The Strange Tales of Huai’an Inn | Странные истории гостиницы Хуайань

Цияо Чжэньжэнь стоял на городской стене Тяньляна, вглядываясь в древний город, раскинувшийся в речной долине между двумя горными хребтами. Наступал закат, и туманный пурпурный сумрак окутывал плотно стоящие здания, очерчивая их края золотыми линиями. Вечерний ветерок колыхал медные колокольчики, свисающие с карнизов, извлекая чистый, древний звон. В сочетании с тонкими струйками дыма, поднимающимися от далёких кухонных очагов, это делало картину ещё более умиротворённой и безмятежной. Весь дневной хаос словно исчез, как и надвигающаяся катастрофа, которая должна была обрушиться на них через три дня. Позади него послышались шаги, а затем знакомый голос произнёс: - Ну и ну, там у городской стены несколько групп мирян-учеников издалека наблюдают за тобой. Если бы не младшие братья, которые их останавливают, они бы наверняка бросились сюда просить твоего благословения… Цияо Чжэньжэнь не обернулся, лишь тихо произнёс: - Слугу нашли? Сун Минцзы ответил: - Нашли. Сумасшедший, который рубил людей на улице, ранил его в руку, но рана несерьёзная. - А тётушка Цзюлуань? - Она решила пока остаться в гостинице, помогая искать местоположение Врат в городе. Цияо Чжэньжэнь глубоко вдохнул, затем медленно выдохнул: - Её восстановленный облик тоже должен быть связан с Чжу Хэланем, верно? Наша секта, ведущая даосская школа, имеет слишком много связей с его гостиницей. Сун Минцзы подошёл к Цияо Чжэньжэню, прислонился к городской стене и, держа травинку во рту, небрежно спросил: - Старший брат, у вас проблема с моим другом или со мной? Цияо Чжэньжэнь перевёл взгляд на Сун Минцзы. Его спокойный взор излучал силу, которая совершенно не соответствовала его молодому виду: - Я просто констатирую факты. Чжу Хэлань практикует запретные искусства, используя Хуэй - рано или поздно он навлечёт на себя беду. Хуэй - это то, к чему нельзя прикасаться. Однажды соприкоснувшись, ты уже никогда не избавишься от этого, даже после смерти. Как даосы, мы должны держаться подальше. - Старший брат, вы всегда говорите о Хуэй так, будто его не должно существовать. Но если бы Хуэй действительно исчезло, разве этот мир тоже не перестал бы существовать. Без перемен, без хаоса - с самого начала в этом мире не было бы никакой жизни, - продолжил Сун Минцзы. - Была бы лишь мёртвая тишина. - Даже если оно существовало с начала времён, людям не следует им пользоваться, - Цияо Чжэньжэнь слегка взмахнул рукавом, в его тоне проскользнула насмешка. - Это всё равно что пытаться управлять погодой и бескрайним океаном - явная переоценка собственных возможностей. Его выражение лица стало серьёзным, и он посмотрел на Сун Минцзы сложным взглядом: - Почему ты каждый день так настойчиво общаешься с людьми из той гостиницы? Ты же знаешь, что представляет собой то дерево и насколько оно опасно. Основатель нашей секты Цинмин построил здесь храм именно для того, чтобы подавлять этот росток. А теперь ты связан с жрецом Всеобщей Богини-Матери. Как я должен объяснить это мастеру? - Старший брат… Чжу Хэлань и я - просто деловые партнёры… то, что ты говоришь, может легко привести к недоразумениям, знаешь ли… - произнёс Сун Минцзы с видом человека, страдающего от головной боли. Каждый раз, когда он разговаривал со старшим братом, это заканчивалось подобной лекцией, из-за чего ему хотелось избегать его ещё больше. - Как даосскому практику… - …следует следовать Пути, спасать людей, воздерживаться от мирского богатства и никогда не расслабляться… - лениво процитировал Сун Минцзы слова, которыми Цияо Чжэньжэнь часто его отчитывал, с улыбкой глядя на старшего брата. - Я что-то упустил? Лицо Цияо Чжэньжэня слегка покраснело, он отвёл взгляд: - Знать и всё равно поступать неправильно - ещё хуже. - Старший брат, если бы не мы с Чжу Хэланем, нашедшими Чжуан Чэна на этот раз, ты, вероятно, до сих пор был бы в растерянности относительно колебаний Первозданного компаса. Видишь? Иногда обходными