The Strange Tales of Huai’an Inn | Странные истории гостиницы Хуайань

Небо светлело, и на горизонте моря появился пылающий розовый оттенок, словно под землёй бушевало дикое пламя. Резкий холодный ветер внезапно принёс с собой проблеск обнадеживающего тепла. Чжунлю стоял на рифе, морской бриз колыхал пряди волос на его лбу, смывая усталость. Он закрыл глаза и глубоко вдохнул этот бескрайний, вечный солоновато-горький аромат. Этот запах освежал его всего. Это чувство полного расслабления, словно он вернулся домой, было тем, чего он не мог найти нигде больше. Даже лежание на самой мягкой и удобной кровати не могло сравниться с тем покоем, который приносил ему этот аромат. Он не знал, что хозяин гостиницы наблюдал за ним издалека. Утренний свет падал на Чжунлю, и казалось, будто сам свет исходил от обычно ничем не примечательного слуги. Не только свет, но и мириады, бесчисленных, простирающихся по всему побережью, переплетающихся с солнечным светом и кружащихся в танце рукавов Хуэй. Если бы не знание о том, насколько опасны на самом деле эти фантастические, словно сошедшие из мечты, рукава, эту сцену можно было бы назвать ослепительно прекрасной. Чжу Хэлань поднял руку, касаясь лент, которые парили вокруг него, светящихся туманным сине-фиолетовым светом в утреннем солнце. Хуэй обвивались вокруг его пальцев, но не разъедали его и не поглощались им. Они явно отличались от Хуэй, собранных в его теле, но в отличие от Хуэй Бога в Жёлтой Одежде, они не были наполнены желанием развращать. Они были скрытными и тихими, даже их владелец не знал, сколько их таилось в его не таком уж и сильном теле. В этот момент Чжунлю поднял свою тыкву-горлянку для вина и сделал глоток. Те танцующие в небе синие нити словно почувствовали какое-то притяжение и стремительно втянулись обратно в крошечную, удаляющуюся фигурку, оставив лишь короткие обрывки, которые продолжали развеваться в воздухе. Чжунлю чихнул, вероятно, из-за долгого пребывания на холодном ветру. Его взгляд упал на пляж, привлечённый чёрной тенью. Он спрыгнул с рифа в несколько шагов и с любопытством присел на корточки, чтобы рассмотреть. Это, вероятно, была мёртвая рыба, выброшенная на берег посреди ночи, но вблизи она совсем не походила на рыбу. Это была раковина размером с арбуз, с четырьмя или пятью спиралями, сгруппированными вместе, от которых слегка кружилась голова, если смотреть на них слишком долго. Из раковины появилось существо, похожее на осьминога, с множеством сине-чёрных щупалец, раскинутых по земле, и парой глаз, покрытых белой плёнкой, которые удивительно напоминали человеческие глаза. Внешний вид этого существа... почему оно так сильно напоминало аммонита, описанного в древних текстах первобытных времён? Но это не могло быть правдой, эти существа должны были вымереть в первобытные времена... Он снова огляделся и обнаружил на пляже другие существа, которых там быть не должно. Были овальные создания, покрытые сегментированными раковинами с усами, на первый взгляд похожие на гигантских мокриц, но при ближайшем рассмотрении они казались каменными шелкопрядами или трилобитами? Но каменные шелкопряды, как и аммониты, вымерли задолго до появления людей. Даже если бы их нашли, это были бы только окаменелые раковины и скелеты, а это существо выглядело так, будто умерло совсем недавно, и было как минимум в пять раз больше, чем описанные в книгах каменные шелкопряды. Были также улитки с мягкими панцирями в форме бычьих рогов, но с множеством усов, свисающих с их голов, морские скорпионы, похожие на многоножек, но с дюжиной глаз на голове, и полупрозрачные черви, покрытые колючками на спине, из-за чего невозможно было отличить их ноги от спины... Эти существа... ни одно из них не должно было появляться сейчас, не так ли? Разве они не должны были давно исчезнуть с течением времени? Чжунлю размышлял, оглядываясь