Плач Агнца

- Итак, Ширай, - учитель Масамичи расхаживал из стороны в сторону, сложив огромные руки за спиной. Его шаг был тяжёлым - казалось, ещё чуть-чуть, и под грудой мышц треснет пол. - Твоя тренировка начинается здесь и сейчас. За короткий срок я сделаю из тебя достойного мага. - Его слова были полны решимости, словно он точно знал: это поможет. - Учитель, - Амори подняла руку. - У меня есть вопросы. - Задавай. - Голос мужчины тихим эхом прокатился по пустому спортивному залу. - Обязательно было ставить тренировку в пять утра? - спросила она, демонстративно потерев заспанные глаза. - Обязательно, - ответил учитель своим обычным стальным голосом. - Хорошо. А обязательно было тащить сюда старших? - Она взглядом указала на спящего на скамейке Годжо и делающего вид, что он не спит, Гето. Проследив за её взглядом, Масамичи недовольно хмыкнул, набрал побольше воздуха и рявкнул так, что, кажется, задрожали стены: - РОТА, ПОДЪЁМ! Амори едва успела прикрыть уши. Гето и Годжо, мирно дремавшие на скамейках, синхронно дёрнулись и рухнули на пол. Сначала Сатору, кубарем скатываясь с лавки, ухватился за футболку друга, утягивая Гето за собой. Наблюдая за их эпичным падением, девушка поморщилась. Кажется, это было больно. Учитель недовольно взирал на то, как эти двое сонно, что-то бормоча себе под нос, поднимаются на ноги. - Обязательно, - наконец ответил он на её вопрос. - Информационно, - пробубнила та, бросая косой взгляд на парней. - Но всё же, - уже громче добавила она, - это тренировка касается только меня. Зачем мучить старших? - Он питается нашими страданиями! - внезапно выкрикнул Годжо. Масамичи деликатно отошёл в сторону. Амори проследила за его движением и зажмурилась, когда мужчина с нескрываемым раздражением приложил Сатору по макушке, чтобы тот поумерил пыл. После чего вернулся на место, словно ничего не произошло. - О как... - шумно сглотнув, пробормотала Амори. Она начинала побаиваться учителя и его методов. Этими ручищами он и позвонок сломать мог — не напрягаясь. - На чём мы остановились? - Амори посмотрела на него, и он тут же вспомнил: - Ах да. Они обязаны присутствовать на твоей тренировке, потому что суть Арахабаки может вырваться в любой момент. - До этого она не вырывалась. И вы бы вообще не знали обо мне... - Если бы не тот случай, Ширай, - договорил за неё мужчина. Амори опустила взгляд в пол. В голове разом вспыхнули образы, крики, запах крови. Как отчётливо это въелось в память. Глубоко вздохнув, она посмотрела на учителя: - Это был несчастный случай... - Который доказывает мои слова, - подытожил тот. Девушка прикусила внутреннюю сторону щеки, соглашаясь. Если бы не тот случай, она бы продолжала жить под одной крышей с человеком, ненавидевшим её с самого рождения. Может, оно и к лучшему? - Разговоры окончены. Сто кругов вокруг зала! - Глаза учителя оставались стальными, не терпящими возражений. - Сколько?! - от изумления она окончательно проснулась. - За каждое слово я буду добавлять двадцать кругов, Ширай. Девушка зажала рот обеими руками и послушно побежала выполнять приказ Масамичи. --- Время близилось к обеду. Шоко в поисках своих одноклассников бродила по техникуму. Ума не могла приложить, куда все подевались? Учитывая, что Амори тоже отсутствовала, она сделала смелый вывод: бедную девушку где-то поблизости пытают. Проходя мимо спортивного зала, она услышала восторженные вопли Сатору и ещё несколько голосов. Шатенка осторожно приоткрыла дверь, и её взору предстала весьма странная картина. Учитель Масамичи раскручивал Ширай за ноги, Годжо орал как на спортивном матче, а Гето стоял в сторонке с роем проклятий - судя по всему, наготове, чтобы поймать бедолагу. Пока Шоко пребывала в ужасе и недоумении, учитель разжал руки, отправляя девушку в полёт под потолок. Амори отчаянно замахала руками, но, к удивлению, зависла в