залом, оставленным солдатами, все словно окаменели, застыв в молчании. Никто даже не потрудился зажечь лампы. Только мастер Ляо отхлебнул чаю и спокойно произнёс: - Ладно, поторопитесь и уберитесь. Босс не задержится надолго. Пока его нет, мы всё равно должны хорошо заботиться о гостинице. Чжунлю энергично потёр лицо, встал и начал собирать опрокинутые табуреты один за другим, сметать осколки винных кувшинов в совок. Остальные тоже молча поднялись, каждый искал себе занятие, словно пытаясь вернуть контроль над этой неконтролируемой ситуацией. - Простите… что случилось? Янь Лучжи держала молчаливую и спокойную Цяньцянь. Сичжу следовала за ней, глядя на пустынный и хаотичный вид в зале. Чжу И с печальным лицом произнёс: - Босса забрали чиновники и солдаты. - Что?! Как такое могло произойти?! - Лучжи была потрясена, и тут ей в голову пришла мысль, на лице отразился страх. - Может быть, семья Шэнь сообщила о нём властям? Нет, я должна вернуться и поговорить с ними, убедить их освободить господина Чжу! Пока она говорила, то действительно собралась направиться к двери, и Сичжу не смогла её удержать. Чжунлю поспешно остановил её и шёпотом стал убеждать: - Госпожа, не думайте об этом слишком много, это не из-за вашего дела. - Тогда из-за чего же? - с тревогой спросила Лучжи. - Кто его арестовал? Чжунлю не хотел отвечать, но Сяо Шунь уже честно ответил из-за его спины: - Судебный департамент… Её глаза расширились, и она отступила на шаг. - Судебный департамент… Если попадёшь в такое место, можно ли вообще оттуда выйти? Чжунлю оглядел всех, предупреждая, чтобы они не говорили ерунды, а затем прошептал: - Госпожа, не волнуйтесь, мы обязательно найдём способ спасти босса. - Спасти его? Как его спасти? Ты всего лишь официант, а я - всего лишь брошенная женщина, без власти и влияния, что мы можем сделать? - тихо спросила Лучжи, её лицо побледнело. Её слова снова бросили тень на сердца слуг. Фу Цзы спросил: - А что, если босс не вернётся, что нам тогда делать? - Что значит «не вернётся»? Ничего ещё не произошло, почему вы все такие пессимисты? - отругал Чжунлю младших работников, уперев руки в бока. - Завтра мы продолжим как обычно. С хозяином всё будет в порядке! Мастер Ляо отхлебнул чаю и кивнул: - Чжунлю прав. Не позволяйте своему воображению брать верх. В этом деле… возможно, нам стоит сообщить Сун Минцзы. Сун Минцзы… Разве он не уехал в столицу… Но Чжунлю не сказал остальным. Если бы он это сделал, это могло бы вызвать ещё большую панику. Проводив Лучжи обратно в её комнату, он один отправился в небольшой дворик хозяина гостиницы. После обыска все те странные вещи, которые хранил босс, разве их все не должны были… Но в тот момент, когда он вошёл во двор, он чуть не остолбенел. Все странно выглядящие цветы в дворике исчезли, остались лишь редкие пучки травы, но не было никаких следов того, что растения были вырваны. Он быстро подошёл к воротам, которые солдаты силой выбили, и, заглянув внутрь, чуть не потерял дар речи. Комната хозяина гостиницы, которая раньше была полна различных предметов, теперь оказалась совершенно пустой. Даже огромный шкаф с лекарствами, занимавший целую стену, исчез. Обстановка всего зала и внутренней комнаты теперь выглядела как обычный, хотя и довольно элегантный жилой дом. Даже портреты, висевшие на стенах, пропали. Хотя комната была перевернута вверх дном офицерами и солдатами, Чжунлю отчётливо помнил, что солдаты вышли с пустыми руками, ничего не забрав. Так… куда же делись все эти вещи? Неужели хозяин гостиницы мог переместить всё за одну ночь? Внезапно он кое-что вспомнил и достал с шеи красную нить, на конце которой были привязаны два ключа. Один был его собственным, а второй хозяин гостиницы дал ему полмесяца назад. Неужели хозяин уже тогда готовился к сегодняшнему дню? Тревожное сердце Чжунлю немного успокоилось, и он начал обыскивать комнату. Этот ключ… от какого замка он подходит? Хозяин гостиницы не объяснил… Может быть, у хозяина есть свой план? Чжунлю тщательно простукивал стены, даже лежал на полу в поисках потайных отделений или механизмов. Но после часа поисков он ничего не нашёл. Тёмное ночное небо тяжело давило на верхушки деревьев за окном. Чжунлю сидел на диване лицом к двери, рассеянно перебирая саше в руке. В тусклом свете его глаза становились всё более яркими и решительными. Он встал, нашёл в комнате управляющего бумагу и кисть, аккуратно растёр тушь, чтобы смочить её. От первого штриха до завершения длинного стихотворения в стиле юэфу¹ прошло меньше времени, чем требуется для сгорания палочки благовоний. Он взял стихотворение, описывающее красоту реки Бянь в течение четырёх сезонов, и осторожно подул на него, чтобы высушить чернила, с несколько загадочным выражением лица. ¹ Юэфу - это китайские стихотворения, написанные в стиле народной песни. Изначально термин буквально означал «Музыкальный бюро» и относился к имперской правительственной организации, которая занималась сбором и написанием текстов песен. Чжунлю нашёл в сундуке управляющего