по сторонам, желая подобрать некоторых, чтобы забрать с собой, но боялся, что хозяин гостиницы отругает его. В конце концов, он подавил своё любопытство. Наконец, он обнаружил следы, напоминающие отпечатки ног. Эти следы... должно быть, они принадлежали какому-то существу с широкими ногами. На первый взгляд они выглядели как человеческие следы, но даже у среднего взрослого мужчины не могло быть таких больших, плоских ступней. При ближайшем рассмотрении стало видно, что они вышли из моря, а не вошли в море с суши... Все следы показывали только одно направление - выход из моря - без следов входа. Что вышло из моря? - Лю-эр! Надышался уже ветром?! Эхо голоса хозяина гостиницы донеслось издалека, и Чжунлю не успел больше ни о чём подумать, поспешив к маленькому двору кузнеца на склоне холма. Войдя в дом, Чжу Хэлань смотрел на две маленькие медицинские печи, зажжённые у двери. Чжунлю спросил: - Что вы варите? - В одном котле - травяная смесь для стабилизации Хуэй, а в другом - кое-что для тебя. Чжунлю воскликнул, быстро подбежал ко второй печи и поднял крышку. В нос ударил резкий имбирный аромат. Лицо Чжунлю скривилось: - Имбирный суп?! - Да, ты выбежал спозаранку как безумный и так долго пробыл на ветру, было бы странно, если бы ты не заболел. Выпей сначала имбирного супа для профилактики, а то вернёшься и заразишь всех в гостинице, - хозяин гостиницы неторопливо приподнял крышку медицинского котла и посмотрел внутрь. - Не привередничай, выпей всё до дна. Чжунлю послушно налил себе миску, подул на неё, а затем залпом выпил с трагическим выражением лица, словно герой, отсекающий себе руку. После этого его лицо исказилось настолько, что едва ли напоминало человеческое. Чжу Хэлань рассмеялся: - Ты можешь пить чай из той тыквы-горлянки, но имбиря боишься? - Если бы не вы, я бы лучше выпил бочку чая мастера Ляо... - Чжунлю обмахивал пылающий язык, затем рассказал о странных трупах морских существ, которые видел на пляже. Чжу Хэлань не проявил особого удивления, только вздохнул: - Как я и говорил, в последнее время всё связано с морем. Но водяные призраки обычно не выходят на берег, однако в последнее время происходят постоянные волнения. Я беспокоюсь... - Вы боитесь, что повторится инцидент с Богом в Жёлтой Одежде? - Более того... Когда Сюй Ханькэ заточил меня, он обронил несколько обрывочных фраз, сказав, что народ Тяньгу зашевелился. После смерти старого Великого Шамана появился новый. Говорят, этот Великий Шаман обладает огромными сверхъестественными силами и всё ещё жаждет заполучить Центральные равнины. Вероятно, поэтому чиновники так стремятся заполучить список всех ремесленников, которые есть у меня. Чжунлю сидел на маленьком табурете, подперев подбородок рукой, размышляя: - Сначала Бог в Жёлтой Одежде, теперь водяные призраки и трупы из бездны... Босс, как думаете, связаны ли эти вещи? Чжу Хэлань кивнул, его взгляд устремился вдаль. Он помолчал некоторое время, прежде чем снова заговорить: - В последний раз, когда Дверь открылась, я не помог фее Цзюлуань и остальным. Тогда состояние пагодного дерева было нестабильным, я думал только о его защите и отказался участвовать, лишь предоставив им формацию для закрытия Двери. Но в последние годы я задаюсь вопросом: был ли мой выбор тогда правильным? Выражение лица Чжу Хэланя всегда было решительным и уверенным. Но в этот момент в нём промелькнуло нечто вроде замешательства. Чжунлю на мгновение остолбенел, затем опустил голову, задумавшись: - Босс, вам не нужно ни в чём винить себя. Вы всего лишь хозяин гостиницы, спасение всех живых существ - не ваша обязанность. - Я это прекрасно понимаю. Прожив столько лет, я видел бесчисленные перемены, от морей до тутовых полей, и привык видеть в людях мошек, рождающихся утром и умирающих вечером. Постепенно я стал несколько безразличным, - глаза Чжу Хэланя