путями можно достичь неожиданного успеха. - Но сейчас, не найдя Дверь, мы всё ещё в тупике. - Эта Жёлтая Башня тайсуй… - Сун Минцзы обернулся, глядя на поля и предгорья за городской стеной. - Мы с Чжу Хэланем почти уверены, что Башня тайсуй и есть Дверь. Они ещё не сформировались полностью, поэтому, если мы сможем найти способ выманить их и поймать с помощью Формации покорения демонов Девяти небес, а затем использовать даосскую энергию, чтобы постепенно разложить их на части, мы сможем полностью уничтожить Дверь. - Если они должны полностью сформироваться, вероятно, им нужно больше Хуэй для наполнения. Те, чьи духи или тела начали деформироваться под влиянием Хуэй, являются их «пищей», - Цияо Чжэньжэнь сразу понял, что имеет в виду Сун Минцзы. - Ты хочешь поймать их, когда они вернутся «поесть»? - Завтра… завтра они, скорее всего, появятся снова. Мы должны обращать внимание на любые масштабные деформации, появляющиеся в городе, чтобы как можно быстрее установить алтарь. - Естественно. Я уже отправил всех учеников, которых смог мобилизовать. На каждой улице есть охрана. Но тётушка Цзюлуань слишком стара, она больше не может поддерживать Формацию покорения демонов Девяти небес. Я лично активирую великое построение, - сказал Цияо Чжэньжэнь и, немного поколебавшись, небрежно добавил: - Сун Минцзы, ты будешь охранять внешний периметр и отвечать за эвакуацию людей. Если с моей стороны произойдёт что-то неожиданное, тебе нужно как можно быстрее вывести невинных. Сун Минцзы был ошеломлён: - Как такое возможно? Я всё ещё должен защищать тебя! - Там будет главный ученик. - Эти новички не смогут тебя защитить! Старший брат, даже если ты расстроен из-за меня, не делай этого сейчас. Чияо Чжэньжэнь строго посмотрел на него: - Делай, что говорю. Ты всегда должен противоречить старшему брату? Сун Минцзы сначала рассердился, но потом в его голове промелькнула мысль, и он внезапно озорно ухмыльнулся: - Старший брат, может, ты беспокоишься, что я могу пострадать, поэтому пытаешься отослать меня? Цияо Чжэньжэнь на мгновение опешил, неловко отводя взгляд. Строгая и властная аура, которую он только что излучал, мгновенно рассеялась: - Не выдумывай. Мне просто нужен надёжный человек для охраны внешнего периметра. - Старший брат, раз это построение настолько опасно, как я могу бросить тебя? Пусть несколько твоих учеников займутся внешним периметром. Я определённо помогу тебе защищать построение, - Сун Минцзы спрятал легкомысленную улыбку и с редкой искренностью произнёс: - Когда мы только-только спустились с горы на обучение, разве мы не отлично работали в команде? Да, тогда они оба были неопытными юнцами, но неразлучными. Сун Минцзы раньше делился с ним всем, не умея хранить секреты. Где-то по пути между ними образовалась трещина. Цияо Чжэньжэнь посмотрел на Сун Минцзы, и в его сердце тихо разлилось горькое чувство. Наконец он мягко кивнул: - Хорошо. Если ты настаиваешь на том, чтобы прийти, то давай сделаем это вместе. … Чжунлю просматривал свои записи, сравнивая их с информацией, собранной до прибытия в город Тяньлян, и определил трёх человек, которые могли быть маской Короля Драконов. Первым из этих трёх в город Тяньлян прибыл писарь по имени Сюэ Цзячун, который позже стал судебным приставом в уездном управлении. Основываясь на описаниях его внешности и акцента, а также учитывая место его проживания, Чжунлю пришёл к выводу, что этот человек с большой вероятностью является маской Короля Драконов из Зала Цинлун. Двумя другими были Ли Жочунь - владелица винного магазина Хуаси, которая вышла замуж и переехала в Тяньлян девять лет назад, - и Чэнь Сань, нищий, который круглый год спал в храме Городского божества. Они точно соответствовали Залам Чжуцэ и Гоу Чэнь, которые он ранее исследовал. Поскольку эти двое прибыли в Тяньлян примерно в одно и то же время, было трудно определить, кто из них является второстепенным информатором. Если маска Короля Драконов не появится сегодня вечером, ему придётся