воздухе. - Получилось! - восторженно выкрикнула она. Где-то внизу с облегчением выдохнул Сугуру. - Отлично, спускайся! - скомандовал учитель. На мгновение в воздухе повисла тишина. А затем Ширай призналась честно: - Учитель... а я не знаю как. - Гето, спусти её, - тяжело выдохнув, пробормотал Масамичи. Парень кивнул и тут же прыгнул на одно из своих проклятий, словно на ступеньку. Подлетая к Ширай, он осторожно взял девушку за руку и притянул к себе, мягко, но надёжно удерживая за талию. Амори инстинктивно обхватила Сугуру за шею - на всякий случай, чтобы не улететь обратно под потолок. Когда парень оказался совсем близко, Амори затаила дыхание. От Сугуру пахло чем-то сладким, едва уловимым, а ещё чувствовался лёгкий запах дезодоранта. Девушка осторожно втянула этот аромат, и от него голова пошла кругом. - Амори, - его хрипловатый голос прозвучал над самым ухом. Мягкий, глубокий, успокаивающий - как мурлыканье огромного кота. - Держись крепче. Спускаемся. - А-ага... - Она почувствовала, как его пальцы чуть сильнее сжались на её талии, и щёки предательски вспыхнули. На мгновение перестала дышать. Всё её внимание было приковано к его лицу - такому близкому, что можно было разглядеть каждую деталь. Чёрные ресницы, тёмно-карие, почти шоколадные глаза, с тёплыми искорками где-то в глубине. Чуть шероховатые губы, которые сейчас были так близко... Острые скулы, которым позавидовала бы любая модель. Сквозь тонкую ткань футболки она чувствовала, как напряжены его мышцы. Он держал её бережно, но в этой бережности чувствовалась огромная скрытая сила. Надо быть совсем глупой, чтобы думать, будто он не замечает, как она на него смотрит. Но почему он позволяет? Почему сам смотрит так, словно... - Сугуру! Держи её, а то улетит - фиг достанем потом! - донёсся снизу восторженный вопль Сатору. Шоко, наблюдая за этой сценой от двери, прислонилась к стене, сложив руки на груди. Её взгляд скользил от Ширай, смотревшей на Гето так, будто он был самым прекрасным зрелищем в её жизни, к Гето, в чьих глазах читалось нечто очень близкое к нежности. - Вот значит что... - задумчиво пробормотала девушка. - О, Шоко! - заметив подругу, Сатору радостно замахал руками. - Ты видела?! А девчуля быстро учится! Шоко улыбнулась, видя, как искренне радуется за новенькую Годжо. Когда Гето и Амори наконец коснулись пола, парень осторожно сошёл с проклятия, но не спешил отпускать девушку - она всё ещё была невесомой и могла в любую секунду снова взмыть под потолок. - Молодец, Ширай, - похвалил её учитель. - Передохни. Через полчаса продолжим. - Хорошо, - выдохнула Амори, провожая взглядом удаляющегося Масамичи. - Амори, если что, ты можешь отпустить Сугуру! - с ехидной усмешкой крикнул Сатору. - Сатору, - отозвался Гето, - если Амори отпустит меня, она улетит. Ты же не полезешь доставать её. - Годжо, хватит ржать! - пригрозил учитель, не оборачиваясь. - Я поддерживаю морально! - Поддерживай свои кулаки. Завтра встанешь со мной в спарринг. - Лицо Сатору вытянулось, и он мгновенно заткнулся. - Да не знаю я, как это отменить, - устало пробормотала Амори. Хотя, на самом деле брюнетка думала совсем о другом. Она всё ещё чувствовала на талии тепло его рук. Всё ещё слышала его голос, шепнувший на ухо: «Держись крепче». Сердце колотилось где-то в горле, и никак не желало успокаиваться. Гето чуть склонил голову, заглядывая ей в глаза, и тихо, так, чтобы слышала только она, сказал: - Не слушай его. Всё в порядке. Ты справилась. И от этих простых слов внутри разлилось такое тепло, что Амори забыла обо всём: о бессонных пяти утра, о безпрерывной тренировки до обеда, о том, что она до сих пор понятия не имеет, как управлять своей энергией. В этот момент существовал только он - и этот взгляд, от которого подкашивались колени. А потом что-то щёлкнуло. Мяч для баскетбола лениво оторвался от пола и