Как Инь и Ян

Занка так и замер над ним с открытым ртом, чувствуя, как внутри все обрывается. - Что?... - только и смог выдавить он, тупо хлопая глазами. - В смысле "кто"? Ты издеваешься? Это твоя очередная тупая шутка, да? В этот момент двери палаты распахнулись. На шум голосов вбежали Эндзин и Рию. Увидев сидящего на кровати Джаббера, который вполне осознанно жевал мясо, Рию едва не споткнулась, а Эндзин облегченно выдохнул, хотя взгляд его тут же стал цепким и анализирующим. Занка, все еще пребывая в шоке, начал сбивчиво докладывать: - Эндзин, он... он очнулся только что. Но он... он не узнает меня! - Так об этом предупреждала Эйшиа? - Эндзин задумчиво потер подбородок, подходя ближе. - Потеря памяти, значит. Слишком сильный удар по голове, слишком долгое кислородное голодание... Мозг просто вычеркнул все, что было "до". Джаббер с искренним, почти детским любопытством рассматривал вошедших. В его взгляде не было привычной жажды крови или безумного блеска - только пустота и легкое недоумение. Рию, скрестив руки на груди, недоверчиво прищурилась. Она подошла к самой койке, всем своим видом выражая подозрение. - Вообще ничего не помнишь? - резко спросила она. - Совсем? А как нападал на нас? Как чуть не прикончил Занку? Тоже забыл? Джаббер вздрогнул от ее резкого тона. Он перевел взгляд с Рию на Занку, который все еще стоял рядом, непривычно бледный и взъерошенный. Розовые глаза Вандала расширились. - Я... я правда хотел убить тебя? - тихо спросил он, глядя прямо на Занку. В его голосе не было и следа прежней заносчивости. Занка, не выдержав этого честного, беззащитного взгляда, сердито огрызнулся: - Да у меня было столько же шансов прибить тебя, ясно?! Джаббер понурился. Он посмотрел на свои забинтованные, изувеченные руки, которыми теперь вряд ли мог даже сжать кулак, и уныло просипел: - Прости, чел... Ничерта не помню. В палате повисла тяжелая, звенящая тишина. Занка почувствовал, как к горлу подкатывает ком. Услышать извинение от Джаббера - самого бешеного и неуправляемого бойца Вандалов - было еще более дико и пугающе, чем увидеть его при смерти на свалке. Это подтверждало худшее: того Джаббера, которого они знали - больше не существовало. Перед ними был кто-то совершенно другой. И никто не представлял, чего ожидать от этой его новой версии. Общая столовая Уборщиков обычно напоминала растревоженный улей: звон металлических подносов, выкрики, смех и густой запах дешевого рагу. Но в тот момент, когда тяжелые двери разошлись, и на пороге показался Эндзин, шум начал стремительно затихать, пока не сменился звенящей, враждебной тишиной. Джаббер шел чуть позади Эндзина, почти прижимаясь к его плечу. На нем была мешковатая, явно с чужого плеча одежда - простые серые штаны и лонгслив, который скрывал бинты на торсе, но не мог спрятать тонкие запястья и забинтованные пальцы. Без своей привычной безумной ухмылки и вызывающего наряда он выглядел пугающе маленьким и потерянным. Занка шел по другую сторону от Джаббера, инстинктивно перехватив свой посох. Он чувствовал на себе сотни взглядов - недоверчивых, злых, испуганных. - Слушайте все! - голос Эндзина раскатился под сводами столовой, не оставляя места для шепотов. - У нас пополнение. На время реабилитации этот парень остается с нами. По залу пронесся гул возмущения. Кто-то в дальнем углу громко выругался, послышался отчетливый скрежет отодвигаемых стульев. - Это же Вандал! - выкрикнул один из Уборщиков, указывая пальцем на Джаббера. - Тот самый пес, который чуть не выпустил кишки нашему патрулю в прошлом месяце! Эндзин, ты в своем уме?! Джаббер вздрогнул от резкого крика и непроизвольно сделал полшага назад, прячась за спину Занки. Его розовые глаза испуганно метались по лицам людей. Он не видел врагов - он видел толпу разгневанных незнакомцев, которые, кажется, искренне хотели его смерти. Он совершенно не понимал, за что его так ненавидят. - Он ничего не помнит, - отрезал Эндзин, обводя зал тяжелым взглядом. - У него тотальная амнезия. Для него вы все - незнакомцы. И я лично ручаюсь