искать этих двоих завтра. Вообще, члены секты Бай Сяо уважали дневные личности друг друга. Даже если они догадывались о профессиях друг друга, они не встречались напрямую без масок. Однако если бы и Первичный, и Второстепенный Информаторы исчезли, им пришлось бы прибегнуть к такой мере в исключительных обстоятельствах. Когда он убирал свою шкатулку, внезапно раздался стук в дверь. Чжунлю поспешно затолкал шкатулку под кровать. Вошёл Чжу И с чашкой чая. - Лю-гэ, хозяин попросил меня принести это тебе. Это было лекарство для подавления деформации, заваренное с чаем мастера Ляо… На самом деле Чжунлю было немного любопытно: если его мутацию можно подавить разведённым чаем, то насколько серьёзной должна быть деформация мастера Ляо? Чай был не только очень крепким, но и приходилось пить его постоянно, каждый день. Чжунлю с кислой миной взял чай, зажал нос и выпил всё залпом, морщась всем лицом. - Сяо Чжу, а почему тебе не нужно пить эту штуку? Чжу И опешил. Это был первый раз, когда Чжунлю упомянул его Хуэй. Чжу И улыбнулся и указал на подушку на своей кровати: - У меня тоже есть. Хозяин дал мне эту подушку и велел спать на ней каждую ночь. Он сказал, что это уменьшит кошмары. Лю-гэ, ты, наверное, слышал, как я разговариваю во сне или что-то в этом роде, верно? Раньше мне было намного хуже. Чжунлю был ошеломлён: - Хуже, чем сейчас? - Да, в течение нескольких лет я становился совсем другим человеком во сне, пугая свою семью до полусмерти. В конце концов они выгнали меня. Я не мог остаться ни в одной гостинице, потому что люди говорили, что мой лунатизм был особенно пугающим. Только когда я встретил здесь хозяина, я наконец нашёл место, где можно обосноваться, - Чжу И придвинул табурет и сел, наливая себе чашку воды. - В любом случае, если бы не хозяин, я, наверное, сейчас просил бы подаяния… Быть изгнанным из собственного дома собственными родителями… Чжунлю не мог представить себе это ощущение. - Когда тебя затронуло Хуэй? - спросил Чжунлю. - Я начал ходить и говорить во сне примерно в пятнадцать лет… Я был родом из деревни Чжуцзя, расположенной ниже по течению реки Бянь. Однажды я пошёл с отцом в горы собирать грибы и выкапывать дикие овощи, и мы заблудились. Я не помню, как вернулся. Кажется, моя семья думала, что я погиб в горах, но я вернулся сам, словно одержимый. Они пригласили жреца провести ритуал экзорцизма, и хотя я пришёл в себя после этого, у меня появилась привычка ходить во сне по ночам. - Тебе когда-нибудь говорили, что ты говоришь по ночам? - Говорят, иногда я произношу имена людей, а через несколько дней эти люди… умирают, - сказал Чжу И с несколько мрачным выражением лица. Но затем он внезапно вздрогнул и спросил Чжунлю: - Я снова произнёс чьё-то имя? Чжунлю опустил глаза и на мгновение задумался. - Ты хотел бы знать, чьи имена ты произносил? Чжу И опешил, затем энергично покачал головой. - Нет… даже если бы я узнал, это всё равно не помогло бы им, так что лучше оставаться в неведении. - Даже если это кто-то, кого ты знаешь? - …Да, - сказал Чжу И с решительным видом. - Даже если это кто-то, кого я знаю… я не хочу обладать такой способностью… Чжунлю протянул руку и похлопал его по плечу, мягко говоря: - Я понимаю… но в следующие два дня, Чжу И, не делай ни шагу за пределы гостиницы и не оставайся один. Постарайся как можно больше находиться с мастером Ляо и остальными, понятно? Чжу И помолчал, затем улыбнулся. - Лю-гэ, почему ты говоришь то же самое, что и хозяин? Действительно… хозяин, наверное, уже давно предупредил его об этом… Когда наступила ночь, Чжунлю дождался, пока Чжу И уснёт, затем переоделся, достал свою маску и пробрался во двор хозяина. Хозяин гостиницы, увидев его одежду, неодобрительно цокнул языком: - Почему ты всё ещё носишь ту, что я дал тебе? Я же повысил тебе жалованье. Разве ты не сшил себе пару новых нарядов? Чжунлю озадаченно посмотрел на свой тёмно-зелёный халат с перекрёстным воротником: - Я надеваю его лишь изредка. Нет смысла тратить