поплыл вверх. За ним последовала швабра с ведром, затем одна скамейка, потом вторая. Предметы взмывали в воздух, словно потеряв всякий вес, повинуясь странному трепету в груди Амори. - Ого... - Годжо с интересом следил за этим хаосом, задрав голову. Гето отвлёкся от девушки, удивлённо оглядывая парящий инвентарь. Но уже через секунду гравитация вернулась, и всё с грохотом рухнуло на свои места. Вместе с предметами вес обрела и Амори. Колени подогнулись, и она бы непременно упала, если бы Гето не удержал её - мгновенно, надёжно, словно всю жизнь только этим и занимался. - Держу! - в его голосе послышались тёплые нотки, почти смех, но смех облегчения. Амори оказалась у него на руках - и в голове пронеслась лишь одна мысль: какой же он сильный. И какой тёплый. И как у него успокаивающе бьётся сердце под её щекой. Осознание пришло мгновенно, обжигая стыдом. Она дёрнулась, пытаясь высвободиться, и едва не грохнулась снова. - Всё хорошо? - Гето бережно поставил её на ноги, но рук не убрал - подстраховывал, готовый поймать снова. - Меня... чуть укачало, - пробормотала Амори, прикрывая рот ладонью и пряча пылающее лицо. - Такое тоже бывает, - убедившись, что Ширай крепко стоит на ногах, он нехотя убрал руки. - Первый полёт всегда волнителен. - Сугуру, чё с ней? - поинтересовался Годжо. - Чуть укачало, - осторожно произнёс тот, в любой момент готовый подхватить девушку, если та вдруг вздумает свалиться. К парочке уже подошла Шоко. - Амори, давай помогу? - она протянула ей руку. Брюнетка молча кивнула, принимая помощь. Руки Шоко аккуратно легли на её плечи. - Мы пойдём подышим свежим воздухом, - пояснила шатенка, уводя младшую к двери. - А мы? - спросил Сатору. - Приберитесь здесь до прихода учителя! - бросила Шоко, исчезая за дверью вместе с Амори. Сугуру и Сатору осмотрелись по сторонам. Из-за внезапного всплеска энергии Амори зал был перевёрнут вверх дном. Вода из ведра выплеснулась на пол, швабра зацепилась за баскетбольное кольцо, мячи валялись в разных углах, а лавочки были разбросаны так, будто их разнесли буйные фанаты, а не хрупкая девушка. - Вот зараза... - прошипел Сатору. --- - Тебе лучше? - спросила Шоко, поднося к разгорячённому лицу Амори бутылку прохладной воды. - Да, - пробормотала та, принимая воду. - Спасибо, Шоко. Она прижала бутылку к щеке, наслаждаясь прохладой. Шоко, наблюдая за младшей, села рядом на ступеньки. - Так что, Сугуру значит? - внезапно спросила та. Ширай, витая где-то в своих мыслях, не расслышала. - А? Что? - Прости, просто видела, как ты смотришь на него... - Шатенка смотрела на Амори изучающе, пытливо. Амори задумалась, а потом до неё дошёл смысл вопроса. - Да что ты, нет... - замахала руками та. Но её лицо мгновенно приобрело скорбное выражение. С того самого дня, как раскрылась странная истина её существования, девушка часто думала над вопросом: «Кто она?» Каждый раз, смотря в зеркало, она пыталась разглядеть в себе Амори Ширай, но каждый раз боялась увидеть Арахабаки. Она - Тёмный Бог? Или ребёнок с печальной судьбой и неизбежным финалом? Рано или поздно её поглотят. И кем она будет после смерти? Возможно ли, что Амори Ширай сольётся с сутью Арахабаки, став жалкой частью божества? Или душа Ширай продолжит существование, отделившись от существа, обременявшего её жизнь? Ответа она не находила. Что касается странных чувств к Сугуру... девушка сама толком не понимала, что это. Видно, что парень хороший, добрый. Но мысль о том, что именно от него в будущем она примет своё заключение, становилась невыносимой. Сразу ощущалась стена, очерчивающая палача и его жертву. Это лишь вопрос времени, когда его плаха упадёт на плечи Ширай, оставляя ту в вечном заточении. А после смерти - одна неизвестность. Эти мысли обременяли, пугали. Каждый раз, задумываясь: «А что будет после?», её мозг рисовал возможные варианты развития