за его поведение. Любая попытка самосуда будет расцениваться как нападение на члена моей группы. Вопросы есть? Вопросов не последовало, но атмосфера в столовой стала тяжелой, как свинец. Занка почувствовал, как пальцы Джаббера судорожно вцепились в край его куртки. Бывший Вандал дышал часто и мелко, его зрачки расширились от сенсорной перегрузки - слишком много людей, слишком много шума, слишком много чистой, незамутненной ненависти, направленной прямо на него. - Эй, - тихо шепнул Занка, чуть повернув голову к нему. - Дыши. Просто иди к столу и не смотри на них. - Почему они... так смотрят? - просипел Джаббер. Его голос дрожал. - Я правда сделал им что-то плохое? Занка на мгновение замялся. Он посмотрел на дрожащие руки парня, который когда-то был воплощением ночного кошмара для любого Уборщика. - Забудь, - бросил Занка, накрывая своей ладонью его забинтованные пальцы на своей куртке, заставляя Джаббера отпустить ткань. - Сейчас это неважно. Садись давай, а то еду разберут. Они дошли до свободного стола под прицелом десятков глаз. Джаббер сел на самый край скамьи, буквально вжимая голову в плечи. Он выглядел так, словно ожидал удара в любую секунду. Рию, не выдержав давящей атмосферы, с грохотом поставила перед Джаббером тяжелую тарелку с похлебкой. Она обернулась и злобно зыркнула на притихших уборщиков, которые все еще сверлили парня взглядами. - Чего уставились?! - рявкнула она так, что пара новичков подпрыгнула на месте. - Если не голодны и у вас есть лишнее время на гляделки - валите на тренировку, я вам мигом найду занятие! Живо! Гул в столовой стал тише, а взгляды - менее явными. Рию плюхнулась на скамью рядом с Джаббером и, ворча под нос, вложила ему в руку ложку, буквально сжимая его забинтованные пальцы вокруг черенка. - На, ешь давай. Посмотри на себя - кожа да кости, на маленького ребенка похож, смотреть тошно, - причитала она. Джаббер неуклюже сжал ложку. Его пальцы, все еще скованные бинтами плохо слушались, и он с трудом донес первую порцию до рта, пролив немного на стол. Он выглядел до того сконфуженным, что Рию только тяжело вздохнула и начала помогать ему, пододвигая тарелку поближе. В это время к Эндзину тихо подошел Рудо. Его лицо было серьезным, а взгляд - непривычно тяжелым. Он коротким жестом попросил Эндзина отойти в сторону для разговора. Эндзин кивнул и, бросив последний ободряющий взгляд на своих подопечных, последовал за мальчиком в более тихий угол столовой. Занка сел напротив Джаббера. Он подпер голову рукой, делая вид, что ковыряет свою порцию, но на самом деле он не сводил глаз с бывшего Вандала. Внутри у Нидзику все еще кипел хаос. Он пытался сопоставить образ того безумца, который с хохотом бросался на него в бою, с этим тихим, растерянным парнем, который сейчас с трудом справлялся с обычной ложкой. - Слушай, - голос Рудо был негромким, но полным скрытого напряжения, когда они отошли подальше от основной массы Уборщиков. - Как мы можем так спокойно держать его здесь? Он же... психопат. Один из самых опасных Вандалов, с кем мы только сталкивались. Он едва не убил большую часть штаба, не раз и не два. И теперь он сидит с нами за обедом? Это безумие. Эндзин спокойно скрестил руки на груди, слушая Рудо. - Я понимаю твои опасения, Рудо. И они справедливы. Но послушай меня. Эйшиа подтвердила, что у него амнезия. Он не притворяется. Его мозг, чтобы справиться с травмой, стер все воспоминания о своей прошлой жизни. Он буквально как чистый лист. Рудо покачал головой, не убежденный. - Чистый лист, который может снова превратиться в убийцу, как только что-то щелкнет в его голове! - Он не выбирал быть Вандалом. Джаббер, как и многие другие, был найден на свалке, скорее всего, еще ребенком. Ему внушили, что жестокость - это норма, а жизнь в постоянной борьбе - единственный путь. Ему не показали, что можно иначе. Его вырастили как оружие, а потом выбросили, когда он стал бесполезен. Эндзин внимательно посмотрел на Рудо. - Этот парень, что сидит там, - он кивнул в сторону Джаббера, - чертовски напуган. Он