были устремлены на пламя, он тихо вздохнул. - Я перестал заботиться о чём-либо,и жил без эмоциональных колебаний, словно камень. - Но я думаю, что вы явно холодны снаружи, но теплы внутри, босс! Вы спасли жителей города Тяньлян, не говоря уже обо всех тех гостях, которые попали в беду, нарушив контракты, и пришли к вам, вы делали всё возможное, чтобы спасти их. Вы также помогли госпоже Янь, а теперь и мастеру У. Почему вы так скромничаете? Чжу Хэлань расхохотался: - Твой маленький рот весьма искусен в лести. Но... то, что я помогаю и спасаю людей, не значит, что я искренне забочусь о них. Они ведь полагались на меня, я просто выполнял свой долг. Вероятно, такова цена бессмертия. Кроме пагодного дерева, я уже очень давно ни о чём не забочусь. Чжунлю замолчал. «Он не заботился ни о чём очень долгое время...» Значит, вся забота, которую он получал, всё кажущееся «особое отношение» было просто вопросом долга? В этот момент из комнаты внезапно раздался громкий хлопок, за которым последовал странный крик. Но по сравнению с прошлой ночью, теперь это был явно человеческий звук. Они быстро разобрали деревянные доски и вошли в комнату. Они увидели, что огромный чёрный железный кокон, который свисал с балки, теперь был изрешечён отверстиями, покрыт плотными, похожими на соты чёрными впадинами. А мастер У, который был заточён внутри, упал и лежал распростёртым на земле. Нефритовый Таоте упал рядом с ним, нефрит светился почти светящимся зелёным светом. В тот момент, когда он увидел Чжу Хэланя, он внезапно опустил голову и изверг лужу крови. Чжунлю сказал: - Босс... разве он ещё не поправился? - Нет, уже всё хорошо, это должна быть последняя рвота, - Чжу Хэлань наблюдал за плотностью Хуэй в воздухе и подошёл к мастеру У, который лежал на земле, тяжело дыша и с ошеломлённым взглядом в глазах. - Как вы себя чувствуете? - Чжу Хэлань протянул ему носовой платок. Мастер У взял его дрожащей рукой и вытер кровь с лица. - Такое ощущение, что мне приснился очень длинный кошмар... - голос мастера У был чрезвычайно хриплым, его было трудно расслышать без пристального внимания. Но... он наконец пришёл в сознание. Хозяин гостиницы с облегчением вздохнул, достал кусок шёлка, поднял нефритовую таоте и аккуратно завернул её. Вскоре госпожа У ворвалась внутрь с двумя сыновьями, окружив кузнеца, плача и смеясь одновременно. Чжу Хэлань отвёл У Фэна в сторону и поручил ему дать кузнецу и его младшему сыну приготовленное им лекарство. Семья У от души благодарила хозяина гостиницы. Чжунлю уже вышел наружу, чтобы запрячь лошадь, готовясь вернуться в гостиницу вместе с хозяином. После долгого ожидания хозяин гостиницы наконец вышел из двора кузнеца. Как только он сел в карету, Чжу Хэлань достал тканевый мешочек и открыл его, чтобы Чжунлю мог увидеть. Внутри мешочка лежала железная пластина в форме рыбы, всё ещё окрашенная кровью. - Рыба-лоцман! - воскликнул Чжунлю в изумлении. - Да, это было последнее, чем вырвало кузнеца, - серьёзно сказал Чжу Хэлань. - Он попросил меня забрать это, но мы уже заключили контракт с плотником, так что, возможно, нам придётся оставить это себе. Чжунлю уставился на железную пластину. По какой-то причине в его сознании возник образ: корабль, дрейфующий в бескрайнем океане, с поднятыми высоко парусами, направляющийся к опасному, густом туману... - Босс... куда укажет эта рыба? Я предполагаю, что это будет не юг, верно... Чжу Хэлань сказал: - Я не знаю. Эта рыба появилась естественным путём без моего руководства. Она может указывать куда угодно... но, учитывая прошлые способности кузнеца, она, вероятно, приведёт все корабли к точке невозврата. - Тогда мы оставляем её?! - Точка невозврата для других может оказаться именно тем местом, куда нам нужно попасть, - глубокомысленно произнёс Чжу Хэлань, затем аккуратно завернул рыбу-лоцмана и спрятал её за пазуху.