событий, и каждый из них ужасом отзывался в груди. Странные бабочки в животе, рой мурашек по телу. Хотелось зажмуриться и вырвать эти мысли с корнем из головы, лишь бы не мучить себя, не испытывать этот липкий и до ужаса леденящий страх. Наблюдая за потемневшим лицом девушки, Шоко мысленно прикусила язык. - Прости, мне просто показалось, - сказала она, стараясь хоть немного сгладить углы. Будет неудобно перед ребятами: забрала девочку в более-менее хорошем настроении, а вернёт подавленную и разбитую. Кто из них тогда получается мучителем? - Не извиняйся, - Амори сделала пару глотков. - Просто я ещё не свыклась со своей ролью. - Она уставилась на голубое небо, вглядываясь в силуэты белых облаков. Надо же, а ведь этого она могла и не видеть больше. - Мысли... они как рой разъярённых муравьёв. Копошатся в поисках спасения, перебивая друг друга, сводя меня с ума. На лице Амори появилась до ужаса спокойная улыбка. Словно, произнеся это вслух, её беды становились невесомыми, как она сама пару мгновений назад. - Вот как, - Шоко облокотилась на руку, устремив взгляд к облакам. - И какая мысль тревожит тебя больше всего? Вопрос задан из чистого любопытства, а может, желания понять и поддержать. Ширай замолчала на миг - но не для того, чтобы обдумать ответ. Внутри неё появилась чаша весов, взвешивающая все «за» и «против» того, говорить или нет. Тяжело вздохнув, Амори решила довериться Шоко. Кто знает, может, после этого они станут ближе? - Кто я. - И кто же? Девушка поджала ноги к груди, обнимая их руками. Пожала плечами и печально хмыкнула: - Сама ещё не знаю. До всего этого я была уверена, что я - Ширай. Обычный ребёнок, не угодивший отцу-садисту. Но оказывается, я совершенно не знала себя. И сейчас нахожусь в растерянности и замешательстве... - Отец-садист? - удивилась Шоко. Амори кивнула. - Там долгая история. Как-нибудь расскажу тебе... От дальнейших рассуждений о своей судьбе девушку отвлёк мобильный. Он внезапно зазвенел, и Амори, достав его из кармана штанов, уставилась на экран. «Юка?» Она долго смотрела на пришедшее сообщение от старшей сестры, не решаясь открыть и прочитать. Интересно, знает ли Юка, что случилось? Амори так резко пропала из её жизни - может, она переживает? А может, хочет осыпать проклятиями, как частенько делали дома? Девушку чуть заметно затрясло. Сделав глубокий вдох и выдох, Ширай убрала телефон в карман, предварительно поставив его на беззвучный режим. В надежде, что и у Юки, и у Шиори всё хорошо. Сейчас, пока она не научится управлять проклятиями, приближаться к сестре и племяннице она не хотела. Единственные люди, не видевшие в ней монстра, не должны пострадать от её рук. - Всё хорошо? - нарушая тишину, осторожно спросила Шоко. Тягучая пелена спала с лица девушки, уступая хрупкой, чуть виноватой улыбке. - Прости, всё хорошо. Номером ошиблись, - сказала она, вставая на ноги. - Ну, тебе хоть лучше? Девушка вполоборота посмотрела на лицо шатенки. «Интересно, - подумала про себя Ширай, - они все волнуются за меня как за Амори Ширай - обычного человека? Или как за реинкарнацию Арахабаки, боясь умереть от неконтролируемой энергии тёмного существа?» - Да, спасибо тебе, Шоко, - ответила Амори. Девушка, хоть и была благодарна за труд, за то, что следят за ней, понимала: это всего лишь задание. В конечном итоге она исчезнет, а её суть поглотит тот, к кому Ширай не может испытывать симпатию. А ведь Сугуру с первого взгляда зацепил. Интересно, он делает всё искренне? Или пытается замылить ей глаза, чтобы перед поглощением она меньше сопротивлялась? Каждая мысль о том, что поддержка ребят и их переживания окажутся фальшью, почему-то болью отдавалась в груди. Как противно осознавать, что это всё лицемерие... Подозревать - хуже, чем знать. У реальности есть границы, а у воображения - нет. Но где взять смелость, чтобы спросить напрямую?