помнит только боль и темноту. Сейчас он беззащитен и дезориентирован. Я прошу тебя, Рудо, - Эндзин положил руку на плечо мальчика. - Я прошу всех вас проявить терпение. Ненависть лишь подтвердит ему, что он - чудовище. Давайте хотя бы не проявлять открытой вражды. Дадим ему шанс увидеть, что мир может быть другим. Но до тех пор... давайте просто будем людьми. Прошла еще пара дней. Джаббер, казалось, окончательно оклемался. Он уже не походил на восставший труп, а скорее на любопытного ребенка. В его блестящих глазах появился интерес ко всему, что его окружало. Он все еще держался немного неуклюже, словно не до конца освоился в собственном теле, но это, похоже, стало для него нормой. Комната, выделенная ему штабом, располагалась прямо напротив комнаты Занки. Джаббер проводил большую часть времени, листая какие-то журналы, оставленные на столе. Буквы мелькали перед глазами, некоторые он смутно узнавал, но сложить их в осмысленное предложение было для него настоящим испытанием. Он останавливался на картинках, пытаясь понять, что происходит, но чаще всего его внимание ускользало, и он перелистывал страницу дальше, словно ища что-то, чего сам не знал. Однажды, когда Джаббер в очередной раз застрял на фотографии какой-то странной летающей машины, в дверь его комнаты постучали. Это был Грис, вернувшийся с очередного патруля. Он был чуть потрепан, но выглядел довольным. - Ну что, как самочувствие, новенький? - спросил Грис, входя в комнату. Он окинул Джаббера взглядом, оценивая его внешний вид. - А то Эндзин сказал, что ты уже почти в норме. Как раз хотел тебя поприветствовать. И посмотреть, в какой ты форме. Как насчет небольшого спарринга? Глаза Джаббера мгновенно загорелись. Возможность подвигаться, размять тело, которое так долго было слабым и непослушным, показалась ему невероятно привлекательной. Он радостно спрыгнул с кровати, забыв про журналы, и тут же обрушил на Гриса поток вопросов: - А ты кто? Почему у тебя шрам на лице? И откуда он взялся? Тебе я тоже навалять пытался? Грис, смущенно улыбаясь, отвечал на вопросы, стараясь пояснить как можно проще. Они спустились на тренировочную площадку, и Джаббер, позабыв о своей неуклюжести, резво семенил рядом с Гриссом, то и дело засыпая его новыми вопросами. На площадке их уже ждал Эндзин. Он опирался на свой дзинки, наблюдая за приближающимися парнями. Вид Джаббера, который с неподдельным восторгом и любопытством разглядывал все вокруг, вызывал в нем осторожный оптимизм. Возможно, Эндзин в нем все-таки не ошибся. Мягко улыбнувшись подходящему мужчине, он спросил: - Как прошел патруль, Грис? - Без проблем, Эндзин, - заверил Грис, его собственная улыбка стала шире. - Все спокойно, никаких крупных инцидентов. Джаббер, наблюдая за ними, не мог не заметить, что между Эндзином и Грисом были отношения гораздо теплее и доверительнее, чем у остальных Уборщиков. В их словах и жестах чувствовалось что-то, что выходило за рамки обычного взаимодействия начальника и подчиненного. Но Джаббер, не понимая причин, лишь молча наблюдал, впитывая информацию. - Ну что ж, - сказал Эндзин, отстраняясь от зонта. - Грис, покажи Джабберу, что к чему. Но без фанатизма. Он только-только на ноги встал. - Есть! - Грис кивнул, а затем повернулся к Джабберу. - Смотри, это базовая стойка. Ноги на ширине плеч, руки подняты, защищаешь голову и корпус. Попробуй. Джаббер неуклюже повторил движения, его тело, хоть и окрепшее, еще не до конца слушалось. Он покачивался, и его забинтованные пальцы не могли сжаться в плотный кулак. - Отлично! - бодро сказал Грис, стараясь не выказывать снисхождения. - Теперь давай попробуем без дзинки. Просто рукопашная. Целься в корпус, никаких ударов по голове. Главное - почувствовать движение. Готов? Глаза Джаббера снова загорелись. Он кивнул, весь превратившись во внимание, и принял более уверенную, хотя и все еще неправильную стойку. Он был готов. Он чувствовал, как энергия снова возвращается в его тело, и эта перспектива - возможность сражаться - была для него, похоже, самым желанным