деньги впустую. - Ты надеваешь эту же одежду каждый раз, когда встречаешься с собратьями-учениками. Они быстро догадаются, где ты работаешь, и решат, что я плохо с тобой обращаюсь, - хозяин немного поворчал, зашёл в дом и порылся там какое-то время. Затем вышел с абрикосово-жёлтым халатом с круглым воротником и протянул его Чжунлю: - Быстрее переодевайся. Чжунлю, разрываясь между смехом и раздражением, зашёл в комнату хозяина переодеваться, удивляясь, почему тот всегда так настаивает на том, чтобы наряжать его… Хозяин открыл короткий путь и повёл Чжунлю по странной тропе, покрытой густыми чёрными ямами. Пейзаж по обеим сторонам был таким же искажённым и разрушенным, как и раньше, но на этот раз Чжунлю заметил множество жёлтых вязких объектов, извивающихся в трещинах, словно заполняя всё вокруг. Чжунлю в изумлении уставился на них, осознавая, что жёлтые тайсуй уже повсюду. Просто их нельзя было увидеть… - Не оглядывайся по сторонам. Смотри под ноги, - напомнил Чжу Хэлань. - Босс, а что, если мы встретим собак? - При таком сильном присутствии Жёлтого Бога даже собаки, вероятно, будут держаться подальше. Город, куда не осмеливались приближаться даже собаки… После минутного молчания Чжу Хэлань вдруг заговорил несколько нерешительным тоном: - Лю-эр… то, что нам предстоит сделать на этот раз - спасение стольких жизней от Осквернённого Бога - загрязнит нас большим количеством Хуэй. В прошлый раз, когда ты спас Сюй Ханькэ, ты уже был так сильно затронут. Думаю, на этот раз тебе лучше покинуть город, чтобы избежать этого. - А? Но… разве я совсем не смогу помочь? - Дело не в том, что ты не можешь помочь. Я боюсь… - хозяин замолчал, сам удивляясь своему страху. Чжунлю оказывает на него такое сильное влияние, какого он никак не предполагал. - Но если я уйду, то буду чувствовать себя не в своей тарелке… - Чжунлю с тревогой посмотрел на него, а затем внезапно остановился. - Чжу И не уходит. Как и мастер Ляо, Сяо Шунь, Фуцзы и Цзю Лан… Как я могу убежать один? - Разве ты не боишься? - Конечно, боюсь, но я также не хочу быть дезертиром. - Если ты действительно хочешь остаться, тогда ты должен ответить мне на один вопрос, - хозяин гостиницы засунул руки в рукава, пристально глядя на Чжунлю. Чжунлю был озадачен, но всё же встретил взгляд босса. - Спрашивайте. Я расскажу всё, что смогу. - Кто твои родители? Чжунлю опешил, не понимая, почему босс вдруг задал этот вопрос. Он помолчал немного, затем честно ответил: - Не знаю. Меня воспитал мой мастер. - Я понимаю, не стоило задавать этот вопрос. В конце концов, ваши настоящие личности в секте Бай Сяо - табу… Если ты хочешь рассказать, то говори. Если не хочешь или всё ещё сомневаешься во мне, можешь промолчать, - произнёс хозяин гостиницы очень торжественно, взвешивая каждое слово. Чжунлю дважды моргнул: - Босс, вы, наверное, спрашиваете, кто мой мастер? Чжу Хэлань слегка кивнул. Чжунлю нервно поджал губы. Его мастер не хотел, чтобы его беспокоили, поэтому он не должен никому рассказывать. Чжу Хэлань спокойно ждал. Секунды тянулись, но Чжунлю молчал. По какой-то причине Чжу Хэлань почувствовал лёгкое разочарование. - Если не хочешь говорить… тогда ладно. Но у меня есть к тебе ещё один вопрос. Твой мастер когда-нибудь давал тебе книгу? - Книгу? - Да, или что-то похожее - записная книжка или блокнот. Чжунлю покачал головой: - Я не читал записные книжки моего мастера. Он говорил, что я должен собрать свои собственные знания. Он только учил меня методам, которые помогут в этом. Чжу Хэлань кивнул и пристально вгляделся в каждое, даже малейшее изменение выражения лица Чжунлю. Если только его хитрость не была настолько непостижимой, что могла обмануть даже его самого, в словах Чжунлю не было ни следа лжи, как бы он ни вглядывался. Он действительно ничего не знал… Возможно, это дело действительно не имело к нему никакого отношения. Почувствовав необъяснимое облегчение, Чжу Хэлань смягчил выражение лица и ободряюще похлопал Чжунлю по плечу: - Пойдём.