The Strange Tales of Huai’an Inn | Странные истории гостиницы Хуайань

Чжунлю был окутан тёплыми, крепкими объятиями Чжу Хэланя, чувствуя жар его бурлящей крови и его пьянящий аромат. Чжу Хэлань сжимал его так сильно, словно пытался вдавить его в собственную грудь, спрятать между рёбрами и сердцем, уберечь и никогда не отпускать. Эти объятия, хотя и были похожи на те, что Чжунлю получил после того, как едва не погиб от рук безумца, были иными. Это было подобно тому, как если бы сорвали всю маскировку, все колебания и нерешительность, не оставив места ни для сдержанности, ни для сомнений. В это короткое мгновение Чжунлю показалось, что время остановилось. Его сознание растянуло это мгновение в вечность, когда он уткнулся лицом между шеей и волосами хозяина гостиницы. - Я больше не отпущу тебя от себя, - прошептал Чжу Хэлань ему на ухо. Его голос, лёгкий, как вздох или клятва, был полон глубокой искренности. Чжунлю, уткнувшись головой в бьющуюся жилку на шее хозяина, не мог сдержать улыбку и тихо ответил: - Правда? Ты ведь не пожалеешь об этом снова? - Я и не жалел... просто я стар и нерешителен. - рука Чжу Хэланя нежно гладила волосы, рассыпавшиеся по спине Чжунлю, его голос, казалось, исходил из глубины сердца, с ноткой смеха. - Прости этого старика. Чжунлю впервые слышал, чтобы хозяин гостиницы называл себя стариком. Он не мог сдержать смеха. В этот момент Юань Чу, верхом на своём драгоценном мече, пролетел через кристальное море и приземлился рядом с ними. Он увидел Чжунлю и Чжу Хэланя, крепко обнявшихся, и не знал, куда смотреть. Он чувствовал, что отношения между Чжунлю и Чжу Хэланем были гораздо глубже, чем просто между хозяином и слугой. С самого детства, став учеником Ушэн Чжэньжэня из секты Да Луо, он посвятил себя Дао, поклявшись помогать всем живым существам. Он никогда не задумывался о романтических отношениях, не говоря уже о связи между двумя мужчинами, любви, которую большинство людей, даже в самом либеральном царстве, всё ещё считали табу. Его секта строго запрещала такие «позорные поступки», будь то между собратьями-учениками или с посторонними. Если обнаруживали, их лишали статуса и изгоняли. Но почему Гуань Чжунлю и Чжу Хэлань, казалось, совершенно не заботились о том, что думают окружающие? Почему, увидев их в такой интимной близости, он не почувствовал того сильного отвращения, которое его учитель выказывал, упоминая подобное поведение? Напротив, он даже чувствовал... что тронут и полон тоски... Была ли сильная неприязнь его учителя к Чжу Хэланю связана со склонностями Чжу Хэланя в этом отношении? Юань Чу прочистил горло. Двое обнимающихся, казалось, внезапно вспомнили, что опасность ещё не миновала, и тут же разомкнули объятия. Чжунлю объяснил Чжу Хэланю: - Юань Чу нашёл меня первым. Это благодаря тому, что он привёл земляную химеру, я смог найти тебя. Чжу Хэлань слегка кивнул Юань Чу. - Мы перед тобой в большом долгу на этот раз. - Что вы, господин Чжу. Как там мой учитель? - взгляд Юань Чу последовал за фигурой, неподвижно стоящей у края источника. В этот момент Лю Шэн и Сюй Ханькэ осторожно приближались к Ушэн Чжэньжэню вдоль края источника, громко что-то выкрикивая. Но Ушэн Чжэньжэнь не отвечал. Чжу Хэлань нахмурился. - Судя по тому, что я наблюдал по пути сюда, в Дао твоего учителя действительно есть тонкая аномалия, и его характер слегка изменился. Случалось ли что-то необычное во время его затворничества? Или... он когда-нибудь упоминал, как выглядит Лазурный Император, которого он видит в медитации? Юань Чу покачал головой. - В последние годы мой учитель всё больше и больше не любит, когда его расспрашивают, поэтому мы все стараемся его не беспокоить. Чжу Хэлань с торжественным видом произнёс: - Я подозреваю, что его духовное сознание уже подверглось вторжению. Величайшие скрытые вещи прячутся на виду, величайшее Хуэй