подарком. Вскоре на тренировочной площадке появились и другие зрители. Занка, Рию и Рудо тайком пробрались в тень одной из опорных колонн, откуда открывался хороший обзор. Рудо, напряженно наблюдавший за каждым движением Гриса, все еще сильно переживал. Он боялся, что даже без памяти и дзинки, старые привычки Экс-Вандала могут проявиться в самый неподходящий момент. А вот Рию и Занка, казалось, куда больше доверяли "новобранцу", хоть и каждый по-своему. Занка, заметив напряжение Рудо, как бы невзначай сказал, отвлекаясь от наблюдения за спаррингом: - Знаешь... Вчера он, когда выходил из комнаты, так старался свои эти... дреды... привести в порядок, что не заметил дверного косяка. И растянулся прямо в коридоре. Как мешок с мусором. Рию на эту новость только смешно хрюкнула, прикрывая рот рукой. - Ох, блин. Вот такой Вонгар мне нравится куда больше, чем предыдущая "я хочу боли" версия! Может, ему так и надо было мозги встряхнуть? Рудо сначала скептически поднял бровь, но, услышав это, непроизвольно улыбнулся. Его плечи немного расслабились. Он вновь посмотрел на Джаббера, который сейчас неуклюже, но с огромным энтузиазмом пытался уклониться от легкого удара Гриса. Рудо изо всех сил старался разглядеть в этом неумелом, растерянном парне не того хладнокровного убийцу, что проткнул Гриса когтями без тени сожаления, а того нового, забавного, немного нелепого Джаббера, о котором говорили его друзья. Тем временем на поле Грис довольно кивнул, уходя от очередной попытки Джаббера сократить дистанцию. - А мышечная память у тебя - что надо, - похвалил он. - Тело еще слабое, но ты не подставился ни под один мой выпад. Реакция на высоте. Грис сменил стойку, переходя в глухую защиту, и кивнул парню: - Теперь нападай. Посмотрим, на что ты способен в атаке. Джаббер замялся. Он неуверенно покосился на Эндзина, стоявшего у края площадки. Эндзин лишь подбодрил его коротким кивком: - Давай, малец. Грис не сахарный, он парней и покруче тебя видал. Не бойся, не развалится. Джаббер на это только хмыкнул, и в его взгляде на секунду мелькнуло нечто пугающе знакомое - азарт. Он резко оттолкнулся ногой, и за долю секунды, почти смазавшись в воздухе, оказался прямо перед Грисом. Кулак, несмотря на бинты, с сухим свистом целился точно в грудь. Грис едва успел среагировать, моментально блокируя удар предплечьем, стараясь при этом отбить поврежденную руку парня как можно мягче. Приземлившись после прыжка, Джаббер не дал ему и секунды передышки. Он тут же закрутился юлой и с разворота нанес мощный удар ногой в бок. Грис с трудом успел выставить блок, не ожидая такой прыти от "калеки". Сила удара заставила его даже немного попятиться. Но тут все резко оборвалось. Джаббер внезапно замер. Его нога коснулась земли, но он не вернулся в стойку. Он стоял и смотрел на Гриса так, словно увидел перед собой ожившего мертвеца. - Твою ж мать... - тихо, почти неразличимо проговорил он. Джаббер медленно перевел взгляд на свои дрожащие руки. Он сделал шаг назад, потом еще один. Его зрачки начали судорожно сокращаться, а лицо побледнело. Эндзин, почувствовав неладное, в мгновение ока оказался рядом. Он крепко схватил Джаббера за плечи, слегка встряхивая: - Эй! Джаббер! Посмотри на меня. Что случилось? Ты что-то вспомнил? Грис и наблюдавшие из тени Занка, Рию и Рудо тоже выбежали на середину площадки, окружив их кольцом. Джаббер не поднимал головы. Его взгляд был прикован к собственным ладоням, по которым он когда-то выпускал смертоносные когтя. - Ты говорил... ты говорил, что все в порядке, - вдруг крикнул он, вскидывая голову на Гриса. - Какое, нахрен, "в порядке"?! Я же тебе брюхо пробил! Прямо здесь! Я чувствовал, как металл рвет твое мясо! Какое, к черту, "нормально"?! В воздухе повисла мертвая тишина. Все удивленно уставились на него. Никто не ожидал, что память вернется вот так - вспышкой чистой, незамутненной боли и вины за конкретный поступок. Джаббер тяжело дышал, его трясло. Он смотрел на Гриса с таким ужасом, будто сам был жертвой, а не палачом. Но Грис не