одежду тёмного цвета и надел её. Затем он отправился в кладовую и после долгих поисков обнаружил там маску Зелёной Тары² - её купили на какой-то храмовой ярмарке много лет назад. ² Одна из самых почитаемых богинь в тибетском буддизме. Считается, что она незримо сопровождает праведных, помогает им в поисках истины и обретении благих качеств. Он надел маску на лицо и тихо покинул гостиницу посреди ночи, затем, обойдя несколько улиц, быстро направился к доске объявлений у городских ворот, где размещались официальные уведомления. Улицы были пугающе тихими - даже прилавки ночного рынка были закрыты. Лишь издалека, с какой-то улицы, доносился звук ударов ночного сторожа. На доске объявлений были расклеены всевозможные уведомления из ямыня³ и приказы о розыске. Рядом находилась общедоступная доска, на которой были налеплены народные листовки, объявления о пропаже скота или людей, объявления о литературных состязаниях буддийских групп и реклама недавно открывшихся магазинов… Чжунлю выбрал заметное место, намазал клей и прикрепил туда своё длинное стихотворение. ³ Правительственное учреждение. После всех этих действий он обернулся и замер от изумления. В эту ночь не было облаков, и полная луна была необычайно яркой, делая ночное небо прозрачным, как вода. И над спящим древним городом появилось странное зрелище. Он увидел огромную, пугающую и странную фигуру Городского Бога, поднимающуюся из земли. Его огромные рога рассекали небо, словно стремясь разорвать звёздный свод. А те бесчисленные руки, копыта и щупальца, казалось, были опутаны бесчисленными шёлковыми нитями. Он поднял голову и издал долгий, ужасающий рёв, подобный удару молнии в ясном небе, разрывая тишину. Такой громкий звук - неужели он не разбудил весь город?! Или… никто больше его не слышал? Напротив него находилось ещё одно, столь же огромное существо, взирающее на весь город. То, чего Чжунлю никогда прежде не видел и не мог понять. Это была масса… Она напоминала гигантскую гору, наспех вылепленную из грязи, но её постоянно извивающаяся и меняющаяся форма напоминала огромную жёлтую тайсуй. Бесчисленные жёлтые нити-гифы, словно огромная сеть, словно плотно упакованные кровеносные сосуды, простирались от его тела во всех направлениях. Почти каждое здание было плотно покрыто этими жёлтыми нитями. ⁴ Древний термин для обозначения слизевика. Ломаные и липкие нити-гифы вырывались из его раздутого бесформенного тела, плотно обвивая и удушая огромное древнее тело Городского Бога. Разум Чжунлю совершенно опустел, оставив лишь полное замешательство. Казалось, что его мозг был высосан и поглощён в тот самый момент, когда он увидел это огромное жёлтое чудовище. Внезапно в его сознании вспыхнули бесчисленные хаотичные мысли, словно кружащиеся и сталкивающиеся безумные цвета. Вонючий ветер ударил в лицо, лишив дыхания, а кожа, казалось, таяла от этого горячего и грязного запаха. И тут он моргнул. Всё исчезло. Ни Городского Бога, ни жёлтого гигантского монстра, ни плотно оплетающих весь город нитей-гиф - будто их никогда и не существовало. Лишь холодная луна по-прежнему одиноко висела в небе. Сердце бешено колотилось, и в этот момент он осознал, что его мозг словно внезапно перестал работать. Это было невероятно странное ощущение. Если проводить сравнение, то, наверное, немного похоже на инсульт? И теперь он наконец почувствовал страх, медленно накатывающий на него, словно цунами - первобытный страх. Городской Бог… что случилось? Эта тварь… она нападала на Городского Бога? Этот жёлтый цвет напомнил ему о неизвестных липких нитях в почве, присланных Дин Буцюном… … Три дня спустя Чжунлю снова переоделся в чёрное одеяние, надел маску Зелёной Тары и отправился к доске объявлений у городских ворот. Его длинное стихотворение исчезло. На том же месте кто-то ответил другим длинным стихотворением в стиле юэфу, описывающим туманные, тихие и изящные пейзажи горы Цзилу. Под маской Чжунлю приподнял уголки губ в облегчённой улыбке. Он снял стихотворение и бережно спрятал его за пазуху. Когда он обернулся, то немного испугался, опасаясь вновь увидеть то, чего обычным людям видеть не положено. Но на этот раз ничего не произошло. Он быстро побежал обратно в гостиницу, на цыпочках проскользнул мимо Чжу И, который дремал, охраняя главный зал по ночам, вернулся в свою комнату, зажёг лампу, снял маску и принялся внимательно изучать стихотворение за своим столом. Он достал тушь, кисть и бумагу, а также небольшую книжку, заполненную странными символами, спрятанную на дне деревянного ящика. Сопоставляя эти записи, он начал что-то писать и рисовать на бумаге, словно производя какие-то вычисления. Вскоре он умело и точно расшифровал одну из строк стихотворения: «В час Цзы³ второго дня шестого месяца встретимся под призрачной ивой в болоте Баймао». ³ Час Цзы — это один из двенадцати часов в традиционной китайской системе измерения времени (китайский зодиак). Этот час соответствует периоду с 23:00 до 01:00 по современному времени (или с 11 вечера до 1 часа ночи).