скрывается внутри Дао. Кто-то замаскировал Хуэй под Дао и разъел его дух. Сердце Юань Чу ёкнуло. Не то чтобы у него самого не было таких подозрений... но эта мысль была слишком кощунственной, и он не осмеливался задумываться о ней. Однако, став свидетелем трагедий, вызванных талисманами, он не мог не испытывать подозрений. - Мне нужно забрать его... глава нашей секты наверняка сможет его спасти! - сказал Юань Чу, призывая свой драгоценный меч. Как только он собрался броситься прочь, Чжу Хэлань снова сказал: - Будь осторожен. Под воздействием этих кристаллов и Первоисточника он может быть ещё более нестабилен. Не вступай с ним в контакт опрометчиво. - Я буду осторожен! - сказал Юань Чу, прежде чем улететь на мече. - Нам тоже пора? - с некоторым колебанием сказал Чжунлю. - Та штука в пруду снаружи... я думаю, это то, что мой учитель извлёк из Первоисточника. Я понятия не имею, что это такое. Чжу Хэлань внимательно смотрел на борьбу и тревогу, скрытые в выражении лица Чжунлю. - Первоисточник... был взят расой Звёздных Старцев из мира, где господствует Хуэй. Он по своей сути живой. Если направлять его чрезвычайно сложным и точным образом, он может создать... что угодно. Будь то живое или мёртвое. Как кристаллы... или... монстры, похожие на людей. Чжу Хэлань помолчал и продолжил: - На самом деле, я слишком хорошо знаю эту вещь. Чжунлю был ошеломлён. - Ты? - Первоисточник - это название, данное расой Звёздных Старцев. На самом деле это должен быть кусок плоти, отпавший от Матери-Богини Всего Сущего, часть Её. Вначале не только у Звёздных Старцев был этот Первоисточник. Племя Гу Е, где я родился... тоже нашло подобную вещь в горе Гуе. Но реликвия Матери-Богини Всего Сущего, которую мы нашли, немного отличалась от этого Первоисточника, поэтому сначала я не мог быть уверен... но теперь кажется, что принципы их действия в основном одинаковы. Семена софоры естественным образом рождаются из реликвии Матери-Богини Всего Сущего, найденной на горе Гуе, производятся естественно, без какого-либо руководства. Они - продукт, созданный исключительно самой Матерью-Богиней Всего Сущего. Если бы другой Заражённый Бог соединил часть своего Хуэй с Хуэй Матери-Богини Всего Сущего, это создало бы потомство двух богов, что совершенно отличается от естественного потомства. Даже без вливания Хуэй другого Заражённого Бога, если бы раса, обладающая достаточной мудростью и мастерством, как Звёздные Старцы, разобралась, как направлять Первоисточник, они могли бы создавать продукты, непохожие на те, что естественно производятся Матерью-Богиней Всего Сущего или рождаются от союза с другим божеством. Например, кристаллы Звёздных Старцев. В голове у Чжунлю гудело. Первоисточник был куском, отпавшим от Матери-Богини Всего Сущего... Вещество в том водоёме было взято из Первоисточника. А он... родился из того водоёма... Но какое отношение всё это имело к его учителю? Использовал ли его учитель какой-то метод, чтобы направлять тот Первоисточник? Юань Чу быстро приблизился к Первоисточнику, и зрелище, представшее перед ним, было величественным и причудливым. Бурлящая, густая, голубовато-зелёная жидкость, казалось, обладала собственной жизнью, непрерывно пульсируя и дыша, то вздымая жуткие шипы, то проваливаясь внутрь извивающейся воронкой. В мерцающем свете вспыхивали и мгновенно исчезали цвета, непостижимые и невозможные для описания, словно шип, пронзающий глаз и устремляясь прямо в мозг. Чем дольше он смотрел, тем сильнее всё его сознание необъяснимо притягивалось к таинственной жидкости. Его взгляд, казалось, приклеился к ней, не в силах заставить волю отвести глаза в сторону. Словно саму его душу вытянули. Юань Чу вдруг осознал, что тоже какое-то время простоял у края водоёма в оцепенении. Когда он подошёл к краю? Когда приземлился? Почему он ничего этого не помнил? Неподалёку от