отшатнулся. Напротив, он сделал шаг навстречу и мягко положил свою тяжелую ладонь на голову парня, взъерошив каштановые дреды. - То и значит, - спокойно произнес Грис, глядя ему прямо в глаза. - Все в порядке. Я стою перед тобой? Стою. Дышу? Дышу. Раны зажили, а обиды... я их в карманах не ношу. - Но я же... - всхлипнул он. - Заткнись и дыши, - беззлобно прервал его Грис. - Ты теперь с нами. А мы своих за прошлое не судим. Если бы мы так делали, тут бы половина штаба друг друга перегрызла. Занка подождал, пока дрожь в плечах Джаббера утихнет, и выступил вперед, решительно отстраняя Гриса. - Ладно, хватит соплей, - бросил он, хотя в его глазах не было прежней злобы. - Больше ничего не вспомнил? Про то, как ты мне чуть руку не оторвал или как мы три часа гонялись друг за другом по трущобам? Джаббер, все еще тяжело дыша, медленно покачал головой. - Нет... только тот момент с животом. Как вспышка. - Значит, остальное подождет, - Занка скинул верхнюю куртку, оставаясь в одной майке, и встал в стойку. - Грис слишком добрый для тебя. У меня опыта в драках с тобой побольше, так что теперь я твой партнер. Давай, попробуй достать меня. Джаббер выпрямился. Присутствие Занки подействовало на него отрезвляюще. Между ними всегда была эта странная химия - искры летели при каждой встрече, и сейчас, несмотря на амнезию, это никуда не делось. - Рукопашный бой, Джаббер. И не смей халтурить, - скомандовал Занка. Они начали двигаться по кругу. Джаббер нападал первым - его движения были рваными, дикими, продиктованными инстинктами, которые тело помнило лучше, чем разум. Он сделал выпад, целясь Занке в челюсть, но тот легко уклонился, перехватил его руку и, крутанув, прижал парня спиной к своей груди, фиксируя локоть. - Слишком размашисто, - прошептал Занка прямо ему в ухо. Джаббер почувствовал жар, исходящий от тела Нидзику, - Ты открываешь весь левый бок. Если я сейчас ударю - ты не встанешь. Занка оттолкнул его, давая пространство. Джаббер развернулся, тяжело дыша, его глаза азартно блеснули. Он снова бросился в атаку, на этот раз ниже, пытаясь подсечь Занку. Тот подпрыгнул, пропуская ногу под собой, и в воздухе нанес легкий удар ладонью по затылку Джаббера. - Опять мимо. Ты слишком торопишься, - Занка приземлился и тут же перешел в наступление. Теперь Джабберу пришлось защищаться. Удары Занки были четкими, выверенными, тяжелыми. Каждый раз, когда Джаббер ошибался, Занка останавливал кулак в сантиметре от его лица или корпуса, объясняя ошибку. - Ты не просто кусок мяса, который машет руками, - Занка сделал обманный финт и, когда Джаббер повелся, мягко подсек его опорную ногу. - Ты должен думать на шаг вперед. Смотри на мои плечи, а не на кулаки. Джаббер повалился на землю, но тут же вскочил, задыхаясь от восторга. В этом поединке, где никто не хотел его убить, он чувствовал себя странно... правильно. - Еще раз! - выдохнул Джаббер, вытирая пот со лба забинтованной рукой. Занка ухмыльнулся. Ему нравился этот напор. В какой-то момент грань между учителем и соперником стерлась. Они столкнулись в центре площадки, сцепившись руками, пытаясь пересилить друг друга. Мышцы Занки перекатывались под кожей, он чувствовал, как Джаббер отчаянно сопротивляется, упираясь лбом в его плечо. - Силен, зараза, - прохрипел Занка, чувствуя, как внутри закипает тот самый азарт, который он испытывал в их настоящих битвах. Он резко дернул Джаббера на себя, заставляя того потерять равновесие, и они оба рухнули, сплетясь конечностями. Занка оказался сверху, прижимая предплечье к горлу Джаббера, но не давя, а лишь фиксируя. Они замерли. Лица были в нескольких сантиметрах друг от друга. Джаббер смотрел на него снизу вверх - широко открытыми глазами, в которых больше не было безумия, только жгучий интерес и... возбуждение? - Неплохо, для того, кто три недели зад отлеживал, - тихо сказал Занка, не спеша отстраняться. - Ты быстро учишься. Джаббер улыбнулся - искренне, открыто, и его пальцы на мгновение сжали плечо Занки чуть крепче. - С таким-то учителем... - просипел он, - У меня аж встал.