него Лю Шэн что-то кричал ему, но ему было трудно сосредоточиться. Озеро голубовато-зелёной жидкости постоянно притягивало его внимание, мешая разуму обрабатывать слова Лю Шэна. Это была... сила Первоисточника? - Ты тоже ученик секты Да Луо?! - крикнул Лю Шэн. Юань Чу поспешно кивнул, сильно ущипнув себя за руку, что привело его в чувство. Он большими шагами побежал к паникующим Лю Шэну и Сюй Ханькэ и спросил: - Что с моим учителем? Сюй Ханькэ сказал: - С ним что-то не так. Мы зовём его, но он не отвечает. Юань Чу поднял взгляд и теперь мог ясно видеть лицо Ушэн Чжэньжэня. Его когда-то торжественное и святое лицо теперь было окутано призрачным голубым светом. Глаза его были широко раскрыты, как медные колокола, словно вот-вот вылезут из орбит. Всё его тело, казалось, было под парализующим заклинанием, но губы быстро двигались. Слова, слетавшие с его губ, сливались в неразборчивую кашу, звучали монотонно, почти как заклинание или проклятие. - Слушайте, он, кажется, что-то бормочет, но мы не можем этого понять, - напряжённо сказал Сюй Ханькэ. - Ты понимаешь его? Юань Чу осторожно и медленно приблизился к Ушэн Чжэньжэню. - Учитель? Учитель? На оклики Ушэн Чжэньжэнь не реагировал. Но когда Юань Чу оказался менее чем в пяти шагах от него, его голова неестественно повернулась к нему. Глаза его всё ещё были широко раскрыты, но рот растянулся в гротескно преувеличенную, жуткую улыбку. - Я увидел это. Я увидел истину! Я увидел будущее! Юань Чу почувствовал, как холодок пробежал по спине от выражения лица и тона его учителя. Дрожащим голосом он спросил: - Учитель! О чём ты?! - Жуки... мы все жуки! Мы не можем остановить это. Никто не может остановить это. - сказал Ушэн Чжэньжэнь, на лице его была улыбка, даже когда слёзы текли из глаз. - Ничто не имеет смысла. Наше существование, существование каждого человека не имеет никакого смысла. Мы можем только... принять их приход, стать их частью! Закончив, он вдруг выкрикнул из горла слово, которого Юань Чу не мог понять. В сопровождении этого слова все ученики секты Да Луо, которые до этого неподвижно стояли в ряд у Первоисточника, внезапно одновременно прыгнули вперёд, и их тела были поглощены Первоисточником. Их плоть быстро растворилась, а кости полностью отделились одна от другой. Их глазные яблоки, мозги, сердца, печень и лёгкие - всё всплыло и плавало на поверхности бурлящей воды. Весь процесс был беззвучным, без единого крика. Юань Чу был ошеломлён. - Нет!!! Младшие братья!!! Он мог только беспомощно наблюдать, как эти знакомые ему лица искажались и таяли в пруду, наблюдая, как эти тела, наполненные Дао, стремительно исчезают. И сам пруд начал меняться. Эти ученики с детства росли, культивируя в священной сфере, наполненной Дао. Особенно те старшие ученики, которые выжили после Злокачественной Опухоли и уже достигли царства Тяньхуа, их смертные тела начали преобразовываться чистой энергией Дао. Именно из-за этого заражённые твари обычно проявляли бурную и враждебную реакцию на старших даосов. Эти ученики были подобны воде, внезапно прыгнувшей в «масло» Первоисточника, состоящего из огромного, чистого Хуэй. Мгновенно, с того места, где растворились даосы, пруд начал стремительно твердеть и застывать в мясистую, тёмную массу. Зловещие кровеносные сосуды распространялись и проходили через соединённые куски плоти, кипя и беспокойно пульсируя под плавающим, сгустившимся мясом. Земля начала безудержно трястись, и адский красный цвет пронзил куски плоти, взмывая в воздух. Ушэн Чжэньжэнь безумно рассмеялся и собрался прыгнуть внутрь, но Юань Чу набросился на него и крепко обнял. Но даже без Ушэн Чжэньжэня Первоисточник уже полностью изменился. Сюй Ханькэ и Лю Шэн, охваченные ужасом, в панике бросились наутёк. Немного поодаль от источника Чжу Хэлань в ужасе прокричал Чжунлю: - О нет! Первоисточник вот-вот взорвётся!